Между и После

Дни пролетали подобно минутам, и мир Иви сузился до размеров кровати V. Его дыхание усилилось, казалось, будто он спал, но он не шевелился. Зажмурив глаза, чтобы нащупать застежки, она сменила его металлическую маску на более легкую, чтобы ему было комфортнее. Она нашла его спальню, комнату, которая обычно была заперта для неё, и уложила его в постель, поставив капельницу. Часами она лежала около него, читая, размышляя. Иногда она ложила свою руку в его собственную, единственную часть тела, которую он ей охотно показывал, и сплетала свои пальцы с его. Иви изучала его ужасные шрамы на его затылке, руках, торсе. Он обгорел везде, но внешняя сторона его тела была менее покалеченной, будто он сворачивался в клубок, пытаясь защитить себя от огня. Когда она гладила его руку, чувствуя бугристость его шрамов, текстуру его плоти, она удивлялась в агонии, что он должен чувствовать. Боль от ожогов. Зеркало в его покоях было разбито, лишь несколько кусочков стекла остались в раме. Поверхность перед ним было очищена, а значит, это было давно. Она подумала об осколках, её глаза осматривали края разбитого зеркала, и удивлялась. Вероятно, он не заменил зеркало, поскольку не счел это нужным. Или оно напоминало ему о чем-то. Это была тайна, которая заняла её разум. Редко, она выходила, чтобы побродить по Галерее Теней, но она казалась такой пустой, и это ранило. V здесь не было, его сила пропала, и без него ей казалось, будто комнаты потеряли свой цвет. Она задержалась на кухне, чтобы приготовить себе что-нибудь, но беспокойно рассматривала кулинарные книги, выделяя рецепты, которые она хотела бы разделить с ним. Неизменно, она скучала по его дыханию, напоминающему ей, что он не исчез, и она неслась обратно к нему, где ложилась рядом с ним на кровать, брала его руку и ждала. Это было похоже на чувство глубокого сна. Это чувство было не плохим, мирным, медленно пробуждающим, но V не спешил просыпаться. Он задержался в пустом беспамятстве, зная, что если он пошевелится, это доставит ему боль, но удивлялся, как такое возможно. Он мертв. Почему так больно? Как он может чувствовать свое тело? Почему он чувствует раны? Когда он не смог больше задеживаться и начал подозревать, что где-то здесь есть ложь, тело болело, и он понял, что жив. И когда он медленно поднял веки, глаза его маски и вид его комнаты приветствовали его. Он застыл, обдумывая, как это возможно. Он все еще был в своей маске и лежал в своей постели. А затем, он почувствовал тепло в своей руке, чувствовал, как чьи-то пальцы сплетаются с его собственными, и мысленно назвал её имя. Иви. V тихо повернул голову, и увидел. Она спала, её лоб был слегка сморщен то ли от напряженности, то ли от озабоченности, и прижималась к его подушке, слегка приоткрыв рот. Её расслабленная рука лежала в его собственной, нога лежала на одеяле, которым он был укрыт. Боль, которая пришла вместе с сознанием расползалась по телу V, но он игнорировал это, как мог. Миллиарды мыслей боролись в его разуме, миллиарды воспоминаний и предположений. Но больше всего он думал о том, что, умирая, он сказал этому созданию, что любит её. Затем он понял, сколько его кожи она видела, и подумал, как после этого она могла положить свою руку в его. Но более важно, как он смог выжить? Даже его химически измененное тело не смогло бы вынести таких ран. Сам он не смог бы это перенести. Но рука, лежащая в его собственной, была завещанием того, что он не остался один, и Иви сделала все, чтобы спасти его. Неразбериха заморозила V. Попытается ли он сбежать? Разбудит ли он её и позволит ли ей продолжить помогать? Или попытается разбудить её и будет заботиться о себе сам? Что насчет маски? Он не знал, что делать с этой изящной женщиной в его постели, которая знала его больше, чем любой человек на этой планете. А что дальше? Маска на его лице была бесполезной, её больше не увидят там, снаружи, и у него не было цели. И в это время, впервые, будущее протягивалось перед V, и у него не было идей, с чего начать. Его глаза сверлили взглядом лицо Иви, её дыхание успокаивало его, её присутствие толкало его на край его озабоченности. Уйти - это не выход. Она была здесь, и раз она решила остаться, он должен позволить ей. Но это не единственный его выбор. У него ничего не было. Он не мог представить себе её, видящую его лицо, но желал этого. Без всяких мыслей, он поднес руку к сеткам глаз маски, слегка надавил, и снял их. Он не пришел к каким-то выводам, он все еще был запутан, но захотел видеть её глаза. V сжал её руку. Когда Иви проснулась, она почувствовала давление на свою руку. Сюрприз, который заставил её глаза в момент распахнуться. Знакомая фальшивая улыбка приветствовала её, голова V повернулась в её сторону. Блестящие зеленые глаза пристально смотрели в её собственные. Иви задержала дыхание и улыбка появилась на её лице.