Я голоден.

POV. Джерард.

- Нет, - отрезал я,- это моя добыча, не прикасайся к нему. - А если я сделаю его своим донором? Ты же не будешь против? Все равно рано или поздно ты убьешь мальчишку, а я заберу его себе, и он проживет дольше, чем у тебя, - спокойно произнес Берт. - Ты не посмеешь тронуть его! Проваливай из этого дома! – крикнул я, а юноша удивленно посмотрел на меня. - Да, с удовольствием! Тут даже чаю не предложат, ужас! – Пошутил он, а потом добавил, - я просто пришел предупредить тебя. Меня разрывало от злости, хотелось прибить его мольбертом, перегрызть глотку, убить, уничтожить, стереть в порошок, но я не мог этого сделать, так как понимал, что этот нахал сильнее меня. Вся их семья была в разы сильнее нас, поэтому убийца смог поступить так с моими родителями. Я ужасно любил родителей, они были единственными, кто был достоин моей любви и огромного уважения. Я безумно скучаю по ним. И сейчас я смотрю на человека, чей отец позволил себе убить моих родных, и меня охватывает гнев, руки сжимаются в кулаки, клыки так и чешутся, чтобы разорвать плоть, глаза наливаются кровью, дыхание учащается, брови сводятся к переносице, тело напрягается. Я обещаю, что отомщу за их гибель. Скоро я смогу слушать мольбы о пощаде, а потом видеть, как покидает жизнь этого вампира. Как все знают, вампира нелегко убить. Они быстрые, выносливые, сильные и… бессмертные, как казалось человеку на первый взгляд. Но, могу сказать, что единственный способ убить вампира – лишить его головы. Да, только этот способ может убить вампира, а не осиновый кол в сердце, серебряные пули и, особенно, чеснок. Да, кстати, прошу заметить, что вампиры могут находиться на солнце, они не рассыпаются, не умирают от этого. Это всего лишь сказки и выдумки людей. Кровососущие, как можно называть, обычно орудуют поздней ночью, а днем они не выходят на улицу, потому что им не за чем, ведь свидетелей убийства будет уйма. А на солнце днем они чаще всего выделяются из толпы, так как их кожа слишком светлая для обычного человека и не загорает, так как, можно сказать, вампиры – живые трупы, а у трупов кожа белая. Вот поэтому вампиры обычно появляются ночью. А кто-то из живых людей распространил ложную информацию, а этому слепо верят, вот и все. - Проваливай отсюда. - Тихо, тихо. Считай, что меня уже нет, - рассмеялся Берт и спустя минуту покинул мою комнату, а я постарался успокоить себя, и вернулся на свое место, беря в руку кисть и опуская ее в краски. Я постарался спокойно продолжить свой пейзаж, но вдохновение покинуло меня, а рука не слушалась, поэтому я испортил свою картину. Ужасно разозлившись, я взял холст разорвал его и откинул в сторону со злостью, потом вымещая свою ненависть, я ногой ударил по мольберту так, что он с грохотом отлетел в другую сторону. Сев на пол, я начал переводить дыхание. Вдруг в комнату зашел брат и поспешил спросить: - Джерард, что случилось? – спросил Майки, осматривая комнату. - Он хочет забрать мою пищу, - тихо проговорил я, все так же сидя на полу. - В смысле? О чем ты? – поинтересовался Майк, явно не вникая в мои слова. Что ж, тебе стоит знать, братец. - После того, как ты сказал не трогать Фрэнка, я не послушал тебя. Я начал следить за мальчишкой, думая, что вскоре убью его, потому что его кровь – лакомство для меня, и я не хотел никому отдавать свой кусок мяса. Но когда я укусил Фрэнка во второй раз, я понял, что не могу убить его так сразу. Что-то помешало мне сделать это, я не знаю, что именно. Но я решил, что хочу немного поиздеваться над ним. Я несколько дней следил за ним, а потом, когда Айеро отправился в бар, я заметил, что он проводит время в компании Берта, - мои кулаки невольно сжались, - А сегодня он приходил, «предупреждая» меня о том, что он заберет Фрэнка. Майки потер лицо руками и шумно выдохнул: - Джерард, какого? Почему ты не послушал меня? Фрэнк ни в чем не виноват, а тебя так и тянет к нему. Может, ты перестанешь убивать невинных людей и оставишь их в покое? Берт хочет забрать его, так пусть он это сделает. Может быть, он отстанет от нас хоть на какое-либо время? Я резко встал с пола и приблизился к брату, грозно говоря и переходя на крик: - Майки, ты не понимаешь! Фрэнк – мой! Я не собираюсь отдавать его, тем более, делить его с этим… - Я не мог подобрать слов, но, думаю, Майк понял меня. - Джерард, одумайся! Берт отстанет от нас! - Плевал я на Берта! Я не отдам ему мою пищу! А знаешь, братец, я собираюсь убить этого несносного вампира! Даже не говори мне ни слова, Майки! – Я обошел брата и направился на выход. - Ты куда? Уже поздно! – Крикнул мне в след светловолосый, а я ответил ему: - В бар, я голоден!

