Метод случая

Слова Яна навели меня на мысли о Грэге. Я знаю его всю жизнь, а значит, могу ему доверять и попытаться начать встречаться с ним. Почему нет? Теперь, когда я понял, что он всегда заботился обо мне как о своем любимом, и когда я принял это, не посчитав его чувства предательскими по отношению к моим, дружеским? С другой же стороны... мир в самом деле многогранен и скользок, как гадюка. Вдруг, начав встречаться со мной, он разочаруется? Я не хотел этого, я вообще за ту неполную неделю, что не приближался к Грэгу, понял, что не так к нему равнодушен, как мне всегда казалось. Моя душа была мягкой глиной, из которой Грэг мог слепить все, что угодно. И вот вопрос: могу ли я позволить ему это? Я сказал, что доверяю ему, так откуда эти мысли? Но... - Чёрт! - я схватился за голову. - Как же бесит! Был обед. Я сидел во дворе школы на траве, посчитав, что здесь меня никто не найдёт и не помешает ходу моих мыслей. Есть мне не хотелось, в принципе, как и идти в столовую, которая под завязку была забита омегами, которые меня ненавидели. Страшно представить, что они сделают со мной, если я вдруг соглашусь встречаться с Грэгом и они прознают про это. Подозреваю, что одной гильотиной я не отделаюсь. Правда, в моём нежелании идти в столовую была и ещё одна причина: Невел. Во вторник он улетел в Болгарию, где поступил на учёбу в частную школу-пансион. Я не хотел сидеть среди всех и понимать, что его нет рядом... Как его родители провернули все с документами в такие короткие сроки и как Невел собирался жить в стране, язык которой даже не знал, было загадкой почище пирамид. В среду Райн сказал, что Томсон передал мне записку. На белом листе в клеточку было всего несколько строк: «Я в теме, что Грэг все тебе разбазарил о наших с ним чувствах к тебе, поэтому юлить не буду: я люблю тебя, однако я решил, что «да ну бы это на хер, слишком запарно»! Передаю эстафету Грэгу. Желаю ему удачи. P.S. Еду в Болгарию снимать жарких омежек, так что не беспокойся: скучать не буду» Записка дышала Невелом, я даже засмеялся: он в своём репертуаре, ему лишь бы омег поснимать, паршивцу! А ведь едет не за этим! Однако вместе с ней на душе остался неприятный осадок. Все-таки мы долго дружили, и он хотя бы через окно мог поговорить со мной о своих чувствах, но нет! Убежал, только пятки и сверкали. Да что там! Даже пятки и те не показал, так сбежал. В какой-то момент заметил, что рядом сидит Скотт. Подпрыгнув на добрый метр, я заорал чуть ли не благим матом: - Ты чего, чёрт, подкрадываешься?! Скотт Сондер, один из членов команды Ская, друг Грэга и просто первый - и наверное, последний в моей жизни - низкий альфа, был мастером на прыжки из-за угла и появления из ниоткуда. Иногда стоишь около расписания, думаешь, а потом над ухом раздается тихий голос: «Утречка-а-а», и ты только и можешь, что открывать и закрывать рот от испуга, как рыба, выброшенная на берег. Я долго знал его, однако в отличии от остальных привыкнуть к его выкрутасам так и не смог, и он в наглую этим пользовался. - Чего кричишь, Бен? - невинно поинтересовался он. - Я тут уже минут пять сижу. - Да я сам минут пять назад пришёл, так что прекрати гнать! - Самогон, как на Украине? - Кретин! - Эх, тёмный ты человек, - он упал в траву, - ничего не понимаешь. - Это ты не понимаешь нормальных слов! Что надо?! Я сел. Нет, не то чтобы я его недолюбливал, просто сейчас хотел побыть наедине со своими мыслями. - Шпионить, естественно, - как будто так и надо, сказал он. - Заслан разведывательным штабом, дабы узнать, как там у вас с Грэгом на фронте. Не прохудились ли фланги? А с тылом - что? - Почему ты? - я, успокоившись, упал обратно. - Проиграл, - просто ответил он. - Что на этот раз: карты или, может, покер? Альфы бывало играли в картишки после того, как на обеде заканчивали с едой, или