Затмение

«…Иногда у меня возникает странное, связанное с Вами, Джейн, чувство. Особенно когда Вы совсем рядом. Словно под левыми ребрами у меня есть шнур, крепко и неразрывно соединенный с таким же шнуром в точно том же месте Вашей фигурки… …Я предлагаю Вам мою руку, мое сердце и все, чем владею… …Вы говорите серьезно? Вы, правда, меня любите?.. …Джентльмены его положения не часто женятся на гувернантках… …Обряд не может быть продолжен… У мистера Рочестера есть жена… …О, Джейн! Моя надежда… Моя любовь… Моя жизнь… …Простишь ли ты меня когда-нибудь?..» Туман… Густой, обволакивающий… Ни один солнечный луч не проникает сквозь него на землю, чтобы хоть немного прогреть ее. Холодный воздух обжигает мою кожу, но я не чувствую холода. Я ничего не чувствую. Тихий, печальный голос, исходящий из дальнего угла сада, притягивает меня к себе и я, словно мотылек, летящий на свет горящей лампы, неумолимо стремлюсь на его звук. Пропитавшаяся влагой ночная сорочка, которая по какой-то неведомой мне причине, была единственной одеждой на мне, сковывала движения, отчего идти получалось очень медленно. Шаг за шагом, и вот уже слова становятся все более разборчивы: Навеки сердце покорив, Вошла в него любовь, Как лавы огненный прилив, Вскипает в жилах кровь. Я грезил, рай я обрету, Любимым став, любя. Лелеял дивную мечту И отдал ей себя… Но разделила пропасть нас, Пустыня без дорог. Сам разъяренный океан Сравниться б с ней не мог… Не видя ничего, то ли от застилавших глаза слез, то ли от еще более сгустившегося тумана, я, медленно шла на голос. Под ногами хрустнула ветка, но отчего-то звук получился тихий, еле слышный. Песня стихла, и, я в нерешительности остановилась. В тот же миг, прямо у меня за спиной раздался хохот, тот самый, подавленный, придушенный, заставляющий от ужаса, кровь стынуть в жилах. Я резко обернулась, и мои глаза встретились с глазами, наполненными ненавистью и безумием… -Джейн! Джейн! Я не сразу поняла, что слышу мое имя… Не во сне... Вскочив с кровати и накинув на плечи халат, я открыла дверь. На пороге стояла сильно взволнованная миссис Фэрфакс. - О, Джейн! Я не знаю, что мне делать! Бедняжка Адель! Как же это? Что же… - Да что случилось, миссис Фэрфакс? – перебив ее, и почти крича, спросила я. На секунду она замерла от удивления, смотря на меня полными слез глазами. - О, простите… Я так нервничаю… Адель… Она была так потрясена тем, что вчера произошло… Проплакала весь вечер… Бедняжка… Я никак не могла ее успокоить. А утром, зайдя к ней в комнату, я обнаружила, что ее там нет… О, Джейн! Что же теперь будет? - Вы сообщили уже мистеру Рочестеру? Его имя отозвалось такой сильной болью в груди, что на какой-то миг в глазах потемнело, а по телу пробежала сильная дрожь. - О, дитя… Простите… Вы так бледны! - Не волнуйтесь, миссис Фэрфакс. Со мной все в порядке. Так вы сообщили о пропаже Адель? – спросила я, пытаясь справиться со слабостью и держась за дверной косяк, чтобы не упасть. - Нет еще. Из ее комнаты я побежала прямиком к Вам. Ведь… Вы ее знаете лучше всех. Да, вероятно, это было так. За все время моего пребывания в доме Фэрфаксов, я успела привязаться к этой маленькой девочке, так сильно напоминавшей мне о моем собственном детстве, когда, оставшаяся без отцовской любви и материнской ласки, я была брошена на волю судьбы. - Я сейчас же иду искать ее. Медлить нельзя, – прерывая нахлынувший поток собственных мыслей, сказала я и, подойдя к креслу, взяла, лежавший на нем плащ. - Но… Вы так бледны. Вы не можете… - явно стараясь не обращать внимания на мое нетерпение, сказала она, но под моим решительным взглядом замолчала, теребя в руках промокший от слез носовой платок. - Не беспокойтесь обо мне, – сказала я, как можно мягче, положив руку ей на плечо. Постояв так немного, я, накинув себе на плечи плащ, быстрым шагом пошла в сторону лестницы, ведущей в холл первого этажа. - Но… Джейн, что же мне делать? - Пока не знаю, но думаю... – мысли лихорадочно крутились в моей голове, словно пытаясь подобрать точный ответ на заданный вопрос. – Проверьте каждую комнату в доме и отправьте Мэри с Джоном обыскать сад. Да, и отправьте кого-нибудь к старому дубу. – Последнюю фразу я крикнула, уже спускаясь по лестнице. Я знала, что Адель очень любила проводить все свое свободное от уроков время под дубом, раскинувшем свои могучие ветви над берегом мирно текущей речки, наслаждаясь пением птиц и видами необъятных просторов Тернфилд-Холла. Быстро пересекая лужайку, раскинувшуюся перед домом, совершенно не обращая внимания на путающийся в ногах подол узкого ночного платья, я, молила Господа, чтобы миссис Фэрфакс, распахнув ставни одного из многочисленных окон возвышающегося за моей спиной здания, крикнула мне, что Адель нашлась в одной из комнат. Но ответом на мои молитвы, была лишь тишина, разрываемая птичьими голосами. - Адель! – уже подбегая к дубу, позвала я. - Адель! Отзовись! Где же ты? Куда… - и в этот момент я увидела ее. Она лежала, свернувшись клубочком, у подножия огромного дерева, прижимаясь к нему, словно оно было единственным, что дарило ей тепло и покой. - Адель! – прошептала я, падая на колени и обнимая ее. Слезы текли по моим щекам и, казалось, птицы перестали петь, время остановилось…