Сыщик поневоле

– Вот такие у нас отношения, – подытожил Родион. – Сначала «Колтышев, я тебя ненавижу! – Взаимно, Михаль!», а потом выручаем друг друга. Или наоборот – я приглашаю её танец, а после мы злимся из-за того, что наступаем друг другу на ноги. – Даже так, – задумчиво протянула Дина. – Странно, а у меня возникло чувство, что ты в неё влюблён. – Да для этого мазохистом надо быть! – воскликнул Родион. – Она хоть и мелкая, но ужасно вредная и дотошная. Иногда она меня просто бесит. – Тогда почему ты её ищешь? – спросила девушка. – Но Лиля ведь тоже человек! И она в опасности! А я... я всё-таки парень, я должен её защищать. Вы вот с ней незнакомы, но помогаете мне. Почему? – Арсению, по-моему, просто некуда девать своё умение дедуктировать. А мне страшно. Я ведь на самом деле трусиха и ужасно боюсь всяких исчезновений. Люди не должны теряться, как старые мячики-попрыгунчики. А если потерялись, их надо искать. Дина немного помолчала и спросила: – А Шервинова с Марком? Зачем им искать Лилю? Они ведь даже не дружили. – О, это совсем другое дело. Алекс после того, что случилось в прошлом году, стала такая чуткая к чужой беде – помогает всем без разбору. А Марк... куда она, туда и он. Они как два пальца одной руки, понимаешь? От входа к ним прошествовал Арсений, напяливший солнцезащитные очки, и театральным шёпотом бросил: – Птичка в клетке. Родион обернулся и увидел девушку – высокую, темноволосую, в джинсах и лёгкой зелёной кофточке без рукавов. Всю правую руку обвивала очень натуралистичная змея. Незнакомка заказала коктейль и села за столик в дальнем углу. Было полседьмого вечера, и посетители ещё только начинали собираться. Лавируя между пустыми столиками и немногочисленными танцующими парочками, Дина подобралась к девушке и тихонько спросила: – Простите, можно вас побеспокоить? Татуированная подняла лицо – красивое, но с капризным изгибом губ и надменным изгибом бровей. Посмотрела раздражённо: – Что вам нужно? – Я хотела с вами поговорить об одном человеке, – Дина, садясь за столик, улыбнулась очаровательнейшей из своих улыбок. – Вот эта девушка вам знакома? – она вытащила многострадальную фотокарточку Лили Михаль. На лице незнакомки появилось нескрываемое презрение: – Почему я должна вам отвечать? – Кое-кто утверждает, что третьего июля вы с ней имели непродолжительную беседу. – Красиво выражаетесь, – она усмехнулась. – Да, к сожалению, я её помню. Я со своим парнем пришла сюда отдохнуть, а эта ненормальная начала к нам приставать. Я не поняла ни слова, но она явно была пьяна и несла всякую околесицу, – девушка заправила за ухо прядку волос. – Заявила, что я будто бы увела у неё парня. Нет, какова наглость! Да он и видел-то её впервые в жизни! – Что случилось потом? Вы заметили, куда она ушла? – Здесь только один выход, – она махнула рукой в сторону двери. – Мы посидели ещё немного, но настроение было испорчено, и мы ушли. А теперь, может быть, вы соизволите объяснить, для чего все эти расспросы? – Лиля пропала третьего июля, и, возможно, вы со своим парнем – последние, кто видел её живой. Кстати, я должна записать ваше имя. – Нина Дмитриевна Илясова. А что, сейчас в полиции служат столь молодые сотрудники? Или вы частный детектив? – Нет, я просто Лилина знакомая. И хочу заметить, что никогда не заподозрила бы Лилю в алкоголизме или чем-нибудь подобном. Вы уверены, что она была пьяна? – Уверена. Пахло от неё будь здоров. Если вы не знали, что ваша подруга пьёт, это означает, что у вас была лживая, насквозь фальшивая подруга, – Нина постучала носком левой туфли по ножке стола. – У вас ещё много вопросов? – Нет-нет, – заторопилась Дина. – Вы больше в тот вечер не видели Лилю? Илясова помотала головой. – А ваш парень? Можете дать мне его координаты? Вдруг он заметил что-нибудь ещё? – Мой парень уехал в командировку на месяц, и допросить его вы вряд ли