Ты — все, что у меня есть

Спустя сутки. Стэндфордский Медицинский Центр, Стэнфорд, Калифорния.

      Мия практически вылетела из арендованного кроссовера, громко хлопнув дверью. Извинившись за это в пустоту, девушка прошла половину пути до главного входа в Медицинский Центр, но остановилась, обернувшись в ожидании Тони. Быстро приткнув машину на крайнее свободное место парковки, Старк быстрым шагом догнал Палмер и, взяв ее за руку, пересек порог Центра, когда перед ними автоматически открылись прозрачные двери.       Они быстрым шагом достигли стойки регистрации, за которой сидела женщина, лет сорока пяти, которой под описание прекрасно подходило одно слово: большая.       — Здравствуйте, — буркнула Мия голосом, который даже сама не узнала.       Женщина подняла на нее скучные тусклые глаза и лениво поинтересовалась:       — Чем могу помочь?       — Мой брат… он попал в аварию… мне сказали, что его привезли в эту больницу… От университета… я бы хотела узнать, — сбивчиво начала Мия, но в глазах защипало и она хрипло закашлялась.       — Джонатан Палмер, — ровным голосом произнес Тони, приобняв девушку за плечи. — Мы можем попасть к нему в палату?       — А вы, собственно, кто? — хмуро спросила женщина за стойкой.       — Собственно, я — Тони Старк, — в тон ей ответил мужчина. — А эта девушка, Амилия Палмер.       — Я спрашивала, кем вы приходитесь мистеру Палмеру? — уточнила женщина, сверяя информацию по компьютеру. — Вы родственник?       С секунду Тони смотрел на женщину взглядом, полным желания ответить ей откровенным сарказмом, но он сдержался:       — Я нет, а вот мисс Палмер, как вы могли заметить по ее фамилии, является родственницей парню. И чем дольше вы тут выясняете очевидные вопросы, тем дольше она не может попасть к своему брату, чтобы увидеть его.       — Вы не сможете его увидеть, — буркнула женщина, пожав плечами.       — Как? — ахнула Мия и тут же спрятала лицо в ладонях, оставив нетронутыми лишь глаза.       В голову девушки мгновенно ворвались миллионы картин с изображением ее мертвого брата, и как бы она не хотела, чтобы картинки исчезли, они продолжали кружить, и одновременно с этим по венам Мии уже растекалась противная холодная ядовитая жидкость неукротимого, словно змея, страха.       — Он в реанимации, — будничным тоном ответила женщина. — Туда никому нельзя.       Старк поджал губы, бегло глянув на Мию, а затем облокотился на стойку регистрации и тихо произнес:       — Совсем никому или туда все-таки возможно попасть?       Женщина смерила его сердитым взглядом и ответила, так же навалившись на свой стол, едва при этом не обрушив его:       — Совсем никому, мистер Старк. Дождитесь ведущего врача, с ним и поговорите о мистере Палмере.       — И долго ждать? — вскинул бровь Тони.       — Около получаса, у него осмотр.       Старк нервно оттолкнулся от стойки и, взяв Мию за руку, отвел ее в зал ожидания. Ночью он был практически пуст, не считая пары мужчин, дремавших на мягких стульях.       — Успокойся, Энни, — Тони обнял девушку и погладил по голове. — Придет врач, мы все узнаем у него.       — Но Джон… — Мия всхлипнула. — Он в реанимации…       — Милая, я тоже однажды был в реанимации, — тихо успокаивал девушку Старк. — Как видишь, сейчас со мной все в порядке, малость только на голову тронулся, но это у меня с рождения.       Он не видел лица Мии, но чувствовал, что она стала меньше дрожать. Палмер отстранилась от мужчины, вытирая дорожки слез, сбежавших по щекам. Внезапный телефонный звонок заставил девушку вздрогнуть. Она вынула из кармана пальто сотовый и мельком взглянула на дисплей.       — Нарцисса… — пробурчала Мия, вглядываясь в злобное лицо с острым подбородком. — Не хочу отвечать…       — Энни, она его мать, — резонно заметил Тони. — И у нее не хватит мозгов позвонить в больницу, она тебя из-под земли достанет.       