Детки в клетке

- Девушка в другой комнате… Она, не делая лишних движений, проходит из одного конца спальни в другой, беря зеркало и поднимая его к лицу. - Она размазывает помаду по стена-ам… Негромко напевая, она берет бесцветный блеск для губ и красится им. У нее такой приятный тихий голос, что она сама в восторге от напева. Тук-тук-тук. Она возвращается к своей кровати, стуча удобными толстыми каблуками по каменному полу. - Девушка в другой комнате… Она-а… В голове крутится медленная и спокойная мелодия, и она не может замолчать, да и не хочет. Эта песня – зеркало сегодняшнего дня. Отражатель настроения. А в спальне так тихо и прохладно, и она уже одета и припудрена… - Она напудривает лицо и хмуро вглядывается в свое отражение… она… Песня слишком спокойна для того, чтобы быть столь удручающей. Та девушка в другой комнате, похоже, она чуточку одинока. Но ничего, это мило – вот так мурлыкать о ней, даже не имея понятия, о чем толком текст. Она чувствует себя хладнокровной убийцей, и ей это нравится. Сунув в карман черного платья с высокой талией и широкими бедрами кусок невесомой серебристой ткани, она поправляет волосы и выходит из комнаты. Спускаясь по лестнице, она наблюдает за мельтешением своих ног, и ей доставляет удовольствие наблюдать за ремешками туфель, перехватывающими голень. Легкой походкой проходит через красно-золотую гостиную факультета, направляясь к портрету. - Гермиона, а ты куда? – заинтересованно спрашивает ее длинноволосая блондинка, восседающая на диване с двумя парнями у своих ног. У нее слишком хорошее и ровное настроение для черствого ответа. - Я скоро вернусь, Лав, - отвечает она и открывает портрет, перешагивая через порожек. Она улыбается и любуется собой, расправляя плечи и делая выверенные шаги. *** *** *** Четверо парней скучающе сидят на площадке башни. Двое из них абсолютно идентичной внешности: рыжие волосы, коренастые фигуры, голубые беспокойные глаза. Третий повыше и гораздо более тощий, усыпанный ребячьими веснушками и постоянно сдувающий с глаз неаккуратную челку. Таких называют «новичками», но не скажешь, что в этой компании он недавно. Четвертый парень самый серьезный и сосредоточенный, он постоянно хмурится и поправляет круглые блестящие очки на носу. В углу стоят две квиддичные биты, а на руке у долговязого рыжего парня широкий кастет. - Надо было метлы взять, полетали бы, пока ждем, - с тоской говорит один из близнецов и смотрит на другого. - Очень умно, Фред. Они придут, а вы будете летать? – тут же окрысивается долговязый. - Расслабься, Ронни, - роняет второй близнец. – Мы ведь не взяли метлы. - Да, Рон, успокойся, ты больше всех нагнетаешь обстановку, - с трудом говорит очкастый и сразу становится видно, как он напряжен. - Правда, остынь. Вообще, скажи спасибо Гарри, что мы с Джорджем прилетели помочь вам в этом черном деле, - близнец, которого назвали Фредом, поднимается и берет в руки одну из бит. Рон неуверенно и даже с отвращением смотрит на кастет у себя на руке. - Я бы никогда… - пытается объясниться он. – Если бы не этот урод… - Да ладно, вы провернули хорошенькое дельце, и твоя девушка показала в нем себя с лучшей стороны, - отмахивается Джордж. Фред начинает смеяться, и Джордж подхватывает. Похоже, что они мысленно пошутили между собой. Рон начинает злиться и сжимает пальцы вокруг кастета. Гарри молчит и наблюдает. - До сих пор не понимаю, как такая девчонка досталась тебе, Ронни, - выдавливает, давясь хохотом, Фред. - Я сейчас тебе врежу! – почти визжит Рон и заносит утяжеленную металлом руку. - Тихо, тихо! – хватает его за