Демон в доспехах рыцаря

Я лучше умру на собственных условиях, чем стану жить по их правилам. Лорен Оливер

      Я просто закрываю глаза, позволяя боли медленно разливаться по телу неприятной лаской. Меня пробивает мелкая дрожь, дышать становится все трудней и трудней. Кай где-то на заднем фоне прочищает горло.       — И это все? — слышится его голос с нотками сарказма. Кажется, еще минутка и он просто расхохочется. — Он взял и ушел? Я надеялся, он хоть какое-то время помучается. Думал, хотя бы монетку подкинет. Орел — выберет тебя, а если решка...       Кай резко замолкает, слышится какая-то возня. Мне кажется сквозь боль, что я слышу голос Деймона, но он не мог вернуться. Я четко увидела в его глазах решимость оставить меня. Нет! Он точно не мог вернуться. Сквозь пелену слабости и безысходности ветер доносит несколько ругательств Кая, а потом все стихает так же резко, как и началось.       Тишина, повисшая камнем на душе, затягивается. Мне кажется, что я начинаю терять сознание. Перед глазами пляшут цветные шарики, а тело просто моментально превращается в непослушный мешок. Я не могу ничем пошевелить, а в легких заканчивается воздух. Готовая попрощаться с жизнью, я вздрагиваю, услышав надменный голос Кая рядом с собой.       — С тобой бывает хоть иногда просто?       Мне почему-то хочется улыбнуться в этот момент. Значит, я не такая уж и мелкая рыбешка в аквариуме жертв этого психопата. Мне нравится то, что Паркер встречает в моем лице сильного противника, только сейчас я на волоске от смерти...       Слышу, как Кай тяжело вздыхает, а потом кидает несколько ругательств себе под нос.       — Иди сюда, — доносится до меня, и мое тело напрягается, когда я чувствую его руки под моей спиной и коленями. Что? Он берет меня на руки?       Я хочу запротестовать, а еще лучше вырваться из рук этого социопата, но боль в грудной клетке заглушает мысли. Я вскрикиваю, все еще держа глаза закрытыми, потому что боюсь увидеть ненавистное лицо рядом с собой.       — Потерпи...       Обрывки фраз долетают до меня, но мозг уже ничего не соображает. Я теряю сознание. Только лишь сильные руки, прижимающие меня к крепкому мужскому телу и запах. Запах соблазнительный, но и одновременно с тем же отвратительный. Запах крови и ужаса. Это родной запах Кая Паркера. ***       Мне снятся лавандовые поля и море воздушных шариков в небе. На душе спокойно и умиротворенно. Я ни о чем не переживаю и... счастлива?       Но весь этот мираж исчезает, когда я открываю глаза и сталкиваюсь с не такой уж радостной реальностью. Первое, на что натыкается мой взгляд, это большое окно комнаты, через которое виден почти весь город. Современные высотные здания совсем не похожи на те, что имеются в Мистик Фоллс. Я сонно потираю глаза и осматриваюсь.       Спальня в своем величии поистине просто волшебна. Вся мебель из белого дерева, а ткань штор, постельного белья и обивки кресел отливает нежной голубизной. На противоположной стороне от огромной кровати располагается гардеробная, а рядом с ней — дверь, ведущая в ванную комнату.       Как я здесь оказалась?       Мозг начинает медленно работать, и в сознание начинают приходить картинки. Свадьба Джо. Кай. Боль. И нехватка воздуха. Ладонь непроизвольно дотрагивается до правой части груди, и я вздрагиваю. Легкое неприятное ощущение и не более. А вчера, или когда там все произошло, было нестерпимо больно.       Обращаю внимание на свою одежду и шумно втягиваю воздух. На мне спортивные штаны и свободная футболка. С дрожью в пальцах оттягиваю легкую ткань. На мне все еще мой черный комплект нижнего белья. Это не может не радовать, но кто забрал меня? Кто принес сюда и переодел? Я ведь должна была умереть!       Любопытство толкает меня вперед. Я встаю с кровати и выхожу из комнаты в длинный коридор. Цветовая гамма резко контрастирует с той, что в спальне. Из нежных небесных оттенков все меняется на темные приглушенные цвета. Босыми ногами ступаю по паркету. По пути по длинному коридору встречаются несколько дверей, но я не решаюсь заглянуть в них. Вижу в конце коридора лестницу, ведущую вниз. Странно, но слух улавливает мелодичные звуки скрипки. Кажется, кто-то играет. Музыка слишком грустная, и сердце сковывает тревога.       