Психология врага

      Драко стало не по себе, когда он узнал, что Уизли и Долгопупс, в связи с проходящим экспериментом, будут жить в одном помещении с ним. Лучше уж мальчик-который-всё-время-лезет-не-в-своё-дело находился бы рядом, а не этот недалёкий и невоспитанный предатель крови, не умеющий связывать слова в предложения. Злость закипала в венах и распространялась по всему организму.       Вы только послушайте! Уизли на Слизерине… Абсурд!       Салазар, как же он ненавидел всю их компанию, каждый их вздох и движение, каждое их слово. Думая, как можно будет меньше времени дышать одним воздухом с предателем крови, Малфой ушёл в спальню, но не прошло и получаса, как идиллию нарушил сам незваный гость. Рон с Невиллом приоткрыли дверь комнаты и осторожно зашли внутрь. Скорее всего, оба парня про себя отметили, что слизеринские комнаты отличаются от их только расцветкой и меньшим количеством кроватей.       — Невилл, смотри, а зоопарк уже на месте, — попытался разрядить накалившуюся обстановку Уизли, присев на пустующую кровать.       — Вот не пойму… вроде и не на первом курсе, а голову сносит так же. — Драко прищурил глаза, смотря в лоб рыжего парня, надеясь, что взгляд сможет материализоваться, стать пулей и проделать аккуратную дырку в его мишени.       — Кто бы говорил! — уже громче произнёс Рон, которого задело весьма правдивое высказывание.       — И словарный запас твой с каждым годом все скуднее и скуднее, — спокойно, стараясь разозлить оппонента еще сильнее, продолжил Драко. Хотя внутри он был вовсе не спокоен.       — Силенцио! — чётко произнёс Уизли, но опять заклинание не успело достичь слизеринца, как тот отбил его обычным «Протего».       — Отключись, — рявкнул Малфой, вкладывая в это слово ненависть и презрение, что нескончаемым запасом хранились внутри него.       Рон моментально заснул.       — Надеюсь, однажды что-то заставит вас наладить контакт и вы оба поймёте, какими глупыми были. А всё из-за чего? Из-за инстинкта самца, который заставляет вас делить территорию, — сказал Невилл, нахмурив брови. — Как скоро он проснётся?       — Буди его, когда хочешь, только помни о последствиях, — хмуро проворчал Драко, понимая, что Долгопупс в чём-то прав.       Ещё два дня соседи были вынуждены терпеть общество друг друга, и только когда время обмена подошло к концу, почувствовали несоизмеримое ни с чем облегчение.

***

      Утро с самого начала выдалось для Драко плохим. И ведь только вчера всё встало на свои места, а сегодня опять эти пугающие пустые столы. Это означало только одно: Шов продолжает игру.       Пройдя к факультетскому столу, Малфой увидел, что его лучший друг обнимает за талию Пэнси. И чего это они? Удивлённый слизеринец сел прямо напротив воркующей парочки и, наклонив голову, осмотрел их пристальным взглядом.       — Чего так мило сидим? — совсем обыденным тоном спросил Драко, будто не замечая взглядов друзей.       — Ничего. — Пэнси немного покраснела и отвернула голову.       — Ладно, не буду приставать с расспросами, всё и так понятно. — Драко миновал рассказ о любви и сразу перешёл к делу: — Я так понимаю, сегодня опять будут издевательства от Шова?       — Чему быть, того не миновать, — опять ответила Пэнси вместо Блейза, — тем более мне даже интересно, что в этот раз придумал Одуванчик.       — Почему «Одуванчик»? — наконец встрял спокойный Блейз.       — Не знаю, слышала, как Трелони его так назвала.       Когда все собрались, Шов неспешно поднялся со своего места, подошёл к трибуне и опять начал свою утреннюю речь:       — Доброе утро. Вчера вечером подошли к концу два эксперимента. Я, честно говоря, думал, что результат будет хуже, но вы все превзошли мои ожидания, и я с уверенностью могу сказать, что вы с успехом прошли первый уровень, — обводя зал кристально чистым взглядом, сказал профессор. — И мы приступаем ко второму эксперименту! Сегодня у вас нет занятий, и я думаю, что это идеальный день для начала второго уровня. Суть в том, что вы разделитесь на две команды, в каждой по шесть или семь человек. В командах будут как ученики Гриффиндора, так и Слизерина. Ваша цель — найти кое-что раньше соперников. Также в командах будут предатели. Их задача мешать своей команде, не выдав себя. После завтрака прошу всех подняться на третий этаж к статуе пантеры. Там вас распределят по командам и подробнее опишут суть задания.

