В нашей жизни бывает всё... Но такое...

– Итак, что мы о нём знаем? – спросила Рогозина, когда основная часть совещания была окончена и большинство сотрудников разбрелись по своим делам, а Майского и Шустова вызвали на очередное дело. – Ну, он меткий стрелок, но предпочитает действовать наверняка. Так что стреляет не с такой уж и дальней дистанции, метров двести, плюс минус десяток… – Власова положила на стол распечатку места убийства Чрезова и впоследствии расстрела машины следователей. – Он умеет планировать, любит, когда всё идёт по его плану. Способ убийства его не интересует, главное – достичь цели. – Ещё у него должны быть связи, ну или он каким-то иным образом смог найти тех, кто согласится расстрелять тачку с ментами, а потом ещё заявиться ко мне… – Вставила Дёмина, затушивая под строгим взглядом Рогозиной сигарету. – Да, это тоже. А ещё он самоуверен. И очень. Чрезова убил ночью, когда было довольно людно, авто расстрелял днём, а Игнатьева у него же дома, на пороге пулей в лоб уложил. – Дополнила Рита и замолчала на какое-то время. – Посему выходит, сейчас он тоже будет действовать резко и нагло. – И какие идеи, господа капитаны? – Рогозина поочерёдно смотрела то на Власову, то на Дёмину, стараясь не забыть, кто из них с какой стороны сидит. – На живца. – Ни на секунду не сомневаясь, ответила Власова, словно подводя итог всему разговору. – Он клюнет в любом случае, и снять его будет довольно легко. Работать он будет только по мне. – Ага, и будет ещё один труп, – перебила полковник, – куда проще отправить вместо тебя кого-либо другого, загримировать только. – Этот вариант отпадает. Скорее всего, он знает, как я выгляжу, знает, как я хожу, во что одеваюсь… Снайпер это не тот, кто тупо стреляет по приказу. Наша задача порой по полдня лежать и наблюдать, чтобы один единственный выстрел попал аккурат в цель, поскольку второго просто на просто не будет. – Хорошо, тогда что ты предлагаешь? – Предлагаю я, – пользуясь минутной заминкой своей новоиспечённой сестры, вклинивается Татьяна, – на наживку его надо брать, это Ритка верно сказала. А наживкой буду я. Иного человека, как я поняла, он раскусит на раз-два. А у меня есть шанс. Власовой только и осталось что закрыть молча до этого открытый рот. Дёмина всё озвучила за свою копию, сказала то, что хотела сказать Рита и сказала в стиле капитана: прямо и кратко. В яблочко, в десяточку. – Ну уж нет. Я не собираюсь жертвовать людьми. – Товарищ полковник, он в любом случае попытается меня убить. Не сейчас, так потом. И если его не остановить, он своего добьётся. Он не такой уж и идиот, или неопытный, как кому-либо может показаться. И опыта и мозгов у него куда больше, чем у многих знакомых вам людей, – Власова не любила давить, но сейчас это приходилось делать. Ещё куда больше она не хотела подставлять во многом похожую на себя Дёмину, но это было действительно самым верным способом выйти на убийцу. – Хорошо… Если он такой умный, то как вы всё предугадаете? – Ну, мы тоже не лыком шиты. У нас есть я, а я многое помню. Да и, если честно, мозги перестроить на что-то иное трудновато. Всё-равно возникают моменты, где приходится лезть в прошлое и пользоваться теми навыками. Так что, думаю, сыграть на равных мы сможем. Тем более, как снайпер, он слабее меня. – Власова нервно барабанила по столешнице. – Но он фанатик и это сильно его выдвигает вперёд, правда, жажда достигнуть цели как можно быстрей может сыграть злую шутку. – Как бы он вообще тогда с катушек не слетел… – Рогозина буравит взглядом то одну, то вторую, отмечая по их лицам, что спорить бесполезно. Отговаривать – тоже. – Он уже давно мог бы сорваться и людей начать мочить, но лезет же лишь по этому списку, так выходит? – Дёмина старается даже не смотреть на свою копию. – Да. То есть с башкой относительно порядок, он убирает только свои цели. – Нехотя соглашается Рита. – И действует он наверняка. Так что абы как и абы когда стрелять не будет, будет выжидать и ждать подходящий момент, я правильно поняла? – Правильно, Галина Николаевна, правильно. – Ладно… Надо подумать. Такие вопросы решаются не на этом уровне, – полковник обводит кабинет рукой, – и не нами. Надо мной есть толковые люди, надо с ними поговорить. Ждите ответа и да, – голос вмиг становится спокойно-строгим, – без самодеятельности. Тут не только погоны на счету, но и её жизнь, да и твоя. Свободны. Власова и Дёмина, словно сговорившись, одновременно встали и столь же монотонно, словно под копирку, покинули кабинет. Идея была закинута, к ужасу Власовой, не ей, а простым капитаном из УБОПа. Нет, дело совсем не в рангах и чинах, дело в том, что ладно лезть под пули самой Ритке, так нет же, под пули хочет соваться совсем не она, а её копия сестра-близняшка, которая хочет сыграть на этой похожести. – Тань, – в одном из коридоров Власова всё же одёргивает уже родную душу, – ты хоть понимаешь, что вместо меня под пули лезешь? – Двум смертям не бывать, а одной не миновать. – Пытается отшутиться Дёмина, но нервная улыбку сдаёт её с потрохами. – Это ты так сейчас пытаешься скрыть весь хаос, творящийся в твоей голове? – Ну, будем считать и так… – Ты хоть вообще понимаешь, что это будет за операция? – Власова, – на сей раз на лице Татьяна и не тени улыбки. Обычное лицо, обычного опера с обычной мыслью в голове, – он не знает про меня. Что ему мешает выстрелить в меня, думая, что убивает тебя? Ничто. – Заметив молчаливое согласие с этой банальной мыслью, Дёмина продолжает, – а раз так, то под монастырём мы с тобой вдвоём ходим. И ещё вопрос, кого первого пуля встретит. Поэтому и надо опередить, попытаться обыграть вот этот вот наш с тобой козырь. Власова молчит. Уж что-что, а сейчас она как никто иной понимает Дёмину. У них действительно есть общее, причём весьма много. И трезвый взгляд на вещи, доля риска и какой-то неподдельный азарт. Они действительно две гончие из одной упряжи. И это взаправду можно обыграть и получить свои дивиденды. – Это опасно. – В любом случае это опасно. Так что давай делать, пока я не передумала и кретинизм с помесью героизма преобладает над желанием послать всё на три буквы и свалить. – И куда же ты свалишь? – Рита лишь улыбается. – Ты же такая же как я, пойдёшь до конца же. Вместо ответа лица двух капитанов расплываются в абсолютно одинаковых улыбках. Чего и говорить, действительно сёстры-близняшки.