Осторожно спускаюсь, издавая минимум шума, и лиричная музыка усиливается. Я попадаю в просто, чего греха таить, королевскую гостиную. Выполненная в величественных красно-белых тонах, она наводит чувство легкого ужаса и одновременно восхищения. Первое, что привлекает мое внимание, это большое количество картин на стенах, будто это не гостиная вовсе, а международная выставка талантов. Взгляд скользит по камину на противоположной стороне, широкому окну, вид из которого заставляет замереть. Перед моими глазами расстилается огромный жилой район. От удивления я открываю рот, но вопрос застревает в горле. Раздающаяся музыка привлекает мое внимание. Она медленным ритмом льется из колонок, стоящих по периферии комнаты.       — Успокаивает, не правда ли? — раздается за моей спиной, и я, взвизгнув, подлетаю на месте.       Резко развернувшись, я встречаюсь лицом к лицу со своим кошмаром. Самодовольный Паркер, удовлетворенный моей реакцией на его неожиданное появление, делает шаг в мою сторону. Я непроизвольно отступаю назад, на что получаю неодобрительный кивок головой.       — Ты не должна бояться.       Звучит так, будто бы я должна была расслабиться из-за того, что этот псих увез меня куда-то, затащил в этот дом и... Он переодевал меня?       Немой вопрос повисает в воздухе, и он, конечно же, замечает это. Довольная ухмылка появляется на его противной мордашке.       — Симпатичное белье, — сообщает Кай, следя за каждым моим движением. Мои щеки тут же наливаются румянцем.       — Спасибо, — улыбаюсь я. — Я так старалась, чтобы тебе понравилось.       Мысленно молю, чтобы мой сарказм был понят правильно. Иначе...       — М-м... — мурлычет Кай и подходит ко мне почти вплотную.       Я же не отступаю, даже несмотря на бешено бьющееся сердце. Кай бросает на меня один из тех взглядов, которые я никогда не могла терпеть у мужчин. Будто он уже решил, что я принадлежу ему. Кончики его пальцев касаются моей щеки, а взгляд перемещается на мои губы. Что-то внутри меня сжимается в комок.       Меня снизу доверху окутывает его манящий запах. От Кая пахнет корицей, перемешанной с чем-то кедровым. Сумасшедшее сочетание. Мое сознание полностью застревает на этом запахе, не обращая внимания на такую опасную близость и даже на то, что белая футболка слишком сексуально обтягивает его крепкое мужское тело.       — Я отчетливо помню, как снимал с тебя одежду, — его дыхание обжигает мою щеку, заставляя нервно сглотнуть.       Костяшками пальцев он продолжает гладить мою щеку, а другая рука по-хозяйски ложится на мою талию. Сквозь легкую ткань футболки я чувствую жар от его ладони. Тело пробивает дрожь.       — Где мы? — выпаливаю я свой вопрос, лишь бы хоть как-то перевести сбившееся дыхание и тему.       Мне становится слишком неприятно от такой близости. Я считала Паркера симпатичным парнем, но ужаснейшим из людей. Так что никакое обаяние вперемешку с его сексуальной улыбкой не сделают из меня послушную девочку.       — Где мы? — Кай делает шаг назад и все напряжение, возникшее между нами, рассыпается. Он недовольно хмурит брови, а потом улыбается одними уголками рта. — Мы в Орлеане.       Его ухмылка становится шире, когда я немного расслабляюсь. Новый Орлеан — не так уж и плохо. Несколько часов после побега и я дома. Не понимая, почему он откровенно смеется надо мной, я выгибаю бровь.       — Орлеан. Центр Луаре. Франция.       — Что?!       Я ошарашенно пячусь назад, пока бедра не упираются в высокую спинку дивана.       — Что ты сказал?       Кай самодовольно складывает руки на груди и просто кивает.       — Этого же не может быть! Ты не мог просто забрать меня и привезти во Францию! Ты же не... — замолкаю, глядя, как этот идиот ухмыляется. — Да. Ты мог.       — Преимущество вампира — беспроблемное пересечение всех мыслимых и немыслимых границ. К тому же находиться в Мистик Фоллс сейчас слишком опасно. Поэтому... — он грациозно опускается в кресло и берет в руки стакан, наливая в него янтарную жидкость. — Я взял на себя смелость прихватить тебя с собой. Хотя, признаюсь честно, несколько раз думал о том, чтобы сбросить тебя над Атлантикой.       — Прихватить меня с собой? — злость взрывается во мне. — Я что, вещь тебе? Какого черта я вообще здесь делаю. Ты наложил на меня заклинание, заставил моего друга пойти против меня и оставить меня там умирать, а потом что? Смиловался и забрал меня сам? Да лучше бы меня забрала смерть, чем ты.       Молниеносно Кай оказывается около меня, буквально впечатывая меня в спинку дивана. Его пальцы сжимаются на моих предплечьях, а в глазах плещется ярость.       — Я. И есть. Смерть! — шипит он на меня, разделяя каждое слово так, что моя кожа становится гусиной.       Мне становится чересчур больно, кажется, завтра на тех местах, где в меня вцепился Паркер, будут синяки. Я просто уверена в этом, но мне хватает сил не закричать на него. Все, что я делаю, это нагло смеюсь ему прямо в лицо. Кай удивленно вздергивает брови вверх, а потом краснеет от злости еще больше.       — Ты — смерть? Серьезно? — я вырываю свои руки из его железной хватки и пихаю его в грудь. Он делает шаг назад, все еще смеряя меня убийственным взглядом. — Все, что ты можешь, это прятаться за свои магические штучки. Кто ты без них? Пустое место...       В следующую секунду я получаю звонкую пощечину, отчего отлетаю на пол, больно ударяясь локтем и коленкой.       — Не смей со мной так разговаривать! — голос Кая просто оглушает. Сквозь подступившие слезы от боли, я встречаю его прямой взгляд, полный отвращения и раздражения. — Ты обязана мне жизнью! Ты мне обязана!       Мой смех застревает где-то в горле.       — Что? Я обязана тебе жизнью? Хочешь сказать, что ты спас меня и теперь стал благородным рыцарем, которому нужно целовать ножки? Я тебе еще раз повторяю, что выбрала бы смерть, чем эти несколько минут в компании с тобой. Я думала, что видела на своем веку самых отвратительных людей. Нет. Ты хуже, чем сама отвратительность. Ты — ничтожество, Паркер. Ничтожество, которое ставит себя выше других. Самовлюбленный эгоист и в действительности психопат. Ты противен мне, и я...       — Закрой свой поганый рот, Беннет! Мне плевать, что ты думаешь обо мне.       Прежде чем разозлить Паркера в самый конец, я с гордым выражением лица встаю с пола, потирая ладошкой разбитый локоть.       — Ну раз любезности закончились, то я больше не намерена здесь оставаться. Скажи, где мои вещи, и я уйду.       Взгляд Кая, кажется, немного смягчается. Он тяжело вздыхает, приводя чувства в порядок, а потом отходит к окну, отвернувшись от меня. Он молчит целую вечность. Затем тихо произносит:       — Ты никуда не пойдешь. У тебя нет документов, денег и ты еще слаба. Ты останешься здесь со мной.       — Так слаба, что можно швырять меня на пол, как куклу, и бить, будто я рабыня? Я не позволю с собой так обращаться!       Кай разворачивается ко мне лицом, на котором я вижу неподдельную печаль. Сквозь злость в моем сердце и негодование просачивается тонкая ниточка вины, но она слишком тонка и тут же рвется, когда Паркер ухмыляется.       — После того как ты оставила меня там с этими монстрами, Бонни, у тебя нет права на хорошее обращение. Все, что я хотел, это твоего прощения, не больше, а что сделала ты? Оставила меня закуской? — он издает смешок, но на лице ни капли веселья. — Так что швыряния тебя на пол, как ты выразилась, это самое меньшее из тех зол, которые я приготовил для тебя.       — Зачем я тебе? — задаю я вопрос, который волнует меня с самого пробуждения. — Зачем ты притащил меня неизвестно куда и теперь хочешь, чтобы я осталась с тобой?       Его прямой взгляд будто сканирует меня, проникая в каждую клеточку. Мне становится неловко от чувства, что я уязвима перед Паркером, а тот, кажется, и не торопится мне отвечать. Он просто вскидывает руку, указывая на лестницу.       — Отправляйся в комнату и переоденься. Скоро будет готов обед.       Он покидает гостиную прежде, чем я успеваю это заметить. Чертовы вампирские способности!       — Ты все равно не заставишь меня остаться тут! — бросаю я в пустоту.       Но все внутри меня почему-то говорит об обратном.