***

      По пути на третий этаж Пэнси увлечённо рассказывала, что вчера видела, как какая-то девчонка стучалась в кабинет Шова.       — Видимо, у нас в школе есть неадекватные люди, раз потащились к этому шарлатану, — выпалил Блейз. Сказал он это как можно быстрее, ведь впереди виднелась нужная им статуя и, конечно, толпа старшекурсников. Перед ними стоял Шов и пытался установить тишину.       — Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, — выкрикнула Макгонагалл, и все сразу притихли. — Пятые и шестые курсы уже выполняют свои задания, давайте начнём и мы. Профессор, прошу, начинайте.       — Сейчас мы разделим вас на команды. Каждый, кого я назову, подойдёт к шляпе и вытащит одну бумажку. Если она пустая, то вы будете обычным участником команды, а если на ней нарисована улыбка, то вы — крот. И кстати, постарайтесь себя не выдать, — начал психолог, — потом вы зайдёте в зал и начнёте соревнование. Итак…       Он достал из кармана блокнот и перелистнул пару страниц.       — В первой команде Блейз Забини.       Тот подошёл к Шляпе, которую держал в руке Лександр, достал бумажку и развернул ее. Секунда, и она испарилась.       — Пэнси Паркинсон, — выкрикнул Шов.       Девушка проделала ту же операцию, что и Забини. Драко сразу проанализировал реакцию друзей, понял, что они будут обычными игроками, и захотел в их команду. Как по приказу прозвучало его имя. Вытянув улыбку, он совершенно не удивился и с иронией заметил, что в прошлом году был предателем, да и в этом тоже будет им, хоть и меньшее количество времени. Когда жребий испарился, Малфой с каменным лицом вернулся обратно в толпу и начал просить Мерлина, чтобы в его команде не было…       — Гермиона Грейнджер, — с неким восторгом продолжил Шов.       — Пиздец, — тихо констатировал Блейз. А причина его негодования уже вытянула бумажку, и в этот момент её лицо сильно изменилось. В голове Драко возникло предположение, что у гриффиндорки тоже «счастливый» жребий.       — Невилл Долгопупс и Астория Гринграсс.       Малфой точно знал, они — простые участники.       — А во второй команде у нас: Рон Уизли, Гарри Поттер, Джиневра Уизли, Винсент Крэбб и Грегори Гойл.       Каждый из них подходил к Шляпе, тянул бумажку, смотрел на неё, и она испарялась. Многим не тяжело было догадаться, что во второй команде кротом стала младшая Уизли, стиснувшая челюсти при виде билета. Как же просто было читать их лица!       — Команды, прошу пройти в зал. Остальные свободны, — протараторила Макгонагалл. — Первая команда, встаньте в левую часть зала. Вторая команда, встаньте в правую часть зала. Протего! — произнесла директриса, и зал разделился на две части невидимым щитом. — Клюзара!       Еще одно заклинание, и вокруг команд начало появляться всякое барахло. Его становилось все больше и больше, будто оно размножалось или переносилось сюда из выручай-комнаты.       — Зал разделен на две части, — вступил Шов. — Пройти на сторону противоположной команды вы не можете. Каждая из команд должна найти золотой снитч среди этих вещей. Он может быть где угодно, даже у вас в кармане. Кстати, волшебство в этой комнате не действует. Палочки вам не помогут, поэтому старайтесь действовать сплочённо, иначе проведёте здесь остаток дня. Можете приступать!       Психолог взмахнул палочкой, и в следующий момент щит, разделяющий две команды, стал мутным. Драко перестал видеть и слышать соперников. Можно было разглядеть лишь их силуэты, потихоньку передвигающихся по комнате.       Участники же его команды стояли и рассеяно смотрели на этот хлам. Глаза разбегались. Огромнейшие кучи совершенно разных вещей не просто заполнили комнату, но ещё и стали причиной, по которой передвижение было практически невозможным. Барахла насыпало по пояс. Рядом с Малфоем лежала кукла, перчатка, носовой платок, пара кубков, парик, магловская шляпа, штук пять стеклянных банок, подушка, кеды, книга по зельеварению за первый курс. Рассмотрев всё это, парень пришёл к неутешительному выводу: они будут торчать здесь действительно весь день. Без преувеличений.       Спустя пару минут участники пришли в себя и медленно, но верно начали поиски. Ну, а Драко знал, что даже если найдет этот снитч, то только запрячет его сильнее. Если играть, то играть по правилам.       — Ну и как тебе наше задание? — на выдохе поинтересовался Забини, потихоньку пробираясь к другу через груды хлама.       — Шикарно. Разве я не говорил, что всегда мечтал копаться в мусоре? — выпалил Малфой.       — В таком случае, поздравляю тебя с исполнением заветной мечты и хочу вручить тебе этот презент! — Забини нацепил на голову Малфоя детскую пластмассовую корону.       — О, я так благодарен тебе. Меня переполняет счастье и радость, — с совершенно каменным лицом произнёс Драко, параллельно рассматривая некую безделушку.       — Мне начинает казаться… — начал было Забини, но его перебили.       — А вот сейчас не понял, почему Паркинсон так мило балакает с грязнокровкой?       — А ты не знаешь? — приподнял бровь Блейз, проводя рукой по волосам. — Они пару дней назад начали общаться. Я тебе больше скажу, — ухмыльнулся он, — они вполне могут стать подружками.       — Без комментариев, — фыркнул Драко. — Это её жизнь, пусть делает что хочет.

