Вичвудские Ведьмы

К одиннадцати часам, наконец, прояснилось. Солнце почтило бурлящую деятельностью деревеньку своим божественным присутствием. Жители Вичвуда заканчивали последние приготовления к празднику. Главная улица пестрела флагами и искусственными огнями, на зелёных лужайках, ещё влажных от дождя, разбили большие разноцветные палатки с угощениями. Приглашены были все. Все улицы, кроме главной, быстро опустели. Место для парковки к обеду было уже не найти. Большинство местных надели маскарадные костюмы. Взрослые открывали ярмарку, выставляли кушанья, напитки, поделки, композиции из цветов, дети шалили, кричали и носились друг за другом с «волшебными» палочками и другими игрушечными атрибутами ведьм и колдунов. Здесь были и иллюзионисты, демонстрирующие фокусы с картами, и уличные танцоры, циркачи и гадалки, пользующиеся праздником, как удобным случаем подзаработать в этой местности. С каждым годом их стекалось в Вичвуд всё больше, распыляя, таким образом, скромный деревенский праздник до масштабных размеров. Из складских помещений городской совет приказал вынести шатры с различными аттракционами для детей и молодёжи. И всё это сопровождалось песнями специально приглашённых народных музыкантов и бардов. В итоге гул и неразбериха стояла совершенная. В такой хаотичной толпе можно было легко потеряться и сложно не поддаться всеобщему веселью. Но у детективов из Лондона была особая миссия, впрочем, как и у группы полицейских в штатском, затерявшихся среди ликующего и праздного народа. Первое время наблюдающим никто не давал повода что-либо подозревать. Группа «ведьм» вела себя вполне прилично. Они демонстрировали свои способности в хиромантии и открывали тайны судеб, читая туманные очертания в пустом шаре, или развлекали публику цыганским танцем. Приглашённые священники мирно попивали напитки и беседовали с народом, что им редко представлялось в будни. Стив с друзьями развлекались в аттракционах. Шерлок не спускал с последних своего пристального взгляда, но даже ему не в чём было его упрекнуть, хоть он и сделал для себя кое-какие выводы относительно его друзей. - Всё чисто пока, - произнёс инспектор Джонс с мороженым в руке и супругой под руку. – Сомневаюсь, что что-то вообще выплывет. Шерлок даже не повернул в его сторону голову. - Всему своё время, инспектор, - произнёс он как самому себе. Тут в поле его зрения попала палатка с тиром, где за хозяина стоял Хью Вайтчэпл, и Холмса озарила догадка. – Спорим, инспектор, что вы не перестреляете моего друга доктора Ватсона. Джон недоуменно посмотрел на Холмса, но возражать не стал. - Вы серьёзно? – расхохотался Том Джонс, и его жена следом, оценивая доктора искристым взглядом, - и вы говорите это инспектору полиции? - Посмотрим. - Спорим на мягкую игрушку. Дорогая, сегодня у тебя появится новый плюшевый заяц. Ватсон только мягко улыбнулся инспектору, ничего не говоря о своих способностях. Все вместе они подошли к тиру. - Инспектор Джонс, мистер Холмс и его верный спутник, надеюсь, вы не за тем, чтобы снова кинуть меня за решётку, - поприветствовал всех Хью и бросил долгий взгляд на миссис Джонс, - мадам. - Нет, что вы, мы здесь, - инспектор посмотрел на свою супругу, - чисто из праздного веселья. - Хотите пострелять? Вы собрались разорить мой зверинец, инспектор? – усмехнулся бакалейщик. - И ещё задать вам пару вопросов, - добавил Шерлок. – Насчёт вашей помощницы и её парня. - Да, как скажете… - подал он пневматический пистолет. - Нам два, - сказала миссис Джонс, - доктор тоже будет стрелять. У нас… состязание. - О-о, в таком случае, лучший из вас получит этого великолепного плюшевого дракона, - высадил он свою самую большую игрушку на прилавок и подмигнул Джойс. - Давно Стив встречается с Виржинией, мистер Вайтчэпл? – спросил Шерлок, совершенно безразличный к игре. - Порядочно, а что? Инспектор прицелился и сбил одну баночку. - Часто навещает её в магазине? - Да постоянно там ошивается! - Свой пистолет, вы в магазине храните? Инспектор сбил две баночки вторым выстрелом. - Да, под прилавком. На случай ограбления или ещё чего… Это Виржиния хорошо знает, то есть знала. Его ведь украли. Вы думаете..? – почесался бакалейщик. – Не-ет, этот парень чист. Не за чем ему было злиться на отца Фредерика. Он одно время на траве сидел, но потом исправился, проходил курс реабилитации, занялся йогой и народной медициной. Думает поступать в колледж… - Есть! – довольный инспектор уложил ещё одну баночку. – Четыре из пяти, доктор, уверены, что хотите продолжать? - Ну… наверное, у меня нет выбора, - скромно ответил Джон, беря в руки пистолет. Он молча прицелился к самой нижней баночке, что стояла посредине, и попал точно в яблочко. Нижняя банка с грохотом вылетела из «баночной пирамиды», потянув с собой еще четыре банки, устояла всего одна, да и то какое-то время еще неуверенно покачивалась. Ватсон дождался, пока баночка выровняется, и сбил ее так же легко и безропотно, как и прежние четыре. - Да, сегодня мне везет, - улыбнулся доктор, положив пистолет. Инспектор и бакалейщик так и смотрели на Джона во все глаза. - Чёрт возьми, таких стрелков бы мне в участок! – воскликнул, наконец, инспектор Джонс. – Это случайно не розыгрыш? Хью, ты