Глубоко вздохнув, Мия нажала на зеленую кнопку:       — Слушаю.       — Детка, это тетушка Цисси, — раздался противный голос на другом конце провода.       Мия поморщилась. С детства мачеха заставляла девочку называть ее не иначе как тетушка Цисси. Радуясь, что она не просит называть ее мамой, упрямая Палмер обращалась к мачехе не иначе, как «вы» или «эй», а со временем «вы» переросло в сердитое «ты».       — Я узнала, — процедила Мия сквозь зубы.       — Ты же знаешь о Джонни, верно? Тебе звонили? Ты не представляешь, я приехала в этот Стэндфорд из самого Ньюпорта! Из Орегона, я еле стою на ногах. Ты в Стэнфорде?       — Я в больнице, где Джон.       — Ты должна меня забрать, — требовательно произнесла Нарцисса.       — Чтооо? — протянула Мия, от удивления даже забыв, что разговаривает со взрослым человеком.       — Я в аэропорту, сейчас ночь, я же не пойду пешком, в конце концов! — возмущенно пояснила женщина. — И что там с Джонатаном?       — Я… он… — Мия, которой только-только удалось немножечко успокоиться, вновь затряслась от мысли, что могло быть с ее братом, как сильно он пострадал и выйдет ли он когда-нибудь из реанимации. — Он… — девушка никак не могла заставить себя сказать хоть что-то, ее глаза уже вновь наполнились слезами, а воздуха в сжимающихся легких едва хватало на дыхание.       Старк, не выдержав, отнял телефонную трубку у Мии и, прижав девушку к себе, произнес:       — Доброй ночи, с вами говорит представитель интересов Мии, она сейчас не может подойти к телефону, чем могу помочь?       — Во-первых, меня надо забрать из аэропорта, — требовательно сказала Нарцисса. — А во-вторых, расскажи мне, что с моим сыном!       Тони нахмурился: ему не нравилась женщина, у которой вопрос о состоянии сына встал лишь на второе место.       — Во-первых, за вами никто не поедет, в аэропортах есть такси, — ответил Старк. — А во-вторых, приезжайте сюда и сами все узнаете.       — Но я переживаю! — возмутилась Нарцисса. — И такси здесь стоят очень дорого в этой вашей Калифорнии…       — Если вас остановит цена на такси, я передам вашему сыну, что у его матери нет сердца, — жестко оборвал женщину Тони и отключил вызов, а затем и вовсе выключил телефон.       — Что ты… — Мия подняла мокрые глаза на Старка. — Зачем?       — Чтоб не доставала, — буркнул Старк. — Идем, в конце коридора стоит автомат с отвратительным кофе, а я коллекционирую стаканчики из-под отвратных напитков.       Выпив действительно ужасный по вкусу кофе, Мия немного успокоилась. Хотя заслугу в этом напиток делил вместе со Старком, который присел в кресло рядом с девушкой и старался отвлекать ее какими-то историями и рассказами из своей бурной прошлой жизни. Иногда Тони заносило, и мужчине приходилось мысленно просить, чтобы Мия не треснула его по голове, но все обошлось без рукоприкладства. На самом интересном месте очередной истории в холл больницы вошел высокий мужчина индийской внешности в белом халате.       — Так, Палмер вы? — уставился он на Тони.       — Это я, — вскочила с кресла Мия.       — Идемте, — врач поманил рукой девушку и, развернувшись, быстро ушел по коридору.       Палмер поспешила за врачом, Старк, не отставая, шел следом.       — Что с моим братом? — нагнав мужчину в белом халате, поинтересовалась Мия.       Врач резко остановился около двойных деревянных дверей, на одной из которых висела табличка «Реанимация».       — Я доктор Катнер, — представился врач. — Врач Джонатана Палмера, а вы, как я понял, сестра? — уточнил он у Мии и, увидев кивок девушки, продолжил. — В реанимацию, вообще-то нельзя, но близким родственникам мы делаем поблажку. В конце концов, это такое место, которое для больного может стать последним.       