запястье Гарри. Гарри копит силы и его, наверное, скоро разорвет от ярости и напряжения. Внезапно наступает тишина, в которой через какое-то мгновение раздается тихое пение Фреда: - Люби меня, или покинь меня и оставь одну… Больше Фред слов не знает и замолкает, шагая к каменным перилам башни. Джордж стоит за его спиной и вдыхает теплый весенний воздух, а раскрасневшийся Рон садится на корточки у стены, уставившись себе под ноги. Фред смотрит вдаль, на темный лес и горы, и Гарри кажется, что у Фреда безумные глаза. А Фреду в голову приходит мысль, что у Гарри глаза убийцы. *** *** *** - Девушка в другой комнате… Она все еще напевает себе под нос эту песенку и облокачивается на холодную каменную стену. У ее платья открытая спина, но ее это не волнует. - Возможно, она там, возможно, здесь не на что смотреть… Она прикрывает глаза и покачивает головой. Ее золотые локоны волнами лежат на плечах и легонько подрагивают. Она умиротворена и все идет по плану. Ей не скучно его ждать, и она вовсе не дрожит от нетерпения. Но, как только его высокая фигура является из мрака коридора, она сразу же ощущает это и поднимает веки, не меняя позы. - Здравствуй, Драко, - полушепотом говорит она и слышит, что ее голос чуть охрип. Он неподвижно стоит и смотрит на нее, улыбаясь краем губ. У него уложенные светлые волосы, холодные серые глаза и стройная фигура. Тонкие черты лица и, когда он до конца улыбается ей, в полутьме блестят его белоснежные зубы. Он выглядит, как человек, привыкший получать все, и ей это даже иногда нравится. А особенно ей нравится то, как он смотрит на нее, и как он смотрит всегда, когда доволен. - Ты хорошо выглядишь сегодня. Это для меня, - без эмоций говорит он и делает шаг к ней навстречу. Она не делает никаких движений по направлению к нему, взглядом скользя по его идеально скроенному костюму из дорого блестящей серой материи. Ровно обработанная деревянная палочка торчит из его нагрудного кармана рядом с краешком белого носового платка. Он встает вплотную к ней, сильнее вжимая ее спину в камень и глубоко и долго целует ее. Она отвечает ему, но ей приходится напрягать слух, ловля отдаленные шаги. Ей вовсе не хочется напрягаться и нервничать сегодня, поэтому она отстраняет его. Он тяжело дышит и отрывается от ее губ, но не отпускает ее саму. - Грейнджер… Он снова припадает к ней губами, и она с удовольствием бы поддалась ему, но не сегодня. До окончания вечера она хочет остаться красивой, и нельзя позволить ему все, что обычно. Укусы, засосы, синяки, кровь – нет. К концу сегодняшнего дня ей охота сберечь даже укладку. Поэтому: - Нет, Драко, - шепчет она и удерживает его лицо в своих ладонях. Он не слушает и запускает одну руку под юбку ее черного платья, и она почти поднимает бедро, но все же заставляет себя сжать колени. Ей вовсе не нравится эта зажатая поза. -Нет, не здесь, - твердо говорит она и смотрит ему в глаза. Ее рука лежит на его груди и оставшийся в одиночестве платочек высовывается из его нагрудного кармана. - Пойдем на башню, - он решительно дергает ее за ремень на талии. – Одевай мантию. Она вытаскивает серебристую ткань из своего кармана и накидывает ее себе на плечи. Он уже не видит своей скрытой под мантией-невидимкой волшебной палочки. Она берет руку Драко в свою и всю дорогу до башни массирует его ладонь, с легкой улыбкой наблюдая, как горят от нетерпения его глаза. Он не замечает ровным счетом ничего. Его серо-стальная радужка снова напоминает ей безжалостные глаза маньяков из старых фильмов, и снова ей хочется напевать. Она поднимает голову высоко, как королева, и