намагнитил те банки, я знаю. - Нет, всё честно, поздравляю, доктор, - вручил тот ему дракона с висячими крыльями, лапками и хвостом. Миссис Джонс зааплодировала. - Где вы научились так стрелять, доктор Ватсон? – всё ещё не унимался инспектор. - Я служил в армии, инспектор, и воевал, – больше Джон ничего не добавил, ему сделалось как-то неловко, и он поспешил вручить дракона Шерлоку. По идее, он должен был отдать его своей даме сердца, как отдал бы его инспектор своей супруге, но поскольку таковой рядом не было или наоборот – она действительно была, или вернее был,… Шерлок уставился на игрушку размером с двухлетнего ребёнка так, точно это и был живой ребёнок, и недоумённо её принял. - Потрясающе, - выдал инспектор. - Я знала, что вы скрываете свои достоинства. От этого мы все в дураках, - вторила ему жена. - Давайте попробуем местный мед, - предложил доктор, широко улыбнувшись, чтобы развеять столь пристальное внимание к его персоне. - Мёд, хорошая идея! – подхватила Джойс. К четырём часам всех желающих пригласили на театральное представление под открытым небом при свете факелов и фонарей. Одетые в соответствующие костюмы, актёры разыгрывали сначала детский спектакль-сказку, позже пьесу, в которой представлялась история создания этой деревни, существенную роль в которой по преданиям сыграли настоящие ведьмы. Главную роль в пьесе представляла одна очень колоритная рыжая дама, которую трудно было не заметить среди жителей Вичвуда, и всё же, и Джон, и Шерлок могли поклясться, что видели её впервые. Удивительно, как легко ей давались трюки с колдовством, и все туристы тут же решили, что она одна из иллюзионистов, прибывших на праздник из Лондона. Шерлок посмотрел только первую часть представления, и незаметно улизнул, вычислив, что не все подозреваемые на месте. Джон даже не успел заметить, как тот исчез, оборачиваясь на него в очередной раз, он увидел лишь пустое место. Представление продолжалось. На сцене в музыкальной паузе танцевал молодёжный ансамбль из местной школы искусств. В какой-то момент Джон почувствовал, что рядом с ним вновь кто-то стоит. И к своему удивлению он увидел ту самую актрису из главной роли. Вблизи, под светом факела, она показалась ещё более обворожительная, чем на сцене. Всё её лицо было усыпано яркими веснушками, а проницательные зелёные глаза смотрели как бы насквозь. - Привет, - произнесла незнакомка доктору Ватсону. – Я Кармина Бурана, та, что играла ведьму. - Джон…- быстро сообразил доктор, - Джон Ватсон. Он слегка пожал ее ручку, мило улыбнувшись: - Вы отлично сыграли… очень хорошо… все эти трюки, как вам это удается? Магия? – снова улыбка озарила лицо доктора. Кармина была очень привлекательна и все же, рядом с ней он чувствовал себя свободно и легко, а такие ощущения, поверьте, возникают далеко не с каждой красавицей! - Это тайна, боюсь, если я расскажу вам, вас придётся забрать в страну фей. Навсегда, - сузила глазки рыжая ведьма, точно это было не предупреждение, а приглашение. Она отвлеклась на сцену, все аплодировали танцорам. После короткой паузы вышла новая группа артистов, и Кармина продолжила, наклоняясь к уху собеседника. - Вы ищете убийцу священника. Карты говорят мне, что он вор и торговец, и связан с другим вором и торговцем. Из большого города. Очень большого, столицы. Убийца прикрывает рясой своё мелочное сердце. Поторопитесь, или всё может пойти по его плану, и тогда казна собора опустеет. Тут она сделала паузу и продолжила ещё более таинственно. - Ваш друг. Я вижу, он вам очень дорог. Сегодня он может погибнуть. Не отпускайте его руку. - Мой… друг? – напряженно переспросил доктор, - откуда вы знаете...? Джон внимательно посмотрел в ее глаза. Эти мистические зеленые глаза, которые в свете угасающего дня, казалось, излучали особую таинственность. Он никак не мог понять, кто это женщина? Видел ли он ее раньше, и каким образом она узнала об их расследовании? Одна из шайки Ведьминого Котла? Не похоже… Ее он среди них не встречал, это точно, а если бы и встречал – то непременно запомнил бы! Снова буря аплодисментов раздалась в толпе. Очередное выступление подошло к концу, и Ватсон отвлекся, чтобы поаплодировать, хотя почти все пропустил. Но когда он снова обернулся к Кармине, чтобы спросить ее, откуда она знает об убийце, ее уже рядом не было. Сбитый с толку Джон, стал искать ее глазами среди собравшихся, но рыжая дама как в воду канула, исчезла! Наконец, он не выдержал, стал пристально оглядывать всех присутствующих. Священников среди них не было. Быть может, они уже ушили? Но это совершенно исключено, не в традициях праздника, которые требовали их присутствие до самого конца, где они поют свои песни и молитвы в знак изгнания темных сил. Что-то здесь было не так… Да еще и Шерлок канул, очевидно, в ту же воду! Уж не вляпался ли он в какую-нибудь передрягу? Ведь, если среди духовенства был один «предатель», убив однажды, ему уже ничего не стоит убить снова, чтобы спасти свою шкуру, удачно замаскировав смерть, скажем, одного из сыщиков, за несчастный случай на празднике… «Ваш друг… Сегодня может погибнуть». Было решено. Ватсон отправился искать среди пирующих людей представителей духовенства. Вне всякого