сможете. Кстати, разве этим делом не занимается полиция? – Занимается, но мы не можем сидеть сложа руки. – Неужели вы думаете, что я буду помогать вам в поисках девчонки, которая ужасно меня обхамила? – Нина поставила на стол сумочку, словно отгораживаясь. – Я желаю только одного – чтобы меня оставили в покое. – Спасибо за помощь, – Дина поднялась и зашагала к выходу. По пути она негромко стукнула рукой по столу, за которым сидели Арс с Родионом. Через несколько минут парни встали и направились к двери. Снаружи их уже поджидали Алекс с Марком. Дина как можно подробнее пересказала диалог с Ниной и добавила: – Я внимательно следила за ней и поняла, что она лжёт. Помнишь, Арс, ты учил меня распознавать ложь по мимике и жестам? Так вот, Нина явно нервничала, постукивала ногой, поправляла волосы, несколько раз потёрла нос. Она действительно видела Лилю и ссорилась с ней, но я не верю, что Лиля была пьяна. Я не верю, что Нина не видела её после той ссоры в клубе, и не верю, что её парень уехал. – И что мы будем делать? Как добиться правды? – спросил Марк. – Для начала надо проследить за Ниной. Может, она выведет нас к месту, где держат Лилю, – заявил Родион. – Слишком радужная перспектива, – вздохнул Арсений. – Но я согласен, проследить надо. Заодно расспросить Ольгу Николаевну, Лилиных подруг и вообще знакомых, не знают ли они Нину Илясову. – И не было ли у Лили кого-нибудь, кого она могла назвать своим парнем, – добавила Алекс. – Её мама говорит, что Лиля не собиралась ни с кем встречаться, пока не закончит университет, но мама могла много не знать. – Хорошо, – кивнул Марк. – Тогда мы с Алекс ещё раз пройдёмся по Лилиной родне, а вы ждите, когда Нина выйдет из клуба. – Нет, – покачал головой Колтышев. – Следить буду я один. А то вы всё трудитесь, а я один нифига не делаю. – Но вместе безопаснее, – возразила Дина. – А одному незаметнее. Кроме того, у меня есть мотоцикл – на случай, если она поедет на машине. И, между прочим, Нина уже знает в лицо Дину, – отрезал Родион. Но сегодня судьба определённо благоволила сыщикам. Примерно через полчаса Илясова покинула клуб и зацокала каблуками по асфальту. Родион успел только попросить Арсения завезти мотоцикл к нему домой и решительно зашагал следом. Он судорожно вспоминал приёмы, используемые следователями в детективных сериалах. Идти надо спокойно, непринуждённо, не шарахаясь за каждый столб и не привлекая ничьего внимания. Если Нина даже и обернётся, то не выхватит парня взглядом из многоликой толпы. Мало ли куда он идёт? Может, по своим делам... Тем не менее, Родион держался на значительном расстоянии от девушки. Илясова шла быстро, но спокойно, не оглядываясь. Солнце постепенно скрывалось за тучами, ветер усиливался, холодало. Преследователь и преследуемая пересекли несколько оживлённых перекрёстков, пару раз свернули в подворотни и оказались у обычного девятиэтажного дома. Девушка открыла дверь и вошла внутрь. Родион выждал немного и кинулся следом. К счастью, домофона в этом доме не было, и Колтышев беспрепятственно проник внутрь. Он осторожно, на цыпочках поднялся по лестнице до пятого этажа и отпрянул. Нина как раз открывала дверь. Когда девушка исчезла в квартире, Родион поднялся и посмотрел на номер квартиры. – Масленникова, дом семнадцать, первый подъезд, квартира двадцать восемь, – пробормотал он, записывая адрес в блокнот, который теперь всегда носил с собой. Итак, место проживания подозреваемой известно. Но что делать дальше? Не будет же он вламываться в квартиру в поисках вещей, принадлежащих Лиле? Да даже если бы они и были, за неделю с лишним похититель вполне мог избавиться от них. Рассказать всё следователю Конейко? Вряд ли он примет слова Родиона всерьёз. Скорее всего, посоветует не заниматься ерундой и оставить Илясову в покое. Капитан твёрдо упёрся в версию о побеге и ни на что другое не хочет обращать