Мию снова заколотила крупная дрожь. Покачав головой на весьма интеллигентного врача, Тони взял девушку за руку.       — Но не волнуйтесь, — как не в чем ни бывало, продолжал доктор Катнер, — вашему брату, можно сказать, повезло. Сейчас он в коме, но в принципе его жизни ничто не угрожает. Внутренние органы в порядке, мозг не задет. Единственное опасение, что кома затянется.       — Я хочу его увидеть, — хрипло произнесла Мия.       — Только не долго, — заметил Катнер. — У вас есть примерно минут двадцать, потом им займется медсестра.       Доктор распахнул одну створку дверей, пропуская Палмер вперед. Он задержал Тони, уверено шагнувшего следом:       — А вы…       — Брат, отец, дядя, отчим, шурин, барин, король Великобритании, Волан-де-морт, — выбирайте, что вам больше нравится, — буркнул Тони, всем своим видом показывая, что непременно окажется внутри помещения.       Решив, что лучше он не будет связываться с этим мужчиной, да и ночная смена сказывалась тяжелыми последствиями, доктор Катнер коротко кивнул и пропустил Старка внутрь.       В реанимации из всех кроватей была занята только одна — светловолосым парнем девятнадцати лет. Мия тут же кинулась к больничной койке. К парню были присоединены многочисленные провода, ведущие к мониторам, расставленным вокруг, на которых менялись какие-то цифры, бегали какие-то полоски, что-то пищало и гудело. Но девушке было все равно. Все ее внимание сейчас было сосредоточенно на мальчишке, без движения лежавшего в коме.       Мия присела на невысокий стул рядом с кроватью и погладила брата по холодной бледной руке. Цвет кожи лица мальчика был примерно схож с белоснежной подушкой, на которой он лежал. Из приоткрытого рта парня торчала какая-то трубка, помогающая ему дышать. Девушка осмотрела брата с головы до ног: несколько синяков и ссадин были даже на тех участках кожи, которые не были прикрыты простыней, правая нога перебинтована и по бедро упрятана в гипс, а правая рука спрятана под тугой повязкой.       — Перелом ноги и нескольких ребер, растяжение на руке, множество серьезный ушибов, ссадины и синяки, — перечислял доктор. — Ему повезло — он ехал на мотоцикле и, когда машина сбила его, то основной удар пришелся по железу.       — На мотоцикле? — едва шевеля губами, переспросила Мия. — Он же не ездил на них…       — Видимо, начал, — произнес Тони, стоя позади Мии и опираясь руками на спинку стула. — Ты его не слишком часто видела, чтобы знать такие подробности о его жизни.       Палмер тяжело вздохнула, признавая, что мужчина прав. Сколько раз в год она видела Джона? Три? Четыре? Пара дней на каникулах несколько раз в год явно не достаточно для того, чтобы хорошо знать своего сводного брата. И во всем была виновата Нарцисса. Мия, с детства ненавидя свою мачеху, машинально переносила эту нелюбовь на Джона. Она любила брата, но ровно настолько, насколько он был ее частью — сыном ее отца. И сейчас, повзрослев, приобретя жизненный опыт, имея иное мировоззрение, Мия понимала — она была несправедлива к Джону. Он не был виноват в том, что у него такая непутевая мать.       Палмер погладила брата по голове, проведя рукой по мягким коротким волосам. Она отчаянно хотела все исправить. Отчаянно хотела переписать прошлое, вписать туда как можно больше своего брата. Полностью внести его в свою жизнь. Но Мия умела лишь кидаться энергетическими импульсами, а не поворачивать время вспять.       Жизнь такая интересная вещь, что, только потерявши, или рискуя потерять, люди начинают видеть, что истинно дорого.       — Я вас оставлю, — пробормотал врач.       Тони, взглянув на доктора, коротко кивнул ему.       Едва дверь реанимации закрылась, Старк почувствовал в кармане джинсов вибрацию сотового телефона. Мужчина, достав мобильный, посмотрел на дисплей:        «Номер засекречен».       — Родная, я сейчас, — прошептал Тони и, чмокнув Мию в макушку, поспешно вышел из помещения.       Нажав кнопку приема вызова, Старк не успел сказать ни слова, что поразило даже самого мужчину.       — Тони, это Тесса, — затараторили в трубку. — Тесса Бартон, помнишь меня?       — Тебя невозможно забыть, — потер лоб Старк. — Откуда у тебя мой номер?       — Я агент Щ.И.Т.а, — резонно заметила Бартон в ответ.       — Но у меня кодированный канал, как вы… ай, ладно. Пора переписать протоколы безопасности Джарвиса.       — Что с телефоном Мии? — не обращала внимания на его слова Тесса. — Она с тобой? Вы в больнице? В Стэнфорде? Я только что получила ее сообщение. Что с Джоном? Он жив? Тони, ответь хоть на один вопрос!       — Тогда прекрати тараторить, чтобы я ответил, — возмутился Старк. — Я не помню последовательность твоих вопросов, но суть уловил. Мия со мной, мы в Стэндфордском МедЦентре, при университете. Пока что. Как только Джона можно будет перевозить, мы увезем его в Лос-Анджелес. В Коммьюнити. Там мои знакомые, хорошие, а главное, проверенные врачи.       — Что с Джоном?       — Пара переломов, растяжение, синяки, все по стандартному сценарию всех сбитых автомобилями, кому повезло остаться в живых, но он в коме, возможно, надолго, — ответил Тони, подходя к автомату с кофе и раздумывая об еще одном стаканчике отвратительного напитка. — Ты, случайно, не пролетаешь сейчас на каком-нибудь секретном авиалайнере Щ.И.Т.а мимо аэропорта Стэнфорда?       — Я в Кладно, Тони, — буркнула Тесса.       — Чехия… Мило, — будешь в аэропорту Стэнфорда, захвати мачеху Мии, спасибо, — с этими словами Тони отключил вызов.       Мужчина вернулся в реанимацию, про себя отметив, что Энни не двинулась с места. Она смотрела на многочисленные приборы, информацию на которых с трудом понимала, и периодически гладила брата то по руке, то по светлой макушке, словно надеялась, что от ее прикосновений он проснется.       Тони, сохраняя обычно не свойственную ему учтивость, молча вернулся на свое место позади девушки. Он, пожевав губу, сощурившись, посмотрел на мониторы. Насколько мужчина был осведомлен в показателях медицинской техники, состояние Джона было стабильным. Показатели пульса, давления и электрокардиограмма были довольно хорошими, но вот перспективны ли для скорого выхода из комы — этого Тони не мог сказать.       Через какое-то время в помещение вошел доктор Катнер в сопровождении медсестры — серьезной женщины средних лет.       — Простите, мисс Палмер, — извиняющимся, произнес врач, — но я вынужден попросить вас уйти.       — Когда я смогу вновь навестить его? — поинтересовалась Мия, поднимаясь на ноги, но не сводя глаз с брата.       — Завтра, — ответил доктор. — Точнее, уже сегодня, днем.       Палмер покивала, и они с Тони проследовали к дверям, вместе с доктором Катнером покинув помещение.       — Простите, — снова извинился молодой врач. — Вы единственные родственники мальчика?       Мия грустно посмотрела на доктора, сожалея, что она не единственная родственница Джона, и ей так или иначе придется увидеться с Нарциссой.       — Я спрашиваю затем, чтобы знать, придет ли кто еще навестить его, — пояснил Катнер.       — У него есть мать, — устало произнесла Палмер. — Но я не знаю, когда она доберется сюда.       — А вы не могли бы с ней как-нибудь договориться, чтобы я не гонял ее почем зря? — попросил доктор. — Мы не можем позволить часто посещать реанимационное отделение, лучше будет если вы вместе… — аккуратно добавил он.       Мия нахмурилась, уходя куда-то далеко в свои мысли и забыв ответить врачу хоть что-то.       — Мы сделаем все, что сможем, — пообещал Старк, обнимая девушку за плечи и уводя прочь, в сторону холла больницы. — Спасибо вам, — добавил он на последок.

