The Games

— Я вынужден отправить тебя обратно в Лондон. — твердо, но весьма тихо заключил отец. На жалкое мгновение мои губы предательски дрогнули. Этого просто не может быть. Проклятье. — Ты уверен в своем решении? — напоследок осведомилась я, до последнего храня в сердце надежду на то, что его слова лишь очередной спектакль с нравоучительным посылом. — Прости, Сильвер, но это необходимо в первую очередь тебе самой. — грустно ответил он. — Естественно мне необходимо вновь вернуться в город, где меня преследовали одни неприятности. — с желчью выплюнула я. Разочарованный взгляд отца болезненно полоснул сердце, а всепонимающий директор презрительно фыркнул. — Извини, — поспешно выдохнула я, поднимаясь на ноги, которые болезненно затекли. — Я знаю, что нет смысла противиться, но я в любом случае уважаю твой выбор. — с искреннем сожалением взглянув на папу, произнесла я. — Увидимся дома, — тепло улыбнулся он. — Да, — быстро поцеловав отца в давно небритую щеку, я повернулась к молчаливо торжествующему директору. — Всего хорошего, Мистер Лэй. Правда, я не могу сказать, что буду скучать, — наигранно усмехнувшись на прощание ошеломленному мужчине, я поспешила выйти. Увидев встревоженные глаза Карли, дружелюбного секретаря, я решительным шагом подошла к ее рабочему столу. Пора исправлять собственные косяки. — Я прощаюсь с вами, — грустно улыбнувшись, произнесла я. — Ох, Сильвер, все настолько плохо? — я чувствовала насколько искренне волновалась женщина. — К сожалению, да, — опустив голову, призналась я. — Мне просто казалось, что все под контролем. — внезапно замолчав, я уставилась на нее, очевидно нуждаясь в поддержке. — Я знаю, что ты все сможешь преодолеть, потому что ты сильная, Сильвер Сондер. — воодушевленным голосом огласила она и незамедлительно подошла ко мне, заключив в сильные объятия. Пускай я и опешила в первые секунды, но быстро сообразив, обняла милейшую женщину в ответ. Что люди могут дать друг другу кроме капельки тепла? И что может быть дороже этого? — Спасибо вам, Карли, спасибо за все. — благодарно прошептала я. — Не за что, Сильвер, — с доброй улыбкой ответила женщина, с материнской нежностью наблюдая за мной. Что же вы увидели во мне, милая Карли? Кажется, я всецело погрузилась во тьму. — Удачи вам, до свидания. — на прощание искренне улыбнувшись, я медленно направилась к входной двери, которая олицетворяла новую, неизведанную мной ранее, жизнь.

***

Melanie Martinez – Dead To Me

Небо, словно в знак протеста, заволакивало свинцовыми облаками. Оставшись всецело наедине с собой и ураганом проносящимися мыслями, я почувствовала, что близка к панике. Я не могу вернуться. Мне нельзя возвращаться. Мобильный телефон неприятно завибрировал в кармане узких черных джинсов. Увидев имя звонящего, я раздражающе закатила глаза. Легок на помине. — Без скандалов. — я начала твердо с наступления, потому что, как известно, это лучшая защита. — Лив, ты никуда не поедешь. — прорычал юноша в трубку, голос, по обыкновению, не казался трезвым. — У меня нет выбора, Кай. — обреченно отвечаю я. Я хочу, чтобы мне было жаль. — Выбор есть всегда. — упрямо возразил он, вызывая во мне лишь усталый вздох. — Кай, послушай меня. Я не буду идти против своего отца, его решение неприкосновенно. Все кончено. — мой и без того порой грубый голос прорезала сталь. — Ты не оставишь меня так просто, черт возьми! — кричал юноша. — Мне все равно. Я люблю тебя, слышишь? Я поеду с тобой. Ты не нужен мне там, Кай. — Мы оба знаем, что тебе нельзя выезжать из страны, ты под подпиской о невыезде. — медленно, но отчетливо говорила я. Неужели не очевидно, что это конец? — Я не отпущу тебя, Сильвер. — яростно зашипел брюнет, после чего я услышала частые гудки. Нехорошо бросать трубки, милый. На удивление, несмотря на всю драматичность ситуации, я была спокойна. Мое сердце не отбивало бешеный ритм, а пульс по-прежнему был размеренным и самым, что ни на есть, нормальным. Умиротворенно шагая по парковке, вдоль новых и не очень иномарок, я добралась до своей ласточки, привилегированно стоявшей у самого выезда. Нет, не подумайте, парковаться я умею и весьма сносно, просто мне нравится, когда именно моя машина стоит первой. Аккуратно открыв дверцу черно-серебряной Aston Martin V12 Vanquish, я грациозно села на любимое, бежевое, немного пропахшее табаком, сидение водителя. К