В нашей жизни бывает всё... Но такое...

– Ну, пора в свет выбираться. Про тот визит же никто не знает. – Подмигнула сестре Власова, надевая привычные форменные штаны, которые заправила в ботинки и майку с логотипом ФЭС, Татьяне же протянула одну из своих блузок и чёрную юбку. – Начальство УБОПа проинформировали о том, что ты пока с нами и что мы обеспечиваем безопасность ценного свидетеля. – Свидетеля, говоришь? Рит, я ничего не видела. Сразу отключилась. – Но они-то этого не знают. И знать им всё не надо. Хватит того, что ФЭС скинут. Давай, переодевайся. Потом будешь себе туфли выбирать. Как ни странно, но туфли оказались любимым больным местом у обеих, поэтому что у Власовой, что у Дёминой их было куда больше, чем мог вместить один шкаф. С трудом, но в коем-то веке, сама переодевшись, Дёмина направилась в прихожую снимать стресс выбором обуви. – А блузочка как раз... Спустя пару минут они вышли из дома и направились к недалеко находившейся парковке. В ФЭС ждали Власову, но никак не ожидали сразу двух. Со стороны это было похоже на раздвоение человека, разделение его на «Власова идёт на допрос» и «Власова едет на выезд». В остальном отличить их было невозможно. – Обана, – первым, кроме дежурного на КПП, их встретил Шустов и тут же присвистнул, – сбылся страшный сон Тихонова. А говорят, что ты в одном экземпляре существуешь... – Ага, врут. Я в двух проекциях с разных миров. Моё альтер-эго, – на полном серьёзе ответила Рита, но тут же, просто указала в сторону Дёминой. – Капитан Татьяна Дёмина, можно просто Таня. – Шустов Игорь, тоже капитан, можно просто Игорь. – Ладно, я так понимаю, нас не ждали... – Ждали. В одном экземпляре. – Хорошего должно быть много, – быстро вставила Власова. – Мы к Антоновой, а потом уже пойдём в переговорную. Дёмина лишь хмыкнула. Коллектив этой структуры ей пока что пришёлся по душе. По крайней мере они весьма приветливы, хотя в этом скрывался скорее всего какой-то подвох. – Весело у вас... – Ага, не то слово. – Выпалила Власова, сворачивая в сторону морга. – Сейчас к патологоанатому зайдём, ещё больше обхохочешься. – Я ещё вроде не труп... – Могу это исправить. А вообще, Антонова не только по трупам спец. Антонова была не так сильно удивлена, как Шустов. Видимо, он её предупредил, или же она догадывались, что они когда-нибудь заявятся вдвоём. – Я примерно этого и ожидала, – лишь произнесла патологоанатом, протянув руку в знак приветствия. – Валя. – Татьяна, – Дёмина не без труда, но подала руку, слегка поморщившись от резкой острой боли. – Что с рукой? – Туда пулю засадили, левую часть тела тоже не обделили, там две сидело... Да и ещё один упырь шов порвал пару дней назад, – вместо Дёминой ответила Власова. – До свадьбы заживёт. Она у тебя живёт? – Ну а где ещё? Учитывая, что к ней в больнице заглядывал весьма некультурный тип, то я её к себе перетащила. – Рита покосилась на морозильные камеры, где обычно трупы содержались. – Надеюсь, новых не привезли? – Новые не ко мне. Ладно, скоро к Рогозиной, так что я чайку попить. Там увидимся. – Антонова вновь протянула руку Дёминой. – Приятно было познакомиться. – Пошли, удивление ходячее, – Власова направилась в сторону переговорной. Кроме их туда зашедших, там была лишь Рогозина. Майский, судя по всему, опаздывал и это было весьма привычно и обыденно. Тихонова тоже не было на горизонте. Программист вообще имел привычку появляться посередине дискуссии и удивлять новыми фактами. – Власова, – Рогозина кивнула Дёминой, но полностью переключилась на свою подчинённую. – Каникулы понравились? – Ага, нянькой подрабатывала на полставки. – Внеочередные выходные из твоего оклада вычту. Ну