Метод случая

Всю ночь я провертелся в постели не в силах сомкнуть глаз. Вот так живёшь, живёшь, а потом - раз! - оказывается, что тебя любит твой лучший друг, ещё один собирается из-за тебя уезжать из штатов, а вся семья это знает и ничего не предпринимает. Я будто в бразильском сериале очутился: любовь, страсть, семейные тайны и т.д. Но главное все делают вид, что так и надо! Словно каждый день человека, считай, всю жизнь обманывают, скрывая и утаивая, а потом открывают ему правду и ждут понимания! Да какое там! Какое, к чертям собачим, понимание, если вокруг наплели такой паутины, что и не выбраться?! Правда, после слов Грэга я наконец понял, почему они с Невелом постоянно цапались, когда я был рядом. Делили. Как омегу делили меня и боролись за внимание. И я даже не знаю, что испытываю, понимая это. То ли разочарование, то ли злость, то ли некое смущение. Непонятно в общем. Теперь, прокручивая кадры нашего совместного времяпрепровождения, я словно видел все с другого ракурса; все приобрело другой смысл. Невел с Грэгом заботились обо мне и при этом ревновали друг к другу, а альфы из команды, видя это, потешались над ними как могли. Ещё бы! Двое альф запали на бету! Ладно омегу, но бету! Вот умора. Только мне вот было не смешно. Утром я встал, посмотрел на себя в зеркало и сказал: - Дружище, ты зомби. Синяки под глазами и бледность были такими явными, что даже Ян удивился, а ещё спросил, как там у нас с Грэгом прошло. Тихо буркнул, что прекрасно; смириться с тем, что мне не говорили правды, я пока не мог. На улице стояла тёплая солнечная погода, и никакого тебе дождя или града. У нас, штатов, которые располагаются недалеко от Мексиканского залива, всегда тепло. Зимой о снеге можно и не мечтать. На Рождество и Новый Год просто завистью давишься, когда по телевизору видишь, что в других штатах все абсолютно по-другому. Помню, семь лет назад выпал снег. Тогда его было очень мало, но мы с Маем все равно пытались играть в снежки. У нас ничего не получалось, потому что снег быстро таял, но мы упорствовали до победного. Ян, наблюдая за нами, смеялся, хватаясь за живот; ему тогда было двадцать лет, он только-только стал взрослым. Саймон в это время вместе с папой и отцом был у машины (мы приехали откуда-то; они разбирали пакеты). Весело припекало солнышко, поэтому через некоторое время я стянул с себя толстовку (я опять опоздал на автобус), в которой спарился за считанные минуты. Вскоре я подошёл к школе. Справа от входа, на спортивной площадке, играли в стритбол альфы из команды по футболу, с другой стороны, на газоне, сидели омеги из команды поддержки и пялились на них; обычные обыватели проходили мимо, не задерживаясь, понимая, видно, что тут имеют право находиться только избранные. Я тоже так решил сделать, но... - О, Бен, чувак, здорово! Пришлось повернуться к площадке. - Привет. Я рванул к школе. - Беннет! - это уже Грэг. Чёрт! Я ещё не готов! Он остановил меня, схватив мокрой от пота рукой за локоть. С него ручьём лился пот; майка на груди была влажной. - И тебе привет, - улыбнулся я, но он сразу раскусил: - Ты что, не спал всю ночь? У тебя синяки под глазами. - Знаешь, Грэг, сложно заснуть после того, как узнал, что твой лучший друг влюблен в тебя, ещё один собирается уезжать из-за тебя из штатов, и все об этом знают, но молчат! Он виновато опустил взгляд и отпустил меня. - Прости, что-то я не подумал. - Грэг, дай мне пару дней, хорошо? - попросил я и, стараясь на замечать внимательных, заинтересованных взглядов альф с площадки, направился ко входу в здание. *** - Ты че, Грэг, рассказал ему? - настороженно спросил Фаррелл, когда Росс вернулся на площадку. - Да, - кивнул тот, сняв футболку. Терпеть жару больше было невозможно. Омеги из команды поддержки заохали, а те, кто проходил мимо, заинтересованно покосились на него. - А не рано ли, чувак? Тем более, когда с Трейси мутишь? - Мы вчера расстались, после этого я все рассказал Бену. Они отошли к лавкам и, достав из сумок бутылки с минеральной водой, припали к ним; остальные продолжили игру, поэтому вновь стало шумно. Они все очень