***

      Драко уже начала раздражать эта обстановка. Три часа поисков прошли безрезультатно. Откуда он это знал? Да они с Забини нашли штук пять карманных и наручных часов.       — Может, вы не будете дурачиться, а поищете снитч? — отвлеклась от разговора Пэнси, обратившись к Малфою и Забини. Ну а те, естественно, никак не отреагировали.       — Гермиона, как думаешь, кто крот? — шёпотом поинтересовалась Паркинсон, внимательно посмотрев на собеседницу.       — Я думаю, Малфой, — сказала Грейнджер первое, что пришло в голову, лишь бы отвести подозрение от себя. — Он совершенно не ищет, а только болтает. Это вполне может означать, что он тянет время.       — Скажем остальным? — устало спросила Пэнси, заправив прядь тёмных волос за ухо. Несмотря на то, что работали они уже долго и в кабинете было душно, выглядела она безупречно.       — Нет, Пэнс, давай еще посмотрим за ним, — попросила Гермиона, не желающая вызывать слишком много шума вокруг крота.       — Хорошо, — тихо ответила Паркинсон, странно покосившись на подругу.       Как Гермиона хотела сказать ей, что является кротом, и тем самым покончить с этим экспериментом. В самом начале она и подумать не могла, что поиски крошечного мячика станут такими долгими и выматывающими. Оставалось только утешать себя тем, что в другой команде были Гарри с Роном, которые работали не меньше неё. Ладно, Рон, возможно, ещё и болтал без умолку, но точно искал снитч.       Рон… Между ними сейчас была только дружба, хотя друзья верили, что скоро эта пара вновь сойдётся. Но это было невозможно. Просто во время войны в каждом проснулось желание быть нужным кому-то, а дальше осталась обыкновенная привязанность к человеку. Она боялась остаться одна, но в подсознании постоянно искала повод для расставания.

***

      Макгонагалл и профессор Шов наблюдали за ребятами через сквозное зеркало, показывающее обе команды.       — Профессор Шов, как долго они будут искать их? — излишне взволнованно спросила директриса, теребя край своей мантии. — Уже прошло три часа, а результата нет.       — Думаю, ещё не скоро. — Услышала в ответ Макгонагалл. — Поиски идут неплохие, но снитчи появятся тогда, когда они станут искать сплочённо. Общий труд, как говорится, сближает.       — Они же там голодные, уставшие, не все, конечно… — Минерва заботливо оглядела каждого ученика, и на её лице появилась грустная улыбка. Ведь эта женщина никогда не хотела быть директором. Скорее, она стремилась отдавать знания, будучи преподавателем, а должность директора не позволяла ей полноценно делать это.       — Профессор Макгонагалл, сейчас важно их сплотить, а не накормить, — улыбнулся в ответ Лександр.       — Да-да, вы совершенно правы, — ответила она и продолжила внимательно наблюдать за детьми.

