Сфера

Примечание автора: все сноски к дальнейшим главам (например, перевод немецких фраз в главе шестой) даны в разделе примечаний конкретной главы.

5. “Церковь снова в дураках…”

Stand your ground against the storm And hail the crucified Ein, zwei, Amen and attack! (Powerwolf - Amen & Attack).

      Холодно. Как же здесь было холодно.       Здесь - это посреди одного огромного белого “ничего”, продуваемого всеми ветрами.       Шевелиться почти не получалось. Почерневшие пальцы медленно ползли вперед, пытаясь разгрести снег, но его валилось с неба все больше и больше…       Холодно.       Но уже не больно. Совсем не больно.       Только с правой рукой что-то странное…       Неимоверным усилием он заставляет себя на нее посмотреть.       Видит, что оно все еще с ним.       И начинает кричать…       -Ренье, все в порядке? - легкий толчок заставляет его распрощаться со сном.       -Да, Шепот, - повернувшись, Стекольщик увидел, что все смотрят на него так, как будто он предложил встать и вырезать к чертям весь самолет. - Что-то не так?       -Он еще спрашивает, - хмыкнул Факел. - Стонет и бормочет на весь салон. На нашу компашку и так все косо посматривают…если бы Шепот тебя не растолкала, ты бы небось к пилотам еще побежал, лунатик долбанный.       -Прошу прощения, - тихо произнес Ренье. - Я говорил во сне что-то необычное?       -Не, все вполне безобидно, - с издевкой ответил Эрик. – Только “они мертвы”, “я вынужден” и “эта дверь не откроется”.       Господи, как же трещит голова.       Ренье огляделся. За те полчаса, что он отдавался сну, ничего не изменилось: Асколь по-прежнему храпел, развалившись поперек двух сидений, молодой кандидат в экзекуторы – как там его, Кирик? - старательно изучал вводную по операции, остальные, судя по всему, резались в карты, пока он не начал снова говорить во сне. Алхимик Атласа тоже был на своем месте - в самом дальнем углу салона, сидел, читая какую-то книжку.       Филин хотел, чтобы операция прошла гладко и без помех. И ему было совершенно плевать, сколько уйдет на это средств, поэтому полдня он провел, выбивая из начальства все необходимое. Как результат, “Догма” не просто получила билеты в первый класс, они получили весь этот самый первый класс целиком. По мнению Ренье, это было более чем излишним: пусть они и попали на борт без особой помпы, их разношерстная компания ну никак не походила на совет директоров какой-то чертовски крупной фирмы, что было их официальной легендой на данный момент и должно было ей оставаться, пока группа не будет, наконец, переброшена в точку назначения. Дальше все будет проще. Намного проще.       Стандартная работа, поиск и ликвидация. Ренье уже давно сбился со счета, сколько раз ему приходилось такой заниматься после того, как он оказался в Доме Резни. В отличие от Ассамблеи, поручения, что он получал тут, очень редко включали в себя что-то, отличное от убийств. Впрочем, не то, чтобы у Ренье была альтернатива…учитывая, чем он владел, он не никак не мог рассчитывать на мирную жизнь.       Гардестон не сомневался, что новичку уже успели рассказать его историю - по глазам парня было видно, что совсем скоро он начнет засыпать Стекольщика вопросами. Вопросами, на которые у Ренье никогда не было ответа, никогда и не для кого. Даже для себя.       -Ты куда? - снова встрепенулась Шепот, увидев, как он поднимается со своего места.       -Умыться, - голос Ренье никогда не поднимался выше этого шепота. - И принять что-нибудь от головы.       -От головы? – потянулся Эрик. - Могу одолжить тесак.       -Плоско, как камбала, - бросил Ренье, поднырнув под тяжелую красную занавесь и переходя в салон бизнес-класса.       Недостатком первого класса было то, что до уборной приходилось тащиться через весь самолет. И, в случае Ренье, ловить заинтересованные взгляды пассажиров - девять из десяти смотрящих на него пялились на укутанную в мягкую ткань правую руку.       Гардестон ненавидел любопытные взгляды, да и излишнее любопытство вообще - оно всегда приводило к неприятностям.       Как, например, когда он, еще охотник за реликвиями из Ассамблеи, записался добровольцем на то проклятое задание…       Ренье умывался долго - минуты две растирал залитое ледяной водой лицо и еще пять рассматривал, аккуратно размотав ткань, свою правую руку.       Он просто не мог перестать ее рассматривать, проверять, прикасаться к ней раз за разом. За все эти годы так и не научился.       Перчатка из странного, похожего на стекло, материала, покрытого россыпью загадочных узоров, крепкой хваткой держала правую руку Ренье в себе. Если приглядеться, то можно было заметить несколько десятков тоненьких стеклянных трубочек и усиков, которые уходили глубоко-глубоко под кожу.       Не рассматривать это, не проверять это, не трогать это лишний раз было задачей очень сложной. Перчатка была как больной зуб, на который хотелось еще разок надавить языком, просто чтобы убедиться, что он правда болит и нужно идти к врачу, как обветренная губа, с которой так и подмывало в очередной раз содрать зубами тоненькую корочку…       Единственным более-менее заметным внешне эффектом воздействия была необычайная сухость кожи на правой руке - именно поэтому, когда выдавалась возможность, Ренье окунал тряпку в холодную воду, оборачивая ей плененную стекляшкой конечность. Помогало, хоть и не особо надолго. Сделав подобное и сейчас, Гардестон в который раз устало вздохнул и проглотил три таблетки мощного обезболивающего, не запивая. Возвращался он быстрым шагом, с повязки капала вода.       -…и конечно же, тамплиеры блокировали все. Вглухую, - голос Шепот, оживленно травящей очередную старую байку, было слышно за километр. - Филин им мягко намекает, что на дворе как бы полная луна и рыпаться не стоит, но этим ребятам что в лоб, что по лбу.       -А потом? - ожидая продолжения, тихо спрашивает Кирик.       -А что потом? Потом было море крови. Шутка ли - одних Апостолов мы десять рыл насчитали, а уж свита у каждого была…       -Как сейчас помню, - подключается к разговору Факел. - Я же первый тогда в поселок вошел…десяток трупов еще на подступах, в разобранном состоянии. Дальше только больше, дальше только веселее.       -Двоих они с грехом пополам скосили, потеряв еще лбов пятнадцать, - вздохнула Шепот. - Потом отошли и дождались вертушек. Утюжили эту дервеньку где-то полчаса. Когда снова сунулись, снова по зубам получили - они так закопались лихо, что атомную хлопушку сбрось, не почесались бы, наверное. А время уходило - ребята из Клуба уже подтягивали свои регулярные силы. Эти ведроголовые еще часа три в той грязи с вампирами поплясали, потом плюнули и наконец позвали нас. Ну а мы…       -Дальше можешь не слушать, - хмыкнул Эрик. - Сейчас она тебе будет рассказывать, как в одиночку целый клан порвала.       -У тебя есть возражения? - приподняла бровь Шепот.       -Ну а то. Лучше давай я расскажу, как ты получила ногой по морде и пролетела метров десять до ближайшего сугроба.       -Это не мешало мне перерезать ему глотку.       -Перерезала ты вначале. А потом он вывернулся и тебя в добрый путь отправил…       -Ты ври, но совесть-то хоть имей.       -Я ее давно уже, - ухмыльнулся Эрик, поворачиваясь к Ренье. - Стекляшка, ты так быстро…не хочешь рассказать, как отправил под лед к рыбкам того русского уродца? Ну помнишь, который еще Хлысту все мозги в узел завернул?       -Нет, не хочу, - поморщившись от более чем неприятных воспоминаний, Ренье грохнулся в кресло.       -В общем, был один такой…у Клуба, конечно, их было до хрена, но этот был самый назойливый, - ничуть не расстроившись, продолжил Факел. - Убивал наших, как комаров: подошел слишком близко - и все, ползи на кладбище. И никакого, чтоб его, противодействия.       -Но как…       -Выжигал к чертям нервную систему, - подал голос Асколь. - Или что-то подобное делал, у нас как-то не было возможности спросить. На него, помню, бросили группу человек десять. Не доходили до укрытия пары метров, просто падали и начали корчиться от боли. Хлыст его почти взял, но “почти” в нашем деле не считается…       -А как вы его убили? - Кирик посмотрел на Ренье. - Если он…       -У меня противодействие нашлось, - коротко ответил Гардестон, смирившись с необходимостью поддерживать разговор. - Остальное было делом техники. Он все время ходил в маске, когда ее с него сорвали, он совершенно обезумел.       -С такой харей, как у него, я бы тоже злился, - бросил Эрик. - Стекляшку нашего он пытался точно так же ухлопать, вот только с ним такие фокусы не проходят.       И кончено, он сейчас спросит, почему…       -А почему?       -Благодаря моему концептуальному оружию, - вздохнув, произнес Ренье. - Его защитный и атакующий потенциал одинаково впечатляют. Но прошу, не надо спрашивать что-то еще. Я не испытываю особого удовольствия, развивая эту тему.       -Потом сам увидишь, - каждая следующая улыбочка Факела была гаже предыдущей. - Когда начнется резня. А она начнется уже скоро, будь уверен.       -Вы…вы читали про этого Пустышку? - поинтересовался Кирик.       -Видел фото, мне этого обычно хватает, - Эрик прекратил улыбаться. - Я не любитель забивать голову посторонней ерундой. Обычно мне нужно знать только одно - где они и сколько брать патронов. Кстати о патронах - наши игрушки уже доставили на место, Филин?       -Да, - ответил Асколь. - Полный комплект для каждого. Поддержку на месте обеспечивает местное отделение Тевтонского ордена. Я, разумеется, говорю не о тех клоунах, что у всех на виду. Они запросили подкрепление, им нужны еще минимум сутки, чтобы перекрыть все оставшиеся пути из города.       -Что с поместьем Блахов?       -Бешеный уже дернул за нужные ниточки. Дело будет замято уже очень скоро. Все сотрудники полиции, допущенные к расследованию, отвечают перед кем-то из наших, так что все схвачено более чем крепко.       Значит, нам остается прийти и…       -Прийти, и осмотреть там все - для начала. Полиции был отдан приказ действовать крайне аккуратно, но я уверен, что они все равно уже успели там хорошенько наследить. В любом случае, нам работы хватит. Как только полная блокада будет установлена, разворачиваемся и начинаем охоту, все как по нотам.       -Не все, Филин, не все, - покачал головой Ренье. - Он, похоже, еще сильнее, чем мы думали. В одиночку расправиться с целой семьей магов…       -В одиночку ли?       -Я сильно сомневаюсь, что ему кто-то может помогать, - заметил Факел. - Он же псих. У меня на психов чутье.       -Потому как сам такой же, - бросила Шепот. - Вот чью историю действительно стоило бы рассказать, так это твою, не считаешь?       -Да что там рассказывать? Я героический солдат, все и так знают.       -Не забыл, что с тобой за твой героизм собирались сделать?       -Да пошли они, - раздраженно бросил Эрик. - Надеюсь, они подавились всеми званиями, что у меня отобрали. Нахрен. У меня новая жизнь, понятно?       -Свежо предание. А помнишь…       Следя за то затихающей, то разгорающейся с новой силой перебранкой бойцов “Догмы”, Косс, усиленно делающий вид, что на самом деле изучает книгу - какой-то дешевый роман, купленный им в аэропорту - снова и снова прокручивал в голове полученные от связных данные, переводя свой взгляд с одного лица на другое.       Кат Асколь, Филин. Настоящий кошмар магов…по крайней мере, раньше этого человека таковым считали. Сейчас же опасность, исходящая от него заключалась не сколько в силе, оружии или каких-то особых приемах, а прежде всего в колоссальном опыте своей кровавой работы. Хитрая, изворотливая, прожженная сволочь, своими действиями положившая конец Ленинградскому Клубу и многим другим угрозам, что разбухали во второй половине этого века, словно на дрожжах. Этот старый алкоголик оставался угрозой номер один, просто потому, что именно на нем тут все держалось.       Розария Лено, Шепот. Заместитель Филина. На первый взгляд - просто дорогие наемные мускулы, но она явно старается выглядеть куда глупее, чем на самом деле. Чудовищная сила и выносливость. Десятки успешных боев против Мертвых Апостолов, сотни ранений. На этой дылде места живого нет. Бывшая террористка, если верить связному. Приговорена к смертной казни как минимум в трех странах. Убежище у Церкви, изменение внешности, экспериментальные препараты для повышения боевых качеств, работа на износ. Старая банальная история, но что-то тут не складывается. Близкие отношения со своим командиром в молодости практически не скрывались. Сейчас, однако, держится довольно далеко от Асколя, но определенно больше остальных в отряде от него зависит. Убрать Филина - свести ее опасность к минимуму, мускулы без мозга не страшны.       Эрик Грей, Факел. Мясник, каратель, психопат - таким был еще в составе Вооружённых сил США. Показал себя во всей красе во время Вьетнамской войны. Наградил своих бойцов за защиту стратегически важного поселка сутками грабежа, убийств и насилия. Помогал проводить испытания новейших боевых отравляющих веществ, доведя свой личный счет до двухсот убитых, из них больше шестидесяти гражданских. Около полуроты пленных было использовано по его приказу в качестве манекенов для отработки штыковых атак. Ничего из этого, само собой, не было доказано. В припадке ярости застрелил молодого солдата за неподчинение приказу - к сожалению для Грея, этому свидетели нашлись. Побег из страны для него, вероятно, устраивали старые друзья из ЦРУ. Агрессивен, беспощаден, за этой расслабленной улыбочкой скрывается настоящий варвар. Великолепно обращается с любым современным оружием, много слухов о сверхъестественной удаче. Остается надеяться, что это только слухи. На службе Церкви его садистские наклонности еще больше обострились. Отлично работает в одиночку и в команде, использовался для акций устрашения и показательных казней. Угроза номер два после Филина.       