Камера Азкабана хорошо потрепала меня.

И я снова лежу. Только теперь на полу. Два часа прошло с визита Майка. Ненавижу! Ненавижу его! Зачем он пришел, зачем появился? Чтобы лишний раз сделать больно? Я совсем ничего не понимаю. Вот рядом с камерой плывет дементор. Останавливается около моей камеры и дышит. С таким скрипом втягивая воздух, что аж жутко становится. Но мне все равно. Я уже привыкла. Я раньше часто с ними разговаривала, дразнила. А дементоры злились. А теперь не хочу. - Альбус, я не понимаю! - вскрикнул кто-то. Незнакомый голос. Я услышала быстрые и гневные шаги. Шагало два человека. Это я с легкостью могу различить. - Руфус, я говорю вам правду! - ответил уже знакомый мне голос. - Мистер Ньютон три месяца назад тоже не лгал вам! Корнелиус ничего не хотел слушать! Будьте же благоразумны! Я закрыла глаза и устало вздохнула. Я устала. Они все делают вид, что помогают мне. Все делают вид, что хотят вытащить меня из этой дыры. Все они хорошо играют свои роли. Так правдоподобно. Но я уже ничему не удивляюсь. Какого лешего тут делает министр магии? И директор Хогвартса? И причем тут Майк? Снова заскрипела дверь моей хомячьей клетки. А я лежу, не открывая глаз и стараясь ничего не замечать. Дементор уже отплыл к другим узникам. Лучше бы я была дементором. Ходи и ешь чужие эмоции. - Элис, - снова услышала я свое имя. Как же вы задолбали меня все! Отцепитесь! Господи боже, убери их всех отсюда! Я уже молила тебя о свободе, ты мне ее не дал. Так дай мне покой! Господи боже, дай мне покой! - Мисс Итан, поднимитесь! - проговорил грозный голос министра. Но я не собиралась выполнять приказ. Пусть хоть убьют меня. Мне уже жить незачем. - Руфус, она в отчаянии, - заговорил мягкий голос Альбуса Дамблдора. - Ее посадили в тюрьму в возрасте четырнадцати лет. Арестовали ни за что. Я строго-настрого запретил всем выходить за территорию школы. Девушка не могла выйти. Ее подставили. И у меня имеются подозрения. Я открыла глаза. Седовласый Руфус Скримджер прожигал меня своими глазенками. Я безразлично отвечала на его взгляд, в котором читались гнев и недоумение. Но, после слов Дамблдора, выражение глаз его немного смягчилось. - Мисс Итан, - заговорил он другим голосом, - я прошу вас, сядьте на койку. Я бы с "удовольствием". У меня совсем нет сил. Нет сил просто сесть. У меня болит голова от повысившейся температуры и кружится из-за того, что я не ела две недели. У меня озноб. Насморк. Нехватка витаминов. И еще всякая такая дребедень. - Она болеет, министр, - услышала я голос, который уже всем своим нутром ненавидела. Парень тяжелой походкой снова вошел в мою камеру и остановился передо мной, опустившись на колени. Я почувствовала холодную руку на своем разгоряченном лбу. Я хотела сбросить его руку, но у меня ничего не получилось. Из-за того, что нет сил, я лишь смогла поднять руку и резко опустить ее на руку Майка. - Мистер Ньютон... - Я знаю, - прервал парень. Я снова закрыла глаза. У меня просто не было сил держать их открытыми. Я закашляла. А потом перестала. Горло жестко болело. Но я все терпела. Я не могла даже сказать слова. Да и зачем? Меня никто не услышит. И никогда не слышал. Почувствовала одну руку на талии, другую под коленями. Майк поднял меня на руки и уложил на "идеальную кровать". - Должен быть суд! - воскликнул Дамблдор. - Спустя два года, профессор? - подала я голос, который был хриплым от долгого молчания и болезни. Через силу открыла глаза. Переводила взгляд от директора к министру, от министра к "охраннику", от "охранника" к директору. - Да, спустя два года, - ответил он. - Мне уже все равно, - прохрипела я. - Я и так все потеряла. Так и сдохну тут же. Министр снова оглядел меня и отвернулся. Директор тоже не смотрел на меня. Только Майк на меня смотрел. Потом вздохнул и вышел. Затем вышел и Дамблдор. Бросив на меня долгий взгляд, вышел и Скримджер. Вот так вот. Никому я не нужна. Поговорили, посмотрели, ушли. Как обычно. Снова дементор проплыл мимо моей камеры.