***

      — Я, кажется, нашел! — выкрикнул Невилл, запустив руку в небольшую коробку. — Вот, блин, это просто серёжка… — Он расстроенным взглядом обвёл комнату. — А если крот уже нашёл его и спрятал?       — Этот парень дело говорит, — поддержал его Блейз, вытерев со лба пот. — А если крот уже сделал своё дело, а мы хуйнёй страдаем? У кого-то есть какие-то подозрения?       — Мы с Гермионой думаем, что, чисто в теории, кротом может быть Малфой, — уставшим голосом сказала Паркинсон, присев на старый чемодан.       — А я вот, наоборот, думаю, что это Грейнджер, — возразил Малфой, кидая на девушку взгляд, полный презрения. — Сильно она тихая для гриффиндорской заучки, да и лицо, когда она вытянула жребий, у неё было испуганное.       — С чего вдруг ты посмотрел на моё лицо, Малфой? — наконец подала голос Гермиона, на секунду оторвавшись от поисков. У неё была своя стратегия: искать активнее всех, чтобы не попадать под подозрение.       — Да я до сих пор жалею об этом, грязнокровка, — ответил Драко, прекрасно осознавая, что оскорбление его уже неактуально. Может, раньше, оно было наполнено смыслом и легко выводило Грейнджер из душевного равновесия, заставляя её краснеть и защищать себя. Но сейчас это было простое слово, состоящее из двенадцати букв.       Дальше всё происходило в молчании. Тишину нарушали лишь шуршания, треск и постукивания, пока Астория не наткнулась на парик с волосами в точности, как у Гермионы. Когда она надела его на голову Невиллу, всем стало очень смешно, и обстановка более-менее разрядилась.       — Признавайся, грязнокровка, куда ты спрятала снитч!       — Отвали, — спокойно ответила Гермиона, сосредоточенно высматривая что-то.       У неё была сдержанная реакция на оскорбление лишь потому, что краем глаза увидела полиэтиленовый пакет, а в нём что-то золотое. Сразу начать выкапывать этот пакет было неразумным, это выглядело бы подозрительно. Поэтому, осторожно подвинув матрёшку, она откинула в сторону зонт и коробку, рассмотрела, для отвода глаз, старую книгу с названием «Укравшая сердце 1889», а потом убрала ботинок и сломанное перо. Дала посмотреть Пэнси ожерелье из змеек, а та аж взвизгнула от восторга, и рассмотрела ещё одну книгу. Всё это Гермиона делала на пути к пакету. Аккуратно, чтобы не привлекать внимания. Когда девушка добралась до цели и, развернув пакет, обнаружила в нём снитч, единственным верным решением было откинуть его к кому-то, кто спокойно сможет его «обнаружить». Ей совершенно не хотелось мучить себя и других, а вот желание выйти в прохладный коридор было необычайно сильным.       Рассмотрев пакет ещё раз, Гермиона перекинула его через свое плечо и в ответ услышала:       — Аккуратней надо быть, дура.       Грейнджер обернулась и поняла, что попала прямо в голову Малфою, который, увидев содержимое пакета, ухмыльнулся и спрятал его в карман. Что-то пошло не так, но что сделано, то сделано. Пришлось смириться и продолжить поиски.       С каждой минутой становилось всё жарче и жарче, а мотивации для работы всё меньше и меньше. Казалось, вещей становится только больше, и это запутывало. Обессиленные участники почти отчаялись, когда всё барахло начало медленно таять и в комнату зашёл довольный Шов.       — Вторая команда нашла снитч! — объявил он, с помощью заклятия убирая матовую стену, разделявшую команды.       — Я его нашла и спрятала, — начала немного злая Джинни, отведя взгляд в сторону. — Но потом его в моём кармане заметил Гарри и отобрал.       — Вы молодец, мистер Поттер. Идеально выполнили свою работу. А теперь перейдём к первой команде.       Оба крота сделали шаг вперёд и переглянулись. Малфой брезгливо посмотрел на Гермиону и подумал о том, что она хитрее, чем он думал, ведь ей удалось незаметно переложить ответственность на его плечи.       — Да ладно! — Блейз чертыхнулся и бросил на друга убийственный взгляд. — Ты сволочь, Драко.       — Странно, должен быть один крот, — удивился Шов, изогнув бровь. — Думаю, это была небольшая погрешность.       — А теперь отправляйтесь на обед, — заботливо произнесла Макгонагалл, поправив мантию. — На сегодня вы свободны!