Ренье Гардестон, Стекольщик. Бывший охотник за реликвиями на службе Ассамблеи Восьмого Таинства. Владелец мощного концептуального оружия. Получил свой артефакт после провальной операции Ассамблеи в каком-то древнем городе. Подробности засекречены. Три года реабилитации, заново учился ходить и разговаривать. В быту тихий, спокойный, рассудительный человек. Вредных привычек и порочащих связей не замечено. Слишком идеален, чтобы это могло быть правдой. Одиночка, почти никогда не улыбается. Тщательно скрываемое посттравматическое стрессовое расстройство. Альтернативой вступлению в “Догму” была смертная казнь. Уровень опасности требует уточнений.       Кирик Брунилио, кандидат в экзекуторы. Молод и наивен, опыт полевой работы - нулевой. Прошел отбор только благодаря наличию Магических Цепей и выдающихся способностей к целительству. Прошлое и родословная требуют уточнений. Совершенно не готов к подобного рода операциям, был приписан к группе в последний момент. Уровень опасности стремится к отрицательным значениям.       Все меры предосторожности Косс принял уже накануне вылета. Он гордился собой - успел все сделать за один-единственный день. Ну, почти все.       Кат Асколь получил свою дозу вместе с выпивкой - Косс позаботился о том, чтобы в каждом сосуде, что будет доставлен на временную квартиру Филина, было именно то, что нужно. И он был более чем уверен, что старый пропойца наверняка попробует обойти защиту его пожирающего алкоголь вируса.       Розария Лено поздоровалась с ним за руку - тончайшая пленка, которая была приклеена к внутренней стороне ладони Косса, несла на себе пять прозрачных капелек - более чем достаточно даже для такого чудища, как она.       Эрик Грей, которого на улице укусил в шею комар, машинально раздавил его, даже не задумавшись, откуда это насекомое взялось тут в неподходящее время года. Комара было жалко - на изготовление и зарядку таких нужным веществом уходило обычно больше недели.       Ренье Гардестон выпил утром перед вылетом свою чашку кофе, даже не подозревая, что в пакетике, содержимое которого он преспокойно высыпал в нее, был не только сахар.       Четыре из пяти уже несли в себе первый компонент из двух необходимых. Новичком Косс собирался заняться в самое ближайшее время. Впрочем, с этим сопляком и так не должно было возникнуть никаких проблем…       Зал был, вне всякого сомнения, огромен: по крайней мере, он таким точно уж казался. И если столько всего уместилось на крохотном пятачке, который вырывали из мрака три гудящие лампы дневного света, оставалось только гадать, какой арсенал скрывается дальше, во мраке…       Такой, который им нельзя было видеть - на это никаких разрешений, само собой, не было. Впрочем, даже того участка, куда их пустили, Асколю более чем хватало - он не мог не ухмыляться, представляя себе, с каким лицом текущий Ordenstrappier выписывал разрешения для группы “Догма” прийти и обобрать их склады, какая у него была рожа, когда ему пришли сообщения от Бешеного, с вежливыми “просьбами” оказывать всяческое содействие сотрудникам Дома Резни. Насколько было взбешено и остальное руководство, когда письма, на которых свободного места не осталось от грозных ватиканских печатей, легли на их столы, оповещая, что роль бойцов ордена в поимке Пустышки Блаха низведена до поддержки палачей и охраны путей отхода из города. Впрочем, рядовые бойцы наверняка испытывали ощущения строго противоположные - их, по крайней мере, будут держать подальше от безумного мага, который согласно разосланным ориентировкам, поднялся неизвестным способом до уровня Прародителя.       Подойдя к большому железному ящику и содрав черную ленту, а вслед за ней и две свежие на вид пломбы, Асколь откинул крышку.       Ну что ж, стандартный комплект, все как он заказывал. Вскрыв пакет с темными заготовками для Ключей и удостоверившись, что их даже больше, чем он рассчитывал, Кат перешел к следующим пунктам меню - еще один пистолет лишним явно не будет, а новенькое, упакованное в отдельный пакет, экзекуторское облачение не радовать: даже если лентяи из Ассамблеи снова пожадничали с защитными чарами, подшитых внутрь пластинок брони осторожному человеку и так хватает за глаза. И, что самое приятное, старую штопаную сутану наконец можно было с чистой совестью отправлять в помойку. Пока Кат разглядывал небольшую железную коробочку - видимо, в этот раз от щедрот ему выделили даже очередную “святую” тряпицу (на деле же - просто искусно зачарованную сотрудниками Ассамблеи, но говорить о таких вещах вслух не следовало) или что-то подобное.       Ну надо же, как Бешеный обо мне заботится…       -Разбирай, народ, подешевело! - с торжествующим воплем Эрик вскрывал очередной здоровенный ящик. - Филин, а Филин? Нам же сказали брать все, что хотим?       -В разумных пределах, - вздохнул Асклоль. - Ты снова собираешься обнести весь склад, да?       -Ну, не весь, но…подвинься, Шепот, эта винтовочка на меня смотрела! - выдернув из ящика новенький AUG A1, Грей отложил его в сторону, легонько оттолкнул Лено и потянулся к соседнему ящику, где дожидался своей участи ручной пулемет на базе FN FAL. - И вот это тоже мое, пожалуй.       -Именно из-за тебя нас и не любят пускать на военные склады, - устало произнесла Шепот, разрывая пакет, где лежал ее комплект одежды. - Черт. Если они снова напутали с моим заказом, я их урою.       -А они должны были напутать?       -Парень на том конце провода раз десять уточнял, правильно ли он расслышал мой рост. Чтоб они провалились, - отойдя от остальных на пару шагов, Шепот сжала в руке заготовку – мгновение спустя она держала уже увесистую булаву. - Вот так-то лучше. Неплохая штука. Ренье, я так понимаю, ты как обычно?       -Да, - не обращавший никакого внимания на возню с ящиками, Гардестон рассматривал лежащий на ладони пистолет, словно видел его впервые в жизни. - Все свое ношу с собой.       -Мне больше достанется, - ухмыльнулся Эрик, вытаскивая ящик размером поменьше. - Охренеть! Они таки их привезли!       Кирик, ограничившийся пистолетом и десятком заготовок для Черных Ключей, осторожно подошел посмотреть, что так обрадовало Факела.       -Старый добрый Вилли Питер(1), - похлопал по ящичку Грей. - Ты когда-нибудь видел, как раненые начинают гореть заживо прямо на операционных столах? О, прекрасное зрелище. Так, а где у нас обычные гранаты? Надо набрать с запасом и…       -Филин, останови его, пока он не потребовал грузовик, чтобы все это вывезти, - закатила глаза к потолку Шепот.       -Бесполезно. Пусть себе тешится, - Асколь, наконец, справился с тугой защелкой на своей крохотной коробочке. - О, я ошибся. Тут какой-то медальончик…       -А, их недавно в оборот пустили, - взглянула на побрякушку Шепот. - Одноразовая хреновина. Причем при активации, вместо того, чтобы создавать барьер, устраивает тебе обморок…хм, процентах в семидесяти всех случаев. Выкинь лучше.       -Нет уж, если выдали, то обратно точно не получат, - вздохнул Асколь, глядя, как Эрик извлекает на свет Божий потертый огнемет. - О Господи. Это-то откуда тут?       -Не знаю откуда, но он теперь мой, - Грей уже выкинул из очередного ящика пару противогазов и примерял бронежилеты. - В конце концов, мой Мистер Холокост утонул к чертям собачьим в каком-то долбаном болоте. Этот товарищ, я думаю, его отлично заменит.       -Кирик, ты точно все взял? - увидев, что кандидат в экзекуторы все еще топчется на месте, Асколь сурово взглянул на него. - Ты что там, заснул?       -Нет, я…я просто подумал, зачем нам столько…       -Потому что мы понятия не имеем, с чем столкнемся на месте. Потому что иногда даже такого количества оружия не хватает или попросту нет возможности им воспользоваться. И приходится устраивать обычную резню.       -О да, - рассмеялся Факел. - Все эти вспоротые животы, отрезанные головы, рассеченные пополам туши…это, конечно, все здорово выглядит, но с огнем не сравнится. Или с газом. Знаешь, как классно убивать газом? О, он убивает чисто, без следа…       -Хватит уже пугать человека, - раздраженно сказала Шепот. - А то сдохнет еще до задания.       -Можно спросить? - помявшись еще какое-то время, пробормотал Кирик. - А почему…почему тот маг из Атласа не с нами?       -Потому что во-первых, его сюда на пушечный выстрел не подпустят, а во-вторых, он сам сказал, что у него свое оружие, - бросил Асколь, убирая медальончик в карман. - И зная народ из Атласа…короче говоря, молись, чтобы он им не попытался воспользоваться.       -Как мы будем искать этого Пустышку? - не смог удержаться от очередного вопроса Кирик.       -Господи, чему тебя вообще учили, а? Стандартная схема для таких случаев. Наши тевтонские друзья все блокировали и вместе с полицией, высунув языки, бегают в его поисках. Проверяется каждая крупица информации, каждый мутный след, каждый свидетель. Ты даже представить не можешь, какое количество людей задействовано для его поимки. Город уже давным-давно накрыт, сеть сжимается с каждой минутой. И судя по тому, что пока его не нашли, либо он и правда лег на глубокое дно, либо мои догадки все-таки верны.       -Вы о чем?       -Что ему вовсе не хочется прятаться. О нет, он хочет выманить нас и дать бой, свершить месть. В основном мне, - Кат усмехнулся. - Иначе бы он не привлекал столько внимания к своей персоне в Ватикане.       -Вы думаете, что он сам может на нас напасть?       -Если бы знал, где искать - несомненно. А так…я готов поставить свою любимую зажигалку на то, что он вскоре даст знать, где мы сможем с ним поиграть. И мы ведь не собираемся разочаровать его, правда?       Особняк Блахов - то, что от него осталось - все еще был оцеплен. Правда с того момента, как Альберт покинул место своего преступления, полицейских машин вокруг стало намного, намного меньше - всего две. И для сидящих в обеих машинах людей уголовная полиция была только лишь вторым местом работы - надежным прикрытием, обеспечивающим возможность быть в центре событий и вовремя сообщать своему настоящему начальству о тех преступлениях, что за рамки человеческих уже выходили. Хмурый лейтенант Зибель безо всякого удовольствия приветствовал сотрудников Дома Резни - отчитываться перед этими людьми у него не было никакого желания. Ну вот вообще никакого, учитывая репутацию их отдела. Свора маньяков, свято уверенных, что им можно все, мало того, им это самое “все” вполне себе разрешали творить ватиканские шишки. Старый палач, которого коллеги звали Филином, коротко пожал протянутую руку, скинул капюшон и захрипел:       -Где тела?       -В морге, где же еще быть. То, что от них осталось, конечно, - ответил Зибель, стараясь не смотреть палачу в глаза. - Одного буквально выпотрошили…       -Кого? - под вторым капюшоном оказалась женщина. - Давайте в дом пройдем, что ли.       -Конечно, конечно… - сдернув повешенные поперек пролома в стене ленты, Зибель пропустил экзекуторов в особняк. - Несмотря на чудовищные повреждения, опознание проблемой не стало. Ирме Блах отрезали голову, ее сын Каспар…ну, его части мы находили по всему второму этажу…глава семейства…такое чувство, что его топили в кислоте. Впрочем, я не знаю даже кислоты такой, чтобы…       -Я рассчитываю на подробные отчеты, - Асколь остановился у заляпанной кровью стены, еще раз взглянул на следы на полу. - Он протаранил здание?       -Да. Сильно поврежденный грузовик попался на камеры в квартале отсюда той же ночью, но потом мы нашли его в канаве…       -Даже Пустышка не такой идиот, чтобы не догадаться бросить машину… - дойдя до лестницы, Кат взглянул наверх. - И если он не приехал на ней в город, то купил ее здесь. Стоило бы проверить все подобные места. Нам нужно начать хотя бы с чего-то.       -Мы проверяем все, что только можно, - вздохнул Зибель. - С ног уже сбились. Такая явная манипуляция людскими силами правопорядка не может остаться незамеченной…       -Как будто у нас есть выбор, - Асколь жестом приказал остальным открыть лица. - У вас есть час. Мне все равно, как и что вы будете делать, но чтобы через час у меня было по меньшей мере две-три адекватные зацепки. Время пошло.       -Ну вот, прекрасно, - пробурчал Эрик. - Я приехал людей мочить, а не в грязи рыться-копаться. Филин, ты…       -Я выслушаю тебя позже. Когда ты сможешь мне что-то важное предоставить, - повернувшись к Зибелю, старый палач указал на дверь. - Вы можете возвращаться наружу и продолжать наблюдение.       -Но…       -Именно поэтому вам тут и не давали топать все сверх меры. Потому что ждали нас. У нас свои методы и свои результаты. Теперь мы здесь, а вы свободны…так что давайте не отнимать у нас время, и все останутся довольны, хорошо? - в голосе экзекутора Зибель уловил явно угрожающие нотки. - Для вашей же безопасности.       -Хорошо, хорошо, - сдался лейтенант. - Если что, я с вами свяжусь.       Наверху разгром царил даже больший, чем на первом этаже. Сожженные ковры, заляпанные кровью стены, обломки каких-то доспехов, сброшенные со стен и разорванные портреты в разбитых рамах…       Зайдя в то, что видимо, прежде служило главе семьи Блахов рабочим кабинетом, Асколь взглянул на стену, где красовалась очередная надпись кровью - огромными, кривыми буквами.       -Церковь снова в дураках, вас всех сделал Альберт Блах, - тихо озвучил надпись Ренье, вошедший в комнату минутой позже. - Парень от скромности не умирает, да?       -Помнишь дело Лютри в восемьдесят четвертом? Вот там у человека была настоящая мания величия, а тут так, мелкое хвастовство. К тому же, для того, кто недавно свечку заклятьем зажечь бы не смог, он достиг небывалых успехов.       -Я удивлен, что им удалось вернуть тебя назад, Филин, - Ренье выдвинул ящик стола, принявшись копаться в бумагах. - Ты так и не рассказал, где прятался.       -Ассамблея услала меня в Кавайон, чтобы глаза кому не надо не мозолил.       Шесть лет, шесть лет в обнимку с бутылкой…       -А ты как тут справлялся?       -Ну…у нас было трудное время, когда Шепот оказалась за главную. При всем уважении к ее боевым навыкам, с этой ролью она справиться была совершенно не в состоянии. Впрочем, другие кандидатуры были еще хуже. Эрик быстро теряет голову, слишком быстро.       -А как же ты? – усмехнулся Асколь.       -Еще более рискованный вариант, - Стекольщик выдернул следующий ящик. - Мне нельзя полностью доверять.       -Сколько уже лет прошло…       -Это не повод, Филин. Я до сих пор не могу вспомнить почти ничего из того, что случилось со мной там, в горах. И как я получил эту несчастную перчатку. И пока я не вспомню, я сам не могу быть в себе уверен.       -Ты не раз спасал наши шкуры. Все давно к тебе привыкли, никто уже не ожидает, что ты в один прекрасный момент съедешь с катушек.       -Никто, кроме меня, - обойдя поваленный книжный шкаф, Ренье поднял с пола какую-то пустую склянку, взглянул на прилепленную к ней бумажку, принюхался. - О, неожиданно.       -Что там у тебя?       -Этот запах ни с чем не спутать. Одно из сильнейших обезболивающих, часто применяется на последних стадиях имплантации Метки. Очень дорогая вещица. А теперь вспомним, что нам сказал тот тип…       -Каспара Блаха нашли разбросанным по всему этажу, - задумчиво произнес Асколь. - Причем, судя по следам, резали его в соседней комнате. Готов поспорить, что еще и заживо.       -Альберт пытался пересадить себе Метку. Рискованное дело, но оно ему удалось. Иначе тут бы было на один труп больше. Впрочем, это нам мало что дает, Филин.       -Я бы так не сказал, - Асколь принял склянку, покрутил в руках. - Ты ведь помнишь, чем пичкают молодых магов во время подготовки к получению Метки и некоторое время после, снижая риск отторжения?       -Травяные настойки с добавлением костяной трухи. Причем кости рекомендуется использовать… - Ренье умолк, поняв, о чем идет речь. - Думаешь, он именно поэтому сидит в городе до сих пор?       -Он мог и сбежать, пока блокада не стала капитальной. Но тем не менее, проверить необходимо. Вызови того лейтенанта сюда.       Когда еще более хмурый, чем обычно, Зибель вошел в кабинет, стараясь не смотреть на следы резни, старый экзекутор, выпотрошивший тем временем стол, комод и два шкафа, резко повернулся к нему.       -Сделайте для нас пару запросов.       -Какого рода?       -Мне нужно знать, как давно Блахи жили в этом городе. Если последние несколько поколений находились тут, то на каком кладбище их можно найти.       -Но зачем вам…       -И как найдете нужное кладбище, отправьте туда людей. Есть вероятность, что Альберту пришлось поворошить косточки. И шевелитесь там, - оставив недоумевающего лейтенанта в компании Стекольщика, Асколь направился в соседнюю комнату.       Туда, где убивали Каспара Блаха.       -Отец Кат, а вот и вы.       Асколь замер на пороге, с трудом удержав метнувшуюся в карман за заготовкой для Ключа руку.       -Косс, - зло прошипел он. - Я же сказал вам оставаться в машине.       -И что тогда я получу? Ничего. А у меня злое и привередливое начальство, они требуют, чтобы я активно участвовал в расследовании, - алхимик открыл окно, впуская в комнату холодный воздух.       -А я требую, чтобы ваша рожа тут мелькала как можно меньше.       -Все злитесь за тот укольчик? Будет вам, - Косс развел руками. - Юлиан приказал привести вас в порядок, я и привел. Через полгода все как рукой снимет, снова сможете накачивать себя вашим любимым пойлом. Поверьте, я прекрасно понимаю, как вам тяжко, сам не дурак выпить.       -Мне казалось, вы больше по наркоте.       -О, я употребляю все, что приносит хоть какое-то удовольствие, - расхохотался Косс. - Поэтому меня и предпочитают держать на расстоянии от непосредственно академии - мой моральный облик их не очень устраивает. Как по мне, это уже личное дело каждого, сколько он колется, сколько пьет и сколько и кого трахает. В конце концов, наша жизнь так коротка, почему ее обязательно нужно тратить на следование всем этим протухшим догмам?       Промолчав, Асколь прошелся по комнате, осматривая разбросанные вещи.       -Можно вопрос, отец Кат? Вы ведь правда тот самый Филин, архитектор гибели Ленинградского Клуба?       -Один из исполнителей приговора, не более. А было их до чертиков, - поморщился Кат. - И я не желаю это обсуждать, особенно с вами.       -Значит, все еще злитесь, - Косс оскалился в очередной улыбочке. - Повторяю, против вас у меня ничего нет. У меня вообще нет ничего против кого-либо, даже против моих целей. Я смотрю на вещи проще - все, что приходится делать, это просто бизнес, не более. Делаешь работу хорошо - тебя ценят, тебя награждают, делаешь плохо - получаешь по шапке. Все остальное работе только вредит. Кстати, я не религиозен, если что. Я знаю, как вы думаете - “если агент Атласа откуда-то с Ближнего Востока, то это обязательно чокнутый исламист”, да? Обрадую, мне одинаково плевать на все существующие…       -Обрадуй меня тем, что свалишь отсюда в ближайшие две минуты. А то у меня еще с Кавайона руки чешутся подкорректировать твою физиономию. Может, лыбиться поменьше станешь.       -Хорошо, хорошо! - все еще смеясь, Косс отступил к дверям. - Пойду поговорю с вашей помощницей, авось она сговорчивее окажется.       -Я тебя от стенки отскребать не стану, - пробормотал Кат. - Если что, я предупредил.       Когда за алхимиком захлопнулась дверь, Асколь прикрыл окно и опустился в стоящее рядом кресло.       Ты ведь хочешь с нами встретиться, Альберт. Ты все подготовил для этой встречи, я более чем уверен.       Где же, где же ты нас ждешь?       Хлопнула о стенку дверь - в который уже раз.       -Как вы догадались? - с порога начал Зибель.       -Побегай за магами с мое…что нашли? - Асколь поднялся с кресла.       -Заявление поступило вчера вечером. Как наши его пропустили - не понимаю.       -Заявление.       -Взлом склепа. Настоящий погром. Этот ваш Блах и правда побывал на кладбище. И у него есть еще одна машина. А у нас есть живой свидетель.       -Выезжаем. Немедленно.       Кольцо окружения медленно сжималось. Дорога в редкий лесок, что рядом с окраиной города, уже была более чем надежно перекрыта, а сам лес сейчас, несмотря на позднее время, вынужденно бодрствовал: ни один зверь, ни одна птица не могли отойти ко сну, когда сквозь заросли, с непередаваемым грохотом, треском и лязгом двигались, старясь сохранять строй, отделения рыцарей.       Черная машина, по бокам которой ехали два полицейских фургона, неслась на пределе своих скудных сил - Эрик выжимал из несчастного автомобиля все до последней капли.       -Ты нас так когда-нибудь угробишь, я серьезно, - Шепот приоткрыла окно, пытаясь хоть немного избавить салон от табачного дыма.       А Асколь вытаскивал из пачки уже четвертую сигарету подряд. Они были близки к развязке. Очень близки.       