Вичвудские Ведьмы

Допустим, у вас есть друг… хороший друг, к которому вы очень привязаны. Нет, вы, наверное, даже более чем привязаны к нему – вы с ним живете! Вы видите его почти каждый день и наверняка несколько ночей подряд. Знаете почти все о его привычках и научились даже убирать чашку с чаем прежде, чем он решит водрузить на неё какой-нибудь в сотый раз перечитанный том о лекарственных растениях. Вы можете даже предугадать с точностью до секунды, когда он выйдет из ванны, где оставит полотенце, куда «упрячет» утреннюю газету и о чем подумает, если ему показать постер с обнаженной Моникой Белуччи. Впрочем, нет… доктор Джон Ватсон точно не знал, о чем думает Шерлок Холмс, глядя на обнаженную Монику Булуччи. По-правде говоря, Джон боялся узнать его мысли, а, если быть точнее, - скорее боялся узнать, что какие бы то ни было мысли о прекрасном теле Моники, в голове Шерлока вообще отсутствуют. Впрочем, до недавнего времени, Ватсону было совершенно все равно, думает ли что-то Шерлок о красоте Белуччи или не думает, воображает ли он себе всю ее прелесть или вспоминает строение стиральной машинки, когда смотрит на ее формы? Это не имело для Джона абсолютно никакого значения. Он вполне свыкся с мыслью, что девушки Холмса действительно не интересуют, а парни… парни вообще не укладывались с парнями в голове доктора Джона Ватсона, потому Шерлока в том он тоже никогда не подозревал. Проще говоря, Джон жил и дружил с Холмсом, но то, что творится в его спальне, Ватсона не беспокоило ни на грамм. Эта «паранойя» началась сравнительно недавно, с самого того момента, когда Холмс (без суда и следствия, как он часто поступает) поцеловал Джона в губы. Причем не в первый раз. В первый раз его друг лихо отвертелся тем, что ему нужно было скрыть какую-то улику, под предлогом поцелуя. Но, не смотря на то, что Джон резко (насколько мог) затребовал, чтобы «это» больше не повторилось – это повторилось. Вот тут-то и начались «хождения по мукам» доктора Джона Ватсона… А теперь, давайте вернемся к началу. Допустим, у вас есть друг, хороший друг и вы к нему очень привязаны. Вы видите его почти каждый день и наверняка несколько ночей подряд. Вы знаете, что он любит чёрный кофе с сахаром и чай с молоком, детально можете вспомнить все его жесты и выражения глаз. И вот в один прекрасный солнечный (дождливый, туманный, холодный, жаркий) день (ночь), этот друг вас целует в губы! Точно не знаю, какая реакция бывает у всех людей, но Джон впал в настоящую панику. Помимо того, что его резко заинтересовала сексуальная ориентация Шерлока, он еще и серьезно усомнился в своей… Конечно, он по своему любил Холмса, и Джон догадывался об этом, но эта любовь совершенно никак не представлялась ему с поцелуями, обниманиями и прочими «веселыми последствиями»… Ватсон даже попытался себе это как-то вообразить, глядя на мирно лежащего на диване Шерлока в своей привычной позе для размышления, но только чуть не поперхнулся от накатившего на него стыда и смущения. Нет, все это было очень неловко, стеснительно и как-то неправильно. Джон никогда не думал и, вероятно, не хотел думать о пальцах, губах и прочих составляющих тела Холмса. Он был даже уверен, что, увидев его голым в душе, он вообще ничего не почувствует, ну… разве что стыд, потому как пялиться на голого человека в душе неприлично. Да, стыд, неловкость и смущение было самым подходящим описанием чувств Джона, когда появлялся хотя бы какой-то намек на сексуальный контакт с его другом. Он ведь в первую очередь был его другом! И воображать его в виде любовника и, уж тем более, иметь за него, Ватсону было странно, дико и очень неловко. Но все же одна мысль не оставляла