а вообще, Майский мне всё разъяснил. Он ещё говорил, что ты что-то там придумала... Рита хмыкнула. За последние пару дней она действительно лишь с Сергеем и общалась, поскольку он каждый раз, когда появлялось что-то новое, приезжал лично и всё рассказывал. Ну и она в свою очередь делилась своими мыслями. – Есть пару мыслишек. И я думаю, искать надо не по линии УБОПа. Насколько я поняла, они все служили в СОБРе... – Думаешь, там и есть след? – Вполне такое полагаю. Нам надо ухватиться за убийцу Чрезова и Игнатьева, поскольку выловить остальных слишком трудно будет. – Власова побарабанила пальцами по столу. – Думаю, их трое, максимум – четверо, но не больше. – Почему трое? – Потому что их машину, – Рита инстинктивно указала в сторону Дёминой, – судя по фотографиям, расстреливали трое. В боковых дверях по обойме и столько же в лобовухе. Притом обойм не нашли, значит, каждый лишь одну в расход пустил. – Допустим... – По гильзам мы никуда не выйдем. Я думаю, оружие незасвечено. Ну а если выйдем, то на какое-нибудь списанное во время второй чеченской. – Стоп. Рита, не слишком всё сложно? – Сложно? Это безопаснее. Я бы на их месте так и сделала. Ну, разве только ещё бы и номера спилила, чтобы совсем концы в воду. – Можно же отчёты поднять... – Галина Николаевна, какие отчёты? – Прикрыв на секунду глаза, вспоминая и заново переживая не слишком приятный отрезок прошлого, Власова принялась пояснять: – Там бывало как: на засаду напорешься, в ходе отхода якобы осколком ствольную коробку пробило и всё, списание, как недееспособное. – Хорошо… И как искать убийцу? – Я тут подумала… Всё вертится вокруг СОБРа, точнее, вокруг одной части, где и мне довелось служить… Надо тщательнее порыться в биографиях убитых. Возможно, так что-то закопано, да и, честно, в СОБРе очень на многое могут закрывать глаза, а ещё большее не включать в личные дела для «общего пользования». – Ну да, как и в Альфе, – согласилась Рогозина, затем слегка улыбнулась, глядя на Власову, – что? Я долго искала твоё полностью оформленное дело и потом долго сидела с вытаращенными от удивления глазами. – Кто тут сидел с такими глазами? – Голос Майского было слышно даже за пределами переговорной. Вслед за голосом появился и сам майор, прошёлся по помещению и приземлился привычно по правую руку от начальницы. – Я сидела. – Повторила Галина Николаевна, но её тут же оборвала Рита. – Сидели и хорошо, но давайте пока что делом заниматься. Полковник лишь хмыкнула, но всё же действительно решила перейти к делу. То, что скрывала Власова, действительно поражало, равно как и то, почему она всё ещё капитан. Хотя про звание было указано, правда, намёками, что Маргарита Сергеевна переступила какому-то генералу дорогу и на дальнейшей её карьере был поставлен жирный и большой крест. По крайней мере, пока она служила там. Сейчас же всё могло стать совсем иначе. – Значит, пробивать и искать совпадения это удел нашего программиста... Рогозина по привычке, можно сказать, интуитивно указала в сторону того места, где обычно сидит Тихонов, но заметив, что того нет, быстро опустила руку. Опоздания опозданиями, но не всегда же опаздывать. Хотя, когда он опаздывает, тогда приходит со свежими идеями, или хотя бы каким-то новым материалом, который может дать толчок в расследовании. – Галин Ивановна, я уже нашёл, откуда растут ноги, – Тихонов залетел в помещение и, засмотревшись на сидящих рядом Власову и Дёмину, налетел на стол. Правда, вместо порции сострадания получил порцию усмешек, хотя все пытались это скрыть. – У меня в глазах двоится? – Нет. – Одновременно, словно сговорившись, ответили капитаны, продолжая улыбаться. – Просто