Кладбищенский сторож, которому несколько часов назад закончили промывать мозги, дает наводку на машину - очередной страшный грузовик. Проверяются номера, камеры - на это уходит добрая половина дня. Но к вечеру, наконец, есть и результат: машина попала в объектив как минимум два раза за последние четыре дня. Шоссе ведет прочь из города, но дальше по шоссе уже давным-давно дежурят как рыцари, так и специальным образом проинструктированные сотрудники полиции - мимо такой толпы и мыши было бы сложновато проскочить, Асколь в этом уверен. Несколько слабых фамильяров - и снова большое спасибо тевтонцам, быстро вызвавшим сотрудника Ассамблеи, способного помочь с этим делом - посланных на разведку по боковым дорожкам, несколько часов томительного ожидания…       И - успех. Искомая машина обнаруживается достаточно глубоко в лесу, у какой-то старой двухэтажной сторожки. Один звонок, одна команда.       И десятки бойцов срываются со своих мест, действуя четко по плану. Так четко, что даже его, Асколя, им удается немного удивить.       Схема работы более чем стандартна, такое они проделывали уже множество раз. Рыцари обеспечивают блокаду, палачи проходят внутрь кольца и убивают цель. Блокада снимается, следы подчищаются. Занавес, финальные титры.       По крайней мере, именно так все должно было проходить в идеальных планах, которые, как давно уже успел понять Асколь, существуют лишь на бумажках с грозными печатями и не менее грозными росписями.       А на деле такие планы шли как угодно косо и криво, особенно, когда все приходилось делать в такой вот спешке, как сейчас. Впрочем, бывало и хуже.       -Догма, говорит капитан Трота, - треск валявшейся на приборной панели рации вывел Асколя из размышлений. - Кулак сомкнулся.       -Реакция? – хрипит, схватив рацию, Кат.       -Нулевая. Свет у них горит, но в доме и вокруг тихо. Никто никуда не рыпается. Выслать пару человек на разведку?       -Нет. Продолжайте наблюдать, мы вступаем в дело через три-пять минут. Отбой.       Бросив рацию обратно, Асколь повернулся к остальным.       -Мы подъезжаем.       -Все как всегда? - спросил Ренье, медленно начиная разматывать ткань на правой руке.       -Да. Вошли, зачистили и вышли. Эрик, прикрываешь нас. Повторяю - прикрываешь, а не разносишь к хренам весь лес из-за пролетевшей птички.       А вот и нужный поворот, где уже выставили шлагбаумы и людей. Там они остановятся, последний раз проверят оружие, потом - пара минут пути через чащу - и дом уже рядом.       Три минуты.       Дождь хлещет по стеклу. Конвульсивно дергает ветвями черный лес под гнетом ветра. Трещит рация, ругань, приказы и молитвы мешает в один безумный хор, в котором уже не разберешь, кто о чем говорит, кому и зачем, слышит ли его хоть кто-нибудь, кроме него самого.       -…третий, третий, вижу движение. А, не, отбой. Это…       -…в точке через пару минут, капитан. Готовность два…       -… и тогда, о Господи, все сияние будет Твоим, и ничего не будет в нем моего…       -…в точке через минуту. Готовность один…       -…дозволь воздать Тебе хвалу, что угодна Тебе больше всего, изливая Твой свет на всех, кто вокруг меня…       -…выходим! Быстрее, быстрее, быстрее!       -… Тебя без проповеди, не словами, а примером, силой, что я совершаю…       Шлепают по грязи тяжелые сапоги, руки в крепких перчатках раздвигают мокрые ветки.       -Филин, я на месте, - голос из загнанного глубоко в ухо наушничка угрожает разорвать голову на куски, настолько сильны помехи. - Готов работать по команде.       Здание впереди. Унылая серая двухэтажка. Окна заколочены, но сквозь щели пробиваются лучики света. Жизнь там все еще есть. Еще бы ей не быть.       Последний взгляд назад. Где-то там, в темноте, среди ветвей, Эрик налаживает свою смертоносную машинку, еще дальше - резервная группа - Шепот, Кирик и чертов агент Атласа. Оружия последний так и не достал, все, что он притащил с собой - какие-то скляночки, которыми принялся тут же поливать тропинку, игнорируя все вопросы. Ренье откидывает со лба мокрые волосы, чуть вздрагивает. Начав тихо мерцать, сковывающая его руку перчатка издает странный звук - похожий на звон десятков колокольчиков. Стекло стремительно мутнеет, узоры теряются. По руке вверх начинают ползти выпущенные перчаткой “побеги”: странные стеклянные ниточки, стремительно обвивающие конечность Гардестона, сплетающиеся между собой.       Короткая вспышка боли - но сейчас Асколь даже не морщится - и в руках уже по клинку.       -Пошли!       Выскочив из укрытия, они кидаются к зданию - один шепчет пересохшими губами старые активационные формулы-молитвы, второй морщится от боли, пока его тело постепенно обрастает мутной стеклянной коркой, прямо поверх одежды. Правая рука Ренье уже заканчивается чудовищными сверкающими когтями - и они все продолжают расти.       Здание было уже метрах в десяти, когда рация снова дала о себе знать.       -Догма, мы атакованы!       Мгновение на осознание этого простого факта.       А потом следует взрыв.       Пара обломков стены полетела и в его сторону, но Асколя уже там не оказалось - отскочив куда-то вбок, в самую грязь, он быстро, наугад, запустил вперед, в стену дыма, пару Ключей. Пальцы тут же вцепились в свежие заготовки, делая из них очередное смертоносное оружие.       -Черт! Догма…       -…повсюду…       -…это Трота! У нас тут мертвяки! Целые орды!       Что?       Какого черта?       Хотя…семья некромантов…       -…из-под земли выкапываются, как по приказу! Мне…       -Внимание, периметр атакован! Кольцо… - один голос сменяется другим, уже не только из рации - теперь уже по всему лесу слышны крики и грохот оружия.       Дым впереди постепенно рассеивается. Из свеженькой дыры в добрую часть стены бьет яркий, очень яркий свет. И стоящего в дыре человека видно превосходно.       Белобрысый тип в каком-то мятом халате поднимает руки, орет во всю глотку.       -Отец Асколь! Даже на свои похороны прибыли вовремя!       -Ренье, ты готов? – процедил Кат сквозь сжатые зубы.       -Всегда, - глухо отвечает упакованное в стеклянный доспех существо, чье лицо уже в принципе невозможно разглядеть.       -Эрик? - а это уже в рацию.       -Да. Влево на метр и я его сниму.       -Хотел меня видеть, Пустышка? - проорал Асколь. - Ну что, доволен?       Альберт Блах, издав полный ненависти вопль, опускает руки и в сторону Асколя мчится целая огненная стена.       Влево на метр, как и сказал Эрик.       Два Ключа летят в цель, следом еще две пары - все меньше, чем за какие-то пять-шесть секунд.       В то же мгновение, что последний Ключ покидает его руку, начинает свою песню пулемет Факела, а Ренье бросается вперед с невозможной для человека скоростью - даже без учета всей этой жутковатой брони, в которую закован.       Яркая вспышка - первые два Ключа настигают свою цель, но вместо того, чтобы пронзить плечи Пустышки и отбросить назад, позволив остальным клинкам воткнуться ему в грудь и живот, с оглушительным треском лопаются в воздухе.       И в это же мгновение чудовищная боль отбрасывает Асколя назад, в грязь.       