Обреченная

Ехали мы часа три. Нет, это не шутка и не метафора. Мы ехали, в самом деле, часа три, так как она просто ползла по дороге, не превышая скорость сорок километров в час. Когда мы подъехали, Ксюша остановилась около ворот к трехэтажному зданию, построенному из кирпича, который уже крошился. Выглянув из окна, я увидела группу парней, куривших на крыльце этого ужасного здания. Только потом до меня дошло, что это самый ужасный детдом в нашем городе. Здесь в основном живут подростки… как бы сказать помягче, совсем ужасные. "Нет, это шутка. Она не может так со мной поступить.", – твердил мой внутренний голос, но я понимала, что она просто ловит кайф от всей этой ситуации. Ксюша вышла из машины, вытащила мои вещи. К ней подошел очень тощий мужчина, она что-то сказала, а после он, забрав мой чемодан, ушел внутрь этого детдома. Та развернулась и уставилась на меня. Я высоко задрала голову, на что она постучала в окно, ожидая, когда я выйду, но я, решив вообще не выходить из машины, продолжала сидеть, пока Ксюша не разозлилась и не вытащила меня из машины за руку. Конечно, с моим визгом, криками и матом на нее, но она все-таки вытащила меня и потащила к зданию. - Ты не можешь так поступить. Я не пойду, нет… - пытаясь вырваться, шипела я, как можно тише, но так, чтобы она меня слышала. Ей было все равно. Зайдя только на территорию, она остановилась и, вплотную приблизившись к моему лицу, при этом схватив за волосы, произнесла, от чего с моего плеча упала сумка: - Послушай сюда, мне все равно на тебя и мне абсолютно все равно, что тут с тобой сделают. Я уже избавилась от одной занозы, а избавиться от тебя оказалось пуще простого, так что ты в любом случае не сможешь избежать этой участи. И да… попробуй только сделать так, чтобы тебя отсюда выгнали. Я найду тогда другое место намного хуже этого. Поняла? Я ничего не ответила, а она, развернувшись, продолжила идти вперед. Только через пару секунд я услышала ее тихий голос: - Хотя.. хуже этого нету. Сейчас, именно в этот момент, я могла сказать спокойно, что ненавижу эту дрянь. Поэтому, не сдержавшись, произнесла: - Сука.. скажи спасибо, что я тебе еще в рожу не плюнула! - Что ты сказала? - повернулась она и так же быстро снова оказалась около меня, но в этот раз не нарушая моего личного пространства. - Повторить? – невинно спросила я, делая шаг ей навстречу. - Разумеется. – хмыкнула она не отступая. - Я сказала: Сука, скажи спасибо, что я тебе еще в рожу не плюнула, – с улыбкой произнесла я. Она постаралась сделать вид, будто ничего не слышала, поэтому, развернувшись, пошла к входу. Я немножко постояла, ошарашенная ее реакцией, в центре двора детдома, а потом, поправив сумку, пошла за Ксенией, которая уже заходила в здание. - Мразь... – прошипела я ей в спину, подходя к дверям и открывая их, при этом замечая пристальный взгляд на себе тех парней, что стояли и курили. Внутри этот детдом оказался не таким уж и плохим, как снаружи. Надеюсь, тараканов у них нет. Первым делом, мы пошли в кабинет директора, который находился на первом этаже. Дверь была получше, чем в больнице, наверное, нулевых годов, а не СССР, как там, но все же прогресс. Кабинет не очень простой. В центре стоял стол с компьютером, по бокам стеллажи с папками, большое евроокно сзади и много цветов. За столом сидела высокая и худенькая женщина лет тридцати пяти в строгом сером костюме. Меня почти сразу же выгнали из кабинета, сказав номер моей новой комнаты и, что сейчас только что начался ужин, поэтому я шла медленно, осматривая все подряд. Когда я вошла, никого в комнате не было. Жила я теперь на третьем этаже. Комната оказалась простой, но достаточно интересной и, по сравнению с больничной, достаточно большой. Потолки очень-очень высокие. Справа в углу от двери стоял стол с зеркалом. Видимо, предназначенный и для уроков, и для прихорашивания… м-да ни разу такого не видела, но для экономии места очень даже удобно. Далее стояло четыре кровати с тумбочками, в конце ряда большой шкаф. Над второй и третьей кроватью висела книжная полка, рядом с четвертой так же справа было свободное место, которое почти все занимало невероятно массивное старое окно. Самое странное, окон