счастью, меня больше здесь ничего не держит. Наконец, можно сказать жестокую правду и перестать выслушивать вечно сопливые признания в любви. Поверьте, когда вы толком ничего не чувствуете в ответ – это утомляет. Да, я нагло и бесцеремонно играла с тобой. Прости, но ты знал, что я не умею любить. Понимаешь, люди во всем, всегда и везде ищут лишь выгоду. Чем же я лучше, Кай? Настоящей, бескорыстной и чистой любви не существует, кто бы что ни говорил. Увы, но такова реалия жизни. И чем раньше ты поймешь это, тем быстрее начнешь диктовать собственные правила. Дерзай, родной. Заведя двигатель, я целенаправленно нажала педаль газа до упора, адреналин – это то, чего мне всегда не хватает, именно по этой причине я так страстно люблю гонки. Каждая схватка на ночных, пустых трассах – очередная игра, не всегда на жизнь, ведь каждый поворот может быть последним, что ты увидишь, прежде чем всецело погрузишься в беспроглядную слепоту. Вас это останавливает? Меня тоже нет. Я безоглядно мчалась по весьма пустым улицам всегда солнечного Лос-Анджелеса, мысленно прощаясь с любимым городом. Пускай, мы с отцом переехали сюда не так уж давно, но я успела проникнуться жаркой атмосферой, которая всецело царила в Городе Ангелов: длинные раскаленные пляжи, контрастный холодный Тихий океан, долгие шумные ночи, высокое глубокое небо и низкие, яркие звезды. Я не могла не влюбиться в тебя, Лос-Анджелес. Умело и ловко лавируя между бесконечными потоками машин, я остро чувствовала, как оставляю позади все, что стало мне настолько родным за небольшой, но значимый промежуток времени. Нет, мне не больно, я не чувствовала ничего, кроме всепоглощающей тоски. По-настоящему сильно меня уже ничто не ранит, просто бывает грустно расставаться с тем, что все же имеет для тебя значение. Не так ли? Резко притормозив около нужного мне здания, я искусно въехала на огромную территорию родного особняка и не менее искусно припарковалась, после чего незамедлительно вышла из машины. Подняв голову к небу, я с грустью отметила, что над городом все больше сгущались тучи. Странно, но для Лос-Анджелеса это очень редкое явление, что всегда безумно привлекало меня. Лондон был не менее густо населенным городом, плюсом ко всему он являлся столицей страны, некогда бывшей империи. Однако вместо яркого, теплого солнца его украшали серые здания, слякотные улицы, а всегда холодный, сырой и промозглый ветер независимо от времени года никогда не покидал территории, прилежавшей к реке Темза. Не удивительно почему меня не радует перспектива возвращения. Быстрыми, широкими шагами я подошла к крыльцу дома и, спокойно толкнув увесистую дверь, зашла внутрь. Воистину, особняк моего отца весьма большой, а если быть предельно точной, огромный. По обыкновению, родное лежбище приветствовало меня десятками людей, которые суетились, нетерпеливо перемещаясь из одной точки пространства в другую, в их руках деловито покоились чемоданы. Мои чемоданы. — Смотрю, папа совершенно не спешит с моим отъездом, — саркастично заметила я, привлекая внимание окружающих. Практически все эти люди были мне абсолютно чужими и незнакомыми. — Здравствуйте, мисс Сильвер. — приветливая женщина Анабель, главная домработница и когда-то по совместительству моя няня, подошла ко мне и добродушно улыбнулась. Иногда, мне действительно кажется, что эта весьма полная, маленького роста женщина заменила мне в некотором роде мать, которая якобы у меня была. Точнее, их было две или три, если честно, то я сбилась со счету, отец не был постоянным человеком. К сожалению, моего биологического отца никто и никогда не видел. Да, мне известно, что я подкидыш. В этом нет ничего столь трагичного, как многим кажется. Меня нашел у ворот дома дядюшка Питер, долгое время работавший охранником у нашей семьи. Как только я появилась у отца, он мгновенно полюбил меня всем своим добрым сердцем (он считал, что я послана ему свыше, потому что своих детей он иметь не мог), но время шло, я росла и, к сожалению, превратилась не совсем в того человека. Увы и ах, Дамы и Господа. Сейчас мы стали совершенно чуждыми друг другу людьми. Можно сказать спасибо его работе, его постоянно сменявшим друг друга пассиям, на меня особо времени никогда не было, поэтому я давно перестала быть в списке его приоритетов. Но несмотря ни на что, я точно знаю, что отец любит меня, а я в свою