Кристериос

      - Выходи! Выходи и сразись со мной, мальчишка! Что ж ты прячешься, ты же избранный?! Это я должен прятаться от тебя и в страхе молить о пощаде!       Комментарием к этой реплике послужил издевательский хохот и несколько неприцельно-направленных зелёных лучей. Но даже пролетающие мимо они несли в себе холод смерти, заставляя тело покрываться мурашками. Что же касается объекта насмешек, Гарри Поттер лежал за темной махиной каменного надгробия и отчаянно жаждал спасения.       - Ну же, смелее! Не бойся, малыш, я тебя не трону! Хотя, что это я такое говорю?       Новый поток заклинаний накрыл ближайшую площадь. Одно из них отбило кусочек камня от памятника, в тени которого прятался мальчик. Осколком оцарапало лоб. Кровь, горячая и липкая, капала на лицо, затрудняя видимость.       Перед глазами Гарри стояла смерть Седрика. Пустые глаза, в которых навеки застыли испуг и удивление. Одно заклинание, два слова и быстрая смерть. Хотя Гарри было сейчас не до раздумий, страха, как ни странно, не было. Были злость и решимость подороже продать свою жизнь. Конечно, очень хотелось жить, но спасительный кубок лежал слишком далеко. Поттер просто не успел бы до него добежать.       - Ну же, герой! Ты же гриффиндорец, так будь им! Выйди ко мне, или мы затравим тебя, как зверя на охоте. Выходи, и я обещаю тебе честную дуэль.       Гарри прекрасно понимал, что верить Волдеморту — себе дороже. Но он также понимал, что всё ещё жив исключительно по той причине, что им не занялись всерьёз. Если Волдеморт и Пожиратели откроют стрельбу на поражение, он долго не продержится, а так... Возможно, будет шанс. Гарри вздохнул и медленно поднялся на ноги.       Кладбище представляло собой поле боя. Не осталось ни одной могилы, ни одного памятника, которые остались бы целыми. Всё носило в себе следы буйства Пожирателей и их господина. Гарри медленно, не скрываясь, брёл вдоль могил, приближаясь к волшебникам.       - Гарри Поттер! - продекларировал Волдеморт, - Мальчик-который-никак не может умереть, - ужасное лицо Темного Лорда исказилось в чём-то, видимо, изображающем улыбку, - что ж, сегодня я тебе в этом деле помогу. В круг! - последние слова Лорд выкрикнул командным тоном, и фигуры Пожирателей в чёрных балахонах сначала расступились, а потом сомкнули кольцо с мальчиком и Тёмным Лордом внутри.       Два человека - четырнадцатилетний мальчишка и Лорд Судеб стояли друг напротив друга, такие разные, но связанные злой насмешкой судьбы. Волдеморт буквально пожирал глазами залитое кровью лицо подростка, пытаясь найти в нём что-то особенное, что-то, что столько лет делало его главным врагом для него, великого тёмного волшебника. Он искал хоть что-то, искал и не находил. Два чувства сейчас переполняли Лорда: восторг от скорой ликвидации врага и... разочарование. Слишком уж всё просто получается. Кто бы что ни говорил, но Волдеморт всегда любил сложные задачки. Он наслаждался войной, соперничеством. А здесь... Волдеморт даже задумался: чем он тогда думал, четырнадцать лет назад, когда поверил какому-то пророчеству, изречённому не совсем адекватной и совсем не трезвой дамой, у которой, вроде как, в дальних родственниках затесалась великая Кассандра. Как он мог признать ребёнка, младенца равным себе и лично отправиться убивать его. Этот момент из собственной биографии всегда удивлял Тёмного Лорда. Не иначе, его околдовали, ибо не в его характере была такая дурость.       Гарри Поттер же стоял и с содроганием рассматривал волшебника. Гомункул, созданный из его крови, плоти Петигрю и кости Томаса Ридла старшего, был отвратителен. Лишённый всякой растительности череп, обтянутый странной блестящей кожей, тонкие багрового цвета глаза и уродливый змеиный нос. Всё это придавало внешности Того-Кого-Нельзя-Называть поистине рептилоидные черты. Гарри был уверен, что когда Волдеморт заговорит, его язык будет таким же, как у змей — длинным и раздвоенным. Но когда тот заговорил, Гарри понял, что ошибался - язык у Тёмного Лорда был всё же обычным.       - Давай закончим этот глупый балаган, Поттер. Я обещаю тебе быструю и лёгкую смерть, если не будешь сопротивляться.       - Нет, Том, - Гарри, как всегда в подобные минуты, осмелел, - ты обещал честную дуэль, так будь добр сдерживать свои обещания.       Волдемрт сузил свои красные глаза, полыхнувшие гневом. Непонятно было, что вывело его из себя: упоминание настоящего, магловского имени или наглость юнца, находящегося перед лицом смерти.       - Щенок! Ты ещё пожалеешь, что не согласился на быструю смерть! Лорд Судеб милостив, но не милостив дважды. Тебя ждет долгая и мучительная смерть. Круцио!       Гарри никак не ожидал такой быстрой расправы, поэтому пыточное заклинание настигло его, неподготовленным. Боль скрутила суставы, горячей волной затопила мозг и вскипятила кровь в жилах. Сколько длилась эта боль, неизвестно, но когда мальчик пришёл в себя, он понял, что валяется у ног Тёмного Лорда, вцепившись пальцами в землю. Медленно поднимаясь и унимая дрожь в коленях, Гарри достал волшебную палочку и, не обращая внимания на слёзы, сами собой текущие из глаз, направил артефакт на тёмного волшебника. Рука с палочкой гуляла, вычерчивая в воздухе кренделя, и нормально произнести какое-либо заклинание и попасть при этом по противнику не представлялось возможным, ноги едва выдерживали небольшой вес мальчика, но Гарри знал, что если ему и не суждено уйти, то уж умереть он должен достойно.       - Так-так-так. Вы только посмотрите на это. А щенок вынослив, - в глазах Волдеморта на миг мелькнуло удивление и даже некоторое... уважение? - Но вряд ли ты выдержишь мой Круциатус несколько раз подряд. Круцио!       На этот раз Гарри был готов. Ну, как готов... Морально. Практически, Гарри не знал, как можно противостоять пыточному заклинанию, и поэтому мальчик выкрикнул первое, что пришло в голову:       - Экспелиармус!       Только при самом странном стечении обстоятельств, дуэльная выбивалка могла сработать против Тёмного Лорда. И, видимо, эти обстоятельства возникли именно сейчас. Нет, палочка Волдеморта не вылетела у него из рук, как ожидалось от заклинания, но Круциатус не сработал. Просто не сработал. Тёмный Лорд удивлённо сощурился:       - Как ты это сделал, Поттер?       Гарри и сам был удивлен. Он никак не ожидал того, что его заклинание сработает, но оно вдруг сработало, хотя и необычным образом.       - Что ж, посмотрим, как ты справишься со смертельным заклятием, - решительно произнес Лорд, - Авада Кедавра!       Время замедлилось для Гарри. Сразу несколько картин промелькнуло в голове: смерть отца и матери, смерть Седрика и одинаковые пустые глаза, с затухающей зеленью смертельного заклинания на радужке.       - Экспелиармус!       И рвануло! Иначе сказать нельзя. Два луча: красный и зелёный столкнулись, и миниатюрный взрыв воздушной волной прошёлся вокруг, отбрасывая столпившихся Пожирателей. Некоторых довольно серьёзно контузило, несколько человек лежали, не шевелясь, остальные поднимались, потряхивая головами в попытках избавиться от звона в ушах. А потом волшебники кинули взгляд на место взрыва и оцепенели. Подобного им ещё не доводилось видеть. В чёрной обугленной воронке находились двое волшебников. Вернее сказать, они висели над ней. В воздухе. Удерживаемые силой двух волшебных палочек-сестёр, которые не могли никак побороть друг друга. Лучи заклинаний смешались, окрасившись в золото, но сокрушительный магический снаряд смешанной магической силы колебался посередине луча, перетекая то к одному волшебнику, то к другому. Поистине удивительное зрелище предстало перед слугами Тёмного Лорда. Для соперников же время и окружающая действительность перестали иметь всякое значение. Для них существовали только их палочки и магический заряд посередине.       И Гарри, понимая, что он гораздо слабее на магическом уровне, старался отдать все свои силы. Он понимал, что это лучший шанс для побега - Пожиратели контужены и деморализованы, если удастся оглушить Воллеморта, можно попытаться призвать Кубок Акцио.       Почти сразу Гарри понял, что личная сила волшебников не важна. Это не их битва, это битва палочек. Гарри всегда дружил со своей палочкой, и он верил в неё и её силу. Но в этот раз палочка не слушала Гарри, словно схватка с сестрой заставила её всё пересмотреть. Словно до сих пор палочка слушалась хозяина лишь по принуждению. Последняя мысль пришла сама, откуда-то извне, будто сама палочка отозвалась на его мысли. С удивлением Гарри понял, что действительно чувствует артефакт и слышит его... мысли? И артефакт был недоволен своим хозяином. Внезапно Гарри понял, что они чужие с палочкой. Палочка с пером феникса, прекрасно бы подошла Гарри Поттеру, но он не Гарри Поттер? Бредовая мысль будто бы расставила всё по местам. Будто бы какие-то преграды внутри пали, и поток непонятных и странных мыслеформ рекой хлынул в сознание. И в то же самое мгновение палочка окончательно перестала его слушать.       Взрыв, ещё больше предыдущего, озарил поляну. Пожиратели на этот раз не стояли так близко к эпицентру, как в прошлый раз, но мощная звуковая волна всё равно ударила всем по мозгам. Когда дым и пепел развеялись, зрители увидели высокую фигуру Тёмного Лорда, стоящую над телом ребёнка.       Гарри умирал. Он понял всю неотвратимость этого за мгновение до взрыва, когда увидел, как магический снаряд приближается к нему. Сейчас мальчик лежал на земле, сжимая в руке обломки того, что прежде было его верной волшебной палочкой. Боли не было. Шок от множественных травм и повреждений стёр все лишние ощущения и переживания. Всё перестало иметь значение. Даже ненависть к Волдеморту перестала иметь значение. Только одно терзало разум. Загадка. Кто он?       Тёмный Лорд, молча стоявший и наблюдавший за смертью врага, наклонился, чтобы расслышать последние слова мальчика:       - Кто я?       Брови волшебника удивлённо поползли вверх. Похоже, этот вопрос его озадачил. Он на секунду застыл, чувствуя, как на краю сознания мелькнула какая-то мысль, отдавшаяся резкой болью и, так же мгновенно, ушедшая обратно во тьму.       - Мальчик-Который-Наконец-Умирает! – с ликованием в голосе произнёс Тёмный Лорд в ответ и, взмахнув волшебной палочкой, притянул к себе труп Седрика Диггори и Кубок Огня, - передай привет Дамблдору от меня.       Два тела пропали, чтобы через мгновение появиться на поляне перед зрителями Турнира. Прошло несколько минут, прежде чем радостные крики и улюлюканье сменились на испуганные охи и мрачную тишину напуганных зрителей. Турнир в очередной раз завершился весьма кроваво, и на этот раз, похоже, победителей в нём не было.