любили футбол, но и от других игр, типа баскетбола и волейбола со стритболом, не отказывались. Это было то, что у них получалось лучше учебы или еще чего-то. - Я видел Трейси, когда подходил к школе. Он был сильно подавлен и цеплялся за Боба. Тот, видно, пожалел его, - сказал Райн. - Сам виноват, - безразлично пожал плечами Грэг, смотря на то, как Генри ловко блокирует Ская. - Мы вместе учились в школе чуть больше десяти лет, и он меня не замечал, лелея свою красоту и себя, а потом увидел, услышал, что я популярен, и влюбился. - Да ты жесток! - Фаррелл толкнул его в плечо. - Он же омега, черт тебя дери! С ним надо помягче! Я надеюсь, ты не сказал ему это? - Нет, просто признался, что уже очень давно люблю другого. Он хотел правды, - Грэг ухмыльнулся, - я сказал, так какие претензии? - Да никаких... Но стоило ли променивать красивого омегу на Бена? С ним-то на хрен мог и повременить. - Ты на драку нарываешься? - угрожающе спросил Грэг. - Нет, просто другой альфа на твоём месте даже думать бы не стал. - Другой альфа - кретин, которому не повезло и который всю жизнь будет выслушивать нытье таких, как Трейси. - Да чёрт! Ты, придурок, просто помешан на своём Бене! - досадливо воскликнул Райн. Грэг хмыкнул и посмотрел на друга: - Пошли на площадку, я сделаю тебя. - Чё-о-о?! Охренел?! Кто кого ещё сделает, сукин сын! *** В четверг Ян закончил с работой поздно. Начальство срочно требовало квартального отчёта, поэтому он почти не спал, не ел и не видел света Божьего, сидя за компьютерным столом в полутемной комнате. Друзьями он не обзавелся, когда после университета еще молодой и наивный пришел работать в небольшую компанию, поэтому слыл «одиночкой» и подвергался многочисленным сплетням. Ян не переживал по этому поводу; его семья заменила ему и друзей, и любимого, которого он просто не желал «заводить» (именно так, потому что в его голове жизнь с любимым человеком ассоциировалась с хозяином и домашним питомцем; конечно же, хозяином был он). Наступил вечер. Уставший, Ян вышел из здания офиса и, не замечая ничего вокруг, направился к своей Мазде, которая стояла несколько поодаль. В его мыслях, как и у каждого взрослого человека после работы, крутилось: ужинать, купаться, спать. Естественно, перед всем этим ему нужно было переделать ещё кучу вещей, но он старался не думать о них, тешиться малым. Он минул половину пути, когда его кто-то окликнул. Ян понадеялся на удачу и продолжил путь, однако его окликнули снова. Пришлось, сдерживая рвущееся раздражение, обернуться. - Да?! - оно все же прорвалось, смешавшись с усталостью. - Простите, вы, вероятно, очень устали, а я вас зову, - сказал смутно знакомый альфа в дорогом костюме. Ян напряг память и вздрогнул: Норман Хилл! По телу пробежали приятные мурашки, а аромат взрослого альфы, дразня, пощекотал ноздри. - Раз вы все понимаете, то я пойду, - холодно оповестил его Ян. - Постойте! - воскликнул Норман, но Эрнандес его не послушал и пошел дальше. Альфе не оставалось ничего, кроме как пристроиться рядом с ним, ведь отступать, когда нашёл своего истинного, он был не намерен. По необъяснимым причинам омега не клевал на заигрывающий взгляд. Он вообще, казалось, не замечал его, находясь мыслями уже где-то далеко. - Янус, - сказал Норман, когда омега взялся за ручку своей машины. - Да? - он недовольно посмотрел на Хилла. - Пожалуйста, уделите мне время, буквально час. Я хочу поговорить с вами. Янус нахмурился, поджав губы. Альфа понял, что сказал что-то не то и что его сейчас пошлют куда подальше. - Мне понадобится только час, чтобы все с вами обсудить. Прошу вас. Омега молча тяжело вздохнул. Было непонятно: придумывает слова для отказа или же сомневается в нем. - Я вижу, вы устали и голодны, - предпринял последнюю попытку Норман, - тогда давайте заедем в ресторан и за едой все обсудим. Не беспокойтесь, я не буду вас отвлекать, пока не насытимся. Эрнандес минуту пристально вглядывался в его лицо, а затем сказал: - А вы красивы. Альфа, не ожидавший такого поворота событий, удивился, смешно приподняв брови. Омега тонко улыбнулся: - Так вам идёт больше, мистер