Холод с пометкой «плюс»...

      Вилл сидела на мягком кресле, кое-как закинув ногу на ногу и нервно качала ступней. Между рыжих бровей пролегли маленькие морщинки, янтарные глаза сощурены, а губы слились в сплошную полоску, выражая задумчивость и раздражение. Рядом сидел лигр, прижав уши и махал хвостом, периодически порыкивая, когда его взгляд сталкивался со взглядом Седрика. Сам же наг выглядел слишком спокойным (однако, между губ так и мелькал кончик алого змеиного языка), что нельзя было сказать о Миранде, которая переводила настороженные глаза то с одного, то на других, незаметно плетя паутину, чтобы успеть хотя бы не попасть выше упомянутым под руки-лапы-когти и прочее.       — С-с-стр-ражница-а-а, — с трудом выдавил из себя змей, стараясь сохранить членораздельность произношения. — Т-х-хы ви-идела, ч-ш-што он-х-х с-с-сдх-хелал с-с-с библиотх-хекой?!       — А тебя что-то не устраивает? — в звонком девичьем голосе так и слышался вызов. В воздухе отчетливо запахло озоном...       Впрочем, лицо Вандом быстро разгладилась и та откинулась на спинку кресла, как-то пакостно улыбаясь. Качнув пару раз ступней, ведьма забарабанила пальцами по подлокотнику.       — Мальх-х-хенькая негх-ходяйка! — зашипел Седрик. Такое святотатство заметно выбило его из колеи.       Вилл же на грубость широко улыбнулась, явно довольная реакцией.       — Народ требует хлеба и зрелищ! — небрежно взмахнула рукой она, а лигр радостно зарычал, ещё быстрее начав размахивать хвостом, и припал к земле в нападающем положении.       — А… — на робко подавшую голос Миранду обратилось три кровожадных взгляда, заставляя её немножко струхнуть. — Может хоть не здесь?       — Ну и ладно! — быстро утратила интерес Вилл и неспешным шагом пошла на выход. "Кот" радостно потрусил за ней.       — Я убью её! — содрагаясь от негодования, Седрик прижал к себе остатки фолианта трёх тысячелетней давности. — Нет! Я выпотрошу сначала её кошака…       Миранда, молясь о том, чтобы это были просто причитания, а не бешенство, аккуратными и мелкими шажками приблизилась к нагу и успокаивающе сжала предплечье того.       — Ну-ну, тише, — прошептала арахна. — Пойдём — тебе нужно остыть.       Мужчина поджал губы и шумно выдохнул через нос. Схватив девчонку за руку, будто это была виновата именно она, Седрик широким шагом направился вон из библиотеки. Не пройдя и пары метров, тот круто развернулся, намереваясь положить обратно, так и не выпущенную из рук книгу. С раздражением толкнув тяжелую дверь, наг потрясенно замер в проёме. Листы-страницы почему-то не валялись везде, где только можно, каждая книжка стояла на своём "законном" месте, брошюры были как новенькие, как-будто их и не располосовали чудовищными когтями...       И по всему этому бегали редкие молнии квинтесенции.       Седрик ошалело замер в дверном проёме, не в силах вымолвить и слова...

***

      Вилл было стыдно. Очень стыдно. А ещё она недоумевала. Нет, ну, правда! Какого чёрта ей стыдно перед Змеем?! Подумаешь, чутка побесила его! И что с того?       А щеки всё равно заливает стыдливый румянец...       — Пф! — фыркнула Вандом уже у себя в комнате и раздраженно притопнула. — Да какая мне разница?       Стражнице не нравилась сложившаяся ситуация. И вроде бы всё "нормально", как обычно, но не так.       — Дженнаро, я не понимаю… — спокойно поделилась она с лигром и, незаметно для себя, начала теребить переднюю прядь своих волос.       — Ррваррр? — склонил на бок морду "котёнок" и замер, разглядывая Вилл. Хвост метался из стороны в сторону.       Комната погрузилась в тишину минут на двадцать. Хранительница откинулась на подушки постели и прикрыла глаза. О том, что она не спит говорили лишь тонкие пальцы, которые выводили на внушительном животе какие-то непонятные узоры. Губы периодически растягивались улыбкой, когда плоть под пальцами "ходила ходуном".       А вот Дженнаро сидел изваянием (хвост не в счёт) и слишком по-человечески разглядывал хозяйку, стремясь найти изъян, о котором она говорила.       Уши дернулись от осознания, но зверь не решался сообщить об этом Вилл. Он как-то вытянулся, весь напрягся и "окаменел" ещё больше.       Вилл похоже уже успела задремать и её голова безвольно мотнулась на бок.       Цзынь-цинь-цинь!       Веки дрогнули, открываясь, а сама ведьма перевела взгляд на источник раздражения.       Венец, стилизованный под лозы ненавистных роз.       Тонкий венец…       «Бред какой-то…»       Вилл моргнула и не увидела перед собой украшение.

***

      Впрочем, небольшое изменение заметила не только она. На ужине (обед молодая женщина проспала) Регул переводил любопытные взгляды с неё на Фобоса и обратно. Сам же Эсканор тоже периодически поглядывал на неё, но не так заметно.       — Останься, — спокойно попросил Князь, когда они вдвоём остались в зале. Вандом скорее по инерции, чем взаправду, фыркнула и нахмурилась, однако потом вся как-то подобралась.       — Что с диадемой? — бесцеремонно задала волнующий её вопрос ведьма, украдкой поглаживая "волнующийся" живот. Похоже, мелкие затеяли переворот.       — Я думал, ты не заметишь этой детали, — вздохнул мужчина и откинулся на спинку стула, запуская пятерню в челку, и чуть повернул голову в её сторону. — Тебе ответ не понравится.       Хранительница нахмурилась, показывая недовольство тем, что на её вопрос не могут просто ответить.       — Ну? — приподняла она бровь, про себя удивляясь своей наглости и своим непонятным мыслям вообще.       — Чем тоньше металл убора, тем больше доверия и симпатии между князем и его наложницей, — буднечным тоном оповестил ведьму мужчина, уставшим взглядом смотря в потолок и совершенно не обращая внимания на возмущенное «Эй!». — Один вопрос: когда успели?       В воздухе повисла тишина. Фобос сверлил взглядом лепнину на потолке, а Вилл опустила голову, почему-то пряча глаза.       — Ты… ты предполагал такой поворот?— от волнения голос чуть дрогнул.       — Да, предполагал, — отрешенно кивнул Князь и помассировал виски.       — И?… — в этот раз голос трудом, но не подвёл.       Эсканор устало посмотрел на неё. По спине ведьмы пробежали мурашки. Мужчина сунул руку под стол и извлек на свет серебристые ножны, в которые был облачен кинжал, украшенные драгоценными камнями. Тот самый кинжал, которым хотела его убить Вилл.       Металл раскачивался между пальцев, а дорогие камушки весело блестели в свете свеч.       Сердце девушки на мгновение пропустило удар, а потом заколотилось. Глаза широко распахнулись. Тело отказывалось повиноваться. Эсканор поднялся со своего места и направился к Вандом.       — Ты ведь не серьёзно, правда? — нервно вопросила она, со страхом смотря на извлеченный из ножн кинжал…