его в покое! Почему Шерлок его поцеловал? Уж не потому ли, что для него это нормально? Уж не потому ли, что однажды он перейдет все границы и что тогда делать ему, Ватсону, ведь он по-своему его все-таки любит? Но можно ли назвать взаимностью такое чувство, когда один видит любовь на одном уровне (физическом и эмоциональном, или, что еще хуже только физическом), а другой – на ином, духовном? Смогут ли они договориться? Вот, что не оставляло Джона Ватсон в покое с тех пор, как он понял, что привязался к Холмсу и испытывает к нему самую крепкую дружбу… с тех пор, как он, Ватсон, разочаровался во всех возможных отношениях с другими людьми, помимо Шерлока. Но с чего же начать распутывать этот сложный лабиринт с массой тупиков и одним единственным выходом? И Джон решил начать с себя. Из-за расположения и привязанности к Шерлоку, он пошел на такие жертвы! Можно сказать, у Ватсона были кое-какие знания об однополых браках, благодаря его неугомонной сестре Гариет, однако серьезно их понять доктор решил только сейчас. В один прекрасный день, Джон даже честно зашел на какой-то Интернет портал для мужчин, обожающих мужчин, и загрузил первое попавшееся видео. Правда, долго он не выдержал. Промучившись около пяти минут перед экраном, то и дело зарывая лицо руками, Ватсон сдался и поспешил его выключить. И, надо сказать, совершенно вовремя, потому как именно в этот момент в гостиную влетел Шерлок. Джон аж подпрыгнул на месте, лихорадочно переключаясь на колонку Интернет новостей, тыкнув в первое попавшееся «событие дня». - О, Шерлок… - пробормотал он, чтобы хоть как-то скрыть свое беспокойство, замешательство и смущение, - я тут как раз… читал… новости… - Это от каких же новостей у тебя такое глупое лицо? – торопливо размотал Холмс свой летний полосатый шарф и отбросил в сторону, следом полетел пиджак. Конец июля выдался на удивление очень жарким, и лондонцы могли разгуливать улицами города в одних пиджаках до самого вечера. Джон принялся сосредоточенно читать то, на что собственно наткнулся, «уничтожая улики». - Э… новости о ведьмах… из графства Сомерсет, деревня Вичвуд… - немного подумав, Ватсон добавил, откашлявшись, - кровавое местечко… Шерлок отвлёкся от своего мобильного, в котором набирал ответ на очередную головоломку, что с блеском разгадал по пути домой, и уставился на Джона. - Ведьмах? Какая чушь, скорее всего клевета и сплетни, разве мы не договаривались ставить на них крест? – продолжил он строчить сообщение в мобильном. - Да, - на удивление быстро согласился Джон и благополучно закрыл компьютер, довольный тем, что ему больше не придется смотреть этот ужас (о мужчинах, конечно же, не о ведьмах, и, хотя последние вовсю старались произвести не менее ужасное впечатление, Джон был до глубины души беспокоен мужскими поцелуями, объятьями и прочими… «прелестями»). - Это и впрямь какая-то глупость, - вяло улыбнулся доктор, - настоящие ведьмы вымерли со времен инквизиции… Шерлока заинтриговал такой поспешный ответ, и он более внимательно изучил лицо и позу своего друга, сделал свои подсчёты и выводы, улыбнулся уголком рта и направился на кухню. Разгаданная тайна найденной в одном из холодильников мясокомбината замороженной мумии, приятно тешила самолюбие гениального детектива, впрочем, как и разгадка бегающего взгляда Ватсона. Его неумелые попытки скрыть смятение и страницу Интернета безошибочно читались Шерлоком как острая необходимость его друга в новых порциях «сантиментов», как он любил называть любое проявление чувственности в человеческих отношениях. Шерлок Холмс, великий детектив и великий эгоист, однозначно решил, что его верному партнёру и другу нигде не будет