"Предисловие"
20 июня 2015 г., 20:30
Ночь. Сквозь приоткрытые шторы лунный свет упал на кровать, освещая два обнажённых тела. Вдруг девушка зашевелилась, пытаясь выскользнуть из объятий любовника. Он сквозь сон недовольно завозился, ослабляя хватку, и она выпорхнула в направлении к двери, попутно собирая свои разбросанные вещи. В коридоре она оделась и украдкой, стараясь не хлопнуть дверью, улизнула из квартиры. Быстрым шагом, почти бегом, Александра направилась на соседнюю улицу. Возле своего подъезда остановилась, подняла голову к небу, любуясь луной, тяжело вздохнула и вошла в подъезд.
Переступив порог своей квартиры, включив яркий свет, она подошла к зеркалу, висевшему в коридоре. Из старинного зеркала в половину человеческого роста на женщину смотрела её усталая копия, иронично улыбаясь.
— Привет, старушка, всё молодишься, а молодость-то ту-ту, огни мелькали, только поезд уходил, — пропела она окончание своего монолога.
И правда, если в полумраке улицы, с её хорошо сохранившейся фигурой и при невысоком росте, её можно было принять за девушку, то при ближайшем рассмотрении в глаза бросалась сеть мелких морщин на лице, что выдавала её возраст.
Александра провела рукой по лицу, стараясь разгладить морщины, но они остались на месте. Она присела возле зеркала на стул, коснулась рукой затейливой резьбы на рамке. И задумалась, выпав из реальности, не замечая, что порезала палец о причудливую завитушку, и продолжает очерчивать круг на рамке своей кровью. Она снова позорно сбежала от своего молодого любовника. Хоть и с вечера обещала провести утро вместе, но проснувшись ночью, представив, как она выглядит по утрам без косметики, просто сбежала. А ведь ей хочется проснуться утром в объятьях любимого, утренний секс, кофе, завтрак, планы на день. Вместе. Семья.
Её пальчик продолжал очерчивать круг. И когда кровавая окружность была окончена, по зеркалу поплыла рябь, закручиваясь по спирали. Александру из задумчивости вывела боль. Она хотела отстраниться от зеркала, но тело стало неуправляемым. Адская безумная боль, рождённая в груди, завинчивалась пружиной. Хотелось разорвать грудь и вырвать эту причину боли. Пришло осознание, что это её душа расстаётся с телом. И она перестала внутренне сопротивляться. Александра обмякла и поломанной куклой упала у зеркала, а энергетический сгусток души засосало в отражение.
Боли больше не было, её кружило и утягивало в неизвестность. Но Александру так вымотала эта пытка, что сил на сопротивление больше не было, и она смирилась со своей смертью.
*** За 20000 лет до этого события ***
Демонесса пятого домина инферно рожала. Роды затянулись и вымучили её, это был нежеланный ребёнок. Она пыталась вытравить его в своей утробе, но светлая кровь отца хранила этого ублюдка. Это дитя — позор для пятого домина, и, когда он покинет её тело, демонесса лично придушит его. Она до сих пор не могла понять, как это стало возможным. Случайная ночь с пресветлым, и в её утробе зародилась жизнь. За всю историю, от изначального хаоса, не рождалось ни одного полукровки от пресветлых с инферновцами. Да, несовместимость их видов была доказана в трудах великого мага и исследователя Миссисфера. За что Претёмная посмеялась над ней? Последняя потуга, и окровавленный комок выскользнул в руки повитухи. Присев на кровать, демонесса крикнула повитухе. Она обтёрла ребёнка и положила на кровать возле матери, а после удалилась, оставив их одних. Демонесса выпустила когти, собираясь прервать жизнь малыша, и тут он открыл глаза, посмотрел на неё своими чёрными омутами и улыбнулся. У мальчика были её глаза. Она втянула когти и взяла малыша на руки, приложив к своей груди. По её щеке стекла слеза. — С молоком моим, прими силу мою как сущность свою, — шептала мать, кормя дитя. Когда малыш насытился, она спеленала вокруг него силовое поле и призвала гончую, вручив ей свёрток с малышом, отдав мысленный приказ отнести малыша отцу. Затем демонесса обессилено рухнула на кровать. — Прости, малыш, но это всё, что я могу для тебя сделать, — прошептала она в