too in love to be alone.

С тех пор, как они стали снова общаться, прошло не так много времени. Вернулась прежняя безмятежность общения, дурацкие шутки и ничего не значащие милые фразочки. Они обменивались сообщениями тысячу раз на дню, желали друг другу добрых снов и оставались каждый в своем мире. Чжиен успел простить все свои обиды, Сынхён успел забыть, каким жалким был младший. Или Квон просто хотел надеяться, что тот забыл. Сегодня Чжиен пришел на работу чуть раньше. В качестве исключения он решил просто не опоздать. Выбрасывая пустой стаканчик кофе, парень прошел в свой кабинет. Молодой, амбициозный, но бесперспективный архитектор. Чжиен был уверен в том, что его работа не только не принесет ему удовольствия, но еще и денег. - Тебя вызывает директор, - юная практикантка приоткрыла дверь, пропев почти на все помещение своим звонким голоском. Мысленно помолившись о том, чтобы его не уволили (он ведь даже не опоздал сегодня), Чжи поправил галстук и направился к начальству. Директор выглядел хмуро, парню стало неуютно. Он сел напротив, закусывая губу. - Расслабься, я не собираюсь тебя отчитывать. Скажи мне.. Ты ведь не женат? Детей нет? Квон слегка приподнял брови, не понимая, к чему могут быть такие вопросы, а затем отрицательно покачал головой. - Нам нужно отправить кого-то из штата в длительную командировку, но почти все либо с детьми, либо с семьей, так что они все отказываются. Это хорошие деньги, но дорога не ближняя и срок приличный. Чжиен жил один, ему было совершенно плевать, куда его отправят, если за это еще обещают и хорошо заплатить. Он тут же закивал в ответ сонбэ, но когда услышал название города, ему показалось, что его голова сейчас слетит с плеч, словно у сломанного болванчика. Это был город, в котором жил Сынхён. На несколько секунд Квон выпал из реальности и очнулся лишь тогда, когда голос директора стал громче. - Так ты согласен? - Я? – парень нелепо захлопал ресницами. – А, я! Да, я согласен. - Ну и замечательно. Вылет завтра утром. Чжиен вышел из кабинета на ватных ногах. Его совсем не интересовало, почему так быстро, он даже прослушал, на какой именно срок эта командировка. Он только достал телефон и написал пользователю со значком «offline» короткое «Скоро увидимся». Город, в котором жил Сынхён, был ничуть не меньше собственного Чжиеновского, но тут была такая суета и так много людей, что парень почти сразу же почувствовал себя лишним. В аэропорту было столпотворение, но никто его не встречал. Впрочем, он ни на что и не рассчитывал. Взяв такси, Чжиен направился в гостиницу. Уже там, приняв душ, он зарядил телефон и обнаружил целый набор вопросов от Сынхёна. «-Ты где?» «-Ближе, чем ты думаешь ~» Чжиен не успел ответить на сообщение, как раздался звонок от Тэяна. Немного подождав, Квон сбросил звонок и написал Сынхёну адрес гостиницы. «- Ты серьезно?» «- Боишься проверить?;)» Пока Чжиен дожидался старшего, он успел заказать в номер вино, сменить халат на белую рубашку и темные джинсы. Он не хотел выглядеть слишком вычурно и сам не знал, что ожидал от этой встречи, но было бы неплохо, если бы они оба были пьяны и не чувствовали неловкости. Чжиен только распаковал новую пачку сигарет, как раздался стук в дверь номера. Дух перехватило. Парню показалось, что все этих убеждений «мы просто друзья» никогда не существовало. Он был почти уверен, что стоит ему открыть дверь, как земля уйдет из-под ног. Стук раздался вновь. Было по-идиотски заставлять старшего ждать, он ведь мог решить, что это шутка и уйти. Стараясь успокоить дыхание, Чжиен закусил губу и повернул дверную ручку. Если Сынхён когда-то и выглядел на фотографиях потрясающе, то в жизни он выглядел в тысячу раз лучше. Он был настоящий. - Привет, - произнес Чжиен, опустил глаза и увидел бутылку Хэннеси в руке хёна. От волнения младший рассмеялся, отходя от