лучше, чем здесь, в самом сердце интригующих приключений и среди самых запутанных и жестоких преступлениях современности! А потому он от всей души надеялся, что Ватсону не взбредёт в голову снова опускаться в топь женских объятий. - Мумия в мясокомбинате, Джон, ты можешь себе представить? Молодому учёному проломили череп, высушили в печи и обмотали в бинты, снятые с настоящей мумии тысячелетней давности, окажись она в музее, её выставили бы как экспонат, не потрудись они взять пробы кости, а не тканей. Шерлок поставил чайник и достал из холодильника молоко, не утруждая себя поисками стакана, он принялся пить его прямо из пакета. - Но убийца… убийца испугался и попытался избавиться от трупа. О, это дело было забавным, ты должен найти мне что-нибудь в этом духе. - Что? – только переспросил как-то рассеянно Джон, - О… мумия, да… Да, Шерлок, могу я спросить тебя кое о чем? Ватсон прошел на кухню, забрал из его рук пакет с молоком, налил его в стакан и протянул ему, затем заботливо вернул пакет в холодильник. Только проделав все это, доктор, немного успокоился, глубоко вздохнул и продолжил: - О твоей школе… - почесал ухо Джон, как-то неловко опираясь об угол кухонного стола. Он даже скрестил руки на груди, всем своим видом давая понять, что это не простой вопрос о школе, - в которой ты учился… ты никогда не говорил о ней. - А что о ней говорить. Это было давно и по большей части тоскливо, - отпил он молоко и вернулся к своему свистящему чайнику, чтобы заварить крепкий напиток. – С чего это тебя вдруг заинтересовала моя школа? Джон снова почесался, вероятно, думая, как бы спросить Шерлока о школе так, чтобы он рассказал о чем-то другом, о чем напрямую Ватсон спрашивать откровенно боялся. - У тебя… должно быть… у тебя должны были быть друзья из школы, это ведь была закрытая школа? И… ты жил там один, с другими… парнями… - Разумеется, с парнями, с кем бы я ещё там жил, это была школа для мальчиков, - Шерлок заварил чай и вернулся к своему стакану с молоком. - То есть я хочу сказать, - тут же осекся Джон, - я могу понять, почему ты не интересуешься женщинами. Ты просто к ним не привык. Ты привык жить в одной комнате с… с мужчинами. Но может… тебе хотя бы попробовать? Конечно, это не значит, что я предлагаю поселить к нам еще кого-то третьего… И… - И? – спросил Шерлок, хмуря брови и пряча ладонь в карман. Ватсон обтер руки о штаны, поскольку дико разволновался, выдумывая весь этот монолог. - Ты понял, - добавил он быстро, облизнувшись. - Понял что? – не унимался Холмс и добрых несколько секунд наблюдал, как Джон, отведя взгляд в сторону, придумывает, что ему ответить. - О, Господи, ты решил, что я нуждаюсь в женщине, потому что никогда не имел с ними дела?! – воскликнул, наконец, Шерлок в полном недоумении, размахивая стаканом с молоком, - какая муха тебя ужалила, Джон? Или ты подумал, что я гей? С чего это? Потому что я целовал тебя? Не будь таким простаком, зная мои методы, ты мог бы придумать что-нибудь более логичное. И почему ты сразу не окрестил меня маньяком или физически неполноценным? С твоей фантазией это не проблема. С такими словами он развернулся к плите, оставил молоко и принялся наливать чай. - Я поцеловал тебя из самых… дружеских побуждений. Думал, что это поднимет тебе настроение, - ответил он уже тише, не оборачиваясь. - О, - только смог выговорить Джон, чувствуя, как что-то странное и щекотливое зашевелилось у него под ребрами. Шерлок продолжил наливать свой чай, совершенно спокойный, точно целовать сожителя в плохом расположении духа целиком обычное дело, как разговор о погоде или самочувствии. - Это… это было… не обязательно, - пробормотал смущенно Джон, опустив