Рыжая

Первый урок в этом году, заклинания у Флитвика, как всегда, начинались с переклички. — Поттер, Гарри! — Здесь. – Гарри, который сидел позади нас с Тео, поднял руку. Флитвик двинулся дальше по списку, но тут его глаза странно выпучились, и несколько секунд прошло перед тем, как он слабым голосом сказал: — С-снейп, Теодор! Однокурсники тут же недоуменно стали озираться на Тео и вместе с тем перешептываться: — Он сказал: Снейп? Снейп?! Впрочем, одними такими перешептываниями дело не ограничилось. Весть о том, что Теодор Нотт больше не Нотт, разнеслась по всей школе со скоростью «Молнии», и уже на следующую перемену многие ученики с других курсов и факультетов стали подходить к Тео с вопросом, почему он теперь носит фамилию декана Слизерина. Сам Северус Снейп на обеде выглядел более чем раздраженным. Дафна вздохнула и повернулась ко мне: — Ну и что ты насчет этого думаешь? — Мне жаль, что я учусь на другом курсе, вот и все, о чем я думаю, — хмыкнула я. – Тео с деканом сами знали, на что они идут. Только все равно об этом уже скоро позабудут, в конце концов, новость об этих академиях гораздо более грандиозная. — Может, ты и права. Но это же будет такое соперничество за места! – протянула Дафна. – Я очень хочу попасть к целителям, но боюсь, что не смогу из-за постоянных «В» по травологии. — Делай, как я – мне вообще не хочется готовиться стать ни мракоборцем, ни целителем. — И кем же ты собираешься быть после Хогвартса? – заинтересованно спросила Дафна. Признаться, что пока не знаю? Ну нет уж. — Я всерьез думаю заняться правами домовых эльфов, — важным тоном произнесла я, пародируя Гермиону Грейнджер. Дафна прыснула. — А где Тео? — Тренируется на поле. Звал меня с собою, но я думаю, что в этом году не буду играть… Я посмотрела на подругу, как на полоумную. — Ты с ума сошла? — Пойми, просто я очень хочу попасть в эту академию. А для этого нужны лучшие оценки, и потому мне нужно будет больше уделять времени учебе. – Нерешительно произнесла Дафна. — Я понимаю, но… отказываться от квиддича? Ты точно в своем уме? – вытаращив глаза, спросила я. Я была потрясена. — Я, на самом деле, хотела отказаться ещё и от занятий легилеменцией, но Снейп настоял, чтобы я продолжила ходить к нему вместе с Тори. Сказал, что я постигла только самые азы, — вздохнула Дафна. — Без такого вратаря, как ты, нашу команду разорвут на клочья. Из Малфоя никудышный ловец, а Монтегю закончил школу в этом году, я сомневаюсь, что подберут кого-то лучше него. Ты точно пройдешь в эту свою академию по оценкам, но помоги нашей команде хотя бы в этом семестре. * * * Дафну мне все же удалось упросить поучаствовать в отборе – естественно, она прошла. Тео играл блестяще и прошел загонщиком – вместе с Забини, который оказался игроком получше, чем Гойл. Охотниками стали я, Крэйг Флинт, младший брат Маркуса Флинта, и к моему большому неудовольствию – Уоррингтон, который в прошлом году был членом Инспекционной Дружины. Драко, конечно же, остался на позиции ловца, хотя снитч он поймал один-единственный раз за три года игры в команде. Дни текли, я усердно занималась, уже пребывая в легкой тревоге от СОВ. Тревоги Дафны развеялись: с тех пор, как Снейп стал учителем Защиты, она получала «Превосходно» почти каждый его урок. Впрочем, как и я. Впрочем, как и все слизеринцы. С травологией ей пришлось немного попотеть, Дафна записалась на дополнительные занятия у Стебль, но вполне успевала совмещать их с тренировками по квиддичу и еженедельными занятиями легилеменции. Этой ночью я допоздна занималась трансфигурацией, и не заметила, как задремала в кресле, скрючившись над книгой. Проснулась я около трех часов ночи от стука двери в гостиную: она была пуста, за исключением стоящих у порога трех человек. Крэбб и Гойл, тихо переговариваясь, что само по себе уже могло насторожить, выглядели какими-то непривычно смущенными. Вместе с ними был и Драко, который был очень бледен и измучен. В последнее время я редко видела его, за исключением пары столкновений в замке и тренировок по квиддичу. — Что вы тут делаете в такое время? – потирая глаза и вставая с кресла, спросила я у них. — Не твое дело, — буркнул Малфой, кинув на меня быстрый взгляд. — Совет как староста к старосте: если решишь, так скажем, «патрулировать» коридоры в три часа ночи, не бери с собой этих громил. Удивляюсь, как они одним только своим топотом не перебудили ползамка. – Съязвила я. — А что тут делаешь ты, Уизли? Полируешь свой значок старосты? – ехидностью на ехидность ответил Драко. Только получилось это у него как-то вяло. Мои глаза загорелись, и кажется, доля гриффиндорской крови закипела у меня в жилах. Я открепила значок с буквой «С», швырнула на пол и с яростью произнесла: — Инсендио! Пламя вспыхнуло и тут же погасло, поглотив значок. Наверное, Малфой был чуть поражен таким ходом событий, и не нашел ничего лучше, чем пробормоттать: — Ты меня не видела, я тебя. Крэбб, Гойл, за мной! Они ушли в спальню, и тут я пожалела о том, что натворила. Как