же когда после уроков ждали в раздевалке тренера. - Хуже. Марки машин. Я проиграл Скаю, не смог придумать ещё одной марки машины за пять минут. - Мазду говорил? - Ага. - А Хонду? - Скай. - А Фольксваген? - Тоже он. - Ясно. Устроили детский сад из-за какой-то фигни. - Фигни? - хмыкнул Скотт. - Вы с Грэгом целую неделю друг друга избегаете. Понятно, что что-то произошло, а он только Райну рассказал. Теперь, козлы, шифруются, как реальные французы, - слова не вытащишь. А нам же интересно. Не чужие же мы друг другу люди, Бен, так что... расскажи? Я засмеялся. Он сказал сейчас, как мой дедушка-альфа, который живёт в другом штате! - Да все просто: Грэг признался мне в своих чувствах, предложил встречаться. Теперь вот думаю над ответом, сомневаюсь, нервишки треплю... - Признался?! Да ты врешь! - шокировано воскликнул Сондер. Мы посмотрели друг на друга; его глаза были такими же квадратными, как у меня, когда Грэг сказал, что любит меня. - Не вру. Я попросил несколько дней на «подумать», поэтому мы порознь. Следующую минуту я следил за тем, как он отрывает свою челюсть от травы. Это было невероятно. Наконец он сказал: - И чего тут думать, Бен? Соглашайся! Знаешь, - он подмигнул мне, - он всегда на тебя слюни пускал. Вот постоянно. И сейчас то же самое творится! Бен, тут думать нечего, так что собираешь свои руки-ноги в... в руки и бежишь к Грэгу с согласием! - Легко сказать, но, - я посмотрел на небо, затянутое тучами, - я сомневаюсь. - Из-за Трейси? Так они расстались. Из-за того, что ты бета? Так он тебя и такого всегда любил, и в будущем, я уверен, ничего в его чувствах не изменится. Из-за того, что никогда не сможешь родить? А в чем проблема взять ребёнка из приюта? Может, какой-нибудь маленький Дени сидит сейчас на крылечке и мечтает о том, чтобы за ним поскорее пришел его папочка! Или из-за того, что раньше он встречался с другими омегами? Так он только спал с ними. Я ни разу не видел, чтобы он взасос с кем-то целовался. Наверное, свой первый поцелуй для тебя берег. - А в чем была проблема и девственность тогда сберечь? - брякнул я и, поняв, что сболтнул бреда, стушевался. - Если бы он это сделал, Бен, то тогда, - он внимательно посмотрел мне в глаза, - не знал бы, как в первый твой раз сделать так, чтобы тебе не было больно. Знания рождаются с опытом, так-то. Ладно, скоро звонок, - Скотт поднялся на ноги. - Я пошёл к парням, а ты иди к Грэгу. - Спасибо, Скотт. - Забей, - улыбнулся он и ушёл. Подойти к Грэгу в тот день я так и не смог. *** В субботу я снова его избегал, потому что все никак не мог решиться сказать «да». Выходные прошли скучно: я играл в онлайн-игры, которые в этот раз не были такими увлекательными, как в прошлый, смотрел какой-то тупой сериал по телевизору, болтал по телефону с Алеком, убирался и стирал. Со мной дома был только Фил, потому что Ян с Саймоном устроили двойное свидание со своими альфами и исчезли, чтобы появиться довольными жизнью вечером. Сколько они на меня пакетов со сладостями свалили - не перечесть! Я еле дотащился с ними до кухни. Это Уоррен Саймону накупил (я говорил, что мой младший брат мастер на раскрутку альф?). Теперь счастливый от переизбытка к нему внимания Саймон утопал в шоколаде, причём в прямом смысле. Правда, Норман Яна тоже побаловал, только не покупками, а обещанием, что поможет вымыть ему машину в следующие выходные. Да, можно было бы ее в автосервис отвезти - там бы ее быстро бы заставили заблестеть, но наш папа Яна с юности приручил экономить, так что старший брат злился, но мыл ее сам. Улеглись мы поздно и только после того, как Саймон, странно похорошевший всего за один день, все уши нам с Яном прожужжал о том, какой Уоррен красивый, добрый, умный, смешной, добропорядочный и т.