Спустя некоторое время.

Я подошел к бару, и в нос ударил резкий запах алкоголя и дешевых сигарет. Сегодня, я думаю, стоит питаться чем-нибудь другим, потому что Фрэнк еще слишком слаб. Зайдя внутрь меня оглушила громкая музыка, сразу же облепили какие-то девицы. Бр, ненавижу эти места, где люди выражают без стеснения все грехи, которые только существуют на планете. Проведя час в этом скудном заведении, я увидел девушку, которая подходила для моей жертвы. На ней была короткая юбка в клетку, черная майка, а сверху красная жилетка, какие-то гольфы до колен и высокие тяжелые ботинки, которые , мне кажется, подходили больше на мужчин. У нее было миловидное лицо, ярко-красная помада на губах, темные тени на глазах, яркие глаза и черные, как смоль волосы, завязанные в два хвостика. Задержав некоторое время на ней свой взгляд, я встал со своего места и направился к девушке. Она заметила меня и повернулась ко мне лицом, улыбаясь. - Привет, - сказала она, а я решил не отвечать. - Может, уединимся? – Спросил я и получил в ответ утвердительный кивок и, взяв ее за руку, я потащил из бара. Сначала она не сопротивлялась, но потом немного насторожилась и затормозила. - Эй, погоди, второй этаж в другой стороне, - сказала она, а я не ответил, продолжая свой путь. Теперь она начала выдергивать свою руку, а я железной хваткой держал ее и вел в ближайшую подворотню. Она начала кричать, а я на время остановился, посмотрел ей в глаза, заставляя этим самым замолчать, и она больше и слова не проговорила. Заведя девушку в подворотню, я со всей силы ударил ее об стену, и она вскрикнула от боли, а я не растерявшись, схватил незнакомку за жилет и приблизил к себе. Играть с жертвами перед их убийством ему не хотелось, он хотел поскорее разобраться с незнакомкой и вернуться домой. На лице девушки появились слезы, помада немного стерлась, о тушь и тени размазались от слез. Смотреть на такое мне совсем не хотелось, поэтому я резко впился в ее шею. Но спустя какие-то несколько секунд, я оторвался от девушки и отбросил ее так, что она упала на грязный тротуар, ударившись спиной о мусорный бак. Меня самого стошнило ее кровью. Я упал на колени и уперся руками о землю. Меня вырывало кровью, которую я только что выпил, я не мог терпеть этот вкус. Когда мои рвотные позывы прекратились, я сел на колени и посмотрел наверх, стирая рукавом рубашки, оставшуюся кровь на лице. Меня только что вырвало из-за крови, которую я выпил. Она была отвратительна. Она была в сто раз хуже, чем кровь Фрэнка. Вдруг я услышал рядом жалобный плач. Нет, свидетелей в живых оставлять нельзя. Я быстро подлетел к жертве и с силой сжал руки вокруг ее шеи. Незнакомка начала часто ловить воздух, ее лицо покраснело, а руки пытались освободить шею. Спустя некоторое время, ее глаза закрылись, а тело перестало дергаться. Подняв девушку над землей за горло, я еще раз сжал и откинул ее в сторону. Бездыханное тело с шумом упало на грязную землю и больше не издавало никаких звуков. Мне даже не жалко эту девушку, она рано или поздно умерла бы, а я только ускорил процесс. Меня пугало только одно. Я больше не мог пить ничью кровь, кроме Фрэнка.