Хилл, чем постоянная учтивая гримаса. У меня машина, я не могу ехать куда-то с вами без неё. - Мой водитель может поехать на ней за нами, я поведу, - нашёлся альфа. Янус на секунду задумался, затем отрицательно мотнул головой: - Нет, пускай ваш водитель остаётся на месте. Залезайте, мистер Хилл, - он приглашающим жестом махнул на свою Мазду и юркнул в салон. Норман опешил, но покладисто сел на пассажирское место. Набрал Дугласа. Последние слова омеги ему не очень понравились - похоже, он прекрасно знал, как нужно вертеть альфами, - однако ему не оставалось ничего, кроме как сесть рядом. *** Через некоторое время альфа уже забыл о том, что был чем-то недоволен, потому что Ян оказался интересным собеседником, который мог подвергнуть сомнению любой общепринятый факт. Они подъехали к ресторану «Lucis», когда стрелки часов на руке Нормана показывали 21:03. Альфа удивился тому, как быстро пролетело с Яном время. Столик не был заказан заранее, но хозяин был другом Нормана, так что проблем с местами не возникло. Они устроились. Разговаривая, ждали свой заказ, когда к ним в наглую подсел бровастый темнокожий альфа с хитрющими глазами и широкой улыбкой. - Приветствую, друзья! - сказал он. Ян ошарашенно приподнял бровь; его такое поведение незнакомца оскорбило. - Ваши «друзья», уважаемый, - спокойным, серьёзным голосом сказал он, - в данный момент бегают по Мадагаскару, лазая по лианам да по кустам, так что срочно садитесь в автомобиль, летите в аэропорт и берите себе билет с пересадками: Нью-Йорк - Лагос, Лагос - Мозамбик, ну а там уж вплавь до Махадзанги. Думаю, ваши «друзья» вас с радостью встретят. Норман странно хрюкнул, сделав вид, что подавился водой, а неизвестный, кинув на него убийственный взгляд, ядовито поинтересовался: - Вы такой просвещенный, тогда может скажите, какого я подвида? Ян с достоинством отпил из стакана воды, чинно вытер рот салфеткой и с самой невинной улыбкой ответил: - Орангутанг наглый. Вы, кстати, больны. - Чем же? - Кажется, эта болезнь называется... - Ян вскинул палец ко лбу, делая вид, что задумался, а затем, якобы вспомнив, восторженно закончил, -... зазвездился! Норман больше не смог сдерживаться: захохотал так, что музыку, игравшую в зале, стало почти не слышно; незнакомец тоже улыбнулся. Ян же без тени улыбки кивнул принесшему их заказ официанту и, когда тот все выставил на стол и ушел, принялся за еду. Альфы заговорили, и выяснилось, что темнокожий незнакомец - это друг Хилла, хозяин ресторана, Уоррен Кларк. Они с Норманом были друзьями с тех пор, как тот переехал в Миссисипи, поэтому он и позволил себе появиться из ниоткуда, однако, рассказав это, все равно попросил у Яна прощения за своё наглое поведение. Омега снисходительно кивнул, и альфа поежился: чувствовалось что-то такое в спутнике Нормана, что заставляло нервно сглатывать от тревоги. Быть может, все дело было в его идеальных манерах, свойственных разве что английским аристократам, а может, во взгляде, который словно сканировал, разбирая на атомы, а затем небрежно собирая все назад. Разговор не вязался, им мешал Кларк, но Норман не мог его выгнать: друзья все-таки. В итоге, они не заметили, как омега уснул, откинувшись на спинку стула. Даже во сне его лоб прорезала жесткая складка, словно он вот-вот готов был нахмуриться. - Он крепко уснул, - констатировал Норман, когда потряс Яна за плечо и не получил ответа. - Ещё бы, - фыркнул Уоррен, закурив. Вообще в зале нельзя было курить, но хозяину ведь можно было сделать исключение, верно? - Я бы тоже устал язвить весь вечер, - продолжил Кларк. - Ты, кстати, зачем притащил ко мне эту ледышку? Решил, что после сытного ужина, он позволит себя разложить? Ты что, Норман, первый год живёшь? Таких, как он, надо долго обхаживать, лелеять, подарками засыпать, а иначе... и не надейся. Оно тебе надо? - Да, - кивнул Хилл. - Я вчера случайно зацепил бету, когда ехал из банка в главный офис с бумагами. Он не пострадал, попросил подвести его до дома. Я подвез, а там, - Норман кивнул на спящего Яна, - он. Взглядами встретились, и мне как в сердце ударило. Чуть