д. Я впервые слышал от него столько эпитетов, описывающих альфу, без ругани, и я был поражен. На фоне наладившейся личной жизни братьев (с Маем разберемся потом) и было принято решение согласиться на отношения с Грэгом. Почему бы не попытаться, верно? Поэтому в понедельник утром я первым делом отыскал своего друга детства, который в скором времени переквалифицируется в моего альфу. - Грэг, утра, - сказал я, подходя к нему. Он стоял у своего шкафчика. - Привет, Бен, - немного удивленно улыбнулся он и, положив руки на дверцу, спросил. - Решился? Каков ответ? При этом его небесно-голубые глаза так сверкнули, что я понял: мой ответ решит все. - Я согласен. Юлить смысла я не видел. Он минуту переваривал мои слова, смотря мне в глаза и, видимо, отыскивая в них подтверждение того, что я не шучу, а затем медленно, очень медленно спросил: - Ты уверен? - Да, - кивнул я, нервно сжимая лямку сумки. Что это за реакция? Я сам волноваться начинаю. Альфа отвел от меня взгляд и вдруг на весь коридор радостно заорал, подняв руки вверх: - Йа-аху-у-у!!! Я аж вздрогнул. Все посмотрели на нас, как на идиотов, и я от чего-то улыбнулся, а потом не выдержал и засмеялся. Кажется, мне и самому стало легче от его победного клича (иначе не назвать). Стоило успокоиться - как коршуны, налетели альфы из команды: Скай, Райн, Скотт, Кайл и Генри, их главный заводила на игре, который любил коверкать слова, вместо «е» говоря «э». - Грэг, ты че разорался на хрен? - Привэт, Бен. Что случилось? - Ребята, вы что, решили всех учителей здесь собрать? - Ну, чёрт, сейчас прибегут, думая, что Ломана убивают! Мистер Ломан - это наш директор. Свинья он ещё та. Когда они все перестали трындеть в один голос, а я - посмеиваться, Грэг сказал: - Все в порядке, просто... Он с вопросом посмотрел на меня, и я кивнул. - ...Бен согласился встречаться со мной. Альфы недоуменно замерли, а затем понеслось: - Что, правда?! - Неужели Марс заселили инопланетяне? - И века не прошло! - Чёрта с два! Я не верю! - Поздравляю, Грэг, тэперь ты пэрестанешь ходить с кислой миной все врэмя. Грэг толкнул Генри в плечо: - И ничего я не хожу с кислой миной. - Ладно, тогда с нэудовлетворенной. Так даже точнее. - Ах ты, говнюк! Я снова засмеялся, смотря на то, как Грэг в шутку мусолит Генри, тот писклявым голосочком умоляет не бить его, а альфы подбадривают то одного, то другого. И тут мне в голову стукнуло запоздалое: - Эй, вы только не говорите никому! Альфы удивленно посмотрели на меня, Грэг спросил: - В смысле? - А, - дошло до Кайла, - я понял, куда клонит Бен. Слушай, Грэг, это, конечно, хорошо, что вы теперь вместе и всякое такое, но вот омегам знать об этом необязательно. - Точняк, - поддержал его Райн, - иначе они нашего Бена на хрен в порошок сотрут. Все сочувственно глянули на меня, и у каждого в глазах отразился гроб, который закапывают в землю. Я возмутился: - Я ещё жив! - Мне это «ещё» не нравится, - нахмурился Грэг. - Не говори так; ничего они тебе не сделают, хотя парни правы: знать им не надо. - У нас ротики на замочке, зайчик, - игриво подмигнул мне Скай и получил за это от Грэга. - Мы никому нэ скажем, - согласился и Генри и неожиданно хитро ухмыльнулся, переходя на нормальный язык. - Ты, Бен, если у Грэга в самый важный момент все вдру-у-уг откажет, - он ткнул на ширинку, - не пугайся, звони нам. Теперь Грэг накинулся уже на него, мы заржали. *** - Они опять так громко смеются, - возмущенно закатил глаза к потолку капитан команды поддержки, омега Гордон Аттвуд. - И не говори, - с причмокиванием жуя жвачку, поддержал его Брайан Брукс, правая рука Гордона. - Тупицы, - не остался в стороне и Джордж Бекер, его левая рука. Один Хьюберт Трейси, стоявший вместе с ними у шкафчика Аттвуда, который находился совсем рядом со шкафчиком Грэга Росса, промолчал. Он искоса просматривал на весёлого Грэга, валявшего дурака со своими друзьями, и тяжело вздыхал. Любовь