взгляд. Наступило какое-то неловкое молчание, потому Ватсон решил быстренько сменить тему для разговора, дабы это молчание не вылилось во что-то еще… еще более для него неловкое. - Я собираюсь сегодня ужинать дома, - почесался Джон, отворачиваясь к столу. - Тебе… готовить что-нибудь? Лапшу… например? - Что-нибудь белковое было бы замечательно, - ответил Шерлок, разворачиваясь с двумя чашками чая. Оставив Джона с дымящейся чашечкой в руках, он прошёл в гостиную, сел за свежие выпуски газет, которые не успел просмотреть утром из-за неотложных дел в морге, и больше на эту тему не проронил ни слова. «Жестокое убийство настоятеля кафедрального собора всколыхнуло общественность Вичвуда», «Жители Вичвуда графства Сомерсет подозревают ведьм в убийстве священника», «Полиция Сомерсета арестовала торговца бакалеей, никто не верит в его причастность к убийству», «Беспредел Вичвудских ведьм!» - гласили заголовки статей. - Проклятье, везде эти ведьмы, - швырнул детектив газету, - суеверный народ! Покажи им проблему, и они во всём обвинят паранормальное! - Может, люди просто действительно напуганы… - ответил как-то безучастно Джон, возясь на кухне с лапшой. Откровенно говоря, он слушал Шерлока вполуха и совершенно не интересовался никакими ведьмами. Все мысли доктора были поглощены словами: «…Я поцеловал тебя из самых… дружеских побуждений. Думал, что это поднимет тебе настроение…». С одной стороны, Ватсон был тронут такой заботой от самого Шерлока, но с другой – странная это была какая-то забота… Почему из всех видов проявления заботы он выбрал именно ее? Тем более что геем он не был. Не был? Он сказал или не сказал, что он не гей? «Ты решил, что я гей, только потому… с таким же успехом ты мог бы…». «Нет, это все маразм какой-то, - зажмурился на мгновение Джон, чтобы отогнать этим мысли, - мне нужно прекращать думать об этом… Но все-таки, черт побери, почему он так часто носит фиолетовые рубашки? Господи, да мало ли кто носит фиолетовые рубашки! Сейчас все носят фиолетовые рубашки… Нет, хватит, Джон, хватит!». Ватсон на мгновение отвлекся от своих мыслей, краем глаза заметив, как Шерлок хватает его компьютер со стола и собирается в нем что-то посмотреть. - Нет! – тут же закричал ему с кухни доктор и в несколько резвых шагов оказался прямо рядом с Холмсом, отнял у него компьютер. - Всего лишь новости криминальной хроники, Джон. Я не собирался читать твою почту! На что тот сбивчиво пробормотал: - Там… вирусы… он зависает, возьми свой, - не дождавшись ответного возмущения или хотя бы просто недоуменного взгляда, Джон вернулся с лэптопом на кухню и только там облегченно вздохнул. «Нужно удалить историю веб страниц, - напомнил он себе, - не хватало мне еще, чтобы Шерлок добрался до всей этой гадости…». Холмс долго удивлённо наблюдал за своим другом. Однако тащиться в спальную за своим компьютером ему всё же было лень. Побарабанив пальцами по столу, он вскочил с места и отвлёкся тем, что принялся рассматривать улицу из окна. Какое-то движение внизу сильно его заинтересовало. - Джон! – развернулся Шерлок, - там у входа какие-то дети из провинции. Узнай, что им надо и прогони их. - Если ты не заметил, Шерлок, я здесь немного занят, - ответил ему недовольно Джон с кухни, доставая яйца из холодильника, - ты мог бы и сам их расспросить… Шерлок как-то капризно поджал губы, не желая терпеть приукрашенные воображаемые истории подростка, которые непременно ожидал услышать от этих малолетних визитёров. А поскольку миссис Хадсон гостила у подруги, возможности отвертеться у него так и не возникло. После второго звонка он всё же спустился вниз. - Что! – рявкнул он на гостей, едва открыв дверь. На