сомнения, он надеялся найти этого мерзкого отца Джори, точно замышляющего какое-то зло… Ему сообщили, что священники выступают следующими, и сейчас все готовятся за кулисами. Оказавшись за сценой, Джон действительно нашёл там святых отцов и матерей, братьев и сестёр. Но все они вели себя несколько возбуждённо. - Кто-нибудь, пошлите в монастырь, возможно, он там! – услышал он реплику отца Патрика. – На площади всё обыскали? - Среди толпы трудно не заметить человека в рясе, его точно нет на площади, - ответила ему монахиня. - А, доктор Ватсон, - развернулся к нему отец Джори. – Вы не видели отца Уильяма, мы хватились его прямо на пороге нашего выхода! - Это, вне всякого сомнения, подозрительная выходка. Он не мог далеко уйти, он знает, что у него сольная партия, - сердился незнакомый Ватсону священник. - С ним что-то случилось, сообщите полиции! - Отец Уильям? – удивился Джон, а про себя подумал «отец Уильям… может, это о нем говорила та странная женщина? Ведь он самый молодой… кто еще мог бы сойти…О, Боги!». В следующее мгновение, выбегая на дорогу к шатрам, где он в последний раз видел инспектора, Джон натолкнулся на Шерлока, торопившегося в то же место. - Где ты был! – сердился детектив, - отец Уильям – и есть… - Отец Уильям убийца, - сказал почти одновременно с Шерлоком Джон. - Как ты узнал? Ладно, не важно! Сообщи полиции, что в соборе во время салюта будет совершено ограбление. Уильям встречался с одним человеком и передал ему ключ от задних ворот. Я узнал его, известный скупщик краденого из Лондона, полиция ищет его уже более пяти лет. Не теряй времени, я пойду следом за ним к реке выше по течению есть мост… Сообщи инспектору, - бросил он уже на ходу, удаляясь по следу преступника. - Шерлок! – «будь осторожен», хотел было крикнуть ему вдогонку доктор, но послышались аплодисменты и радостные возгласы, заглушив его оклик. Джон, обернулся на сцену и в сгущающихся сумерках, увидел, что вышли священники, среди них уже был отец Уильям, счастливый, как никогда. Ватсон поспешил к полицейским, чтобы сообщить им об ограблении. К счастью их не нужно было долго расталкивать, служители закона быстро мобилизировались, и доктор отправился разыскивать Холмса. «Если Шерлок будет там с этим вором, - рассуждал Джон, быстро направляясь в сторону реки, - О, Боги, только не вляпайся во что-нибудь… не вздумай вляпаться, Шерлок!». Ватсон даже пожалел, что не захватил с собой пистолет, но возвращаться за ним в гостиницу – означало потратить еще больше времени. Оставив всякие надежды обрести оружие, доктор только прибавил ходу, к реке он уже бежал. Джон ещё издали услышал звуки борьбы. За деревьями открывался довольно крутой спуск к Вичборн, которая здесь спускалась шумным потоком скользкими острыми камнями и представляла собой бесконечные каскады и ступени. Шерлок нагнал сообщника убийцы до моста, и тот выбрал лучший способ защититься – атаковать. По близости не было ни души, полиция направилась в собор по дороге, остальная часть деревни продолжала праздновать. Пробираясь между густо насаженными деревьями со сплетёнными в грубую паутину корнями, в лучах заходящего солнца Ватсон увидел, как у самого обрыва грузный лысый мужчина придавил Шерлока корягой к стволу дерева, пытаясь задушить, в следующий момент ему дали сильный отпор. Нападающий потерял равновесие и сорвался в реку, прихватив за собой Шерлока за шарф. Не будь у Холмса этой привычки всегда носить туфли, он мог бы удержаться, но он поскользнулся. Оба скатились камнями вниз. Детектив успел ухватиться за выступ. Если б не его удачный удар по шее противника, тот своим весом мог задушить его собственным шарфом. Послышался громкий всплеск и вскрик. - Шерлок! – выкрикнул Джон и тут же бросился на помощь. Холмс висел буквально на одной ладони, за которую Ватсон едва успел ухватиться, припав к камням всем телом. Еще бы чуть-чуть и Шерлок соскользнул следом за негодяем, но теперь доктор крепко держал его за руку. Ту руку, которая мистическим образом преследовала его мысли в полуснах и чувствах, вылепленная в мраморных чертогах, закаленная северным холодом и лихорадочным беспокойством. Ватсон не просто держал ее, он знал, что только от этого «рукопожатия» зависит жизнь его друга, которая была ему так дорога, а потому бросил все силы на то, чтобы ни за что… ни за что ее не отпустить. - Я тебя вытащу, - спокойно повторял Джон, казалось, на время даже потеряв ощущение собственных сил. Каковы бы они ни были, он должен был это сделать, - я вытащу тебя, Шерлок, просто… не отпускай мою руку. - Ты не выдержишь мой вес, Джон, - ответил ему Шерлок, казалось, так же рассудительно, как и дома в кресле у очага. – Камни очень скользкие, мы можем сорваться вместе. Лучше отпусти меня, у меня есть шанс выжить в реке. - Нет, - твердо произнес Джон, - я не брошу тебя, и не проси! - Мы можем вместе погибнуть… Хватка Ватсона была решительной, он протянул вторую руку и схватил ею Шерлока за плечо, чуть выше локтя. Холмс попытался ухватиться другой рукой за камни ниже и помочь себе ногами, но выступы оказались острые, он порезал ладонь и не мог держаться ею во всю силу. На какое-то время Джон чуть сам не потерял равновесие и не сорвался вместе со своим