за те дни, что они были не вместе, не прошла, хотя Хью очень на это надеялся. Скреблась где-то внутри печаль, и было в тягость ходить в школу, но, помня слова Боба о том, что бегством не спасешься, он не позволял себе прогуливать. Они с Бобом за последние дни очень сдружились, Хью не хотел предавать его доверия. - Хью, не делай такие глаза, умоляю! - воскликнул Гордон, с которым они как бы и дружили, и как бы и нет. - Не стоит унижаться перед этим ублюдком! Он знал, что произошло между Хью и Грэгом, однако никогда никого, кроме себя, не любил, поэтому не понимал Хью и говорил все, что в его светленькую головушку приходило. - Точно, - закивал, явно только ради того, чтобы подлизаться к Гордону, Брайан. - Ну! - не остался в стороне и Джордж. - Я понимаю, просто... - опустил глаза Трейси. - Вот не надо этого «просто»! - воскликнул Аттвуд. - Поверь мне, Хью, то, что вы несколько раз переспали, ничего не значит. По крайней мере, для Росса. Он даже не взглянул в твою сторону, хотя эта голубая рубашка тебе очень идёт! - Спасибо, - понимая, что его слова насквозь фальшивые, но не в силах уйти, ответил Трейси. - Тебе тоже очень идёт твой пиджак. - Правда? - порозовел Гордон. - Он прекрасно оттеняет твою светлую кожу! - вскинулся Джордж. - А ещё открывает твою красивую шею! - поддержал и Брайан. - Ой, ну вы захваливаете меня, - польщенно улыбнулся Аттвуд и жеманно глянул на Хью. - Ладно, мы пойдём в класс, а ты догоняй. - Адью! - лопнул ему в лицо жвачку Брукс. - Догоняй, псинка, - махнул на прощанье Бекер. Хью остался у шкафиков один, спрашивая себя, зачем вообще подошёл к Гордону, ведь мог же поплакаться и Бобу, и тот точно не стал бы издеваться, а наоборот - приободрил бы. Зачем? Захотелось поддержки единственного омеги, который хотя бы изредка говорит с ним? Другие же обходят его стороной, считая, что раз он самый красивый омега в школе (признан единогласно), то и друзей у него навалом. Но какие друзья? Вот эти, которые от зависти разве что не кидаются на него? Нет у него друзей и, похоже, никогда уже не будет. Хотя... Боб. Точно! Боб! Но он альфа... И что? Альфа не может быть другом? И тут же сам себе: такой, как он, может. Однако не стоит вываливать на него все. Проглотив вставший в горле ком, Хью сделал шаг в сторону класса, но замер, услышав сзади издевательское: - Ба, да это же Трейси! - Грэг, он, походу, шпионит за тобой! Ты смотри: прознает и крынты Бену, зарэжет! - По-моему, он здесь не за этим. - А за чэм? За тобой, Кайл? Да кому нужэн такой зануда в очках, как ты? - Точняк на хрен! За Грэгом он подсматривает, за Грэгом! Было ушедший в желудок ком, снова подкатил к горлу; на глаза навернулись слёзы обиды и отчаяния. За что? За что они с ним так? Он ничего им не сделал, а они!.. Хью уже хотел повернуться и высказать все, что о них думает, как вдруг... - Ай, чёрт, Бен! - Ау! Больно, дьявол тебя дери! Ты че взбесился, Бен?! - Моё колено! - Полегче! Полегче! Грэг, успокой его! Хью удивленно замер. Неужели на его защиту встал тот самый высокий бета, которого все ненавидят за то, что он вхож в компанию альф из команды по футболу? Зачем он делает это? Омега полуобернулся. Беннет Эрнандес в это время сказал: - Рты закройте, придурки! Он тут уже давно стоит, а вы начали чушь нести! У вас глаза не на жопе, а?! - Хочешь глянуть, пупсик? - поддел его капитан, которого, кажется, звали Скай Юман. Простое лицо беты посерьезнело, и он вдруг, присев, дернул Юмана за джинсы. Те, только чудом удерживаемые ремнем, присползли немного вниз. Его, похоже, это не устроило, так что бета дернул ещё раз, уже сильнее. Кто-то в коридоре захохотал, кто-то подбадривающе заулюлюкал, и только стоявший в пол-оборота капитан не двигался, большими глазами смотря на то, как с него методично пытаются снять штаны. Очнувшись, его друзья заржали, и