Между двух огней

      Тёплый весенний вечер. Солнце тихо приближается к закату. Галадриэль гуляет по прекрасному саду, который в этот день расцвел, и теперь в нём особенно пахло весной.       Она сидит в красивой, искусно сделанной, украшенной всяческим орнаментом беседке, погруженная в безмятежно прекрасные думы, которые не тяготят, а только придают радости, свежести и новизны, когда к ней пришло известие из дворца, что король и его свита, вернулись с охоты.       Их внезапное возвращение переполошило всех, находящихся в замке. Ведь нужно было в скором времени накрыть на стол, подготовить палаты: встретить охотников, как полагается. В замке всё засуетилось, забегало. Всё бы перевернулось с ног на голову, если бы не спокойная Мелиан, которая без лишней суеты направляла весь этот поток суетливых эльфов в нужное русло.       Когда солнце только коснулось горы, и во дворе послышался топот копыт, всё было готово. Мелиан и Галадриэль встретили охотников, за них распорядились о загоне коней и о принесённой ими дичи. Охотники разошлись по своим комнатам, отдыхали и готовились к ужину, который обещал им вкусно приготовленную еду, прекрасную музыку и хороший отдых.       Спустя непродолжительное время, хотя о времени в этот вечер все забыли, все сидели в большой просторной королевской столовой, в которой обычно проводили пиры. Звучала красивая музыка, пахло цветами и прекраснейшим непередаваемым ароматом только что приготовленной еды. Все сидели за столом и ждали своего короля.       Тингол долго не заставил себя ждать и появился со своей супругой и дочерью совсем скоро, а за ними пришли Финрод и Галадриэль. Первый тост был произнесен королем. Он поднял свой бокал за свою любимую дочь, которая была нежна как весенний цветок и прекрасна, как вечерняя звезда, и за своих соратников и друзей, дружбу которых он ценил превыше любых драгоценностей.       Дальше всё шло своим чередом, как это бывает на пиршествах, балах, вечерах и ужинах. Звенели бокалы, слышались нескончаемые разговоры о былом и грядущем, начинали появляться звуки песен, сначала затяжных, а потом более весёлых и ритмичных.       Финрод пригласил свою сестру на танец, они первые пустились в пляс, и за ними последовало много других эльфов, желающих тоже чуток размяться и повеселиться.       Были уже завершающие шаги танца, когда Галадриэль резко бросило в пот и у неё помутнело в глазах, она слегка покачнулась и оперлась на руки своего брата, но дотанцевала с ним, почти не потеряв ритм. После чего она упала на рядом стоявший стул и попросила у брата воды. Финрод очень взволновался о своей любимой сестре, не понимая, что могло её привести в такое состояние, ведь эльфы не могут устать всего за один короткий танец.       Он принёс ей воды и начал расспрашивать, что случилось, но Галадриэль не могла отвечать. Колдовство Мелиан исчезло, и образ страшного сна вернулся, а теперь он чувствовался ещё сильнее, становилось ещё страшнее и хуже. Галадриэль чувствовала, что эльф из её сна здесь, что он очень рядом, совсем близко, но она не могла понять кто он, где он... Ей и нельзя было понимать, так как если они встретиться глаза в глаза, лицом к лицу, то уже не захотят расстаться, а это их погибель.       Мелиан заметила, что Галадриэль стало плохо, и она знала почему, но не могла оставить мужа, с которым только что начала партию танца, и оставалось только надеяться, что Галадриэль справиться со своими страхами сама. Брату Галадриэль соврала, что в зале душно и что на неё так подействовал танец после крепкого вина, что теперь всё хорошо и за неё не стоит волноваться. Она вручила его руку какой-то эльфийке, что увела его с собой в танец, а сама вышла к большому окну на свежий воздух.       