другом в бурлящую реку, но в последний момент (не знаю, быть может, Боги ему помогли или ведьмины чары?), в последний момент Ватсон твердо уперся коленями в каменистую почву и помог Холмсу выбраться… Почувствовав надёжную почву под собой, Холмс какое-то время пытался отдышаться. - Ты мог погибнуть, идиот, - наконец, произнёс он, вытирая мокрый лоб раненой рукой и только размазал кровь по лицу, - проклятье. Полицию предупредил? Джон сидел на земле, сжимая плечо руки, которой посчастливилось спасти друга. Только когда опасность миновала, он осознал, как здорово надорвался, все мышцы буквально ныли от перенапряжения! - Все в порядке, - поморщился Ватсон, тяжело дыша, - они, должно быть уже давно в соборе… Доктор посмотрел на друга. Вытянул из кармана куртки свой носовой платок и, встряхнув его, чтобы тот расправился, схватил раненную руку Холмса, принялся терпеливо ее перевязывать. Ему невольно вспомнились слова той таинственной женщины. Она знала… Но откуда? Пальцы Ватсона дрожали, но, не смотря на это, перематывал он рану уверенно, точно каждый день вытаскивал людей, повисших над пропастью. Предсказание сбылось, но говорить о нем Шерлоку Ватсон не стал. Он был просто рад, что все кончилось, что ему хватило сил не отпустить его руку. - О чем ты вообще думал…- наконец укоризненно произнес Джон, - погнаться за ним в одиночку! - Не знаю, я не думал, - ответил Шерлок, глядя на то, как заматывают ему ладонь. – Полиция могла долго мешкать, они всегда поднимают такой шум, он мог просто свернуть и удрать, и бросить своих сообщников у собора… Спасибо, - добавил Шерлок неловко, вернув себе забинтованную руку. – Ян Джасперс, я на него несколько раз наводил полицию, и он всегда находил лазейку. Теперь, кто знает, - он махнул на реку. – Он мог погибнуть. - Ты тоже, - только ответил тихо Джон. Со стороны дороги послышались оклики, вдали засверкали сигнальные полицейские куртки и фонари. К ним спешила подмога. - Эй! Вы живы? – это был инспектор Джонс. – У собора повязали двух воришек, но они утверждают, что не могли попасть внутрь, чуть ли не просто мимо проходили… Что это всё значит? От куда вы знали, что церковь собираются грабить? - Ключ у скупщика, их сообщника, Яна Джасперса, - ответил Шерлок, поднимаясь. – Он нёс его от отца Уильяма. Я подслушал их разговор. - Яна Джасперса? Знаменитого Яна-невидимку? Где же он? Холмс кивнул на реку. - Отправьте патруль ниже по течению, живым или мёртвым, достаньте его! – тут же скомандовал инспектор, и констебли бросились врассыпную по автомобилям. Подперев поясницу, инспектор снова обратился к детективам, - вы в порядке? Помощь медиков нужна? - Всё отлично, - ответил за обоих Шерлок, глядя на доктора Ватсона, как бы говоря – у меня свой медик, и он сам вроде тоже жив. - Мы в порядке, - согласился Джон и как бы в подтверждение этого даже выпрямился и расправил ноющие плечи. - Это хорошо, мне ещё понадобится ваше участие, - кивнул Джонс, снимая руки с пояса, - садитесь в мою машину. Пора заканчивать с этим делом. Шерлок и Джон переглянулись и последовали «приказу» инспектора. Тот отвёз настрадавшихся детективов обратно в деревню. Представление уже подходило к концу. Глубокие сумерки опустились на Вичвуд, и огни фонарей и факелов теперь горели ещё ярче, ещё мистичнее. Всё вокруг точно погружалось в атмосферу ночи, и мир, казалось, стал совсем иным, чем его привыкли наблюдать при свете дня. Инспектор Джонс объявил в микрофон о чрезвычайном положении, в котором оказалась полиция в расследовании целого ряда преступлений, и пригласил жителей деревни, в особенности тех, имена которых он огласил, разместиться в большом актовом зале школы искусств, и обещал отпустить всех ещё до начала салюта. Речь шла о разрешении загадки убийства священника, и желающих освидетельствовать это набралось немало. Констебли проверили присутствующих и встали на охрану всех выходов. Шерлок Холмс и Джон Ватсон разместились во главе собрания, рядом с инспектором. - Для начала, дамы и господа, я должен поблагодарить этого джентльмена, консультирующего детектива из Лондона, и его… друга. Думаю, большинство из вас здесь с ними уже знакомы, - начал инспектор Джонс, и по залу пронеслись ропот и ликование. – Если б не мистер Холмс, мы бы ещё долго искали убийцу отца Фредерика. Шерлок остался глух к этому заявлению, чрезвычайно увлечённый отдельными лицами в зале, Джону, как часто бывает в таких моментах, стало немного неловко. - Так кто же убил священника? – крикнула из зала Вивьен. Инспектор откашлялся, что-то спросил у своего сержанта, тот утвердительно кивнул и вышел, чтобы принести какую-то вещь в пакете для вещественных доказательств. Это была куртка с серыми пуговицами, которую Шерлок обнаружил в соборе и хорошенько припрятал до выяснения обстоятельств. И только он, и полиция знали о тайнике для улики, нагрянув в собор с облавой на воров, они прихватили и куртку. - Уильям Рейн, вы обвиняетесь в убийстве… - Что? Стойте-стойте! – вскочил отец Уильям, - побойтесь Бога! Вы обвиняете святого отца в совершении… - Это ваша вещь? – показал инспектор Уильяму куртку, - вы ведь не будете отрицать, что это ваше? - Да, это… моя мирская одежда, и что с того? - Здесь нет одной