пустоту. Для юного пресветлого создателя, появление гончей было великой неожиданностью. Развернув силовой свёрток, он с непониманием уставился на младенца. Взяв его на руки, пресветлый почувствовал зов крови. Это, однозначно, был его ребёнок, но и демонская кровь в нём явно присутствовала. Пресветлый тоже озадачился, припоминая труды Миссисфера. — Этого не может быть!.. — шептал поражённо отец. Так в пантеоне пресветлых создателей-демиургов появился ещё один житель. Его нарекли Дейкусом, что расшифровывалось как «нежданный». Малыш рос, ничем не отличаясь от сверстников, лишь чёрные провалы глаз выдавали его демонскую кровь. У жителей пантеона были светлые глаза, и только один Дейкус взирал на мир чёрными омутами. Беда пришла, когда её совсем не ждали. На празднике Пробуждения, во время кулачных боёв, Дейкус вошёл в азарт и обратился. Он не принял полную демонскую ипостась, но и частичной трансформации хватило, чтобы наделать беды. Дейкус буквально исполосовал противника отросшими когтями. Но так как жители пантеона были бессмертны, этот инцидент можно было и замять. Если бы он не впился в горло жертвы отросшими клыками, с наслаждением вкушая кровь собрата. А этого демиурги стерпеть не смогли, приговорив Дейкуса к изгнанию на закрытую планету – землю без магии. Для магического создания это было хуже смерти. Без притока магии тело быстро изнашивается, внутренний магический источник истощается, и душа томится в телесной тюрьме вечно. Отец Дейкуса, пресветлый создатель, предвидя, что кровь демонов рано или поздно пробудится и его сын будет изгнан, в ненаселённой части мироздания создал планету для своего дитя, втайне от сородичей. Планета была напитана магией с сильными магическими источниками. Создатель, как Плюшкин, стягивал на планету лучшее, что присмотрел в мирах сородичей. Горы, моря, океаны, реки, бескрайние степи и дремучие леса: всё причудливо переплелось на планете, создавая сказочный ландшафт. В лесах, он поселил эльфов и оборотней, горы осваивали гномы, деймоны и айры. В морях и реках плескались русалки и водяницы. В степях осваивались орки. Даже был северный континент, покрытый арктическими льдами с суровым климатом, но с тёплыми источниками, что давало возможность жить и там, но он пока был не исследован и не заселён. Средний континент, лиственно-равнинный, заняли люди— наиболее многочисленная раса в мире. Итак, вместо земной темницы Дейкус попал в рай. Он путешествовал, впитывал в себя новые впечатления. И однажды влюбился в принцессу Аннэлию. Наследницу людских земель. Любовь их была взаимна, это были счастливые годы жизни Дейкуса. Но людской век недолог. Подарив ему 3-х детей и прожив отведённое время, Аннэлла ушла на перерождение. А Дейкус поделил королевство на три княжества, во главе которых стали его дети и отошёл от власти, оставаясь королём лишь номинально. Кровь Дейкуса, смешавшись с человеческой кровью в жилах его детей, породила новый вид. Его сыновья стали первыми лордами вампиров. Они стали ночными созданиями, долгое пребывание на солнце вызывало ожоги, у них появилась жажда, потребность в людской крови для лучшей регенерации. А ещё, обменявшись кровью, они могли создавать себе подобных, но семя их творений было пустое, а обращённые творениями были лишь жалкой пародией на лордов. Они не переносили яркий свет, не принимали другой пищи кроме крови и без контроля лорда деградировали в полуживотных, застревали в полутрансформации с неограниченной жаждой. Дейкус пытался запретить сыновьям обращать подданных, но они объединились и свершили переворот, вырезав ночью дворцовую стражу отца, ворвались в его покои и обезглавили тело Дейкуса; труп сожгли, а пепел развеяли по ветру. Для любого вампира это смерть, но они не знали, что в жилах их отца течёт кровь демиургов. Через сорок дней тело Дейкуса восстановилось и соединилось с душой, но он не спешил наказывать своих детей, с печалью наблюдая за их жизнью. Для королевства наступили тёмные времена, сердце отца было разбито, а без возлюбленной жизнь потеряла смысл. Дейкусу хотелось