Maybe tomorrow

      Юнги еще долго лежал в постели, исступленно изучая нежданный подарок. Слёзы высохли, дыхание, сбитое спазмами после плача, приходило в норму. Наступил момент, когда эмоции исчерпали себя, уступив неопределенному спокойствию.       «Как далеко он хочет зайти?» - перекатывая ровную сферу с аккуратным «V» подушечками пальцев, Юнги пытался предугадать следующие действия своего преследователя. «Не предсказуемо ли было лететь в Сеул? Почему не куда-то еще, почему именно туда?» - юноша тяжело вздохнул, перекатываясь на спину, разбрасывая конечности звездой и устремляя взгляд в потолок. Этот неизвестный парень бесил его. Больше злил, чем пугал. Да как он мог осмелиться зайти так далеко, вообразив себя хозяином положения. Хозяином Мин Юнги? От этих мыслей парень тяжело ударил по простыни. В общем-то, так оно все и было: незнакомец держал все под контролем, а Юнги был чем-то вроде препарированной лягушки. «Да и что еще за V? Victory? Вот же подонок» - Юнги-я… Милый, мы бы хотели позавтракать вместе. Перед твоим отъездом, - послышался ласковый голос матери, проследовавший сразу же за осторожным стуком в дверь. - Я скоро спущусь, - поспешный ответ, лишь бы никто не открыл дверь. Вскочив с кровати, Юнги натянул футболку, оставленную с вечера на спинке стула, пригладил разлохмаченные волосы. На душе было отчего-то волнительно. Может, покинув родной дом, столь любимый и теплый, он избавится от этого парня, который еще этой ночью был недопустимо близко для незнакомца. Вновь подходя к зеркалу, Юнги тянет пальцами веки вниз, критично проверяя глаза на красноту. Вполне сойдет на недосып.       Спускаясь по старой лестнице из темного дерева на первый этаж, Юнги сразу же уловил аромат маминой стряпни. Уехать на год было непростым решением, щемящим грудную клетку. Сейчас же оно представлялось почти безумным. Отец сидел с задумчивым видом за починкой часов, что перестали идти несколько недель назад, замирая, казалось бы, навсегда. Мать суетилась у плиты, доставая из духовки яблочный пирог. Его любимый, черт возьми, пирог. ***       Стюардесса, плавно и легко ступая по салону, проверяла каждое место перед взлетом. Разобравшись с ремнем безопасности, Юнги уже, наверное, вечность сидел, нервно постукивая пальцами по пластиковому подлокотнику. Из головы никак не выходили лица родителей, провожающих его перед регистрацией. Теплый поцелуй матери в щеку и подбадривающие похлопывания отца по плечу. На табло загорелось неприятно-красное изображение ремня безопасности, собранное из круглых красных лампочек, призывающее пассажиров соблюдать меры безопасности. Пуск. Почувствовав тихое перемещение, Юнги понял, что в груди у него что-то оборвалось и упало прямо в живот. Возможно, с противным всплеском. Мощные моторы загудели, разгоняя самолет на огромную скорость. Далее – движение вверх, под жутким наклоном.       Юнги не сразу отошел от пережитого: первый полет – это вам не шутки. Ноги неприятно затекали. Всего несколько часов, а столько неудобства. Про дверь в туалет, наверное, вообще стоило бы умолчать – кто ж знал, что она складывается «гармошкой», а никак иначе.       Но всё это стоило того, чтобы в последние минуты полета увидеть еще бледные огни огромного города, покрытого спокойствием вечерней свежести и лучами начинающегося заката. Заложенность в ушах от смены давления придавала чувство нереальности этой картине. Будто последний прекрасный миг перед смертью. Юнги наблюдал за сменяющимися друг другом паутинами дорог, с трудом осознавая, какой путь он совершил. Новая жизнь, определенно.       Неосознанно пронеслись перед глазами ссоры с друзьями, когда он бесился и ругался из-за их дурацкой шутки с письмами. Каким же идиотом он был. Но прошлого не вернуть, и уже даже не хотелось заглядывать назад. На прошлой станции – паранойя, подаренная загадочным незнакомцем-психом. На следующей – новый лист жизни без лишних воспоминаний. ***

Сеул

СЕУЛ!!!

