Только моя

- Папа, Вилле позвонил, он вот-вот за мной заедет! – услышал Туомас звонкий женский голос. Он вздохнул и встал, опираясь на трость: бесконечные концерты дали знать о себе в старости. Мужчина хотел выйти из гостиной, но его внимание привлекла небольшая фотография, стоявшая на подоконнике. Туомас подошел ближе, бережно взял рамку в руки. На снимке – улыбающаяся черноволосая женщина с яркими зелеными глазами. «Как вы там, Тарья? Столько лет прошло, а я все никак не могу присоединиться к вам… Когда тебя не стало, я был готов умереть в любую минуту – просто чтобы быть рядом с тобой. А сейчас, когда все наладилось, эта мысль кажется мне даже немного жуткой. У нас все хорошо, Лахья сегодня хочет познакомить меня со своим бойфрендом. По-видимому, у них все серьезно…». Мужчина осторожно поставил рамку обратно, поудобнее перехватил трость. «Интересно, как бы все сложилось, если бы ты выжила?.. Вряд ли мы были бы вместе долго. Или я все же ошибаюсь? Жили бы в этом доме, растили нашего сына. Или дочь. Знаешь, а Лахья очень похожа на тебя… Внешность, характер, даже голос практически такой же…» Луч солнца, отразившись от стекол медленно ехавшего внедорожника, заглянул в комнату, обласкал теплом седого старика у окна. В тот же момент в гостиную заглянула молодая девушка. - Пап, ты слышал? – спросила она, подбегая к мужчине. - Да, конечно, – улыбнулся Туомас, глядя на дочь. Двадцать два года назад, благотворительная поездка в один из детских домов - и маленькая девочка с умоляющими зелеными глазами: - Дяденька, скажите мальчикам, что мой папа скоро вернется, – тихонько попросила она Туомаса. – А то они дразнятся… - Лахья, деточка, иди, поиграй, – мягко сказала ей директриса. Девчушка грустно кивнула и вернулась к остальным детям. - А где её отец? – Спросила у начальницы Анетт, которой сложно было смотреть на этих одиноких детей. - У неё нет ни отца, ни матери, ни дальних родственников. Погибли в автокатастрофе примерно полгода назад, – вздохнула женщина. – Девочка хорошая, очень умная, но, вы же понимаете, найти ей семью очень сложно… Анетт и остальные разговорились с директрисой, а Туомас все не мог выкинуть из головы просьбу девчушки. - Эй, Маэстро, ты куда? – Окликнул его Марко, заметив, что мужчина куда-то пошел. - Сейчас приду. Музыкант заметил трех мальчиков, что-то с увлечением доказывающих почти плачущей Лахье. - Да они обманывают!.. Никто за тобой не приедет… Будешь только зря ждать… нет у тебя никого!.. – Наперебой смеялись они. - Ну-ка, дочка, кто тебя тут обижает? – Громко спросил Туомас, подходя к ним. Девочка удивленно посмотрела на него, а потом, мгновенно сориентировавшись, радостно засмеялась и бросилась к нему. Немое удивление в глазах мальчишек было ей лучшим подарком от незнакомого человека. Мужчина подхватил девчушку на руки и, обернувшись, пригрозил ребятам: - Только еще раз узнаю, что вы её расстраиваете!.. Девочка отвела его в тихий уголок комнаты. - Я – Лахья, – серьезно представилась она, протянув руку. – А вы? - Туомас. - Вы знаете, когда приедет мой папа? Мужчина запнулся, не зная, что ответить. Ситуацию спасла вовремя подошедшая Анетт. - Что это на тебя нашло? – Тихо спросил у клавишника Марко. В тот день Лахья не отходила от новых друзей. А через полгода четырехлетняя девочка уже осваивалась в одной из комнат дома Туомаса… - Пап, что такое? – Встревоженный голос Лахьи словно вытянул его из плена воспоминаний. – Тебе плохо? - Нет, все хорошо. Иди-ка, кажется, это твой Вилле приехал, – показал он на припарковавшийся у дома внедорожник. Девушка радостно рассмеялась и, откинув назад черную прядь длинных волос, пошла открывать. Туомас не спеша проследовал за ней: больная нога не позволяла ходить быстро. Когда он вышел в коридор, то увидел, что Лахья в нерешительности стояла у двери. - Что случилось? Девушка обернулась. Туомас невольно улыбнулся: настолько в этот момент она была похожа на Тарью. - Эээ… Я боюсь, – выдохнула она. – Ну а вдруг он сейчас развернется и уедет? Или скажет, что мы не пара? - Дочь, ты ли это? Насколько я помню, Лахья Холопайнен никогда не боялась. – Он рассмеялся. – Иди, он, наверное, уже заждался. - Может, проведешь меня?.. Я обещала познакомить вас! – Выкрутилась девушка, открывая дверь. - Пожалела бы старика… - недовольно произнес Туомас, идя с ней по ровной дорожке к автомобилю. Из машины вышел высокий молодой человек. Не закрывая двери, он подошел к девушке и её отцу. - Добрый день, господин Холопайнен. Меня зовут Вилле Хавинен, очень рад нашему знакомству. - Да-да, я тоже. Ну что, - обратился он к приемной дочери, - чего ты боялась? Идите, гуляйте. Лахья невольно покраснела. Вилле недоуменно взглянул на неё – и вдруг они оба рассмеялись. - Прошу. – Парень открыл перед девушкой дверь автомобиля. Она села и, повернувшись, помахала отцу рукой. Он махнул в ответ, прислушиваясь к тихой музыке, доносившейся из машины. Now I see the silver lining, from what we're fighting for And if we just keep on trying, we could be much more 'Cause trying not to love you Oh, yeah, trying not to love you Only makes me love you more… - Эй, Вилле… - Окликнул его Туомас. - Да? - Береги её. - Конечно, все будет в порядке, не волнуйтесь, – кивнул парень. Он сел на водительское кресло, захлопнул дверь – и через несколько секунд черный внедорожник отъехал от дома Холопайненов. Туомас взглянул на закатное солнце. Прохладный ветер пронесся по улице, прошуршал в ветвях деревьев, запутался в седых волосах старика. Он улыбнулся. - Ну что, Тарья, моя дочь в надежных руках. Значит, скоро я приду к вам. И тогда ты будешь только моей, - тихо произнес он и, повернувшись, медленно пошел к дому.