отправиться на перерождение, чтобы стереть все горькие воспоминания о своей жизни. Но его тело было привязано к планете, а душа к телу. Тогда он воспользовался магией. В одной удалённой горной пещере Дейкус создал защитное поле и кокон силы, в которое собирался поместить своё тело, погрузив его в летаргический сон. В углу пещеры он создал небольшой мерцающий портал на Землю, в место своего первоначального заключения, в мир без магии. Осталось лишь отделить душу от тела и отправить туда на перерождение. И тогда он схитрил, написав пророчество, которое не свершится, но позволит покинуть своё тело. И вот, все приготовления окончены, на стене пещеры написано пророчество, мешок путника лежит в углу, на случай если пророчество свершится, и он вернётся. Вот Дейкус погружается в кокон силы, читает пророчество: «Застынет тело в вечном сне, но не умрёт душа — Уйдёт за грань, чтоб в мире новом возродиться. Пройдут века и, бесконечностью дыша, Всё позабыто будет в новых лицах. В дорогу, будто в зеркало смотря, Поймёт, что путь домой навеки ей закрылся. Своей лишь кровью путь сей орося, Навечно в дом родной тогда уж возвратится» и его душа, отделившись от тела, исчезает в портале.Александра
Александра вынырнула из своего кошмара, тяжело дыша, стараясь прийти в себя и восстановить дыхание. Тьма в глазах прояснилась и Александра, не веря, осмотрелась вокруг. Кошмар продолжался: она находилась в пещере. Ущипнув себя, вскрикнула от боли. Это не сон, она встала с ложа и направилась к зеркалу, которое ещё недавно украшало её прихожую. Из зеркала на неё смотрел парень, она поднесла свою руку к глазам и поняла — это не её рука. Пощупав себя и покривлявшись возле зеркала, решила для себя, что стать парнем – это лучше чем умереть. Тем более таким красавцем. Овальное лицо, прямой нос, тонкие губы, чёрные омуты глаз, соболиные брови, чуть вздёрнутые вверх. Небольшие чуть заострённые ушки, прикрытые каскадом чёрных волос ниже попы. Стройное, подкачанное тело, красивые кубики пресса, ну и «там», как на женский взгляд, всё выглядит очень даже внушительно. Вспомнился анекдот, как мужик себе губы накачал: «смотрю на губы, член встаёт, смотрю на член, губы трясутся». Осмотром Лекс осталась довольной, сразу решила переименовать себя на мужское имя. Для Александра этот юноша был слишком молод, а Лекс — самое то. Одежда её тоже устроила, всегда нравился чёрный цвет. Кожаные штаны, высокие сапоги на низком ходу, шёлковая рубашка и кожаная жилетка с множеством кармашков и всё чёрного цвета. На среднем пальце левой руки массивный перстень, на полпальца с чёрным камнем. Вау! На полу обнаружила перевязь с двумя мечами. Мечи чёрного цвета, с чёрными камнями в рукоятках. Пыталась разобраться, как это всё крепится, но лишь запуталась в ремешках. Потом задумалась, а руки сами ловко закрепили перевязь. Память тела, пришло знание. Ой, в сапогах два тонких ножа, тоже чёрного цвета, с чёрными камнями в рукоятках, комплект, однако. А во внутренних кармашках жилетки обнаружились метательные звёздочки, также чёрного цвета. — Да я вооружён и опасен, — констатировала Лекс. — Наверно, это тело воина. При осмотре комнаты ещё обнаружился кожаный рюкзак. Она высыпала содержимое рюкзака на пол и долго сидела, тупила, как эта внушительная куча вещей поместилась в рюкзак значительно меньшего объёма. Но наличие сменного белья, банных принадлежностей, шкуры неизвестного животного (большой лохматости), одеяла, двух котелков (один в одном), ножа (стальной), разделочной доски, круп, приправ, вяленого мяса, пузырьков с непонятным содержимым, каких-то трав, шкатулки с украшениями (моя прелесть) и нескольких мешочков с наличностью (золото, серебро, медь) Лекс порадовали. Ну вот, после ревизии припасов всё сложено назад в рюкзак. Перевязь закреплена, сверху надета кожаная накидка с глубоким капюшоном, пряча лицо в тени, прорези для рук, разрез по бокам, чтоб не стеснять движения, но укрыть от непогоды. Рюкзак на плече, присесть на дорожку, посмотреться в зеркало, показать язык отражению и в добрый путь...
