Рыжая

— Я надеюсь, что вы все понимаете, что если преступник не найдётся, Хогвартс закроют, — голос Снейпа звучал немного равнодушно. Интересно, его это хоть немного волнует? Наверное, его уже замучила постоянная работа учителя. Слизеринцы зароптали. Малфой, стоящий рядом со мной, хмыкнул. А Панси Паркинсон даже завизжала. Это у неё такое выражение мыслей, что ли? Если они у неё вообще есть. Мою ладонь сжала чья-то рука. — Рыжая… может, следует ещё раз попробовать? Скажем, например, МакГонагалл, – услышала я обеспокоенный шёпот Дафны. — Ну уж нет. Раз даже Снейп не верит, другие деканы навряд ли сочтут нашу информацию чем-то более значимым, чем бредни, — так же тихо ответила я. – Ты-то что волнуешься? У нас есть зеркальце. — Я беспокоюсь, что Хогвартс и в самом деле могут закрыть, — вздохнула Гринграсс. Есть вещи и похуже закрытия школы, думала я. Если бы нам не пришло в голову попробовать Отражающее заклинание на зеркальце, то передвигались бы по замку с угрозой для жизни. Хотя, может, и сейчас мы в опасности. Непростительные заклятия эта магия не отражает. Где гарантия, что оно защитит нас от взгляда василиска? Конечно, после вчерашнего вечера в библиотеке, мы сразу же решили пойти к декану и рассказать ему всё, что выяснили. Рассказ он слушал, не перебивая, но потом заявил: — Прошу, не говорите глупости. Василиски перевелись уже как четыреста лет, а змееусты среди волшебников почти не встречаются. За исключением, пожалуй, мистера Поттера, — последнее слово он словно выплюнул, — в любом случае, я не имею смысла продолжать дальнейшую дискуссию. Время позднее, идите в гостиную, иначе я буду вынужден снять с вас баллы… Я прямо-таки онемела от возмущения. То есть он предлагает нам гибнуть, не предпринимая никаких действий?! Больше мы с Дафной не предприняли никаких попыток сообщить профессорам о реликтовом змее, живущим в стенах замка. Конечно, моя подруга с каким-то только ей понятным рвением пробовала “по секрету всему свету” предупредить слизеринцев, но что толку?! Половина смеялись, половина лишь напомнила, что они чистокровные, и им бояться нечего (глупцы!), но никто её всерьёз не воспринял. Включая Асторию, которая, испугавшись нападений, почти не выходила из своей спальни, постоянно готовясь к урокам. А сегодня, в день моего двенадцатого дня Рождения, я уже расслабилась и стала думать, что в этот раз василиск совершил бесполезную вылазку, как в послеобеденное время декан срочно собрал всех в гостиной и торжественно объявил о нападении на Гермиону Грейнджер вместе со старостой Рейвенкло, Пенелопу Кристал. Девушки держали в руках зеркало, правда, не такое, какое появилось у нас… Назревал вопрос, что нам теперь делать. Когда я спросила это у Дафны, она пробормотала: — Собирать доказательства. — Какие ещё доказательства? Ты предлагаешь, как в детективах, ходить по замку, собирая следы монстра? – фыркнула я. — Что такое детективы? – не поняла Дафна. Ах, конечно, забыла – аристократы читают обычно не захватывающие приключения, а скудные любовные романы. И в этом плане Гринграсс не была исключением. — Проехали, — отмахнулась я. – Так что ты имела в виду? — Я сегодня ночью думала над тем, как змей перемещается по замку, и кое-что поняла, — протянула Дафна, — василиск перемещается по стенам. Точнее, по канализации. — Почему же? — У тебя есть другие варианты? И вправду, нет. Возможность, что василиск спокойно ползает по замку (а ведь он очень даже не маленький!) и при этом его никто не замечает, исключена. — Куда ведёт вся канализация? — В… туалет? В ванную комнату? – предположила я. — Конечно. Думаю, что Салазар Слизерин выбрал именно это место для Тайной Комнаты. И на виду, и в то же время, скрытое от посторонних глаз. Да уж. Похоже, мой прапрапра (и ещё десять раз пра) дедушка отличался весьма сортирным юмором – из всего ассортимента комнат в огромном замке он выбрал туалет. Как бы то ни было, теперь мы точно знаем, где спрятана Тайная Комната. Но не знаем, в