      Юнги набирает воздух в легкие до предела, пробует на вкус. «Как и везде в Корее», - проносится в мыслях. «Особенный», - восторженно вопит сердце. Парень оглядывает стоянку, мотая головой во все стороны и пытаясь найти «несусветного красавца», как описал себя новый знакомый по переписке Джин. - Юнги? – обернувшись, он встречается взглядом с немного растерянным парнем, позвавшим его по имени. Утвердительный кивок. «И правда симпатичный, но все равно льстит себе нещадно», - думает Юнги, а затем и озвучивает это, вклинивая в веселый разговор. Парень за рулем задорно хохочет и отнекивается, уверяя, что это работа вымотала его: - На выходных, когда я поведу тебя показывать Сеул, ты влюбишься в меня, - смешно пуча глаза и улыбаясь, Джин кинул веселый взгляд на Юнги.       Новый знакомый создавал впечатление очень доброго и искреннего парня, что заставляло беспрерывно лыбиться от счастья. Джин не заморачивался на счет того, что Юнги с первого знакомства опустил надоевшее «хён», называя его просто по имени. Это сближало, создавая особую атмосферу простоты.       Комната Юнги располагалась отдельно от квартиры Джина, окно и дверь выходили на открытую площадку, служившую как балконом, так и коридором. Раньше Джин сдавал эту комнату студентам, но с наступлением лета все желающие разъехались, оставив комнату пустующей. Уютная теснота приглянулась Юнги и, поблагодарив нового друга, он стал распаковывать чемоданы. Завтра пятница, а значит надо постараться найти работу до выходных. Оставив полуразобранный чемодан на полу, юноша счастливо упал на диван, подкладывая руки под голову. Пока ему все нравилось.       Утро встретило Юнги назойливым светом в окно. Поворочавшись и, наконец, осознав, что надоедливый луч так и не отстанет от его глаз, парень раздраженно сел в кровати, закрывая веки ладонями. Опустив руки, он непонимающе оглянулся, не сразу вспомнив, что теперь эта комната – его новое жилье. Закрыв дверь комнаты и лениво прошаркав по коридору, он зашел в уютную кухоньку, где Джин что-то готовил. - Ходишь как дед, - усмехнулся владелец квартиры, помахав сонному Юнги – Ну, доброе утро. - Утро, - хмуро отозвался Юнги, потирая глаза. - Если сильно хочешь есть, можешь взять йогурт в холодильнике, - что-то нарезая, сказал Джин.       В доме непринужденно играла музыка, на плите что-то жарилось, иногда тихо потрескивая на масле. Прекрасный запах до жути разыгрывал аппетит, поэтому, долго не думая, Юнги достал упаковку клубничного лакомства и сел за стол, чтобы не мешать другу готовить. Самозабвенно уничтожая с фольги отпечатавшийся йогурт, парень не сразу понял, что произошло. Даже ойкнуть не успел, когда послышался противный шлепок об пол. Бляять. Из баночки, которую он вроде как надежно держал, вылилась половина содержимого и теперь покоилась симпатичной розовой лужицей на плитке. - Удод, - стоящий у плиты парень посмеивался над Юнги. Он всегда такой веселый с утра пораньше что ли? - Надо бы это убрать. Где у тебя тряпка? – сонный парень, как мог, сдерживал себя от колкостей в сторону готовящей «нуны», как он мысленно называл Джина. - В ванной должна быть, - ответил Джин, добавив - Кстати, тебе же нужна работа? Услышав интересующее его слово, Юнги со всех ног бросился обратно на кухню, позабыв и о тряпке, и о лужице йогурта: - Еще спрашиваешь! - Довольный какой. У моего приятеля нехватка персонала в баре. Правда, придется в ночную смену работать, но место неплохое. Так как тебе? - Отлично! Спасибо, Джин! – с радостной улыбкой Юнги повис на плечах «нуны», все приговаривая, как он счастлив и благодарен.       