Жесткое порно

Тэхен рассматривает парня, стоящего в одних лишь пляжных шортах до каждой мелочи, изучает внимательно, боится упустить хоть одну деталь. Смуглая кожа мягко блестит в свете одинокой лампы на прикроватной тумбочке. Выжженные солнцем волосы обрамляют мужественное лицо; на глазах импровизированная повязка из его собственной банданы. Рот приоткрыт на выдохе, а влажный язык то и дело облизывает распухшие губы. Широкая грудь с темными бусинами сосков вздымается тяжело, тело бьет мелкая дрожь. - Давай, - Ким шепчет, но этого достаточно, чтобы Чонгук, напряженный до предела, услышал заветное слово. Тэхен забивается в угол, прижимаясь к стене всем телом, пока незрячий Чон медленно встает с кровати и водит руками по воздуху. Каждый его шаг осторожен и грациозен, подобно кошачьему. Он нащупывает руками тумбочку, пробегается пальцами по тканевому абажуру, а потом, поняв, что там Кима нет, делает пять коротких шагов назад. Чонгук коленкой тычется в угол кровати, а потом, убедившись, что на правильном пути, разворачивается на сто восемьдесят градусов. Парень на память идет в сторону кресла, которое стояло ровно перед Тэхеном. По мере его приближения, Ким старался дышать как можно тише, а когда Чон подошел вплотную к креслу, тихо ругнувшись сквозь зубы, потому что пальцем о ножку ушибся, он и вовсе перестал дышать. Чонгук отходит на шаг, но Тэ уже слишком долго не дышит, потому и провально громко выдыхает. Младший смекает, где Ким; тянется руками, ловит за руку и заставляет подойти к себе. - Попался. Парень заранее умирает, зная, что Гук будет мучить его долго и со вкусом. Ресницы трогательно трепещут в ожидании дальнейших действий. Чон не снимает повязки с глаз и просто стоит, уткнувшись носом в чужой висок, впитывая в себя все запахи и звуки. Вот солоноватый запах кожи, налет давно выветрившегося парфюма, бодрящие нотки чайного шампуня... Миллиметр за миллиметром, губы и обоняние изучали всего Тэхена, а тот стоял горгульей, не смея двинуться. Грудь тяжело вздымалась, казалось, будто весь кислород из комнаты выкачали. Жутко медленные и долгие прикосновения Гука были мучительны, доводили до исступления, а ведь он всего лишь легонько целовал лицо. Возбуждение нарастало, в трусах крепло желание, а дрожь пробирала тело, жаждущее того, чтобы его наконец приласкали.... Тэхен не выдерживает и притягивает лицо младшего к себе, размазывая поцелуй по влажным губам. В ответ не сопротивляются. Он чувствует, что Гук не против, поэтому берет инициативу в свои руки. Пройдясь пальцами по шее и плечам, старший уделяет внимание ключицам, поглаживая их. - Ты будешь делать, что я скажу? - легкая дрожь в голосе выдает с головой волнение. - Да. Тэхен довольно улыбается, зарываясь ладонью младшему в шевелюру. Власть, оказывается, так же приятна, как и подчинение. - Сядь на колени. И он садится. Восторг, обожание, феерия. Он послушался его. - Трогай себя. Гук едва заметно ухмыляется, но приказ выполняет, запуская руку себе в шорты. - Нет. Сквозь одежду. Немного обиженный выдох, но снова беспрекословное подчинение. Крупная ладонь ложится на пах, начинает медленно гладить, сквозь ткань. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Член встает, в одежде теперь тесновато. Чонгук пытается сжать головку, но сквозь ткань получается плохо. Несмотря даже на то, что будучи лишенным зрения, он получал недостаточно ощущений от телесного контакта. Хочется снять с себя гребаные шорты и гладить член без помех, кожа к коже, чтобы под веками искры. - А теперь добавь два пальца в рот. Голос у Тэхена низкий, глубокий. Лишь слушая его, можно попрощаться со здравым смыслом и сойти с ума. Чонгук почти сходит и послушно кладет в рот два пальца, начиная остервенело обсасывать их. Во рту солено, набегает слюна. Он представляет, что это пальцы Тэхена. Становится на порядок сложнее дышать. - Очень хорошо. Ким сидит в кресле и дрочит себе, захлебываясь восторгом от потрясающей картинки перед ним. Рука соскальзывает с влажного члена, но это неважно - Чонгук на коленях перед ним намного приоритетнее. Он видит, как ловко розовый язык обходится с пальцами и почти умирает от того, как прекрасно видимое. - Возьми в рот мои пальцы. Тэхен протягивает ему левую руку, а Гук, словно младенец, потерявший и снова нашедший материнскую грудь, присасывается к чужим пальцам. Язык ласкает фаланги, дразнится, делая толчки между разведенных пальцев, недвусмысленно намекая это. Цепкий взгляд замечает стекающую с мощной шеи каплю пота и это становится апогеем. Ким бесстыдно стонет, кончая себе в ладонь и прикрывая глаза от пробежавшейся по телу волны удовольствия. Чонгук, едва услышав стоны, срывает с себя повязку и приказывает опуститься на колени, так же, как и он. Тэхен, плохо соображая, сползает на пол. - Я еще не кончил. Эта улыбка ничего хорошего не значила.