внимания. Установить круглосуточную слежку за Ниной? Трудновыполнимо, но возможно. Кроме того, ещё раз осмотреть комнату Лили, поискать её дневники, если она их вела. Может, там есть записи о каком-нибудь парне, в которого Михаль была влюблена? Он не обращал на неё внимания, она с горя напилась, потом увидела этого парня с девушкой, устроила скандал и сбежала из дома? И выходит, что Конейко прав? Никакого похищения не было? «А видения Илоны?» – шепнул внутренний голос, но Родион отмахнулся. Экстрасенсам не всегда стоит верить. В голову парню пришла ещё одна идея: расспросить соседей Нины. Может, они что-нибудь знают о неизвестном парне? «Сейчас слишком поздно! Дверь никто не откроет, ночных посетителей у нас не любят. Эх, что мне стоило догадаться раньше! А то расследование у нас продвигается со скоростью пьяной черепахи!» – разозлился на себя Колтышев. Он вышел из подъезда и медленно поплёлся по улице. Его внимание привлекло объявление, висевшее на стене одного из домов. Лучшая из фотографий Лили Михаль и текст: «Лилия Владиславовна Михаль, двадцати двух лет, 3. 07. 2015 не вернулась домой. Была одета в синие джинсы, белую футболку и кроссовки фирмы «Найк». Всем, имеющим хоть какою-нибудь информацию о её местонахождении, просьба звонить по такому-то телефону...» Внезапно Родион почувствовал, что позади него кто-то стоит, резко развернулся и увидел мужчину средних лет, с красивым аристократичным лицом и небольшой бородкой. Встретившись взглядом с Колтышевым, он смущённо кашлянул и глухо произнёс: – Да, ужасно, когда пропадают дети... Знаешь, а я ведь почти стал её отчимом. – Вы? – поразился Родион. – Вы – Владимир? – Да, Владимир Зарецкий. Откуда ты меня знаешь? – Я Родион Колтышев, одногруппник Лили, и я её ищу, – сбивчиво принялся объяснять парень. – Понимаете, я не знал, что она пропала, приехал совсем недавно... Я обещал Ольге Николаевне, что найду Лилю, даже если этого не сможет сделать полиция. Он вкратце рассказал про собственное расследование, упомянув и Илону, и ночной клуб, и слежку за Ниной Илясовой. Имён друзей, правда, называть не стал и вообще говорил очень скомканно, потому что торопился домой. – У меня есть несколько идей, но сегодня уже поздно, – закончил Родион и уже собрался идти дальше, но его остановил Владимир. – Послушай, но ведь вся ваша компания может влезть в большие неприятности! – сказал он встревоженно. – Есть полиция, пусть она и занимается поисками. – Но мы не можем просто сидеть и ждать, как вы не понимаете! Неужели вы не любили Лилю? – вспылил Родион. – Послушай, – серьёзно произнёс Зарецкий, – я знаю, что у девочек, воспитанных матерями-одиночками, часто возникает конфликт с мужчинами, приходящими в семью, но у меня было не так. Лиля ко мне хорошо относилась, она верила, что я смогу заменить ей отца. Конечно, возникали недопонимания, но они быстро разрешались. Пойми, я не меньше тебя хочу, чтобы её нашли. – Тогда помогите нам в поисках! – Это опасно. Кроме того, я считаю, что Лиля сбежала из дома. Скажи, кому нужно было её похищать? – Вот это мы как раз и хотим выяснить! И никакая опасность нам не угрожает, мы ведь не маленькие. – Вы не умеете вести частное расследование, а значит, можете попасть в беду. Я тоже переживаю, а Ольга просто сходит с ума, но мы верим, что Лилю найдут. Или она сама вернётся домой. – Прошло уже больше недели, а она даже весточки не прислала. Вы считаете, она способна на такое? – Близкие люди иногда оказываются совсем не такими, какими мы их знаем, – задумчиво произнёс Владимир. – Судя по тому, что произошло тогда в клубе... – Так говорила Илясова, а я ей не верю, – резко ответил Колтышев. – Неудивительно, что хочешь слышать о твоей подруге только хорошее. Так мы, люди, устроены. Но всем приходится разочаровываться... – Она мне не подруга! И не надо читать мне лекции. Всего хорошего! – и Родион быстро пошёл прочь.