Только моя

Три дня спустя, после обеда, в доме раздался телефонный звонок. Трубку поднял Марко – и через несколько секунд передал её Туомасу: - Это тебя. - Слушаю, - несколько удивленно произнес он. - Туомас, это Тео Турунен. - Да, что-то случилось? - Приезжай в больницу, срочно. - Но… - Объясню все на месте, - оборвал его мужчина. - Скоро буду. Через полчаса Туомас уже стоял у знакомого окна палаты. - Послушай, у меня к тебе серьезный разговор, – собравшись с мыслями, начал Тео. – Мы говорили с врачами… - Что-то не так? Ей хуже? – Встревожился музыкант. - Все так же, как и было. Ни единого признака улучшения, – услышал он за своей спиной усталый голос. Обернувшись, Туомас увидел того самого мужчину в белом халате. – Меня зовут Вилхо Лайне, я лечащий врач госпожи Турунен. Позвольте, я введу вас в курс дела. Он отвел Туомаса в сторону. - Её состояние очень тяжелое, можно даже сказать, критическое. В любую секунду у неё может случиться приступ – и вероятность, что мы сможем вернуть её к жизни, сокращается. – Вилхо вздохнул. – У неё тяжелейшее отравление. Из-за этого отказывают органы. Так же все осложняется воспалением легких на начальной стадии. - Но есть же лекарства, неужели нельзя ей помочь? Может, пересадка органов? - Она не переживет операции, даже если мы найдем донора немедленно. - Немного подождать, пока она окрепнет? - Туомас цеплялся за последние аргументы. – Поддерживать её на аппаратах? - Я понимаю, вы растеряны. – Врач взглянул на него. – Конечно, мы можем ждать, помогать ей жить. Но повреждения практически не совместимы с жизнью. Госпожа Турунен сейчас в коме, но это не значит, что она ничего не чувствует. Если бы она пришла в себя, то кричала бы от боли. Я ни в коем случае не хочу давить на вас, но говорю вам честно: шанс, что она очнется и выживет, не говоря уже о полном выздоровлении, - один из ста. - Неужели ничего нельзя сделать? - В её случае – нет. Вы измучаете и её, и ребенка, и себя. Это при условии, что в ближайшее время не случится выкидыша. - Подождите, какого еще ребенка?! – Ошарашено воскликнул Туомас. – Она что, беременна?! - Да. Подождите… - Остановил хотевшего было подойти к дверям палаты мужчину Вилхо. – Я переговорил со всеми специалистами, которые могли бы помочь. Но мы бессильны. - И что теперь делать? - Есть два варианта. Первый – оставляем все так, как есть сейчас. Она будет в коме, а жизнь поддерживается на аппаратах. Второй – прекратить её страдания. - Вы говорите о….? - Полное отключение аппаратов. Она умрет. Вероятно, это звучит ужасно, но все же советую вам подумать. – Врач вздохнул. – Я говорил с её родственниками, они дали свое согласие. Но при этом сказали, что конечное решение остается за вами. - И больше ничего нельзя сделать?! - Если бы у нас была хоть какая-то надежда, то я бы не говорил сейчас с вами. Туомас на несколько секунд спрятал лицо в ладонях. - Это сложно, не торопитесь с решением… - Я могу увидеть её? – перебил его музыкант. - Да, конечно, – помедлив, ответил ему Вилхо. Он подозвал молоденькую медсестру, сказал ей пару слов. Девушки кивнула и, вернувшись через минуту, принесла Туомасу халат и прочую экипировку врача: в палату интенсивной терапии без этого было попросту невозможно войти…