только Грэг метнулся отдирать бету от бедного Юмана. Хью тоже тихонько засмеялся. Эрнандес был неподражаем! - Га-га-га! Я не могу! - взвыл, схватившись за живот, Фаррелл. - Только встречаться начали, а ты ему уже изменяешь?! - О, Господи! - подхватил и Калхоун. - Как ты мог, Бен! Я же сейчас умру! - Дебилы! - прикрикнул на них Грэг, который, оттащив Эрнандеса от Юмана, пытался не улыбаться. Таким Хью его не видел. Капитан пришёл в себя быстро. Разобравшись с ремнем, он закричал на весь коридор, делая вид, что гол и закрывается руками: - Ах, Бен! Как ты мог! Я доверял тебе! Скотт Сондер, Фаррелл и Генри Эртон сползли от смеха на пол, Калхоун заходился стоя, Грэг закрывал красное лицо руками, прислоняясь к единственно серьезному Эрнандесу, Трейси держась за шкафчики, тоже съехал вниз. Так громко он уже давно не хохотал. Это было нечто, потому что, кроме них, смеялся весь коридор. Набежали учителя, но никого успокоить так и не смогли. Прозвеневший звонок вынудил всех разбредаться по классам. На алгебре Хью был в одном кабинете с Эрнандесом, поэтому, когда они заходили, он попридержал бету за руку и, встав на носочки, шепнул ему на ухо: - Спасибо. *** На обеде Хью нашёл Боба и все ему рассказал. - Не удивлен, - откусывая от большущего гамбургера, который купил в столовой, сказал Гиббс. Они устроились за столом на школьном дворе. Небо хмурилось, но дождя не было. - Бен - хороший человек, - добавил он, - так что этому можно не удивляться. - И правда! - воодушевленно воскликнул Хью. - Я так удивился, когда он за меня заступился! Но, похоже, что он поступил бы также, даже если бы на моём месте был Аттвуд! - Быть может, - пожал могучими плечами альфа, - а быть может и нет. Бен сам решает, за кого ему заступиться. В отличии от общества омег, в котором слова лишнего сказать нельзя, общество альф подразумевает глаголить правду. То, что Бен - бета, многого не меняет. Хью задумчиво кивнул и занялся своей едой. Через пару минут он заметил невдалеке Эрнандеса, который озирался по сторонам, словно кого-то искал. - О, Боб, смотри это Беннет! - сказал Хью. - Бен? - переспросил Гиббс и, заметив бету, крикнул. - Бен, чего ищешь?! Иди к нам! Хью испуганно замер. Зачем к ним? Когда к ним? Эрнандес упал рядом с Бобом и ворчливо протянул: - Достали, так что сбежал из столовки. - А что они? - Сначала подсчитывали, в какую сумму мне бы обошлись джинсы Ская, потом, когда с ней разобрались, начали про стриптиз. Мол, Бен, сколько ты накинул бы Скаю из этих денег? Хью с Бобом прыснули, а Беннет тоскливо посмотрел на гамбургер Гиббса. Альфа кивнул на него: бери, мол, и бета, не церемонясь, отломал себе приличный кусок. - Козлы, словом, - кусая, пробормотал он. - Козлы не козлы, но что же? - спросил Боб. - Будешь обижаться или Грэга попросишь? Вы же... - Попридержи коней, Боб, - перебил его Беннет и прямо посмотрел на Хью. - Хьюберт ничего не знает, а вот откуда ты?.. - он многозначительно замолчал. Хью вздернул брови. О чем это они? - Птичка нашептала, - улыбнулся альфа. - А у этой птички имя случайно не Скотт? - Откуда ты знаешь? - У вас с ним и с Грэгом физика в одном кабинете. Грэг бы не проболтался, а вот Скотт... скотина, убью. - Я никому не скажу, - пообещал Боб. - Ага, буду признателен, а то новость разлетелась со скоростью звука, - недовольно пробурчал Беннет и принялся за свой кусок гамбургера. - Не знаю, что и делать. - Жить, - просто ответил Гиббс и кивнул Хью на его еду («кушай, не обращай на нас внимания»). - Тебе легко говорить, на деле же, если кто-то не тот прознает, то всё: не жить мне! - Жить, Грэг поможет. - Грэг, придурок, ходит теперь счастливый и ничего не замечает. - Он долго этого ждал, так что его можно понять. Хью решил вмешаться. Все-таки невежливо вести разговор, когда один ничего не понимает. - А я вот ничего