было всего два, но они такие огромные, что освещали всю комнату. Слева стоял еще один большой шкаф. Там, где на правой стороне кончались кровати, с левой стороны стоял боком открытый стеллаж с разными книгами, статуэтками, парой фотографий и цветами. За стеллажом было еще две кровати, над которыми все так же висела большая книжная полка, но кроме нее были еще плакаты неизвестных мне людей. Самое приятное, что комната была озелененной. Было много цветов, висящих на стенах, стоящих на подоконниках, полу. Например, на окне стояла в горшке цветущая орхидея, на открытом стеллаже пара кактусов, остальных названий цветов я просто не знаю. Около той самой четвертой кровати справа стоял мой чемодан, поэтому было легко догадаться, что она теперь моя. Подойдя к ней, я в тумбочку убрала сумку и в одежде завалилась на кровать, уткнувшись лицом в подушку, после чего я отключилась… Не знаю, сколько прошло времени, но разбудил меня хлопок двери, а после голос: - Ты наверно новенькая? Быстро сев и повернув голову к двери, я увидела милую девушку, которая мне улыбалась. На улице к этому времени уже стемнело, и комнату освещал только свет луны. - Меня Лиза зовут, а тебя? – продолжила она, включив свет. - Вика, – ответила я, протянув руку. - Почему ты не переодеваешься?- спросила она, ответив на рукопожатие. - Да, я только пришла и что-то переоценила себя, поэтому уснула. – ответила я, зевнув. Быстро поднявшись, я сняла куртку, бросив ее на кровать. Но сразу не найдя свой чемодан, огляделась, он стоял совсем недалеко. Пока я поднимала и укладывала чемодан на кровать, Лиза тем временем села на третью кровать, а после легла. Было похоже как будто она лепила снеговика. Быстро достав из чемодана серые джинсы и кислотно-зеленый свитер с балетками, я так же быстро переоделась. - Вон тот шкаф у нас для верхней одежды, – произнесла она показав на шкаф с левой стороны и добавила, зевнув и показав на шкаф с правой стороны, – А тот для обычной. Я кивнула и взяла куртку, чтобы убрать ее в шкаф. Решив оставить остальную одежду пока в чемодане, я спросила, наконец, у Лизы: - А где остальные? - А-а, они еще в столовой. Там просто рыбу дают, а у меня на нее аллергия. И, кроме того, нам еще с утра сказали, что подселят новенькую, вот мне и не терпелось увидеть кого. Тем более про тебя уже весь детдом знает, - улыбнулась она, сев на кровати. - В смысле? - переспросила я, так же сев на кровати. - В смысле у нас еще никто не заезжал, осадив социального работника. - засмеявшись произнесла она. - Ах, это. Просто Ксюша все специально подстроила, мразь такая. Она просто с моей мамой работала и не любила ее, вот и мстит мне, корова. - Она умерла? - тихо спросила Лиза, на что я, не отвечая, просто покачала головой, а она, присев рядом и обняв меня за плечи, произнесла: - Да не переживай ты так, детдом у нас хороший... но если только от некоторых личностей держаться подальше. Кстати, какая у тебя фамилия? - Абелева. - ответила я. - Стой- стой, теть Даша Абелева - социальный работник, твоя мать? - Была. - ответила я. - А что? Ты ее знала? - Да, это она меня сюда привезла, - горько сказала она. Я усмехнулась, но ничего не ответила. - Расскажи мне, кто тут еще с нами живет? - решив сменить тему, произнесла я. - О-о, ты сама скоро все увидишь, они придут минут через десять. Тогда и познакомишься. Девчонки клёвые, они тебе понравятся! - ответила она улыбнувшись. - Тогда расскажи мне про тех таинственных людей, от которых стоит держаться подальше, - докопалась я. - Об этом тебе расскажет Ленка, она как раз встречается с Пашкой и знает все замашки его дружков, - уйдя от ответа произнесла Лиза. - Ну ладно, где тогда можно покурить? - Это на крыльце. – ответила она, пожав плечами и снова упав на кровати, а после спросив: – Проводить? - Нет, не нужно, я видела где это, – улыбнувшись ответила я и, подойдя к шкафу, при этом достав из куртки пачку сигарет и зажигалку, поинтересовалась, - Ты пойдешь? - Нет, спасибо. Я бросаю. - ответила она. - Молодец! – искренне улыбнулась я и добавила, – Я вот тоже хочу, но не могу, это в первую очередь меня успокаивает. Она улыбнулась, на меня посмотрев, а я, больше ничего не говоря, пошла к выходу.