пуговицы, её мои неофициальные коллеги нашли недалеко от места преступления. Мистер Холмс утверждает, что на куртке есть свежие следы пыльцы цветов, которые растут в определённом месте, а именно там, где вы встречались с вашим сообщником, Яном Джасперсом, известным вором и скупщиком краденых вещей. У меня не было времени проверять теорию Холмса, да я надеюсь, мне это и не понадобится, если вы во всём сознаетесь… - Мне не в чём сознаваться, я чист перед Богом, ваши обвинения… - отец Уильям оглядел публику, своих братьев и сестёр, сжал кулаки и напряг челюсть. – Ваши обвинения возмутительны, инспектор. - Вы знаете, что всё, что вы скажете, будет использовано против вас в суде. Мне некогда, поговорим с вами в участке, уведите его, - подозвал он полицейских. - Вы имеете право хранить молчание, вы имеете право на адвоката, и если вы не можете… - И это всё? – вдруг поднялась одна из «ведьм» гостиницы, - это преступление всем нам трепало нервы, Том, скажи же, что произошло, мы все хотим знать, почему его убили. – И публика одобрительно зашумела. Инспектор с такой неохотой говорить помялся, что рад был предоставить слово Шерлоку, ведь он сам мало, что понимал до конца в этом деле. - Отца Фредерика убил Уильям из-за чистой наживы, - начал Шерлок. – Хотя его дни и так были сочтены, его готов был уложить каждый второй в этой деревне, я прав? – сделал он паузу. Народ помялся. - Все вы знаете, что собору нужна реставрация, это серьёзные деньги. Совет, отец Патрик не даст соврать, готов был продать некоторые реликвии церкви, чтобы раздобыть средства, и все были согласны, кроме отца Фредерика. Конечно, никто из священников не намеревался его переубеждать и уж тем более убивать. Однако отец Уильям, молодой и тщеславный, одурманенный идеей, что поступает во благо собора, а значит, и Бога, не расстался с мыслью продать вещи и выручить деньги. И у него созрел план. А что если… - тут Шерлок подошёл к Уильяму, глядя ему в глаза, от чего тот неловко отвернулся. – А что если, реликвии просто похитят? Скажем, собор, ограбят какие-то бандиты, услышавшие о сокровищах, возможно, кто-то из деревни. Ведь все знали о том, что там хранится. А потом в собор сделают анонимные пожертвования некие богатые раскаявшиеся грешники. План просто идеальный! – развернулся он на носочках. – Часть стоимости похищенного у бандитов, оставшейся части хватит на реставрацию. - Зачем же мне тогда… - процедил отец Уильям, - по-вашему, убивать отца Фредерика? - А вы и не намеревались его убивать. Это вышло непреднамеренно. Вы незаметно ушли с обеденного служения, вы ведь органист? Ваши пальцы говорят сами за себя. В тот день вы играли в начале мессы и в конце, у вас было около получаса, достаточно времени, чтобы выбежать через чёрный ход, переодеться в примыкающем к собору лесу, чтобы никто из местных вас не вычислил, и встретиться с сообщником, который вас давно ждал неподалёку. И с которым вы договорились встретиться по электронной почте. В кабинете отца Патрика есть единственный на весь собор компьютер, и которым вы могли воспользоваться в любой момент, ведь вы состоите в совете, а значит, допущены до всех комнат. В данный момент полицейские проверяют всю электронную переписку, которую с него вели. - Это возмутительно! – вмешался отец Патрик, скорее обеспокоенный беспардонным проникновением полиции в собор, чем поступком отца Уильяма. Шерлок продолжал. - Итак, вы возвращаетесь, договорившись о том, что дадите ключ от ворот на празднике, ведь вам самому нужно было его украсть, вечером все калитки запирают. Вы выбрали очень удачное время – праздник Нечисти, все соберутся на площади смотреть салют, собор будет пуст. Вы торопитесь, поэтому, переодеваясь, не замечаете, как теряете пуговицу. К тому же вас встревожил звук выстрела. И всё прошло бы гладко, но вы видите тонущего человека, вы узнали в нём отца Фредерика. Он почти вылез на рыбацкие подмостки, он был ранен и плохо себя чувствовал. И вы подумали – вот удача! – И вы утопили его. - Всё это ваши домыслы. Не верьте ему! Вас там не было, как вы можете знать? Вас вообще в деревне не было! А я играл на мессе. Все это подтвердят. - Меня – нет, но был другой свидетель, Глория. - Девочка с разыгравшимся воображением? – в зале кто-то рассмеялся. - Она известная врушка. - Глория ничего не придумывает, она говорит то, что видит, но своими словами, - ответил Шерлок спокойно. – Это особенность всех детей её возраста. Вы и сами убедитесь. Она бежала из дома миссис Ройс, где намеревалась красть конфеты, напуганная ссорой хозяйки с отцом Фредериком. Её отец в участке, брат занят в магазине, соц. работник, мисс Хорн, - указал он на сидящую неподалёку Грейс, - ещё не заехала за ней в деревню, некому присмотреть за ребёнком. Она потерялась в лесу и стала свидетелем того, как отец Фредерик, отравленный ягодами белладонны, пытается попить воды из реки и рвёт. Ему становится легче. Там он встречает молодых людей, уединившихся за курением травки и, конечно, выходит из себя. Никто не станет отрицать, что это было в его характере. Молодые люди были вооружены пистолетом из лавки мистера Вайтчэпла и очень напуганы. Так он получает ранение и падает в воду. Всё это Глория рассказала мне