выживем

Meg Myers — Go

Тренер с хрустом вправляет вышедшую из сустава кость, и парень заходится рваным криком — Ник бы отдал сейчас каждый ебаный выигрыш в казино, чтобы оглохнуть. Самое худшее, когда тебя хватает Курильщик в том, что ты становишься обездвижен. Когда отвратительный, черный смоляной язык выстреливает в твою сторону, ты оказываешься связан по рукам и ногам — в прямом смысле. Ты не можешь выбраться из этой хватки и никак, никак не можешь помочь человеку, которого в нескольких метрах от тебя Громила ритмично вбивает в землю. Не можешь даже крикнуть, позвать на помощь, не можешь выхватить пистолет, спрятанный в пиджаке, чтобы освободиться и пристрелить ебаных тварей. Ник чувствует, как голова становится слишком тяжелой от напряжения. Еще чуть-чуть, и он отключится. Перед глазами уже не просто мушки, а ебаные алые пятна. Самое худшее, когда кого-то хватает Громила в том, что он может только свисать безвольной куклой в лапищах твари, пока та вытрахивает им землю, а все что тебе остается — это молиться всему сонму — сперва о том, чтобы пришла помощь, потом о том, чтобы урод не переломил пацану позвоночник, а под конец о том, чтобы хотя бы оставил в живых. Ник хрипит, и пальцы намертво впились в язык, обвившийся вокруг шеи, но языкастый то ли не чувствителен к боли, то ли ему просто насрать, что в принципе одно и то же, и Нику остается только напрягать глотку из последних сил и пялиться на парня, которому ничем не может помочь. . Да пиздеж. Самое худшее — когда голова Эллиса закидывается на бок и глаза — еще не остекленевшие — смотрят в твою сторону. Там не просьба, не укор — блядское прощание — мол, давай, чувак, свидимся, и Ник хрипит сильнее, пальцы входят в язык твари, но ей абсолютно похуй. Когда автоматная очередь пробивает над ухом и в легкие забивается мерзотный смоляной дым (сука подъебывает и после смерти), Ник готов молиться на Рошель. Когда мерный стук Громилы о землю прекращается, Ник готов возвести Тренера в ранг святых. В убежище становится ясно, что у Эллиса вывих — очень хуево для зомби-апокалипсиса, но он шутит шутки, хрипло смеется, начинает рассказывать что-то о своем дружке Ките — затыкается, наткнувшись на тяжелый взгляд Ника. В остальном ублюдку повезло — синяки да ушибы, но этим здесь уже никого не удивишь. Все заваливаются спать в одной комнате — так спокойнее, проще. Возле каждого пушка — не против своих, а так, на всякий случай. Ник достает из кармана пачку сигарет, смотрит на смятую бумагу, вдыхает запах табака и швыряет в сторону. Нахуй. Смотрит на Эллиса — перевязанная рука покоится на груди, брови нахмурены и между ними залегла складка, но, несмотря на это, во сне кажется еще младше — восемнадцать-девятнадцать навскидку. Автоматически протягивает руку вперед и проводит пальцем по лбу, разглаживая. Он смотрит на парня, убирает руку. Нахуй. Нахуй блять.