На улице уже сияли вечерние звёзды, на траве и маленьких листиках поблескивала роса, озаряемая светом луны, что в этот вечер светила как-то по-особому прекрасно. Немного подышав свежим воздухом и смирив мысли, Галадриэль вернулась в залу, и тут случилось самое страшное, что могло случиться в этот вечер.       Прямо на её глаза попался тот самый эльф, которого она совсем недавно видела, как не существующий мираж, в лесу. Она замерла, он шёл прямо к ней, смотря в её глаза, он как будто святился и казался невероятно красивым. Тот самый лик, который она тогда видела в лесу, но теперь он не призрачный, а самый настоящий.       Теперь для неё существовал только он, страшный сон был забыт, как будто его и не было, страхи ушли, разбежались по уголкам, словно испугались этого молодого, но стремительного и уверенного в себе эльфа.       Он подошёл к ней, поклонился и подал ей свою руку, приглашая на танец. Она вся обомлела, не чувствуя и не помня себя, не слыша ни звуков не слов, подала ему свою руку и они закружились в танце.       С первым прикосновением её руки, эльф больше никогда не захотел отпускать эти руки, он хотел только чувствовать её ладони в своих руках и смотреть в эти чистые, искренние, лучисто-голубые глаза.       Они протанцевали подряд три танца, молча, только любуясь, друг другом, наслаждаясь этим невероятным новым чувством, что так внезапно охватило их обоих. Они танцевали бы так, наверное, бесконечно, но Мелиан прервала их танец. Когда начинался последний в этот вечер танец (для них четвёртый), она подошла к ним и легко схватила Галадриэль за плечо. Разъединенные, они оба как будто очнулись от таинственно волшебного сна, что их завораживал.       Потерянные во времени и сознании, они не сразу сообразили, что произошло. И когда сон растворился, эльф поспешно поклонился королеве. Мелиан кивнула ему в ответ головой и начала с ними разговор. - Я за вами давно наблюдаю, вы уже танцуете третий танец, заворожено смотрите друг на друга... - она слегка улыбнулась и посмотрела в глаза Галадриэли. Взгляд Мелиан казался мягким и играющим, но внутри читалось совсем иное. - Но я сомневаюсь, что вы едва ли знакомы... - продолжила Мелиан мягким голосом, в котором играла как будто нотка какой-то свахи, причём совершенно наиграно и искусственно.       Мелиан взяла руку Галадриэль и молодого эльфа: - Давайте хоть я вас представлю друг другу, а то вы такие скромные, боитесь слово лишнее проронить.       Показывая эльфу златовласую эльфийку и мыло улыбаясь, Мелиан представила её: - Знакомься, это Галадриэль, эльфийка из Нолдор, младшая дочь Финарфина, сестра Финрода. - А этот прекрасный Синдар, - указывая на златовласого эльфа, продолжала Мелиан знакомство, как будто издеваясь над ними - сын Орофера, хорошего друга короля - Трандуил. - Ну, а теперь, я вас оставлю - договорила Мелиан, ещё раз взглянула пронзающим взглядом на Галадриэль, и ушла.       Музыка доигрывала свою песнь, многие уже расходились… только Трандуил и Галадриэль стояли посреди залы, оставленные и потерянные. Мелиан представила их друг другу, но, даже зная теперь имена, они молчали, не зная, что говорить и что делать. Они сами не понимали, что с ними происходило. Не понимали, как они так просто увлеклись в танец, не замечая окружающих, время и пространство, кружились, увлечённые друг другом. А сейчас что? Почему стало так неловко, неудобно, страшно хотя бы сказать что-то... Они так стояли, смотрели друг на друга, как будто ждали, кто первый сдастся и промолвит слово, пока Финрод не разбавил их молчание. - Дорогая сестра, все расходятся, уже поздно. Ты идёшь? - заботливо спросил старший брат. - Да. - Галадриэль подала ему свою руку, и они пошли. Одарив печальным взглядом Трандуила, она промолвила ему: - До скорой встречи, Tranduil. Спокойной ночи.       И исчезла со своим братом в сумраке ночи, оставив Трандуила одного, наедине со своими мыслями.