в качестве «сказки». Далее она описывает некую «ведьму» или «колдунью из Белоснежки», которая топит отца Фредерика. А теперь взгляните на отца Уильяма, он носит длинные волосы, достаточно длинные, чтобы принять за женскую причёску, он был одет в рясу, напоминает платье, как в сказке о Белоснежке. На том расстоянии, с которого наблюдала Глория, он мог вполне сойти за таинственную колдунью, погубившую святого отца. Все так и ахнули. А двое молодых людей, Стив и его друг, вдруг поднялись и поспешили к выходу, но их остановили полицейские и заставили вернуться. - Я. Был. На мессе! – не унимался отец Уильям, чеканя слова и тяжело дыша. – У меня алиби, мистер Холмс! - Ты опоздал, - вдруг произнёс отец Мартин. - Да, в тот раз орган заиграл с задержкой. А потом ты сослался на головную боль и ушёл к себе, - подтвердил отец Джори. – Уж, не от стыда ли? - Не совсем от стыда, - подхватил Шерлок, - ведь ему необходимо было бросить одежду в прачечную и высушить мокрую рясу. Но как назло стирки было мало, и куртка сохранила следы вашего пребывания в лесах до сегодня. - Уведите его, - наконец приказал инспектор, и на отца Уильяма надели наручники. Священники крестились, люди в зале обомлели. Многим полегчало, другие задумались. - И вы, молодые люди, - указал на Стива и его друга инспектор, - не желаете ли рассказать нам, где вы были в день убийства, и каким образом у вас оказался пистолет Вайтчэпла? - Том, что всё это значит? Какое к этому отношение имеет мой сын? – возмутилась мать Стива. - Непосредственное, миссис Роттер, - ответил Инспектор. - Мы не брали оружие, - буркнул Стив, - я не знаю, к чему вы ведёте. - К тому, что вы по-прежнему курите косяки, - вмешался Шерлок, - разве вы не сознались нам с доктором Ватсоном в этом? Ваш друг тоже, очевидно. Полиция нашла на месте преступления лодку, где недавно были обнаружены окурки, естественно со следами ДНК, - тут инспектор с удивлением уставился на Холмса, ведь ничего подобного они не обнаружили. – Можем поспорить, кому могут они принадлежать. Друг Стива не выдержал и выпалил: - Да, мы были там! Курили траву, мы всегда там собираемся. - Молчи, придурок! – схватил его Стив, но его друг только отдёрнул руку. - Мы не хотели никого убивать или ранить. Я даже не знал, что у Стива пистолет. Когда этот старик нас застал, мы хотели просто удрать. Все знают, что он полоумный! Был... Мои родители ему бы не поверили. Он цеплялся к нам, хватал за руки, хотел вести к родителям или… не знаю куда. Мы сели в лодку и хотели уплыть, но он вышел на мостик. Он был просто бешеный! Не знаю, как, но Стив вдруг выхватил пистолет и выстрелил. И тот упал в реку. Мы испугались, что он умер, что выстрел слышали в деревне, мы удрали, потом вытерли пистолет и выбросили. Когда взяли мистера Вайтчэпла, я хотел всё рассказать, но… - Но Стив запугал вас тюрьмой, - закончил за него Шерлок. – Как соучастника. Оба парня опустили головы. Им предстояла дорога в участок и ругань родителей. Инспектор Джонс отвлёкся на телефонный звонок. - Но кто же тогда отравил его? – прозвучал вопрос из зала, - вы сказали, отравленный белладонной. Так всё-таки ведьмы замешаны? - Да, кто отравил отца Фредерика? - Ты уверен, Джордж? Отлично, спасибо, - инспектор отключил звонок и обратился к Шерлоку и Джону, - в пироге миссис Ройс было достаточно белладонны, чтобы убить здорового человека, она хотела этим накормить Глорию. Миссис Ройс поднялась. Она выглядела очень бледной, но смиренной. - Это была я. Не желаю более слушать, обо мне можете говорить, когда я уйду. Куда мне проследовать, сержант? – спросила она близ стоящего офицера полиции. Когда под изумлёнными взорами публики миссис Ройс увели, Валери вдруг выкрикнула. - Обычный низкий поступок преступников, нечего винить во всём ведьм! Как будто мы во всём должны быть виноваты! Сколько вас ходит в Котёл за приворотом и исцелением, за вопросами о будущем, надо ж быть хоть капельку благодарными! - Ты бы молчала, Валери, - произнёс инспектор, - и на вас у меня есть улики. Это ты поставила печать на ухо отца Фредерика. Во время приёма у стоматолога, которого он посещал за день до своей смерти, так? Ты работаешь там медсестрой. А потом подбросила печать Вайтчэплам, когда приходила, по доброте души своей, единственный раз после смерти миссис Вайтчэпл посидеть с Глорией. Да, Патриция? – обратился он к другой «ведьме», - ваш коттедж находился… под наблюдением, - посмотрел он на детективов. - Что? – возмутилась Вивьен, - вы не имеете права, у вас нет оснований, вы… - Основания есть, - возразил инспектор, - Стив сознался, что покупает у вас травку. А в вашем подвале, который сейчас хорошенько обыскивают, как я уже уверен, хранится немалая доза наркотиков. Вы арестованы за хранение и продажу наркотиков несовершеннолетним, препятствие работе полиции и нарушение общественного порядка. Уведите их к остальным. После небольшой паузы инспектор, посмотрев на часы, произнёс. - Думаю, это последние новости на сегодня, вы все ещё успеете понаблюдать… - Ещё не все, инспектор Джонс, - перебил его Холмс. – Вы не объявили о раскрытии ещё одного преступления. - Разве? Какого? - Убийстве миссис Вайтчэпл, - громко выговорил Шерлок и развернулся к