теперь объясняться со Снейпом насчет пропажи значка? Ох, выговорила бы я ему все насчет того, что думаю о моем назначении на роль старосты, но даже как-то боязно. Может, попросить передать ему это через Тео?.. «Интересно, а что все-таки в такое время делали Малфой вместе с Крэббом и Гойлом?» — подумала я, поднимаясь в свою спальню и засыпая на секунду раньше до того, как моя голова коснулась подушки. * * * POV Дафны. Вот уже два месяца, как в этом учебном году мы с Асторией занимаемся легилеменцией, а дело не сдвинулось с начальной точки. Мы многому научились за те полгода, но сейчас ничего не меняется. Как будто всему тому, чему нужно учиться, мы научились, но все равно продолжаем ходить к Снейпу, и он говорит, что нам это важно. И именно сегодня тот день, как мы с Тори решили спросить у учителя, о чем говорила тогда с родителями Беллатриса Лестрейндж. Он должен знать… «Дафна, Тори, сегодня не стало бабушки Эспассии…» Такого содержания было письмо, пришедшее в обед. Черствые, сухие строки, в которых описана внезапная смерть бабушки и маловажные подробности подобно тому, что выходные мы с Асторией проведем в Лондоне, чтобы пойти на похороны. Бабушка… я сморгнула пелену слез, выступившую на глазах. Бабушка говорила мне никогда не плакать. Хотя какая уже сейчас разница? Через несколько часов, когда первый шок и тоска чуть ушли, я спросила Тори: — Она ведь была полностью здорова, бабушка. Мне кажется, что… её убили. Астория снова приложила платок к лицу: в отличие от меня она не отличалась особой стойкостью. Зато была более человечной. — Я тоже так думаю. Если бы с ней случился несчастный случай, или внезапная болезнь, родители бы написали причину… а так… В восемь часов вечера мы спустились в кабинет Снейпа. Тот уже ждал нас. — Я слышал о вашей трагедии. Примите мои соболезнования, — он чуть склонил голову. – Но легилеменцией будет без толку заниматься, когда в мыслях хаос. Сегодня я освобождаю вас от занятия. — Профессор, мы хотели у вас спросить кое-что, — начала я. – На каникулах наших родителей навестила Беллатриса Лестрейндж… Астория рассказала декану все, включая и то, что его самого упомянула Пожирательница смерти. С каждым словом Снейп становился все мрачнее, но ничего не говорил. — Прежде всего вы обе должны уяснить, — произнес Снейп, когда Астория договорила. – То, что вы сейчас увидите – большая тайна. Если вы расскажете об этом хоть одной душе – поставите под опасность не только меня, но и себя, а также вашу семью. С этими словами он приложил волшебную палочку к виску, и некая серебристая субстанция стала бусинками нанизываться на древко. Через несколько секунд Снейп стряхнул эти бусинки в большую круглую чашу, стоящую у него на столе. — Омут памяти, — коротко пояснил он. – Это мои воспоминания. Дафна, сначала вы. Я читала кое-что об Омутах памяти, и представляла себе, что теперь нужно сделать. Я погрузила лицо в прохладную серебристую массу и мои ноги оторвались от земли. Это было немного неожиданно, но через пару секунд мои ноги коснулись твердой поверхности, и я пошатнулась. Астория и Снейп через несколько секунд оказались рядом со мной. Учитель хмуро и без интереса смотрел исподлобья на окружающую нас обстановку. Это была большая, тускло освещенная комната. Из предметов мебели – только длинный, широкий стол и придвинутые к нему стулья с черной кожаной обивкой. Сейчас почти все они пустовали – кроме двух. Напротив друг друга сидели двое мужчин: первого я узнала сразу – это был профессор Снейп. Хотя, а как могло бы быть иначе, если это именно его воспоминания? Переведя взгляд на второго, меня передернуло. То же бледное, змеиное, страшное лицо, которое я увидела год назад. Астория со страхом вцепилась в мое плечо. Я прижала к себе сестру: — Не бойся, это всего лишь воспоминание… — Северус, — холодно, растягивая слоги произнес Темный лорд. – Я уже говорил на прошлом собрании, что нам требуются свежие силы. Некоторые мои слуги уже выразили желание, чтобы их дети начали служить мне. Впрочем, и у тех, кто желание не выразил, выбора нет… — Мой лорд, — с глубоким почтением сказал Снейп, преклонив голову. – Но некоторым из этих детей ещё не исполнилось и шестнадцати… — Они уже могут послужить мне. Беллатриса занимается окклюменцией с Драко. Крэббы, Гойлы и Кэрроу учат своих детей темной магии, тайно, конечно же. А ты, Северус? При твоих способностях к легилеменции ты сможешь обучать этому искусству наиболее талантливых учеников. Кто из твоих слизеринцев, будущих моих слуг, более способный? — Милорд, у меня есть предложение. – Волдеморт кивнул, показывая, что он может продолжать. – Может, мне начать обучать детей-слизеринцев, родители которых ещё не встали на нашу сторону? Кто знает, может, это будет ещё одним решающим фактором? Несколько секунд Темный лорд молчал. — И с кем именно ты хочешь заниматься легилеменцией? — С сестрами Гринграсс. Древнее, чистокровное семейство, но увы, пока они сомневаются в выборе лучшей стороны. У меня закружилась голова.