Какого…       Пулеметная очередь, которая должна была перечеркнуть Пустышку, развалить надвое, не достигает цели. Асколь пытается подняться - но руки скользят в грязи и крови - его крови. Откуда тут ее столько? А, да, его же ранили…скользя вниз по изорванному облачению, руки собирают на себя все больше и больше красного сока.       Хирургически точные удары, которые должны были распять Пустышку на ближайшей стене и прикончить, почему-то оказались нанесены ему самому. Это кажется настолько бредовым, настолько невозможным, что на этой мысли попросту невозможно сконцентрироваться.       Что…       Как он…       Где-то рядом орет Факел - орет так, словно его нашпиговывают пулями.       Страшная догадка, что так и есть, приходит лишь мгновение спустя.       Обычный барьер.       Нет. Совсем не обычный.       А если бы только достигли цели те два Ключа, что шли Пустышке в грудь…       Его бы, похоже, разорвало самого.       Сумев кое-как приподняться на локтях и прижать ладони к самой опасной из ран, он снова плюхнулся на спину, подняв в воздух тучу грязных брызг. Забормотал старые слова, надеясь, что сил хватит прикрыть хотя бы что-то.       -Всемогущий вечный Боже, вечное спасение верующих…услышь молитвы наши о больных и яви им милосердие и помощь Твою…       Больно. Как же больно. Ему не было так больно с тех пор, как та сука изрезала ему всю спину и откусила здоровенными клещами несколько пальцев на ногах…       Где-то впереди - все уже как в тумане - Ренье сходится с Пустышкой. Не отрываясь от заветных слов, Кат ждет, когда же тело Блаха окажется разорвано на куски сверкающими когтями, как множество тел до этого.       Не оказывается.       Нанесший стремительный удар Ренье вдруг оказывается отброшен назад. Во все стороны летят осколки стекла.       Стекла, которое, как хорошо помнил Асколь, работники Ассамблеи не смогли ни расплавить, ни разрезать, ни разбить никаким способом…       Да что же он с собой сделал…       В наушнике слышны стоны и ругань Эрика, вызывающего подмогу. А также крики рыцарей, которые радуют все меньше и меньше с каждой минутой…       -…на деревьях! Он на деревьях!       -…черт, слева!       -…Апостол! У нас Апостол, прошу срочно…       -…это что за…       Ренье валяется в грязи, стеклянный панцирь постепенно осыпается с него шелухой. Альберт Блах, истерически хохоча, бежит, поднимая брызги, прямо к Асколю.       -Пустышка, да? Пустышка? Пустышка?       Продолжая бормотать уже третью по счету молитву – эта формула должна дать ему сил подняться и продолжить бой - Кат сталкивается взглядом с Блахом.       -Вот тебе Пустышка! Ты отнял у меня все, мразь! Все! Ненавижу! - огненная буря несется на него, чтобы пожрать целиком.       Сил сопротивляться нет. Почти. Даже молитву уже не закончить.       Короткая фраза активирует медальончик, тот самый, что Шепот ему посоветовала выкинуть.       Не зря посоветовала.       Щелчок.       По телу проходит дрожь.       Огонь затухает, напоровшись на невидимую преграду, но уже мгновение спустя что-то словно взрывается в голове Асколя. И все исчезает, проваливается в черноту.       Церковь снова в дураках…       Вас всех сделал Альберт Блах…       Сердце Блаха колотилось, как бешеное. Он уже устал бежать, но до шоссе было еще приличное расстояние. Конечно, он мог бы разделаться с любым преследователем, если таковой окажется слишком близко, но…       Его силы подходили к концу. Сфера, несмотря на все свое могущество, не могла подпитывать его бесконечно.       Напротив, уже скоро это ему придется накормить ее…       Стараясь об этом не думать, Альберт сконцентрировался на чем-то более приятном. Например на том, как сдох этот чертов Асколь. Сдох сам по себе, видимо, напутав что-то с каким-то из заклятий. Просто взял, дернулся и издох в мгновение ока, упав в грязищу мордой.       Туда ему и дорога, падали.       Альберт перескочил через поваленное деревце и припустил дальше по тропинке…       Вернее, собирался так сделать, когда обнаружил, что провалился в землю по колено.       В землю?       Да это на землю-то уже не было похоже!       Что-то серое, вязкое, крепко держащее…       Паника накатила не просто быстро, а очень быстро. Попытавшись выдернуть ноги, Блах ушел еще глубже, а когда задергался сильнее - оказался в этих непонятно откуда тут взявшихся “зыбучих песках” уже по пояс.       -Не советую рыпаться, - из-за дерева вышел, ловко прыгнув на большой камень, высокий человек - смуглая кожа, хитрый взгляд, гадостная улыбочка. - А то совсем на дно уйдешь, Пустышка.       -Я не пустышка! - взвыл Блах. - Не пустышка! Меня нельзя уничтожить!       -Да я и не собираюсь, - Косс, пошарив по карманам, извлек оттуда какой-то пузырек. - Ты нужен Атласу живым. Я думаю, тебя даже препарировать будут заживо…       -А я думаю, что препарировать тут будут тебя, - вышедший на свет Свечка, с ног до головы залитый кровью, криво улыбнулся. - Атлас, говоришь? Ваши ребята никогда не умели драться.       -Ты просто не имел дела с настоящими оперативниками академии, - сеанс обмена жуткими улыбками Косс и не думал заканчивать. - Но теперь ты можешь гордиться собой, ибо на одного таки нарвался.       Выпустив пузырек из рук, Косс сдернул с пояса кусок ткани - под ним обнаружились какие-то железные ленты. Еще пара секунд - и Фрери Ланн увидел самое странное оружие за всю свою жизнь: какой-то дикий клубок тонких и чудовищно острых стальных полос. Плеть не плеть, пояс не пояс, меч не меч…       -Это что еще за хреновина?       Вместо ответа Косс отправил ленты в полет.       Полукровка ушел в сторону от одной, двух…остальные свою цель нашли, хлестнули, отбросили на землю. Брызнула кровь. Свечка, отскочив назад, зажал искромсанную конечность - она явно уже не была способна сжимать нож.       -Добавочки? - Косс снова замахнулся, когда грохнул выстрел.       -Если только тебе, - Эпнорд, грязный, окровавленный, глаза налиты краснотой так, что почти не видно зрачков - вышел из укрытия, выцеливая алхимика из здоровенного револьвера. - Фрери, Альберт, какого черта? Ни на минуту оставить нельзя.       -Вытащите меня отсюда, остолопы! - взвыл Блах. - Быстрее, быстрее, мать вашу!       -Он собственность Атласа, - бросил Косс. - Так что не советую.       Выстрел, очередной взмах мечом-поясом.       Почти одновременно.       -Вот как-то так, - сказал алхимик.       Эпнорд удивленно рассматривал обрубок своей руки, а также ту ее часть, что лежала на земле, сжимая револьвер - она успела выстрелить примерно в ту же секунду, что была отсечена.       -Ты… - Риар чуть не задохнулся от боли и гнева. - Ты знаешь, как сложно их восстанавливать, скотина?       -А теперь сравняем наши шансы, - продравшись через заросли, на тропинку вышла Шепот, поигрывая испачканной в крови булавой. - Твои мертвяки? Халтурная работа.       