пороге стоял мальчик-подросток с дорожной сумкой через плечо и держал за руку девочку лет четырёх на вид. Шерлок сразу смекнул, что они брат и сестра, судя по разрезу и редкому цвету глаз, и прибыли сюда из Вичвуда, учитывая логотип местной школы на пиджаке подростка. - Мы ищем Шерлока Холмса, лучшего детектива в Англии, - выпалил мальчик, несколько оторопев от такого приёма клиентов. - В Англии? Почему только в Англии? – нахмурился Шерлок несколько уязвлёно. - Вы Шерлок Холмс? – недоверчиво скривился парень. - Да! – вздёрнул брови детектив, - Вичвудские ведьмы, если не ошибаюсь? - Да, как раз поэтому… - Облейте их трижды святой водой при полной луне! Спасибо, что заглянули. Всего хорошего! – хотел было он захлопнуть дверь, но парень порывисто упёрся в неё плечом и сунул ботинок за порог. - Выслушайте нас! – настоял он, - вы не понимаете, насколько это серьёзно! Отца посадят из-за них. У нас никого больше нет! Мы можем быть следующими! - Очень вам сочувствую, но это меня не касается, - ответил равнодушно Шерлок, распахнув дверь. – Езжайте домой, и обратитесь в полицию. На лице парня застыло какое-то растерянное выражение, почти ужас. Но его сестра долго не рассуждала и принялась рыдать навзрыд. Плач и истерики, особенно со стороны женщин, пусть даже таких маленьких, приводило Холмса сильное замешательство, если не бешенство. Сердито всплеснув руками, он воскликнул: - О, Господи! Этого только не хватало! Сделай что-то со своей сестрой, она сейчас лопнет. - Выслушайте нас. Это очень важно! – стоял на своём мальчик, дёргая сестру за руку, чтобы та успокоилась, но напрасно. Она только сильнее напрягалась и громче кричала. – Если вы действительно знаменитый детектив, только вы сможете вывести их на чистую воду. Мы заплатим! У меня есть деньги. Шерлок его не слушал, он с ужасом смотрел на ревущее дитя, возможно, впервые в совершенном замешательстве относительно её поведения. И этот плач раздражал его всё больше и больше. Ведь он представить себе не мог, как можно до такой степени бояться каких-то бредовых фантазий относительно ведьм или чего бы то ни было. Плюс ко всему сила звука, издаваемого этой крохой, казалась совершенно не пропорциональной размерам издающего его «инструмента». Джон, мирно и беззаботно выкладывающий бекон в шкварчащую яичницу, услышав эту развернувшуюся драму внизу, поспешил спуститься, пока Холмс случайно не выкинул какую-нибудь глупость. - Шерлок, что тут происходит? - окликнул его Ватсон, быстро спускаясь по лестнице, - это же просто дети, впусти их… Бога ради! - Это не ребёнок, это какой-то граммофон! – пожаловался Шерлок. Джон всплеснул руками, заметив, как неистово ревет девочка и как беспомощен при этом его друг, великий детектив Англии! Доктор подошел к детям и быстренько загнал их внутрь. - Заходите, живо, не стойте на пороге, - скомандовал он, захлопнув за ними дверь, едва те вошли. – Ваши родители знают, что вы здесь? - Никто не знает, или нам крышка, - ответил угрюмо парень. – Мать умерла давно, а отца забрала безмозглая полиция, мы надеялись, мистер Холмс сможет нам помочь. На слова о родителях, девочка заревела ещё более безутешно. - Ну, все-все, - похлопал Ватсон заботливо по голове девочку и вручил ей свой носовой платок. Что с ним делать малышка так и не поняла, но зато это отвлекло ее от сосредоточенного плача. Шерлок почувствовал мгновенное облегчение, когда девочка затихла, и послушно поднялся следом за Джоном и детьми, когда те пошли наверх. Как выяснилось, это были дети бакалейщика из Вичвуда, которого арестовали по подозрению в убийстве священника, 14-летний Шон и 5-летняя Глория. Они тайно сбежали с дома и спрятались в