Дочь дома Блэков

— Кажется, мне пора, — обречённо произнесла Вивьен, взглянув на большие настенные часы в спальне девочек.       Большая часть её обитательниц сейчас находились в гостиной, слушая новый рассказ Малфоя о том, как на тренировке по квиддичу его задело бладжером и он из последних сил удерживался на метле, умудрившись при этом поймать снитч свободной рукой. Поэтому в спальне уже десять минут не было никого, кроме Вивьен и Дафны, которая в свою очередь с подобным Малфою жаром вещала о безопасном применении Амортензии. — Куда это ты? — удивилась Дафна, так что даже встала с кровати, чего она, по её собственным словам, не сделала бы сейчас ни под каким предлогом. — Сейчас почти шесть, — коротко заметила Вивьен. — Снегг назначил мне наказание, помнишь? — Точно! — воскликнула Дафна, всплеснув на радостях руками. Подруга недоверчиво взглянула на неё. — Вот это везение! Интересно, что он придумает? — мечтательно протараторила Гринграсс.       Вивьен закинула сумку на плечо, продолжая пилить Дафну удивлённым взглядом. — Знаешь, иногда твоё фанатичное влечение к нашему декану кажется мне несколько нездоровым, — осторожно произнесла она. — О чём ты? — нахмурив брови, упрямо переспросила Дафна. — Не бери в голову, — с улыбкой выдохнула Вивьен. — А Поттер тоже там будет? — как бы невзначай спросила Гринграсс, даже не глядя на подругу.       Вивьен, которая уже почти коснулась ручки двери, резко остановилась и медленно повернулась к Дафне. — Мы ведь обсуждали это, — раздраженно сказала Лестрейндж. — Ну прости, — пожала плечами слизеринка. — Ты же знаешь, он не ровно к тебе дышит. — А ты знаешь, что мне он не нравится. Поэтому прошу тебя, Дафна, пожалуйста, — Вивьен умоляюще сложила руки, — перестань нас сватать — достаточно того, что это делают остальные. — Слушай, у вас же объединённое зельеварение. Он ничего не говорил тебе? — казалось, Дафна напрочь отказывалась слышать её.       Но Вивьен не злилась. Её мысли были заняты другим. — Он… был там. Кажется, — невпопад произнесла она.       В самом деле, она при всём желании не смогла бы вспомнить хоть что-то с сегодняшнего урока зелий, за исключением названия той вонючей смеси, которую они готовили и того, что Малфой так и не смог его закончить, потому что случайно вывернул в котёл всех слизней разом. — Ты что, шутишь? — возмутилась Дафна. — Вас там всего человек двадцать от силы, и ты не смогла разглядеть Поттера? — Я, вообще-то, была занята!       По правде говоря, половину урока она думала о Драко, а вторую половину наблюдала за ним. Это было не совсем то, что принято называть учёбой, но тут Вивьен не соврала — она действительно была занята, пусть даже не зельями, а старостой Слизерина. — Всё, если я опоздаю ещё и на наказание, Снегг меня убьёт, — не дав подруге сказать что-либо ещё, Лестрейндж выбежала из спальни.       По пути она думала, как было бы чудесно, если бы Снегг назначил наказание ей и Малфою, ведь опоздали-то они вдвоём. Конечно, с её стороны это было свинство, ведь Гарри заступился за неё, но возможно, не сделай он этого, справлять вечер пятницы ей пришлось бы с Драко.       Так или иначе, она была не против общения с Поттером. Оставалось только надеяться, что Снегг не буде при этом присутствовать. Будучи до конца откровенной, она не хотела нравиться Гарри только по одной причине — он не знал всей правды.