сжимает губы, слушая равномерный стук своих одинаково решительных шагов. - Может, здесь не на что смотреть, кроме как на следы былого. Девушка в другой комнате… На едва слышный голос он немного поворачивает голову в ее сторону и в его лице лишь пустая целеустремленность. Когда она смотрит также на него в ответ и знает, что он не увидит этого взгляда, она чувствует себя профессиональным киллером. И она чувствует себя прекрасно. *** *** *** - Уже темнеет, - коротко замечает Гарри и поворачивается к остальным парням. Фред и Джордж, поигрывая битами, синхронно кивают в ответ. Рон отупело бьет себя кулаком в ладонь, крепко стиснув зубы. Внезапно он замирает и поднимается на ноги. - Кто-то идет. Тихо. Близнецы становятся по обе стороны от выхода на лестницу, занеся в замахе биты. Гарри присоединяется к Фреду, а Рон – к Джорджу. Тихие шаги раздаются громче и громче, преследуемые глухим стуком каблуков. Тук-тук-тук. Ее туфли ударяются в камень все ближе, и каждый из затаившихся на площадке парней знает , что время пришло. Тук-тук-тук. Фред и Джордж с улыбками смотрят друг на друга, а Рон снова сжимает вспотевшие ладони в кулак. Гарри снимает очки и кладет их к стене. Тук. Тук. Высокий мужской силуэт появляется на площадке и останавливается лицом к выходу. Через секунду она скидывает мантию-невидимку, и четверо парней выходят из тени прямо перед ним. Он машинально тянется к нагрудному карману, но она крутит перед своим лицом его палочку, словно сигару любимого сорта. - Сука, - беззлобно роняет он и пытается рвануть к выходу. Но близнецы ухмыляются у него на пути, как стражи с дьявольскими ликами. Он начинает пятиться к краю башни и понимает, что выхода у него нет. Наверное, он понял это сразу, как увидел своих палачей. - Сука. Когда к нему первым подскакивает нескладный Рон и с диким рыком ударяет его в лицо свободной от кастета руки, он даже пытается уклониться. Рон вряд ли рассчитывал на то, что удар будет сильным, ему просто очень надо было ударить его чистой рукой. Следующий удар приходит от Гарри, и от вооруженного кулака Рона. После этого он падает в своем безупречном костюме на грязный пол, и близнецы применяют свои биты в деле. Он орет лишь от боли, но не ругается и не матерится, и она знает, что он знает, что сопротивление бесполезно и конец будет сегодня. Она, выпрямив спину, стоит чуть дальше от середины площадки башни и не отрывает взгляда от пятерых парней перед собой. Она видит, как Фред с размаху бьет его по животу, и его глаза выкатываются от боли, а изо рта брызжет слюна. Она видит, как Рон бьет его под подбородок железом, и она ждет, когда от удара челюстей у него отлетит кусочек попавшего между зубами языка. И с интересом она смотрит, как Гарри ногами пинает его по почкам, не издавая ни звука - лишь зеленые глаза смотрят прямо в маньячные серые, зажмурившиеся от боли. Иногда она переводит взгляд на свою пляшущую в свете факела тень и любуется рельефом обтянутых тканью бедер и завитушками волос. Она бы полюбовалась на свой профиль, но тень от ее головы падает прямо на склонившегося Джорджа. Хруст и мокрые шлепки раздаются в вечернем воздухе, и про себя она улыбается и напевает песню о девушке из другой комнаты. Через какое-то время шлепки почти затихают, и лишь удары кастета перекрывают тяжелое дыхание близнецов и Гарри. Джордж отбрасывает свою биту в угол и разминает пальцы, а Гарри и Фред смотрят на Рона, с перекошенным от злости лицом все ударяющего и ударяющего красным от крови кулаком. Поэтому Фред перекидывает рукоять биты из одной руки в другую и берет Рона за локоть, оттаскивая