Альберт был на грани истерики. Ситуация явно начала складываться не в их пользу: если его не вытащат из этой проклятой трясины, то тут не спасет и Каинова печать…       -Твой Асколь мертв! - завизжал со всей силы Альберт, завидев высокую женщину-палача, ту самую, что когда-то пыталась его схватить. - Я оставил его там подыхать!       Увидев, как она переменилась в лице, Блах понял, что попал точно в цель.       -Нет! - рявкнул Косс. - Наша цель - Пустышка!       -Вот и охраняй его. А я за Катом.       Раньше, чем алхимик успел что-то возразить, Шепот бросилась вперед. В последний момент в сторону отскочил Свечка, даже не успевший подобрать свой верный нож.       -Тупая сука! - Косс в ярости сплюнул на камни. - Почему меня вечно никто не слушает?       -Не беспокойся. У тебя еще есть публика, - оставшейся рукой Эпнорд снял с пояса небольшой топорик. - Свечка, вытаскивай Блаха и ищите себе машину. Меня не ждите.       -И не собирался, - хохотнул полукровка, кинувшись к Альберту. - Хватайся давай, живее!       -Я же сказал, это собственность Атласа, - устало повторил Косс. - За воровство обычно рубят руки, но раз вы такие непонятливые, придется удалить и ваши головы…       -Меньше слов, больше дела! - прорычал Риар, бросаясь вперед.       Альберт схватился за окровавленную, измочаленную руку Свечки - тот взвыл от боли, но его не выпустил, а лишь стал тянуть с удвоенной силой. На мгновение Блаху показалось, что глаз Фрери подернулся какой-то странной дымкой, но, видимо, лишь показалось.       Стальные ленты снова принялись хлестать Эпнорда – он даже не пытался от них уворачиваться. В конце концов, это не так уж и больно, когда ты Мертвый Апостол…       С огромным трудом избежав встречи с топором, что метил ему прямо в лицо, алхимик, однако, оказался сбит с ног налетевшим на него Эпнородом. Не тратя времени даром, Риар быстро прижал противника к земле, намереваясь разорвать алхимику глотку, когда ему в глаза прилетели два растопыренных пальца. Взвыв, Риар откатился назад, оказавшись в опасной близости от того участка дороги, где недавно чуть не утонул в земле Альберт. Косс огляделся в поисках Блаха, но ни его, ни Свечки уже не было видно.       -Сука тупая, - повторил алхимик. - Вся работа коту под хвост.       Риар медленно поднимался с залитой кровью земли. Один его глаз уже был на месте, вторая глазница все еще была затянута чем-то красным и беспрестанно хлюпающим.       -Попляшем еще, красноглазик? - прохрипел Косс, подбирая с земли свой странный меч.       -Я пас, пожалуй, - прорычал Эпнорд, развернувшись и кинувшись в лес со всех оставшихся у него сил.       Где-то за его спиной свистнули вновь острые ленты, но Апостола достать они уже не могли…       Открыть глаза было сложнее всего. Яркий белый свет резал их, словно ножом. Знакомый до одури свет, цвет потолка и писк больничной аппаратуры - они везде одинаковы.       Когда с ориентацией в пространстве было покончено, Асколь попытался приподняться - и тут же снова рухнул назад, брошенный на подушки чудовищной болью в спине.       -Не надо, Кат, - грустный и усталый голос заставил его завертеть головой в поисках его источника.       Шепот обнаружилась в кресле у стены, с какой-то небольшой книжечкой в руках.       -Лучше не пытайся вставать сейчас. Тебя держали под капельницей с какой-то алхимической пакостью около суток.       -Я…       Боль в голове была такой, словно там устроили торжественный салют. Откинувшись на подушку и уставившись в белый потолок, Кат прохрипел:       -Наши…       -Все живы, - быстро ответила Шепот. - Спасибо новичку. Эрика буквально с того света вытащил…да и тебя тоже.       -Ренье?       -Сам отлежался. У него была пара глубоких ран, но он…короче, сам потом его спросишь. Это надо было видеть.       -Я ни черта не помню, - простонал Асколь, постаравшись, чтобы это звучало не так жалко, как он себя чувствовал. - Как все прошло? Как он нас сделал?       -Ты у нас специалист по магам, вот ты и думай, - вздохнула Шепот. - Черт! Мы попались, как дети!       -Моя вина. Я действительно отнесся к нему, как к полной пустышке. Но все-таки…       -Ты был прав, он нас ждал. И он был не один. С ним был средней паршивости Апостол и еще какой-то шустрый типчик. У них по всему лесу были закопаны мертвяки. Когда рыцари замкнули кольцо на логове Блаха, их подняли и окружили уже рыцарей.       -Я помню…у него был какой-то зверски хитрый щит…       -Более чем. Ренье, Эрик и выжившие рыцари рассказывали о том же - все попытки его атаковать приводили к тому, что атакующие сами оказывались искалечены или мертвы. Эрик получил такие же повреждения, как от пулеметной очереди, что выпустил по Блаху…если бы он успел выстрелить большее количество раз, его бы просто разорвало на куски.       -А новичок и этот…Косс?       -Кирик первым добрался до Факела. Я думала, что он полная тряпка…но ты бы его видел тогда.       -Что…что он устроил?       -Один, потеряв где-то оружие, бегом через кишащий упырями лес, едва услышал, что кому-то из наших нужна помощь. Ни разу не остановился даже. Эрика, считай, из мертвых поднял.       -А я…       -А тебя ему я притащила, - грустно рассмеялась Шепот. - Ты вечно то из окна падаешь, то в реку, то в грязи помереть пытаешься. А мне тебя вытаскивать всегда.       -С…спасибо, - прохрипел Кат.       -Ну не могла же я дать тебе подохнуть, пока ты еще не извинился передо мной за все, что полагается. Что до Косса, то этот атласовский хрен там геройствовал вовсю. Почти поймал Пустышку, почти порезал Апостола и того странного типа с серыми волосами…       -Почти, почти, почти…у нас есть хоть какие-то результаты?       -Никаких, Кат. Полный провал. Пустышка и его дружки ускользнули из города, Юлиан рвет и мечет, равно как и тевтонцы, которым эта троица устроила кровавую баню.       -Потрясающе. Сколько я тут валяюсь? Только не говори, что неделю.       -Два дня.       -Господи… - продолжая буравить взглядом белый потолок, Асколь замолчал на несколько минут. - Давно мы так не огребали, да?       -Да уж. С самой “Метелицы”. Самое паршивое, что Пустышка, похоже, уверен в том, что тебя убил. И уже не будет теперь так подставляться, как раньше.       -Значит, нам придется выловить его снова. Я лично его выпотрошу.       -Как? Конечно, все наши показания обработают и возможно, мы вскоре узнаем, что же у него за барьер, но за это время он может такого натворить…       -У меня есть одна идея. Паршивая, конечно, но видимо, придется на это пойти, - скривился Кат. - Подай сюда мою телефонную книжку, будь любезна.       -И кому ты собрался звонить? - удивилась Шепот.       -Альберт Блах ведь обзавелся своим чертовым барьером где-то в Могиле, так? У меня, к счастью, есть старый знакомец, который очень крепко связан с Морем Бродяг. И иногда приторговывает их тайнами.       -Маг?       -О да. Та еще зараза. Но он мне должен, так что пришло время закрыть должок…       Получив свою потрепанную книжечку, Асколь принялся судорожно листать странички.       -Как его зовут?       -Нейтгарт фон Вайтль.