несколько побледневшей Грейс Хорн. - Она умерла два года назад от аллергии на арахис, насколько мне известно. - Не совсем так. Она была убита. И убийца воспользовалась её аллергией, чтобы избавиться от матери ребёнка, которого решила себе присвоить. - Что? – в зале и так до границы изумлённые зрители теперь и вовсе всполошились. - Мисс Хорн, социальный работник организации, которой официально не существует. Я звонил в ваш офис, мисс Хорн, мне ответили сотрудники дома для престарелых, которые никак не связаны с государственной заботой о детях-сиротах. Более того, вы работаете там секретарём на полставки, а не социальным работником. Но вас никто бы и не стал спрашивать, вам готовы были доверить ребёнка, ведь вы подруга её матери. И никому в голову не пришло нанимать спец. службы, пока были вы. - И что, что я хотела заботиться о её детях? – пожала сердито плечами мисс Хорн. – Это ещё не значит, что я убила Марту. - Марта погибла в день своего рождения. На пикнике, как утверждают её друзья, вас не было, и всё же она отравилась. Вскрытие не понадобилось, симптомы были на лицо. Её муж считает, что она просто не усмотрела в сэндвиче мёд или арахисовое масло, но она вот уже столько лет жила с аллергией и она бы смогла различить запах и вкус убийственных для неё раздражителей. Значит, они попали другим способом. Как часто мисс Хорн гостила у вас, мистер Вайтчэпл? - Часто, – пожал тот в недоумении плечом, - они были не разлей вода, и после того несчастного случая, когда… муж и дочь Грейс погибли, она почти что жила у нас. - Итак, у вас была возможность изучить аптечку вашей подруги. Я осмелился позаимствовать из неё кое-что, - тут Шерлок хотел достать что-то из внутреннего кармана, больная рука не слушалась, и он кое-как воспользовался другой. – Это аэрозоль, - показал он его всем, - Марта пользовалась им в случае приступа аллергии. Это случалось нечасто, она была очень осторожна, тюбик почти полный. Выписан местным врачом, доктор Бейли узнал его. Здесь, под крышкой, есть небольшая насечка, это значит, в него впрыскивали что-то шприцом. Мне понадобилась помощь доктора Бейли, чтобы распознать, что было добавлено в лекарство. Очень жаль, что за два года вы так и не вспомнили об орудии своего преступления… доктор Бейли? Скромный старичок в костюме лепрекона поднялся. - Не знаю, что всё это может значить, но я готов подтвердить, что в лекарстве, которое я выписал миссис Вайтчэпл два года назад, был обнаружен арахисовый экстракт. Что совершенно недопустимо, учитывая её аллергию. - Спасибо, доктор Бейли. - Господи, Грейс! – воскликнули рядом с ней сидящие. - Ты ведь так любила Марту, зачем? Грейс сидела молча, поджав губы, чуть не плача. - Может, мистер… - Холмс достал из кармана клочок бумаги, тот самый список дел, что висел на холодильнике в день их прибытия в Вичвуд, и прочитал, - Фицпатрик сможет ответить на этот вопрос. Адвокат по правам усыновления детей. Вы написали его имя, очевидно, чтобы не забыть проконсультироваться. Очень сложно было найти, кто он, но полиция Вичвуда была очень услужлива... - Пожалуй, вы пройдёте с нами, мисс Хорн, - взял её под локоть инспектор Джонс, будучи всё ещё под впечатлением от методов Шерлока Холмса. – Остальные могут быть свободны. Потрясённые и встревоженные зрители вышли на воздух, чтобы наблюдать феерическое шоу в ночном небе. Но головы каждого были полны другим, обескураженные и завороженные скорее не яркими вспышками на небе, а жуткими преступлениями, которые всколыхнули весь Вичвуд до самых его недр, они не прекращали обсуждать это на каждом шагу. Джон с Шерлоком тоже вышли смотреть салют. - Это было самое… удивительное дело, которое я когда-либо с тобой вёл, Шерлок, - восхищенно произнес Ватсон, глядя, как разноцветные яркие брызги разукрашивают ночное небо. - Это было просто потрясающе… у меня нет слов. - Правда? – посмотрел на него польщёно Шерлок. – Я почти доволен нашей работой. Почти. Не уеду отсюда, пока не узнаю, что случилось с Яном-неведимкой. После окончания праздника и поистине тяжелого дня, герои-детективы вернулись в свой номер, чтобы провести ещё одну ночь в этом действительно ведьмином городке, Вичвуд. Уставший на несколько недель вперед Джон решил, что будет спать целую вечность. Но этому дню еще было чем удивить Ватсона. Едва он вошел в номер, как взгляд его упал на огромного плюшевого дракона, мирно покоившегося на столе рядом с компьютером. Джон как-то удивленно посмотрел на своего друга, ткнув пальцем в игрушку: - Это ведь… не тот самый дракон? Я думал, ты его уже давно отдал какому-нибудь ребенку на празднике… - Ты думал, я отдам кому-то твой победный кубок? Ты перестрелял самого инспектора полиции, между прочим, хорошего стрелка, если верить медалям в его кабинете, - снял Холмс с себя плащ и шарф. – Я попросил Патрицию отнести его нам в номер. В этот самый момент зазвонил телефон. Обескураженный доктор, не сразу сообразил, что нужно делать, так и стоял рядом с игрушкой, Шерлок снял трубку. Звонили из полиции сообщить, что тело Яна Джасперса нашли. Он был мертв. - Спасибо, что сказали, инспектор… нет, это не обязательно. Не стоит упоминать нас в отчёте… Это мило, но завтра мы намерены ехать в Лондон… Конечно, мы