грузовике, идущем в Лондон за товаром для отцовой лавки. И поскольку дети часа четыре потратили на то, чтобы добраться до города и найти адрес знаменитого детектива, едва ли успев при этом хорошо поесть, доктор Ватсон решил немедленно о них позаботиться, первым делом отправив их мыть руки, а затем усадил за стол перекусить и выпить чаю. Шерлок почти не притронулся к своему ужину, сосредоточенно наблюдая за тем, как их гости с аппетитом уплетают лапшу с беконом и яичницей. Особенно остро он следил за Глорией, очевидно, опасаясь, что та снова примется вопить. Джон обратился к её брату и серьезно произнес: - Вы пришли сюда из самого Вичвуда, потому что ваш отец в опасности? – доктор бросил короткий упрекающий взгляд в своего друга и снова посмотрел на детей. - Да, - ответил кратко Шон, не отрываясь от еды, потом добавил, - мы заплатим, у меня есть деньги. - Оставьте деньги себе… просто расскажите, что случилось… - Убили священника, отца Фредерика. Полиция даже расследования нормального не проводила, сразу повязали отца, потому что это из его оружия стреляли. Но наш отец ни в чём не виноват, его пистолет украли! - допил Шон предложенное ему молоко и неловко почесал шею. – Я знаю, кто убийца, это была ведьма. Шерлок недоверчиво фыркнул, закатив глаза к потолку. - Это правда! Были свидетели! То есть… один… свидетель, - поправился Шон, когда Холмс бросил в него чересчур пытливый взгляд. – Моя сестра. - И вы не обратились в полицию, - прищурился Шерлок, недоверчиво цокнул языком. Мальчик как-то помялся и посмотрел на Глорию, сосредоточенно толкающую большую ложку в рот, роняя половину содержимого обратно в тарелку. - Да никто нам не поверит, всем ясно, что мы хотим вытащить отца. А Глория известная на всю деревню врушка. Она много выдумывает, с тех самых пор, как мамы не стало, но в этот раз она действительно видела убийцу! – вспыхнули его глаза. - Ты тоже там был? – поинтересовался Шерлок. - Нет, я… - Значит единственный свидетель, пятилетняя врушка с разыгравшимся воображением, дочь главного подозреваемого, утверждает, что на самом деле священника забрала на тот свет нечистая сила. И вы думали, `я вам поверю? - Шерлок, - укоризненно произнес Джон. Шон стиснул зубы, он едва сдерживал гнев, и даже ударил по столу, наклонившись вперёд. - Она сказала правду! Я верю ей. Я знаю этих проклятых ведьм! Они на всё способны. И потом… у них был мотив, куча мотивов. Они угрожали ему прямо при мне, я все слышал. И как вы объясните то, что на теле отца Фредерика нашли их «метку смерти»? Холмс не сводил с парня напряжённого взгляда. Подлинный интерес шевельнулся в его гениальном мозгу. Глория тоже смотрела на брата. - Метку смерти? - Да, «метку смерти», знак дьявола, нарисован на внутренней стороне уха, - радовался Шон переменой в лице детектива. – Не знаю, как, но отец говорил, во время обыска полиция нашла у нас печатку с этим знаком. Но её подбросили! Её подбросили ведьмы. Полиция говорит, у них есть алиби на время убийства, но они ошибаются. Они не знают всех ведьм. Одна из них была на мосту, и она утопила священника, Глория всё видела. Расскажи им, Глория. - Да, я вижела, - подтвердила девочка. - Что именно ты видела? – спросил Шерлок, намеренно чеканя каждое слово, точно перед ним был не ребёнок, а полоумный или иностранец. - Вежьму, - ответила девочка шепотом, вытягивая чуть ли ни каждую букву, - она быля ошень вышокая… и на ней было джлинное платье, как у Жлой Колдуньи из Белошнежки… - Длинное платье? – повторил озадаченно Джон, - мало кто сейчас носит длинное платье… - Оня стляшная… - добавила Глория и замолчала с таким выражением на лице, точно ведьма могла появиться прямо здесь и