Опера

После осмотра в скорой помощи, Грачев с Кирой отправились к ней… Врач, особенно не утруждаясь, дал ему таблетку анальгина и сказал прийти на следующий день в больницу, впрочем, Грачев не собирался туда, он только хотел лечь и немного отдохнуть, после взрыва у него ещё шумело в голове, а раненных, которым действительно была необходима срочная неотложная помочь, было слишком много, пострадали не только милиционеры, но и те, кто пришел в полицию, особенно стоявшие у окошка дежурного. К тому же, ему просто хотелось побыть с Кирой, услышав её признание в любви, он даже в таком пространном состоянии смотрел на неё так голодно, изнывая от желания, а она не отходила от него ни на минуту во время осмотра, с волнением глядя на него, замечая, что он как-то сильно побледнел и морщился от головной боли, вступившей в виски. Заведя его домой, Кира бросилась к аптечке, чтобы отыскать нормальное обезболивающее, которое бы сняло боль, а не дешевый анальгин, который часто в этих нищенских больницах и на скорых был просроченный. Вывалив все из аптечки на стол, Кира стала искать лекарство и, глядя на то, как она торопиться, желая как можно скорее помочь ему, Грачев, не став ложиться, подошел к ней сзади и обнял, положив одну руку на талию возлюбленной, а другую – чуть повыше, на грудь. - А почему ты не говорила, что любишь меня? – спросил тихо Грачев, чуть склонив голову, обдавая её шею горячим дыханием. - Боялась, что это тебя оттолкнет…. – отыскав пачку таблеток, замерев, произнесла она. – Я тебя очень люблю, Женя… Но не знаю, как… не испугать тебя этим… - Ты меня не испугаешь… - коснувшись губами её шеи, прошептал Грачев, начиная настойчиво целовать. – Я люблю тебя, детка… и хочу, чтобы… ты любила меня… Хочу обладать тобою..., мне нужно, чтобы ты полностью принадлежала мне, милая, с ума схожу по тебе… - блуждая руками по его телу, пьяно заговорил он, возбуждаясь все сильнее, позабыв о головной боли, вводя Киру в дурманное состояние. - Обладай… - сжав в руке таблетки, ощущая, как заныло от желания внизу живота, проговорила рассеянно Кира. – Я твоя… и всегда буду твоей… - Обещаешь? – опустив руки на её бедра, забираясь под её юбку, спросил с нагловатой ухмылкой он, начиная развязно поглаживать, ощущая, как от каждого его прикосновения она все сильнее увлажняется. - Обещаю… - развернувшись к нему, Кира с такой трогательной нежностью заглянула в глаза Грачева, пройдясь ладонью по его волосам: - Жень, как ты? Голова очень болит? - Нет, не очень… - улыбнулся он, желание становилось все сильнее, да и отдыхать ему как-то не особенно хотелось. – Детка, а может… к черту таблетки и… продолжим то, что не закончили в отделе? - Мы продолжим…- опустив взгляд на молнию его брюк, Кира заметила, как топорщатся его брюки там, где нужно, но все же подняла глаза к его лицу. – Только сначала ты выпьешь таблетку, а потом я… сделаю с тобой то, что хотела… Садись… - кивнул на стул, она вытащила из упаковки одну таблетку и вложила её в рот Грачеву, затем подав воды и он покорно сел на стул, широко расставив ноги. Опустившись перед ним на колени, Кира прошлась пальцами по его молнии, неторопливо расстегивая её, наслаждаясь процессом и замечая, в каком предвкушении он смотрит на неё. Высвободив его возбужденный…, она провела по нему языком, только сверху, но так чувствительно, что Грачев с трудом проглотил воду, запив таблетку. - Милая… - запрокинув голову, ощущая каждое её прикосновение так остро, простонал он. - Я ещё не все умею…, скажи, если я что-то делаю не так и я исправлюсь… тебе приятно? – спросила она, затем пройдясь по уздечке вниз, дойдя до его…, коснувшись губами, тут же заскользив по ним кончиком языка и вновь поднявшись, обводя по кругу. - Ты все делаешь правильно, детка, даже более чем… - ответил немного хрипло он, полностью переключившись на процесс, чувствуя, как она все больше увлекаясь, обхватывает его губами, немного сжимая и все углубляя проникновение, заставляя его испытывать безумное удовольствие. - Может быстрее? Или… - желая сделать именно так, как хотел бы он, научиться, на мгновение оторвавшись от него, медленно проходясь по нему ладонью, заведя другую руку пониже, поглаживая, вырывая из его груди сдавленные стоны, уточнила Кира. - А как