Продурачившись всё утро, двое парней решили съездить на предполагаемое будущее место работы Мин Юнги. *** (Возможная композиция: Arctic Monkeys – I Wanna Be Yours)       Припарковавшись на немноголюдной улочке, парни вышли из машины. Юнги, который еще вообще не ориентировался в городе, осматривал каждую деталь уличного пейзажа, пытаясь запомнить самые яркие, по которым он будет следовать, если вдруг потеряется. Джин, похлопал его по плечу, тем самым привлекая внимание, кивнул на черную лестницу подвала, над которой висела вывеска бара. «Wilder wein» темно-красными буквами. На двери висела картонка с надписью «Закрыто» и часами работы. Джин открыл, как оказалось, незапертую дверь, пропуская Юнги вперед. Интерьер показался очень приятным. Сочетание винного и черного цветов читалось немного странно в дневном свете, создавая более мягкую атмосферу. Как бы ни было странно, несмотря на стеллаж алкоголя во всю стену и полумрака, чувствовался некий уют. Запах кофе и чуть уловимый запах табака приятно дурманили голову. Откуда-то из глубины бара доносилась музыка. - Намджун! Я привел тебе раба, - крикнул Джин, чем немного выбил из колеи Юнги.       Из приоткрытой двери персонала послышалось копошение, и вскоре показался довольно высокий блондин с чашкой кофе. Он облокотился на дверной косяк, легким взмахом руки приветствуя пришедших. Внешний вид не совсем соответствовал милым действиям парня, из-за чего Юнги не сразу смог представиться, переваривая новый образ. - Мин Юнги, рад знакомству, - кивнув, промолвил он. - Ким Намджун, очень приятно, - новый знакомый приблизился к Юнги, разглядывая его, - а ты ничего, симпатичный. И цвет волос мне твой нравится. Как видишь, тоже краситься люблю, - усмехнулся блондин, попивая из кружки темную жидкость.       Вскоре парни весело разговаривали, сидя за круглым столом. Намджун уже с завтрашнего дня ждал Юнги на работу. Хоть тот никогда и не работал официантом, он усердно старался ровно держать поднос с напитками, принося их новым знакомым под веселые комментарии. Что ни говори, но ему нравилось окружение этих двоих. ***       Юнги пиздец как волновался перед первым рабочим днем, а точнее сказать, ночью. Даже боялся не доехать. Тупо затеряться в огромном городе. Хоть Джин доходчиво изобразил красным фломастером на карте его путь, волнение все равно не отпускало. Волнение и необузданная радость. Не терпелось попробовать на вкус новую работу, окунуться в ночную жизнь бара.       Выйдя на нужной станции метро, он последовал на выход. За стеклянными дверьми метро – темнеющее небо и гул оживленных улиц. Подходя к нужной лестнице, его внимание приковывает вывеска, ярко светящая красным, обволакивающим все вокруг, светом.       Как только он открывает дверь, удивление пронизывает каждую частичку его тела. Как такое возможно? Заведение будто поменяло свой облик, открываясь прекрасным монстром, издающим вибрации праздности и интима. Быстро проследовав в комнату персонала, он чуть не налетает на Намджуна, которого трудно узнать в темном костюме с небрежно расстегнутым пиджаком. - О, еще чуть-чуть и ты бы опоздал. Я приготовил твою форму, можешь переодеться там, – указывая на маленький закуток со шкафчиками и красным диваном, владелец бара пошел, куда и направлялся изначально, оставив Юнги одного.       