к ней. Рон стоит рядом с ней и хрипит с каждым вздохом, а она смотрит вниз, на него, и ей хорошо от того, что день кончился, а на ней ни синяков, ни царапин. Уже за одни эти укусы можно было сделать с ним то, что сделали сейчас парни. Она делает шаг и наклоняется над ним, глядя в кровавое месиво, в котором уже не может быть жизни. Светлые волосы не только на его голове, но и в ней тоже, а платочек в нагрудном кармане красный от бит, которые по нему ударяли. Она склоняется ниже, не чувствуя даже отвращения. - Малфой, нет, пожалуйста, я прошу тебя! Она пытается отползти от него по парте, но он сильнее, и она ничего не может сделать. Он притягивает ее к себе, раздвигая ей ноги под измятой форменной юбкой, и слезы начинают неудержимо катиться по ее лицу. Он хватает ее за растрепанные волосы и целует так, как-будто уже насилует. Она кричит, и мычит, и пищит, но на кабинете чары и ничего не поможет. - Рон убьет тебя! – пытается крикнуть она, но его губы не дают ей издать членораздельный звук и безжалостные глаза смотрят прямо в лицо. Она закрывает лицо ладонями и слышит, как он расстегивает ширинку. - Тебе понравится, грязнокровка, - говорит он тихо и страшно, и она почти задыхается от его хватки. Ей ужасно больно и она хочет умереть, она смотрит на свою порванную блузку, лежащую на соседней парте, и отчаянно желает стать сильной. Стать сильной и хотя бы не плакать. Когда он заканчивает, слезы на ее лице уже почти высохли Когда он заканчивает, она уже знает, что делать. - Мне понравилось, – выдыхает она ему в ухо, и теперь он улыбается ей. Она согнулась почти на девяносто градусов, оставляя спину прямой, и на секунду вдохнула запах крови. - Я ПОХОЖА НА ТУ, КОТОРУЮ ТЫ КОГДА-ТО ИЗНАСИЛОВАЛ??? – кричит она туда, где были его глаза, и мгновение думает над тем, пнуть его тело, или не стоит пачкать туфли. Она ограничивается плевком в его красную грудь и отходит к ограде башни. Там уже стоит Фред и она понимает, что у нее не одной сегодня заела пластинка. - Люби меня или покинь меня и оставь одну-у, - поет Фред и постукивает ногой, опершись скрещенными руками о перила башни. – Ты не хочешь мне верить, что я люблю лишь тебя… За их спинами раздается шарканье, и они оборачиваются. Рон берет тело за одну ногу и пытается куда-то тащить. - Мы уберем, - бросает Фред, подходя к Рону. Джордж достает из кармана прозрачный пакетик с розовым порошком и подмигивает Гермионе: - Новейшая разработка, - говорит он, и Гарри передает ему отброшенную биту. Фред поднимает свое окровавленное оружие и хватается за безжизненную руку. Джордж берет Фреда за плечо и распыляет щепотку розового порошка вокруг себя. - Мы всегда убираем за собой, - поучительным тоном говорит Фред и близнецы растворяются в воздухе вместе с телом. Пятна крови на полу тоже исчезают. На площадке остаются только трое, и она понимает, что даже не хочет сделать вздох облегчения. Она собирается пойти в свою спальню и глянуть в зеркало. Она говорит Рону, чтобы он избавился от кастета, а он не обращает на это внимания. Гарри ступает на лестницу первым, а Рон все еще стоит на площадке, глядя ей в глаза. - Я люблю тебя, - говорит он. И она берет его за руку, спускаясь по ступеням. КОНЕЦ ______________________ Картинка к фику - http://i027.radikal.ru/0909/9b/709a4494419b.jpg И коллаж из той же оперы - http://radikal.ru/F/s49.radikal.ru/i126/0909/f1/ae86a414c78d.jpg.html ______________________ Гермиона напевает песню Diana Krall - "The girl in the other room", Фред - Billie Holiday, "Love me or leave me". Прошу прощения за корявый выборочный перевод)