не задохнулся. Оказалось, это истинность, точнее мне так подсказал внутренний голос. - Может, ошибся? - с надеждой спросил Уоррен. - Я в церковь побежал бы просить у Бога, чтобы избавил от такого истинного. Он же не просто язва... он... даже не знаю, как сказать! - Он просто строгий и требовательный к другим, - пожал плечами Хилл. - Да ты уже запал на него! - Скорее всего, - кивнул Норман и поднялся. - И я не против, даже наоборот, я хочу этого. - Ты его хочешь, а не чего-то там ещё! - засмеялся Кларк. - Это тоже, я ведь взрослый альфа. - С большим членом, - подсказал Уоррен и снова засмеялся. - Да пошёл ты! - беззлобно воскликнул Хилл и взял Яна на руки. - Все, мы поехали. - Давай, до встречи, - махнул сигаретой Кларк и вдруг спросил. - А брата у него случайно нет? Норман обернулся с коварной ухмылкой: - А сам: язва, язва. - Да я просто спросил, иди уже! - Хорошо, и да, брат у него есть. Омега, очень миленький, зовут Саймон. Хилл направился на выход, уже зная, что падкий на миленьких омежек друг погонится за ним. *** В пятницу утром за завтраком вместо Мая, который все ещё находился в больнице, щебетал Саймон. Я никогда не видел его таким оживлённым и возбуждённым одновременно. Он просто захлебывался, рассказывая о каком-то Уоррене, поэтому зажевывал окончания слов и не замечал этого. Я ничего не мог понять. В итоге, не выдержал, спросил у кислого, а не, как обычно, серьёзного Яна, в чем, собственно, дело. Старший брат тяжело вздохнул, отложил ложку, которой ковырялся в овсянке, и сказал: - Помнишь Нормана Хилла? Я кивнул. Ещё бы не помнить. Он траурным голосом продолжил: - Вчера он встретил меня с работы, пригласил на ужин и познакомил со своим другом Уорреном Кларком. В конце вечера я заснул, и они подвезли меня до дома. На пороге мы встретили Саймона... - Мы с Уорреном истинные, представляешь, Бенни?! Я так счастлив!!! - перебивая, уже внятно закричал младший брат. Вскочив со стула, он подхватил мимо пробегавшего Фила и закружился с ним по кругу, радостно смеясь. Теперь я понял и даже был рад, но улыбка из-за явно расстроенного Яна не шла. Прекратив веселиться, Саймон осуждающе ткнул в него пальцем: - Ян, а ты чего не сказал Бенни, что Норман - твой истинный?! Он мне вчера так и сказал: «Давайте познакомимся ещё раз. Я - Норман Хилл, истинный вашего брата». Вот так! А он тут сидит, чуть не плачет, идиот! Ян вздрогнул, поморщился и спрятал лицо в ладонях. Подумав, что он собирается плакать, мы с Саймоном кинулись к нему. - Ян? - Ну, Ян, ты чего? - Вы не понимаете, - тихим, надтреснутым голосом сказал старший брат. - Это не игрушки, этому нельзя вот так безрассудно радоваться. Мало ли что показалось сейчас, в следующий момент все может оказаться совсем по-другому. Мир многогранен и скользок, как гадюка: в любой момент сторона может поменяться, и ты окажешься совсем в другой ситуации. Даже если это истинность, то все равно нельзя прыгать в руки практически чужому альфе. Мы не знаем, кто они и как жили до сих пор. Сейчас они будут доказывать, что это истинность, после секса скажут - обознались. Вы понимаете, о чем я говорю? Я - нет, по поджатым губам Саймона понял, что он - да. - Прости, Ян, - младший брат всхлипнул. По-моему, беременность делала его более эмоциональным. - Я понимаю, о чем ты говоришь, но, - Саймон прижался к Яну, - можно я попытаюсь поверить? Ты же знаешь, как обстоят дела с поиском отца для моего ребёнка... Отказаться от мелкого мы уже не можем, ведь так? Ян кивнул, Саймон продолжил: - Я познакомился с Уорреном только вчера, и он ещё не знает о моей беременности, но, думаю, он поймёт и примет. Он был так обескуражен, когда нас приморозило друг к другу взглядами, но не стал отрицать очевидного: мы созданы друг для друга. Поэтому... можно я попытаюсь? Старший брат убрал руки от лица, и одну положил на обнимающие его руки Саймона. - Да, конечно, попытайся. Я буду рад, если ты будешь счастлив. Саймон заплакал, Ян, по-моему, тоже не удержался и пустил слезу. Решив им не мешать, я ушёл в школу. В душе было нечто невообразимое после слов Яна о том, что мир, как гадюка.