***

— Мы с мистером Поттером уже начали волноваться, что вы не придёте.       Первым, что Вивьен заметила, когда зашла, были четыре огромные стопки документов — Гарри был едва виден за ними. — Здесь личные дела выпускников Слизерина и Гриффиндора 1965-1970 годов. Кошка Филча недавно перевернула стол с документами, так что, будьте добры, — приторно протянул Снегг, — рассортируйте бумаги по факультетам и годам выпуска.       Вивьен взглянула на Гарри — лицо у него было такое, будто он съел что-то очень кислое. — Сколько у нас времени, профессор? — нерешительно спросила девушка.       Снегг недовольно посмотрел на неё и с ухмылкой произнёс: — Я вернусь тогда, когда сам решу, что этого времени было достаточно, чтобы вы закончили работу, мисс Блэк. Так что советую вам поторопиться. Ваша палочка! — он выжидающе протянул руку. Девушка неохотно отдала профессору свою волшебную палочку.       Снегг неспешно вышел, а через секунду Вивьен услышала, как в двери щёлкнул замок. — Неужели он думает, что мы сбежим? — фыркнул Гарри, когда шаги профессора утихли. — Это же тупо! Ладно я, но ты! — О чём ты? — Ну, я никогда не слышал, чтобы Снегг наказывал своих слизеринцев, — уловив на себе испытующий взгляд Вивьен, Гарри немного замялся. — Видимо, ты просто ему не нравишься. — Видимо, да, — улыбнулась Лестрейндж. — У нас с тобой это общее, насколько я понимаю.       Гарри мысленно возразил, Вивьен подумала, что соврала. Он вспомнил об отце, из-за сходства с которым Снегг его ненавидел, а она о матери. И каждый считал, что их случаи никак не связаны. И оба ошибались. — Предлагаю сначала разложить по факультетам, а потом уже ты возьмёшься за Гриффиндор, а я за Слизерин, — со вздохом сказала Лестрейндж и, пододвинув стул, села рядом с Гарри. Он заметно напрягся.       Какое-то время они работали молча, но противная мысль, что он попросту теряет свой шанс, не покидала головы Гарри. — Вивьен? — Да? — казалось, девушка была рада, что он решил всё же начать разговор. — Это правда, что ты билась с Паркинсон? — с осторожной улыбкой спросил Гарри, взглянув на Вивьен.       Девушка отвела взгляд и прикусила губу, сдерживая смех. Её недавняя победа над Пэнси вызывала у Вивьен непривычное для неё чувство ликования и даже злорадства. Пусть сама она не до конца это признавала. — Не думала, что до Гриффиндора дойдёт эта новость, — несколько усмирив своё честолюбие, произнесла Вивьен. — Ещё бы! — оживился Гарри, довольный тем, что ему удалось нащупать нужную тему. — Вашему факультету ведь снял за это пятьдесят баллов. Мы о таком узнаём ещё раньше Снегга. — Очень мило, мистер Избранный! — Гарри уже испугался, что сморозил глупость, но Вивьен лишь рассмеялась и шутя ударила гриффиндорца случайной папкой, оказавшейся под рукой. — Это чем же тебя так слизеринцы не устраивают?       Он замолчал, не зная, что сперва ответить. Вивьен смотрела на него, слегка наклонив голову, и Гарри сказал то, что невероятно боялся произнеси вслух. — Не все из них.       Девушка коротко улыбнулась. Она сильно покраснела и, окончательно смутившись, вновь принялась за работу. Гарри чувствовал себя величайшим идиотом в мире. — Только не думай, что я какая-то психопатка, не способная избежать драки, я не задира, но здесь, в Хогвартсе, я чувствую себя свободной, — Вивьен сама не до конца понимала, зачем говорит ему это. Она знала лишь, что может сказать ему всё. Ну, или почти всё. — До приезда сюда я была той девочкой, которой меня хотела видеть Андромеда, но сама я всегда понимала, что никогда не буду ею.       Гарри недоумевая смотрел на неё. — Возможно, я вовсе не тот человек, каким ты меня считаешь, Гарри.       Вспомнив недавний опыт общения с Чжоу Чанг, он уже испугался, что Вивьен сейчас заплачет, но этого не случилось. Она смотрела на Гарри твёрдым и уверенным взглядом, Вивьен была настолько близко, что ему вдруг невероятно захотелось поцеловать её. — Похоже, с факультетами мы закончили, — неожиданно бодро произнесла Лестрейндж. — Переходим к годам? — с улыбкой спросила она Гарри.       Он кивнул, всё ещё не улавливая сути произошедшего.       