очередь люблю его. Просто каждый любит, как умеет. Нет, не смейте жалеть меня или кого-либо другого. Самое лучшее, что вы можете — посочувствовать, но никогда, запомните, никогда не унижайте людей своей никому не нужной жалостью. Я никогда никого не жалела, всегда говорила жесткую правду и знаете, еще ни один человек впоследствии не сказал мне спасибо. Правда делает людей сильнее, благодаря ей у них закаляется характер, чтобы идти в дальнейшую жизнь с высоко поднятой головой и не бояться трудностей, которые всегда скрываются за красивой ложью. — Здравствуй, Анабель. — через некоторое время не без улыбки отвечаю я. Ее румяное лицо привлекает мое внимание, заставляя вспомнить о безвозвратном, далеком и беззаботном детстве. — Отец ждет вас наверху, в своем кабинете, — тревожно оповестила женщина, а затем поспешила добавить, — Он очень расстроен, — уголки ее губ печально изогнулись. — Очередная проблема в личной жизни? — едко уточнила я. — Сильвер, вы не представляете, как ему тяжело отпускать вас, — заглянув в мои бесстрастные глаза, вкрадчиво произнесла она. — Не стоит печалиться по таким пустякам. Я не часть его семьи и я знаю, что доставляю много проблем, поэтому стоит обрадоваться. — наверное, я пыталась убедить в этом больше себя, чем кого-либо другого. Чтобы не чувствовать боль от разлуки, необходимо порвать все нити, связывающие вас с тем, с кем приходится попрощаться. — Вы не правы. — уверенно возразила Анабель, вызывая во мне волну одобрения. Пожалуй, она единственная, кто понимает цену правды и не боится отстаивать ее. — Вероятнее всего. Спасибо тебе, — с теплотой улыбнувшись женщине напоследок, я направилась вверх по винтовой лестнице. Отец не любит ждать и порой мне кажется это единственное, что нас объединяет. Без стука в дверь, я просто зашла, совершенно молча и лишь мой взгляд, направленный точно в его карие глаза говорил о том, что я очень недовольна. — Ты как всегда вежлива, дочка, — с печальной усмешкой заметил он. — Смирись, я не стану меняться. — склонив голову набок, принципиально отчеканила я. — Придется, Сильвер. — твердо сказал он и многозначительно посмотрел на меня. — Если ты думаешь, что возвращение в Лондон как-то положительно повлияет на меня, то ты глубоко ошибаешься. — уверенно заявила я. Воспоминания не стираются со временем. Они могут лишь поблекнуть, но не безвозвратно исчезнуть. — В Лондоне теперь все спокойно, малышка. Неужели ты не скучаешь по старым друзьям? — в его голосе скользило нескрываемое недоверие. — С каких пор тебе небезразличны мои душевные терзания? — усмехнулась я. — Сильвер, прошу, не надо. Ты знаешь, что мне жаль, — с искренним раскаяньем прошептал отец. — Да, мне тоже жаль. — безразлично бросила я и так же, как и вошла, безмолвно и не оборачиваясь вышла, громко хлопнув дверью. Весьма неплохое прощание, вам так не кажется? Схватив сумку и накинув на плечи бордовую кожаную куртку, я стремительно выскочила из дома. К сожалению, у меня остался лишь один вечер в городе, с которым связаны исключительно хорошие и светлые воспоминания. Но все рано или поздно заканчивается, правильно? На улице заметно потемнело, а поднявшийся из ниоткуда промозглый ветер беспощадно продувал насквозь, вселяя холод не только в тело, но и в душу. Сухими, трясущимися руками я набрала необходимый мне номер. Долгие гудки, убивающие последние капли терпения. — Лив, куда ты пропала? — из трубки послышался взволнованный хриплый голос парня. — Найл, ты не представляешь, как я рада тебя слышать! — воскликнула я, а на лице незамедлительно растянулась блаженная улыбка. — Малыш, у тебя что-то случилось? — с серьезностью отца поинтересовался блондин. — Этот долгий и печальный разговор не для телефона, — с грустью ответила я. — Хэй, Сильвер, нет ничего, с чем я не способен тебе помочь, — воодушевляющим голосом оповестил Найл. — Живо садись в свою тачку и скорее приезжай на наше место, сегодня состоится гонка. — юноша определенно знал, как возродить мой боевой дух. — Порвем всех в последний раз? — неожиданно рассмеялась я, предвкушая чувство победы. — В сухую, детка! — из трубки послышался ответный задорный смех, который внезапно, оборвался. — Секундочку. Что значит твое «в последний раз»? — Я все объясню при встрече, Найл. Обнимаю, — с теплотой произнесла я и поспешила нажать на сброс, пока юноша упрямо не остановил меня.