Белая рубашка с черным воротником сидела идеально, как и черные брюки. Оглядев себя в зеркало, Юнги довольно улыбнулся. Повязав фартук в цвет брюкам, его взгляд упал на бейдж. «Шуга». Юнги нахмурился. Ему не очень нравилось это. Что-то типа «сахарка», по его мнению, ну никаким образом ему не подходило. Хотелось выглядеть мужественно, может быть, даже круто. Что тараканы в Намджуновой голове курили, когда он придумывал ему эту кличку? Дверь открылась, впуская в комнату блондина в черном костюме: - Отлично выглядишь. Мы открываемся через 5 минут, готов? - Наверное, - Юнги неловко поправил фартук, теряясь под серьезным взглядом. На него смотрел совсем другой человек. - Не волнуйся, ты справишься, - дружелюбная улыбка коснулась губ Намджуна, и он направил Юнги к двери в основной зал бара. *** (Nuage – FrozenVoices)       Проследовав к барной стойке, Юнги оглянул столики, замечая, что посетителей еще совсем мало, и облокотился на поверхность стола, разглядывая темное стекло бутылок, в которых пропадали блики приглушенного света. Приятный трек, раздающийся из колонок, расслаблял и погружал в особую атмосферу вечера.       Сквозь «дрёму» он расслышал звук открывающейся двери и, когда распахнул глаза, заметил высокую фигуру парня в белом пальто. Его лицо невольно притягивало взгляд, гипнотизировало.       Выждав время, пока парень снимет верхнюю одежду и удобно устроится за, наверное, самым отдаленным от бара столиком, Юнги прихватил меню, намереваясь сделать первый заказ. Почему-то он был рад, что посетитель не стал садиться сразу у барной стойки. Хотелось заговорить. - Здравствуйте, могу я принять Ваш заказ? – Юнги чуть наклонил голову, приветствуя парня и встречаясь с ним взглядом. Казалось, он прошивал насквозь, гипнотизируя своей глубиной. Парень бегло осмотрел меню, тонким пальцем указывая на название напитка. Избегая глаз сидящего напротив человека, Юнги кинул неуверенное «что-нибудь еще?», но получив отрицательный взмах головой, направился выполнять заказ. Его ни на минуту не отпускало чувство пристального взгляда в спину, что заставляло почувствовать легкую влажность ладошек. Поднос в руках неприятно холодил кожу, отрезвляя от мыслей.       Поставив заказ на стол, Юнги ощутил беглое движение длинных пальцев по тыльной стороне его ладони, после чего они опустились на высокий бокал, красиво обхватывая стекло. Почувствовав, как сердце ухнуло в груди, он медленно поднял взгляд на парня, который, видимо, и не заметил своих действий, а сейчас наслаждался напитком, прикрыв глаза и делая пробный глоток. Кадык медленно дернулся под нежной бледной кожей шеи. Глаза Юнги защипало. От запаха сигарет. От алкоголя. От красных тонов.       Оглянув зал, он заметил новопришедших и, словно заколдованный, направился к занятым столикам. Он чувствовал себя спасённым, отходя от столика, окутанного необыкновенной, манящей аурой. Сделав очередной заказ на автопилоте, он оглянулся, но тут же встряхнул головой – его первого посетителя не было на месте, как не было и его белоснежного пальто, что мирно покоилось на изящной вешалке. Ушел.       Чертыхнувшись, Юнги направился к тому самому столику, понимая, что, скорее всего тот ушел, не заплатив, но тут же коря себя за поспешные выводы – под стаканом лежала купюра. Немного больше, чем стоил сам напиток. Наверное, тот парень торопился и не дождался витающего в облаках официанта. Вздохнув, Юнги поставил тонкий бокал на поднос, а деньги убрал в карман фартука. В голове поплыло, когда взгляд упал на тонкий конверт, лежащий под купюрой. Такой же черный конверт, ошибки быть не могло.

«Сегодня я пью за нашу встречу.»