каком помещении. * * * Следующие дни мы с Дафной тщетно искали нужный туалет, как бы комично это ни звучало. Однако, нам было не до смеха. В итоге, когда мы тайком забрались в ванную комнату к мальчикам, нас поймали профессор Флитвик и МакГонагалл (а что они делали в туалете для мальчиков, мне интересно?) и сняли с факультета по двадцать баллов. Да ещё и отработку назначили. Самое ужасное, что даже не у декана (он бы помучил нас над котлами, да через час и отпустил бы), а у Локонса. Но что это была за отработка! Никогда не предполагала, что писать адреса на конвертах писем может быть таким скучным делом. Через три часа, Локонс, всё с той же приторной сияющей улыбкой на лице, сказав “Как быстро пролетело время, не правда ли?” , отпустил нас в гостиную Слизерина. Едва захлопнулась дверь, я сквозь зубы прорычала всё, что думаю о Локонсе. -Ты тише, ещё услышит, — предупредила Дафна. – И где это ты таких выражений набралась? — С такими братьями, как Фред и Джордж, ещё не тому научишься, — сказала я. – И мне плевать, если этот заносчивый болван меня услышит… помнишь, как он там говорил: “Ника Вагнетти моя давняя поклонница, она пишет мне письма раз в месяц и на каждый праздник. Впрочем, я думаю, что вполне заслужил это внимание”, — передразнила я его, успокаиваясь. – Фу, ну и отработка! На уроках я ещё его терпела. Я быстро зашагала по коридору, не желая наткнуться на Снейпа и получить ещё одно взыскание. — Стой! – Дафна схватила меня за край мантии и рассерженно посмотрела. – Кто это мне ещё пару дней назад говорил: постоянно ходить с зеркальцем? А ведь верно. У меня совсем короткая память. Порой важные для жизни правила забываются под напором повседневных событий. Дальше мы пошли осторожно, заглядывая за каждый угол. — Интересно, а если зеркало и вправду отразит вспять взгляд василиска, то громадная туша реликтового змея будет валяться вот здесь? – фыркнула она. Я развеселилась. — Учителя нас убьют. Обвинят в нарушении порядка и убийства несчастной зверюшки. Хотя, всегда можно будет сбагрить всю чешую МакГонагалл – сошьёт себе сумочку… и шляпку… и мантию… — Или договориться с Локонсом – пусть скажет, что он сам совершил свой миллионный подвиг, и спас школу от монстра, — подхватила Дафна. Мы пошли по третьему этажу, отпуская шутки, чтобы отвлечься от нудной отработки. Проходя мимо стены, где несколько месяцев назад была обнаружена оцепеневшая миссис Норрис, я машинально обернулась. Филч всё ещё стоял там, тая надежду поймать убийцу любимой кошки. Даром что сквиб, мне его было жаль. Разве люди могут привязываться друг к другу настолько сильно? Вон, Перси, недавно встречался с Пенелопой Кристал, а теперь пару дней погоревал, да и забыл. Нет, всё-таки, любовь к животным у человека более развита, чем любовь к себе подобным. По крайней мере, я так думаю. От размышлений меня отвлекло хлюпанье под моими ногами. — Опять вода? – озадачено поинтересовалась я, глядя на пол. — Она течёт… оттуда, — Дафна показала пальцем на комнату в конце коридора и палочкой втянула лужи. — Что там за комната? – спросила я. — Туалет Плаксы Миртл. Туда никто не ходит, и… постой! – едва не закричала Дафна от волнения и рывком открыла дверь. Моему взору предстала небольшая уборная, весьма грязная. Из всех кранов раковин, расположенных полукругом, хлестала вода. — Тори? Ты здесь? – откуда-то донёсся голос, и выплыло совершенно необычное привидение. Она была примерно моего возраста. Толстая, некрасивая девочка с огромными круглыми очками и заплетёнными в косички волосами. Ну и уродина. — Аа… я-то думала… — разочарованно протянула Миртл и надула губки. Фу. — Ты звала мою сестру? – настороженно спросила Дафна, выключая воду взмахами палочки. — Не знаю, кто она там тебе. За все эти годы хоть один пришёл ко мне просто так, поговорить… у нас с ней так много общего, — сказала девочка. — Астория – не такое уж и распространённое имя, наверное, она имеет в виду именно твою сестру, — сказала я Дафне. — И