пообедаем с вами и миссис Джонс в следующий раз, скажем, на следующий праздник Нечисти... Не стоит. Всего хорошего. Пожалуй, это была финальная точка в деле об убийстве священника. Джон отправился в душ, чтобы как следует смыть все неприятные впечатления этого дня. Когда он вернулся в комнату, то обнаружил Шерлока сидящим на своей постели в состоянии глубокого сосредоточения. На колени он посадил своего дракона, держал его за лапы и смотрел прямо в пуговки-глазки, точно пытаясь прочесть его плюшевые мысли. Его раненая ладонь была аккуратно перевязана чистыми бинтами, и, вероятно, так же болела. Но Шерлок совершенно этого не замечал. Очевидно, его гениальный мозг пытался постигнуть в этот момент тайны «сантиментов», владеющих сердцами людей, а порой и их судьбами. - Джон, - произнёс он монотонно, не отрываясь от своей игрушки, - что ты чувствовал, когда целовался со своими девушками? - Э… Н-нежность, - ответил медленно Джон, пытаясь понять, что происходит. В самом ли деле Шерлок решил расколоть задачу, которую невозможно подчинить ни одному математическому или логическому методу! Или этот плюшевый дракон каким-то чудным образом заколдовал его? - Обычно об этом не спрашивают, Шерлок, - продолжил Ватсон, пройдя к своей кровати, чтобы расправить ее, - а просто делают… Чтобы понять, что ты чувствуешь, когда целуешься с девушкой, нужно просто поцеловаться с девушкой. Просто… попробуй. Тебе может понравиться… Шерлок перевёл на Джона такой убийственный взгляд, точно тот посоветовал ему наесться земли из цветочного горшка. Убедившись, что его друг не шутит, он отвернулся от него и запхал плюшевое животное в свою сумку, уже почти собранную для завтрашнего отъезда. Правда, поместиться полностью дракон не смог, и так и остался торчать головой наружу и созерцать мир своими любопытными пуговками. Уже на пороге ванны Холмс внезапно обернулся и продолжил: - А когда я тебя целовал? Вопрос прозвучал так неожиданно, что Джон даже не сразу обернулся. Какое-то время все еще стоял спиной к нему, глядя на свою подушку. Ватсон знал… нет, догадывался, да, подозревал! Что однажды это произойдет. Откровенный вопрос. Шерлок был гениальным детективом, но в отношениях между людьми – просто семилетним ребенком. И вот, что не давало покоя Джону, так это, пожалуй, то… что из всех возможных и невозможных людей, которые могли когда-то бы то ни было окружать Холмса, каналом, связующим Шерлока с «чувственным миром», оказался он – Джон Ватсон. Почему? Если Шерлок так ненавидит эти «сантименты», почему он делает это? Пытается их понять… Не ради ли него, Джона? А если ради него, то почему? Может, это… - То же самое, Шерлок, - ответил неожиданно сам для себя Джон, не оборачиваясь. По-правде говоря, Ватсон и сам не знал, что чувствовал. Это было такое огромное и необъятное смятение всех чувств, что его сложно было назвать. Вроде бы ты чувствуешь его, но названия ему нет. Это все равно, что увидеть цвет, который никогда не существовал на земле. Как описать его? Как описать это шестое или, быть может, седьмое или девятое чувство, не влезающее ни в какие рамки, ни нежности, ни страсти, ничего? Но ему не хотелось расстраивать друга, и хотя тот целовался просто ужасно, Ватсон не нашел других слов. Нельзя сказать, что это было ложью. Холмс так старался «произвести впечатление» и все это было так трогательно, что иного объяснения, чем «нежность» всему этому не найти. - То же самое, - повторил Джон и погасил свет рядом со своей кроватью. Шерлок кивнул, хоть ничего и не понял. - Спасибо, что спас мне жизнь. Снова, - произнёс он и закрылся в ванной. Ватсон улыбнулся. Он был счастлив, что все это закончилось. Довольный, он забрался под одеяло, накрывшись, чуть ли не до самого носа. Ему вспомнилось все, что он пережил за этот невероятно длинный день. И то событие у реки, конечно, и ощущение что ты держишь чью-то руку так крепко, точно хочешь сделать своей частью. Джон не был уверен, чью жизнь спас тогда, Шерлока или быть может свою? С некоторых пор это стало одним… Очень скоро доктор заснул, и ему снились руки Шерлока, закаленные северным холодом и лихорадочным беспокойством, почти фосфорившиеся, точно вылепленные из чистейшего мрамора. Что-то было мистическое в этих руках… Дело о ведьмах Вичвуда было закрыто. По возвращению в Лондон, Джон, как и обещал, опубликовал весьма внушительную статью в своем блоге, в которой так искусно описал всю «красоту и непревзойденность» девиц из Ведьминого Котла, что клиенты к ним не будут приходить еще очень… очень долго. Не забыл Ватсон так же отразить всю гениальность своего друга на фоне этого устрашающего и поистине леденящего душу дела о стольких смертях. Единственные события, о которых Джон умолчал, были его чуткие переживания о руках и «сантиментах» Шерлока и том случае на грозной реке Вичборн. Было и еще кое-что, о чем доктор знал, но не упомянул. Одно событие… совсем маленькое, но столь сильное, что, собственно, одному ему, Джон готов был посвятить все название своей статьи – «Вичвудские Ведьмы». В этом событии была таинственная рыжая дама с праздника Нечисти, покорившая доктора своими мистическими зелеными глазами и предсказаниями, всколыхнувшими всю его жизнь…