ты сама хочешь? – протянув к ней руку, пройдясь по её волосам, пропуская их сквозь пальцы, спросил он. - Хочу, чтобы тебе было хорошо… Мне надо знать, как тебе лучше всего… - расстегнув ремень на его брюках, она принялась за рубашку и тут же приникла губами к нижу его живота, покрывая рассеянными, трепетными поцелуями и сама ощущая дикое возбуждение от процесса, истекая от желания, срываясь, опускаясь к его твердому, горячему…, проходясь снова и снова по всей длине и обхватывая, углубляя проникновение, не спеша, и не думая, как бы поскорее закончить, напротив – растягивая для него удовольствие. - Мне хорошо, детка, очень… это… необыкновенно, то, что ты делаешь… ты просто волшебница… - выдохнув, выпалил Грачев, не в силах сдерживать эмоций, продолжая поглаживать её по волосам, прежде не видев, чтобы женщина настолько была увлечена подобным занятием, обыкновенно делая все настолько примитивно и быстро, словно бы отбывая какое-то наказание. Наблюдая за его реакцией, Кира немного сильнее сжимая его и более интенсивно, не ничуть не торопясь скользила языком, и все же ей хотелось полностью его раздеть, покрыть поцелуями всего, без остатка… Она словно бы не могла насытиться им, с таким упоением продолжая его доводить, чувствуя легкую пульсацию, не собираясь отстраняться, захватывая и сдавливая, не останавливаясь ни на секунду, потеряв счет времени, только слыша, едва сдерживаемые стоны Грачева, которые то и дело невольно вырывались… - Не сдерживайся… - прошептала Кира, заглянув в его лицо. – Мне нравится, так возбуждает…. - Ты серьезно? – спросил он, однако уже не в состоянии выслушать даже ответ, только сжав руками край скатерти на столе, глухо застонав, дошел до разрядки, изливаясь, ощушая, как она только чувствительнее обхватывает его, не выпуская, чутко проходясь пальцами по стволу и его… - Конечно, серьезно, это очень сексуально… Ты просто не представляешь… - только через некоторое время остановившись, дав ему насладиться ощущениями, ответила Кира. – Женька, ты же останешься у меня сегодня? Я тебя не отпущу… - Останусь… Детка, иди ко мне, моя принцесса, спасибо, милая, ты божественна… - утаскивая её к себе на колени, заставляя подняться с пола, проговорил он чуть подрагивающим голосом. - Хочешь, ещё раз так? – забравшись на его колени, весело спросила она. - Может, переберемся в спальню? И сделаем ещё что-нибудь? Тебе тоже нужно, детка… И я хочу, чтобы ты получила оргазм… и не один… - заведя руку между её ног, Грачев горячо впился в её губы поцелуем. – Сзади? Хочешь? - Хочу… - так сладко отвечая на его поцелуй, шепнула Кира. – Люблю тебя…. - И я тебя люблю, девочка моя… - все ещё несколько туманно на неё глядя, пребывая под впечатлением от полученного оргазма, ответил он. Приехав домой, Петров застал Веру сидящей на диване с каким-то журналом в руках, новости она не смотрела и наверняка не знала о взрыве в отделе, хотя жили они не так уж и далеко. Сидя в коротком шелковом халатике, вернувшись после примерки, готовясь к премьерному показу какой-то модной коллекции, Вера была вся сосредоточенно на себе, раздумывая о том, какое платье надеть на банкет, не зная на чем остановить выбор, она листала страницу за страницей, рассматривая трендовые вещи летнего сезона. - Верочка, а где Полинка? – пройдя в зал, спросил немного устало Петров, после взрыва он не сразу ушел с работы, помогая раненным, немного перепачкавшись в крови, но Вера словно бы этого не замечала. - Она мне мешала, я её с няней отправила гулять… - отозвалась она, перевернув страницу. - Как она могла тебе мешать, ей всего пять лет… - изумленно пробормотал Петров, невольно забеспокоившись и подойдя к окну, однако ни няни, ни дочери во дворе не нашел, да и когда ехал, их не заметил. – А куда они пошли гулять? - Да откуда я знаю, Гриш, не начинай… - положив журнал на колени, с раздражением проговорила Вера. - Вер, ну… это же твоя дочь… Надеюсь они скоро вернутся, а когда они ушли? – продолжая смотреть в окно, спросил он. - Достал! – поднявшись с дивана, Вера взяла журнал, отправляясь в спальню. - У нас отдел взорвали… Представляешь… десять человек погибло из наших, а ещё… - наконец сказал он, но, обернувшись, увидел только пустой диван, а в коридоре хлопнула дверь в спальню.