чего же у вас общего? – не обращая внимания на меня, продолжала расспрашивать Гринграсс. — Она тоже одинока. И тоже плачет, — мечтательно протянула Миртл, но тут же надулась: — а почему вам это интересно? — Ладно, с этим потом разберёмся, — одернула я подругу, которая уже хотела что-то возразить привидению. – Мы хотели тебя кое о чём спросить. Миртл нахмурилась. — Вы меня хотите обидеть? Знаю я вас! — Нет-нет, просто ответь, — торопливо сказала я. – Где ты была в ночь Хеллоуина? — На годовщине смерти Николаса де Мимси Дельфингтон, — с достоинством ответила девочка. — Это пародия на призрака башни Гриффиндора? – шёпотом поинтересовалась я у Дафны. Она кивнула. — Да, это его полное имя. Жуть, верно? — А потом… потом я вернулась сюда, в этот туалет, — грустно произнесла Миртл. — И ничего не показалось тебе странным? – ухватилась я за последнюю зацепку. — Ага, — кивнула она. – Запах. Как в тот день, когда я умерла. Почему-то от последних слов у меня побежали по кожи мурашки. — Ты умерла здесь? – тихо спросила Дафна. — Да. Слушайте! – радостно воскликнула Миртл и поднялась в воздух, под самый потолок. Наверное, никто раньше не спрашивал её об этом. Плакса Миртл умерла чуть меньше шестидесяти лет назад. Насколько я помню, в то время Дамблдор ещё не был директором, а лишь учителем трансфигурации. Миртл училась на Рейвенкло, и над ней потешались все однокурсники из-за её внешности. Однажды она так обиделась, что все уроки просидела в туалете на третьем этаже, рыдая в кабинке. — Потом мне послышалось какое-то шипение, — воодушевлённо прошептала Миртл. – Как будто кто-то говорил на другом языке… ну, я и вышла. Всё. — Как – всё? – переспросила я. — Я умерла, — просто сказала Миртл и вся надулась от важности. – Помню только два больших жёлтых глаза. Бестолковое создание. Гордиться своей смертью? Никогда не понимала рейвенкловцев. — Но что ты говорила про запах? – сказала Дафна. – При чём тут это? — У меня очень хорошо развито обоняние, — категорично ответила Плакса, скрещивая руки на груди. – Даже сейчас. Тогда, в день своей смерти я не обратила большого внимания на то, что пахло змеёй, и, как видите – умерла. Вот так-то. Вдруг она с визгом залетела в кабинку и нырнула в унитаз. Брызги залили всю комнату. — Что это с ней? – недовольно пробормотала Дафна. — Сумасшедшая, что с неё взять, — пожала я плечами. – Зато теперь мы знаем, что именно её убил василиск. Если, конечно, она это всё не придумала. — Я почему-то так не думаю. – Ответила Гринграсс и подошла к раковинам. – Нет, ты только посмотри! Я присмотрелась к медному крану, на который показывала Дафна. На нём была нарисована едва заметная гравюра змейки. * * * — Готова? — Давай уже быстрее, — нетерпеливо говорю я, хотя мне самой немного страшно. Дафна поставила на изготовку палочку, описала ей хитроумную дугу и прошептала: — Серпенсортиа! Надо сказать, что Гринграсс знала, что делает. Маленькая чёрная змейка, как плеть, появилась из волшебной палочки Дафны. Я инстинктивно отшатнулась от змеи, стараясь не разбудить своими шагами уже спящих слизеринцев. Уже глубокая ночь, и мы решили испытать моё владение парселтангом здесь, в гостиной. И только сейчас я понимаю, что это глупая затея. Змея злобно на меня посмотрела и зашипела. Дафна опустила руку с палочкой и побледнела. — Ну, давай, — едва слышно сказала она. – Как я тебе говорила. — Пошла прочь, — послушно произнесла я, опасливо глядя на змею. – Пошла прочь! Ноль эффекта. Змейка приподнялась на хвосте и ещё громче зашипела. — Ре… редуцио! – слабо пролепетала Дафна, вновь наставляя палочку на нёё. Но, видимо, от испуга, ничего не произошло. Я стала отходить к стене, всё громче и громче повторяя слова, надеясь, что вместо них раздастся шипение. Гринграсс снова и снова наставляла волшебную палочку, пытаясь убрать змею. Тщетно. В какой-то момент гадюка молнией взмыла в воздух и обнажила клыки. Я успела услышать крик Дафны и увидеть вспышку, прежде чем окунуться во тьму.