Опера

Чечня 1998 год. Откинувшись на постель, Кира перевернулась на живот, взяв с прикроватной тумбочки бокал с шампанским, чувствуя, как Грачев проходится ладонью по её пояснице, спускаясь ниже, скользя по ягодицам… Было уже утро или полдень, совершенно утратив счет времени они даже не смотрели на часы, не включали свет, когда стемнело, утопая друг в друге, полностью расслабившись, сбросив прочь весь ужас плена и его последствий. Сливаясь телами, в бесконечном пьяном танце, они рассеивали по номеру одни лишь стоны и вскрики, перемяв и перепачкав всю постель, останавливаясь на короткие мгновения, затем продолжая с ещё большим пылом… Только под утро уснув на несколько часов, а проснувшись в диком возбуждении – распаленные, горячие, начали все заново, переменив столько поз и мест, где можно было заняться сексом… Не в силах насытиться, Кира приникала к Грачеву, впиваясь кончиками пальцев в его спину, точно одержимая фурия, не ощущая ни боли во всех мышцах, ни усталости, хотя и от бессонницы у неё появились небольшие круги под глазами, а взгляд затянулся поволокой… Грачев и вовсе настолько распалился, что не мог остановиться, с каждым разом – даже выбиваясь из сил – продолжая в таком диком темпе, что порою едва мог выдохнуть и тогда, замирая на пару секунд, опускал голову на грудь возлюбленной, чтобы выровнять дыхание, сдерживаясь как мог, но стоило только немного отдышаться, как он чуть отстраняясь от неё задавал дичайшую скорость, срывая с губ возлюбленной крик. - Ты не голоден? – отставив бокал, обернувшись к Грачеву, спросила Кира, ощущая, как он заводит руку между её ног, приоткрывая её пальцами. - Очень голоден…- с усталой улыбкой коснувшись губами её бедра, ответил он. - Я про еду… Не хочешь поесть? – понимая о чем он, уточнила она. - Нет, - продолжая исследовать её пальцами, произнес Грачев. – А ты? Принести тебе что-нибудь? - Не надо…. Ложись на спину, я хочу сделать тебе… - томно взглянув на него, попросила Кира, и когда он лег, повинуясь ей, поднялась, встав на колени, склонившись к его возбужденному… Обхватив его ладонью, проходясь по всему стволу, она принялась покрывать поцелуями низ его живота, изредка касаясь языком самого верха, обводя, затем опускаясь к бедрам, растягивая удовольствие, добираясь до… и чуть сдавливая в своих губах, заставляя Грачева застонать. Ей нравилось видеть его таким расслабленным, одурманенным, чувствовать как напрягаются мышцы его пресса, как он, окутанный похотью, смотрит на неё, как запрокидывает голову, едва не рыча, как рассеянно касается её волос, как вздрагивает перед наступлением оргазма, как волна сладостных судорог проходится по всему его телу, как он конвульсивно чуть приподнимается и откидывается назад, шумно дыша, изливаясь в неё… Это было ни с чем несравнимое прекрасное зрелище, которое пробуждало в Кире какие-то безумные необъяснимые эмоции и возбуждение захлестывало её все сильнее. - Я готова вечно смотреть на то, как ты доходишь до оргазма… - прошептала она, на мгновение отстранившись и заглянув в его лицо. – Ты такой красивый в эти мгновения… - Тебе так кажется, потому что ты любишь меня… - с нежностью глядя на неё, как-то смутившись такого признания, отозвался Грачев. - Мне не кажется, так и есть… - выдохнув, она вновь приникла к его…, на этот раз все больше увлекаясь, углубив проникновение настолько, что Грачев, чувствуя, как она сглатывает, совершенно утратил над собою контроль, застонав столь громко, немного рефлекторно приподнявшись, что и вовсе привело Киру в восторг. - Боже мой, детка… Кирочка…. – простонал он, ощущая до того неописуемое наслаждение. В дверь номера раздался стук, оборвавший все блаженство, и Кира растерянно обернулась, оторвавшись от возлюбленного, но не собираясь надолго прерываться. - Женя, надо поговорить, - раздался с той стороны голос Искандерова. - Ты не вовремя! – выпалил Грачев, отерев взмокшее лицо ладонью. - На две минуты… - не отставал Искандеров, хотя и догадался, что появился в неподходящую минуту. Кира обернувшись в простыню, раздраженно отвернулась, опустив голову на подушку. - Подожди, милая, я сейчас… - повернувшись к ней, Грачев мягко коснулся пальцами её щеки. - Он не может сам подождать?! Тебе сейчас будет так некомфортно… - поглядев на него, вздохнула Кира, понимая до какого состояния его довела и что он чувствует, не получив, почти дойдя до пика, разрядку. - Какая у меня заботливая принцесса, ты же мне потом поможешь… Я быстро, клянусь… - прошептал он, оставив её, и, надев халат, открыл дверь. - Ни черта себе, вы что не останавливались? – уставившись на него, спросил Искандеров, замечая и круги под глазами и усталость в лице Грачева и перевернутый номер за его спиною. – А… сколько ты можешь? - Ты начнешь комплексовать, если я скажу… - ухмыльнулся Грачев, уперевшись рукою в стенку, лихорадочно глядя на Искандерова. – Че ты хотел? Ты реально не вовремя, брат, очень не вовремя… - У нас второй день свадьбы… Вы с Кирой должны приехать, так положено… - сказал Искандеров, стараясь не задумываться над тем, какое конкретно время его выдержки имел ввиду Грачев. - Хорошо, мы приедем… через час… - как-то странно произнес Грачев, тут же закрыв дверь и подойдя к постели, опустившись рядом с Кирой, привлек её к себе: - Мы сегодня вылетим в Москву… - Сегодня? – нетерпеливо раскрыв его халат, переспросила Кира: - Должны же были послезавтра… - Не хочу жить по чужим правилам… - глядя на то, что она вытворяет, выдохнул он, потянувшись за телефоном, чтобы перенести рейс или договориться с каким-нибудь военным самолетом. - Ты обиделся на Мухаммеда? – на секунду прервавшись, спросила она, впрочем, зная, насколько он бывает хладнокровен и в то же время раним. - Нет, я благодарен… ему за все, но… делать то, что он хочет…я не стану… Но мы поедем в ресторан… забрать Палыча, - несколько уязвлено ответил Грачев, впрочем вопросы Киры его ничуть не оскорбляли, скорее самолюбие задевало то, что из чувства благодарности он должен тащиться в ресторан, когда ему этого совсем не хотелось.