прохода. - Привет, - мягко произнес Чхве. Этот неожиданный смех слегка разрядил обстановку. Сынхён прошел внутрь, увидел вино и усмехнулся. Они оба были слишком предсказуемы. - Можно я… - Чжиен потянулся к старшему, но остановил руку на полпути. - Что? - Я хочу убедиться, что ты настоящий, - продолжая смеяться, Квон коснулся чужого запястья, и по его коже пробежали мурашки. - Ты прям такой…Настоящий… - он не знал, какие подобрать слова, ему снова стало неловко. - Да, я такой, - слова звучали и тут же растворялись в воздухе. Сынхён выглядел совершенно спокойным. Пожалуй, это было именно потому, что он волновался не меньше. Стало легче после второго бокала вина. Чжиен рассказал про командировку, про то, что он даже не знает, насколько приехал, только то, что надолго, высказал в состоянии алкогольного опьянения все свое возмущение по поводу поведения старшего и согласно кивнул на Сынхёновское «пошли курить». Он чувствовал себя рядом с хёном настолько спокойно и уютно, что вовсе не задумывался о том, что будет, если случайно задеть его пальцы своими, он был уверен, что Сынхён абсолютно равнодушен, и Чжиену было достаточно того, что он просто рядом. Они пошли курить. Это был вовсе не домашний балкон Квона, с этажа номера открывался роскошный вид на ночной город, все было обделано пластиком и со вкусом. Было невероятно удобно, что за все платила его компания. - Правда или желание? – Чжиен вытащил из чужой пачки сигарету, умудрившись свои оставить в комнате, и подкурил. Сынхён задумался. - Правда. - Скольким людям ты признавался в любви? – Квон пьяно улыбнулся, покосившись на старшего. - Ни скольким. Ни разу. Губы младшего исказила гримаса недовольства. Он медленно кивнул, отводя взгляд в сторону. Сынхён положил руку ему на талию, но парень этого даже не заметил, нетрезвым взором стараясь зацепиться хоть за что-то в ночном пейзаже. - Правда или желание? – на этот раз вел Сынхён. - Желание, - равнодушно пожал плечами Чжиен, стряхивая пепел. Чхве развернул его к себе, и от неожиданности Чжи уронил сигарету. Он только успел удивленно распахнуть глаза, когда чужие губы накрыли его собственные. Голова закружилась. Парень пошатнулся и вцепился в плечи старшего, чтобы не упасть. Прошло несколько мгновений, прежде чем у Квона хватило сил отстраниться и непонимающе посмотреть глаза в глаза. В очередной раз. Его затягивает в черную дыру в очередной раз. Ему стало страшно, холодный порыв ветра заставил поежиться, он прижался ближе, мысленно проклиная себя и все на свете, и сам завлек Сынхёна в поцелуй. Они шли до комнаты, спотыкаясь и обивая все порожки и дверные косяки, лишь бы не разорвать поцелуй. Белая рубашка легла на пол. Когда они упали на кровать, бутылка вина, до этого бездумно оставленная на покрывале, упала, разливаясь на живот Чжиена. Тот тут же зашипел от контраста температур, но Чхве не дал ему даже дернуться, слизывая с чужого живота алкоголь. Квон прикрыл глаза, рвано выдыхая и прогибаясь в пояснице. Он прощал Чхве все свои обиды и готов был простить еще раз в десять больше, если только сейчас он не остановится. Раздался лязг пряжки ремня, Чжиен случайно оторвал пуговицу на рубашке старшего, пытаясь скорее ее расстегнуть, и его смех утонул в очередном поцелуе. Все это казалось таким необходимым сейчас: горячие губы и прикосновения пальцев к коже, тихий шепот признаний и головокружение. Сынхён до каждой клеточки принадлежал только одному человеку, и Чжиен принимал его, любил его. Он очерчивал поцелуями скулы старшего, целовал его шею, боготворил его. Сынхён выдыхал его имя, и у младшего сносило крышу. Еще никогда собственное имя не звучало так чертовски ахеренно. На плечах, ключицах Квона от поцелуев расцветали фиалки. Ему хотелось проскулить это «люблю», но было все еще страшно. Сынхён не останавливался, и Чжиен поддавался ему. В очередной раз.