не понимаю! Что происходит, вы можете мне сказать? Боб с Беннетом переглянулись: - Сказать? - спросил бета. - Ты с ним в последнее время общаешься, как думаешь, он готов? Гиббс внимательно взглянул на Хью и ответил: - Думаю, да. Он сильный - уже переболел Грэгом. - Времени слишком мало прошло. Точно переболел? - По крайней мере, - вмешался Хью, - теперь мне не хочется его придушить. - Его нет, - ответил Беннет, - но вот, боюсь, меня после следующих слов - захочется. - Каких слов? О чем он, Боб? Альфа тяжело вздохнул и спросил: - Хью, помнишь, ты рассказывал мне, что при расставании Грэг сказал, что любит другого? Омега кивнул. Да, после того, как Боб позволил ему выплакаться в тот день, а потом напоил тёплым молоком с медом, он все ему рассказал. - Отлично. Вот, - альфа указал на хмурого Эрнандеса, - его возлюбленный. Прошу любить и не бить. - Я сам только недавно узнал, так что не злись, - сказал бета. - А, - омега был просто в шоке. Бета?! Грэг любит бету?! Это что, шутка такая??? - Я не шучу, - словно прочитав его мысли, добавил Беннет. Хью отмер и истерично засмеялся. Грэг Росс, один из самых популярных альф их школы и известнейший футбольный игрок среди подростков, за которым все скауты из специализированных школ пристально следят, влюблен в своего друга-бету, который ростом под метр девяносто, как и он сам, и прост на лицо?! Вот это насмешка судьбы! Вот это фартануло так фартануло! Это у Хью проблемы? Не-е-ет! Это у Грэга проблемы!!! После этой новости Хью почувствовал себя отомщенным за то, что его бросили, причём полностью отомщенным, ведь развить достойные отношения с бетой почти невозможно, потому что беты равнодушные ко всему и пустые в душе. Хотя... речь же идёт о Беннете. Он буквально утром поставил на место завравшегося альфу и совсем недавно, Хью видел, помог какому-то младшекласснику подняться на ноги после того, как одноклассники специально его толкнули, так что у него-то сердце есть! Такому, как Эрнандес, и не жаль отдать свою первую любовь! Тем более, что... эта первая любовь, омега признал это, была не очень-то удачной и даже глупой. - Вы встречаетесь? - утирая слёзы, выступившие от смеха, спросил Хью. За то время, что он хохотал, Боб с Беннетом успели прикончить свою еду и открыть сок (у беты был свой). - Ты не злишься? - недоверчиво спросил Эрнандес. - Нет! Уже нет! Спасибо Бобу, и тебе тоже. Мне даже легче стало, - улыбнулся Хью. Бета неожиданно улыбнулся в ответ: - Не за что, я был рад помочь, хотя и не знаю, что сделал для этого. Насчет встречаемся ли мы... - он вдохнул и, словно в ледяную воду нырнул, выдохнул, -...теперь - да! - Бен сегодня согласился, - добавил Боб. - Вот как... понятно, - сказал Трейси. - Мне немного обидно, но, думаю, это скорее оттого, что Боб мне ничего не сказал. Мы ведь подружились... Альфа развел руками: - Я не был уверен, что ты спокойно примешь это, а не побежишь к Беннету разбираться. Да и узнал я всего пару уроков назад. - Хорошо, но намекнуть ты мог! - не сдавался Хью. - Я не умею делать намеки. Говорю все прямо. - Да хотя бы на листочке написал! - У меня непонятный почерк, сам знаешь. - Знаю, но... - А вы... - в паузу сказал удивленный Беннет, -... а вы сейчас на парочку похожи. Альфа посмотрел на него страшными глазами, а Хью неожиданно даже для себя покраснел и выдал, скрестив руки на груди: - А может, мы и встречаемся. И что? Теперь Боб смотрел страшными глазами на него. - Неожиданно, - признался Эрнандес. - Неожиданно, когда с потолка сороконожка падает и за рубашку скатывается, а в том, что мы с Бобом могли бы встречаться, ничего такого нет: он альфа, я омега, это естественно! Беннет изумленно посмотрел на Боба, тот квадратными глазами - на Хью, Хью в свою очередь пренебрежительно фыркнул, мол, подумаешь, и они расхохотались. Общий язык был найден.