так получилось, – слово из двоих девушек взяла Власова, – что внезапно у меня сестра нашлась, так ещё и близняшка, так на неё ещё и покушались. – Так это и есть капитан Дёмина, ну теперь точно понятно, откуда могут ноги расти. – И? – Татьяна как-то по-свойски толкнула программисту кресло, – давай выкладывай уже, а то стоишь, как статуя в нелепой позе. – В общем, – Тихонов в очередной раз покосился на двух сидящих рядом Власовых-Дёминых, – и думаю, что это что-то похожее на месть. – Ясень пень, это связано с прошлым. – Утвердительно заметила Власова. – Да, и очень тесно. В общем, придумал я программку и она стала прогонять фамилии и искать списки, где минимум три фамилии фигурировало бы. Эта программка прошлась везде, даже в оцифрованных архивах СОБРа. – Тихонов… – Спокойно, Галина Николаевна, – программист-хакер пару раз клацнул по клавишам, – они ничего не заметили. Так вот, я отвлёкся. В общем, есть три списка, где фигурируют максимум три фамилии, это Чрезов, Игнатьев, Безбородов. – Это ведь не всё, верно? На этот раз спросила Дёмина, чем вызвала у Тихонова некий ступор. Он попеременно смотрел то на свою сотрудницу, то на её точную копию, потом всё же сдался и, подыскав слова, принялся объяснять дальше. – Не знаю, кто из вас говорил, но знаю, что только одной из вас этот список, – на большом мониторе появился скан листа с очередным столбиком фамилий и инициалов, – знаком, верно, Маргарита Сергеевна? Власова чуть челюсть не уронила, но тут же, сжав волю в кулак, попыталась сохранить хоть каплю самообладания. Конечно она этот список знала, по крайней мере, верхнюю часть его. Такие списки создавались всегда и везде, правда потом они стали преобразовываться во всякого рода «доски почёта» и «гордости нашего коллектива». Но только не в СОБРе, где прежде всего была скрытность, а потом уже эта самая гордость. Гордиться могли только те, кто служил, или же те, кто будет служить, но никак иначе и никто другой. – Очень знаком… Учитывая, что я там под цифрой пять. – А, эм, цифры справа это что? – В первой колонке это сумма очков по общей стрелковой подготовке, вторая колонка это сумма очков по снайперской подготовке, третья по общефизической, в самой правой колонке год, когда этот результат был получен. – По физухе у тебя был большой минус, – кисло заметил Майский. – А для снайперов это не так важно, хотя не скрою, физуха очень часто помогала. – Не слишком радостно заметила Рита и добавила: – я выполняла нормативы и не более того. – В общем, как видите, – слово вновь взял Тихонов, на этот раз подсвечивая себе лазерной указкой, – имена всех убитых есть в этой вот, скажем… таблице лидеров снайперского мастерства… Игнатьев стоял под первым номером, – красный луч метнулся к шестому ряду, – здесь фамилия Безбородова, далее мы видим фамилии остальных убитых в хронологическом порядке, под цифрами семь, восемь и девять. – Так, а почему тогда нет жертв среди номеров со второго по четвёртый? – Потому что, Тань, второй погиб в девяносто пятом, третий это полковник Карбинцев, он погиб в первой чеченской, майор Алгелдыев погиб в спецоперации в две тысячи девятом году. – Еле слышным, но весьма уверенным голосом пояснила Власова, хотя эти слова давались Рите с большим трудом. Теперь все её подозрения сложились воедино и она знала цель убийств. – Кто-то хочет стать первым в этом списке… Но почему? – Рогозина посмотрела на обеих капитанов, затем на Майского, – Сергей, надо обеспечить их безопасность. – Галина Николаевна, бесполезно. Это уже не просто снайпер, это фанатик. Если он загорелся целью, то он найдёт и пристрелит. Или же пристрелят его. Тут надо играть на опережение.