Вивьен погрузилась в работу, стопки бумаг с зелёной эмблемой стремительно росли, пока в руки ей не попалась одна тоненькая папка, внизу был обозначен 1969 год выпуска, но девушка не спешила откладывать её к остальным. Её руки сильно дрожали, а в голове стучала лишь одна мысль. Не задумываясь, Вивьен раскрыла папку. Сверху лежал пожелтевший лист с фотографией в левом верхнем углу, ниже были записаны год рождения, домашний адрес, сведения о родителях, материал, сердцевина и длина волшебной палочки, а в графе «особенности» было написано лишь одно слово — «предприимчивость». Отдельно лежал лист с оценками по СОВ и ЖАБЕ. На фотографии в углу улыбалась одиннадцатилетняя девочка с длинными, аккуратно расчесанными вьющимися волосами, её глаза смотрели заинтересовано и немного высокомерно, а на худеньком лице появлялись ямочки, когда она улыбалась.       Вивьен смотрела на мать и безрезультатно пыталась уловить хоть что-то общее между девочкой с фотографии и Беллатрисой Лестрейндж. — Вивьен, что ты делаешь? — Гарри мгновенно вывел её из ступора, девушка быстро захлопнула папку, вовсе забыв о том, что на титульной странице тоже есть имя матери. — Это дело Беллатрисы Лестрейндж? — трудно передать, с каким отвращением он произнес это имя. Вивьен почувствовала себя уязвлённой. — Здесь год написан нечётко. Я не могла разобрать, это 1968 или 1969. Вот и подумала, что внутри должно быть тоже указано. — Ну да, — тихо сказал Гарри, взяв в руки бумаги. Вивьен вся вытянулась, наблюдая за ним.       Гарри открыл папку и, не произнося ни слова, холодно посмотрел на девочку на фотографии, потом резко захлопнул папку и так же молча положил её к остальным делам 1969 года. — Она выглядит слишком безобидной для этой мерзости.       У Вивьен дрогнули губы возразить, но особого смысла в этом она не увидела. — Ты знаешь её? — Лестрейндж говорила очень осторожно — резкая перемена в лице Гарри не сулила ничего хорошего. — Пришлось познакомиться, — буркнул он, с яростью откинув папку с гриффиндорской эмблемой в дальнюю стопку. — Она убила очень близкого мне человека, и я действительно не хочу говорить об этом.       Гарри выглядел подавленным, и Вивьен вдруг стало необычайно жаль его. Она хотела обнять его, но побоялась, что Гарри может неправильно понять. Ей было стыдно, и хоть в этом не было ни капли её вины, Вивьен вдруг стало тошно от самой себя. — Я убил бы её, не моргнув и глазом, — Гарри опустил взгляд и, сжав под столом кулаки, молчал. — Всё хорошо, я понимаю, — несмотря на свои опасения, Вивьен пододвинулась ближе к Гарри и, обвив руками его шею, положила голову ему на плечо. Юноша приобнял её за талию.       Гарри был очень тёплым, а от его свитера пахло печеньем, которое давали сегодня на ужин. — Мы могли бы стать отличными друзьями, — Вивьен подняла на него взгляд, но по-прежнему не отстранялась. — Если, конечно, мистер Избранный не против, — она звонко засмеялась, а Гарри подумал, что пуще прежнего хочет поцеловать её, но как и в первый раз ничего не сделал. — Мне стоит подумать над твоим предложением, — напыщенным тоном произнёс он. — Ах ты расист! — Вивьен шутя ударила его по плечу. — Это потому, что я слизеринка, да?       Она случайно задела локтем стопку с бумагами и две папки упали под стол. Гарри хотел поднять их, но девушка воспротивилась. Она легко отстранилась и нырнула под стол, а когда вылезла, её волосы были слегка взъерошены, а на шее висел знакомого вида кулон. — Вивьен, откуда это у тебя? — произнёс Гарри, не желая слышать ответ.       Девушка растерялась. Так и не сумев совладать с наложенным на цепочку заклинанием, она прятала кулон Беллатрисы под одеждой и уж никак не продумала, как будет оправдываться. — Этот кулон — единственное, что мне досталось от мамы, — как можно увереннее сказала она. — Андромеда отдала мне его, когда я решила идти в Хогвартс.       У Гарри душа ушла в пятки. Ему вдруг стало одновременно и холодно и жарко, а в голове всё странным образом сложилось в цельную картинку: её внешняя схожесть с Беллатрисой, нелепая история о стёртой цифре на папке, хотя всё было прекрасно видно, и теперь этот кулон. Гарри стало страшно. — Тогда ладно, — пробубнил он, вновь принимаясь за работу. — Просто мне показалось, что я его где-то вдел. Видимо, я всё же ошибся.