сейчас. - Вы думаете, мы бы притащились сюда, если б это не было правдой? Вся деревня в этом убеждена. Спросите любого в Вичвуде, все укажут на них. У нас там полно фанатиков. И вот что, в дни своих праздников, шабашей там всяких, они рядятся в средневековые тряпки, - настаивал Шон. - Оня калдавала, - добавила Глория. - Что? – не понял детектив. - Калдавала, вот так, - и девочка показала руками, как душит или держит под водой свою тряпичную куклу. Но потом пожалела её, обняла и погладила. Наступила минута молчания. - И вы их знаете в лицо? – наконец произнёс Шерлок, расцепив руки, которые всё это время держал в замке, - и ту на озере Глория узнала? - Не всех. По описаниям Глории я никого не припомнил, но их клан пополняется. Тайно, понятное дело… Эй, вы куда? Шерлок резко вскочил, кружась в поисках разбросанной по дому одежды, быстро надел пиджак и шарф. - Свяжусь с полицией Сомерсета, чтобы вас не искали. И на вокзал, за билетами, Джон устрой детей в мою комнату, ближайший поезд в 10:50, - прихорошился он перед зеркалом. - Вы возьмётесь за дело? – спросил недоумённо Шон. - Ведьмы XXI века, как можно такое пропустить. – Ухмыльнулся Холмс. – Но у меня есть условие. Не орать, - указал он повелительно на Глорию и спустился вниз, хлопнув входной дверью. - Он такой… странный, - произнёс парень и успел обхватить сестру за плечи прежде, чем девочка расстроилась. - Да, - согласился без промедления Джон, - временами даже слишком… - Доедайте ужин, - произнес в следующее мгновение Ватсон, тоже поднимаясь, - я посмотрю, что там с комнатой… Когда Шерлок вернулся, Глория и ее брат уже мирно спали. Правда, в начале Шон здорово упирался. Мальчик был слишком взволнован, чтобы спать. Заявил, что просто посидит с Глорией, но когда Ватсон зашел его проведать, тот уже мирно посапывал рядом с сестрой. Джон взял из его рук книгу, которую тот пытался читать и накрыл его пледом. - Они только что уснули, - заявил доктор вошедшему детективу, - удалось связаться с полицией Сомерсета? - Их ищут уже по всему графству, - ответил Шерлок, расстегивая пиджак и садясь в своё кресло. – Парень успел устроить в полицейском участке настоящий спектакль, швырнул стул в сержанта. Только из сочувствия к его положению и возрасту обвинений не выдвигали. Если он хоть на дюйм умнее, чем вспыльчивее, я надеюсь, он не разбалтывал никому, что видела его сестра. Если убийца не их отец, у неё могут быть проблемы. - Он всего лишь ребенок, Шерлок, - напомнил ему Ватсон, положив руки на пояс, - и потом… даже если он рассказал… я думаю, мы могли бы за ними немного последить. - Что? – заметил его мрачный взгляд Джон, - девочке всего пять, их отец в полицейском участке… нельзя же их просто так взять и бросить. - За ними следит социальный работник, и определённо кто-то из соседей. В этих глухих деревеньках всегда найдутся бездетные альтруисты. И таких детей тысячи, почему бы тебе ни последить за всеми? – ответил ему Шерлок, складывая ладони у лица и отводя взгляд в окно. Джон уселся в кресло напротив и на время замолчал, глядя в пустой камин, затем точно что-то вспомнив, произнес: - Я могу постелить тебе на диване, если хочешь… Холмс сначала никак не отреагировал, потом до него дошло, что сказал Ватсон, он прервал свои глубокие раздумья и уставился на друга. - Постелить что? – переспросил он. Джон посмотрел на Шерлока, поняв его недоуменный взгляд, добавил: - Если хочешь спать, конечно… - Конечно, хочу, - какое-то время они вопросительно смотрели друг на друга. - Ладно, - наконец кивнул Джон. Шерлок вскочил с места и удрал на кухню. - Но сначала я сделаю чай, в Скотланд-Ярде подают ужасный кофе. О, нет, эти дети выпили всё молоко…