Опера

Чечня 1998 год. - Почему ты выбрала красное? – сидя перед примерочной с чашкой кофе в руке, спросила Алина. - Красное более вызывающее… - выглянув из примерочной, Кира вышла к ней в коротком кружевном красном платье едва прикрывающей линию чулков. – Женечке должно понравится… Перед ЗАГСом она сразу отправилась в салон, чтобы выбрать платье, все происходило в такой спешке, что у неё не оставалось времени даже на прическу, да и где ей было отыскать хорошего стилиста в Грозном, когда ещё война во всю овладевала Чечню. Тут было не до стилистов, не до красот, временами боевики бесчинствовали и в столице, случались перестрелки и в самом центре, а на подступах к Грозному и вовсе разгорались не шуточные бои. Но Киру мало волновали все свадебные условности, она хотела только полностью принадлежать Грачеву, впрочем – сама свадьба была лишь формальностью, на которой настаивал он сам. И все-таки ей нравилось и выбранное платье – обнажающее и подчеркивающее все её достоинства, но больше от предвкушения того, как Грачев сорвет его с неё, как возбужденно он будет смотреть на неё, как только увидит… Магазинчик был небольшим, но довольно уютным, вот только выбор оказался невелик – платья шились по мусульманским обычаям, длинные, закрывающие почти все тело, разноцветные платки встречались в нем чаще, чем подвязки, каких было полным полно в Москве, а Киру больше волновали сексуальные детали, довершающие образ невесты… Для брачной ночи Искандеров снял им отличный номер в одной из лучших гостиниц Грозного – взяв сразу на несколько дней, чтобы Кира с Грачевым могли вдоволь насладиться друг другом в отличных апартаментах после всего пережитого. А оттуда они собирались отправиться прямиком в Москву, где их ожидала душная коммуналка и сварливые соседи, но Киру это не пугало, а наоборот - как-то подстегивало, Грачев долго скрывал от неё это жилище, боялся, что отпугнет её этим, и она, понимая причину, желала непременно пожить с ним там, показать, насколько ей безразличны эти мелочи, ровным счетом ничего для неё не значащие… Надев платье и расплатившись, она села перед зеркалом, прежде надев и кружевное красное белье, чулки и лаковые туфли-лодочки на высокой шпильке. Достав из сумочки косметичку и расческу, она принялась приводить себя в порядок, наводя губы алой стойкой помадой, которая бы не размазалась после первого поцелуя и не перепачкала бы Грачеву все на свете, а Кира собиралась доставить ему массу удовольствия не только в номере, но и на самом торжестве и не думая долго терпеть, приходя от одной только мысли о нем в безумную похоть… Алина же взяла себе светло-фиолетовое шифоновое платье из тех, что привезла с собою в Чечню, купив только белье в цвет, чтобы и самой отправиться после праздника в укромное местечко с Искандеровым, уже начиная об этом подумывать, скучая без него всякий раз, когда они расставались. - Скорее бы они приехали… - нетерпеливо проговорила Кира, открыв коробочку с тенями. – Так хочу его… - Увидеть? – уточнила как-то рассеянно Алина, никогда не видев, чтобы невесты наряжались в такие платья, отходя от традиционного белого, длинного, пышного наряда. - И увидеть тоже… - обернувшись к ней, усмехнулась Кира, затем переведя взгляд на красную прозрачную фату. Застегнув пуговицы на парадном кителе, Грачев поправил золотые аксельбанты, стоя перед зеркалом, не силах подавить волнение, никогда прежде не делав никому предложения, но он любил Киру и думал только о том, чтобы вся церемония прошла безупречно и она не отказалась бы стать его женой, когда её спросят… За это время они слишком много пережили, Кира видела его униженным, избитым, больным…, но ничего её не оттолкнуло, наоборот – с каждым ударом они сближались все сильнее, но Грачев не мог успокоиться до того мгновения, когда обручальное кольцо будет надето на её палец. - Может, выпьешь? – сидя за столом, разливая по бокалам коньяк, спросил Искандеров. Они были в его квартире, заехав, чтобы переодеться. Не успели сделать даже мальчишник, да и Грачев отказался от этой затеи, проведя ночь не в одиночестве, а вместе с Кирой, не расставаясь ни на секунду… - Нет, не хочу… - нервно отозвался Грачев, потерев рукой подбородок, проверяя, гладко ли выбрился. - Тогда воды? – предложил Петров, налив ему в стакан немного воды, сам он не надел ни парадного мундира, ни вообще какого-нибудь, попросту не взяв с собою даже форму. На нем был простенький коричневый костюм, который выбирала ему ещё Вера, и выглядел он как-то совершенно блекло на фоне Грачева и Искандерова, сам начиная это замечать… Вера точно бы на зло выбирала ему дурацкие вещи, прежде он не замечал этого, но теперь – слишком явственно ощущал различия и от того чувствовал себя некомфортно. - Да, воду давай, - опустив одну руку в карман, кивнул Грачев. – Скоро поедем? - Сейчас и поедем, - подав ему стакан, сказал Петров. Взяв стакан, Грачев вышел из комнаты, проходя в кухню, сделав несколько глотков, он прислонился спиною к стене, закрыв глаза. Ещё неделю назад ни о какой свадьбе он не мог и мечтать, приготовившись к смерти. «- Детка, мне так жаль… - дрожащим голосом произнес Грачев, оборвав поцелуй, резко обхватив Киру руками, сжав её в своих объятьях. – Я… постараюсь, я сделаю все, чтобы они тебя не тронули…, но… я не знаю, насколько меня хватит… - А если… тебе лучше будет убить меня самому… - прижавшись к его груди, словно бы попросила она, слыша, как учащеннее забилось сердце Грачева, как глухо оно ударило». Выронив из руки стакан, он прижал ладонь к глазам, чувствуя, как горло с болью сжимается. Сорвавшись, Грачев ничего не мог поделать со слезами заволакивающими глаза, слишком много нервов было потрачено за эти дни, мучительная горечь, заполнив его грудь, не давала продохнуть. За спиною послышались чьи-то шаги и он мысленно пожелал, чтобы зашедшим был не Искандеров… Нет, он не злился на друга, но не хотел, чтобы тот видел его слезы, его слабость… - Что с тобою, Женя? – тихо спросил Петров, тронув его за плечо. - Это ты… - судорожно выдохнув с облегчением, Грачев отнял ладонь от лица. – Ничего… Нервы ни к черту стали… - Не удивительно, тебе трудно пришлось… Жень, ты… мне уйти? – немного растерянно проговорил Петров. - Нет, не надо, не уходи…- отрицательно мотнув головой, Грачев достал из кармана коробочку с кольцами, передав другу. – Кольца купил Искандеров, номер он снял, приедем в коммуналку… Ничего своего у меня нет, надо что-то менять, Гриша… Будем убирать Юровского, как приедем, я хочу его кресло. - Мы давно собирались это сделать и сделаем, Жень, сделаем… - ободряюще похлопав его по плечу, Петров спрятал кольца в карман, чтобы отдать регистраторше в ЗАГСе. - Поехали за Кирой… - рассеянно вытерев рукой глаза, выровняв голос, произнес Грачев, подойдя к двери, но остановившись, обернулся: - Дороже Киры и тебя у меня никого нет…