Тот же день, временный штаб Щ.И.Т.а, улица И. Олбрайта, Кладно, Чехия.

      Тесса отключила вызов, ни капельки не удивившись странной просьбе Старка. Сказать по правде, девушка была в легком шоке, что Нарцисса соизволила оторвать свою задницу от дивана и приехать аж в сам Стэндфорд, тогда как раньше она максимум могла перенести свое тело лишь в ближайший магазин.       — Как парень? — поинтересовалась рыжеволосая девушка, сидящая в соседнем кресле.       — В коме, — нервно отозвалась Тесса. — Ох, да что же семья Мии такая невезучая-то, — покачала головой она, разбрасывая по плечам светлые волосы. — Наташа, — обратилась она к напарнице, — мне надо бы уехать…       Рыжеволосая поднялась на ноги и сделала пару шагов к столешнице, расположенной на совмещенной с гостиной кухне. Она молча достала два невысоких бокала, затем бутылку с бурой жидкостью, которую плеснула в каждый из стаканов.       — Пей, — сказала она, протягивая один из них Бартон, — и вызывай такси в аэропорт. Я тебя не повезу, опасно высовывать нос сейчас.       — Вы справитесь вдвоем? — спросила Тесса, сделав глоток виски и слегка поморщившись.       Наташа Романова хмыкнула, сохраняя при этом серьезное выражение лица. Она залпом выпила алкогольный напиток, не дернув при этом ни одной мышцей лица, посмотрев в небольшое окно маленькой квартирки, служившей временным штабом Щ.И.Т.а на очередной операции в Европе.       — Клинт поедет с тобой, — наконец, произнесла она.       — Он бы хотел, но не оставит тебя одну, ты же знаешь, — Тесса поднялась с места, набирая на телефоне служебное сообщение для агента Хэнд, курирующей операцию.       — Что ты делаешь? — Наташа словно затылком увидела действие светловолосой девушки.       Романова в одно мгновение оказалась рядом с Бартон и выхватила телефон из руки Тессы:       — С ума сошла докладывать Виктории Хэнд, что отлучаешься? — шикнула она. — Думаешь, для нее важен какой-то там мальчишка, попавший под колеса?       — Этот мальчишка мне как семья! — возмутилась Тесса. — А моя семья важна для Щ.И.Т.а.       — До какого момента, Тесс? — хмуро уставилась Наташа на Бартон. — Пока ты его шпион? Или его агент? Уйдя с миссии, ты перестанешь им быть.       Бартон сглотнула, посмотрев на Романову. Нельзя было сказать, что умудренная многолетним опытом шпионка была неправа. Знаменитая Черная Вдова, по плечи искупавшая свои руки в крови, знала о чем говорила.       — В этом мире у каждого человека существует лишь определенный круг людей, которым ты можешь довериться, — продолжала Наташа. — И чаще всего этих людей можно пересчитать по пальцам одной руки. Еще чаще для этого хватит лапки черепашки-ниндзя, — Романова выставила из кулака большой, указательный и средний пальцы. — Твоя семья, — она загнула большой палец. — Лучшая подруга, — загнула указательный. — Парень, с которым спишь, — Наташа показала сложенный кулак. — Щ.И.Т. не принадлежит твоим пальцам. Щ.И.Т. вообще не принадлежит ничьему пальцу.       Вначале Тесса задохнулась от возмущения насчет заявления о «парне, с которым спишь», но затем задумалась о словах Наташи. Все они были чистой правдой, с одним лишь отступлением.       — Ник мой четвертый палец, — тихо произнесла Тесса.       Наташа молча посмотрела в глаза Бартон и едва заметно кивнула:       — Да. Только ему тоже нельзя писать, и ты прекрасно это понимаешь, — Наташа отвернулась к окну, отдавая телефон Тессе. — Ник и Клинт.       — Что? — не поняла та.       — Мои два пальца, — пояснила Наташа. — Клинт вытащил меня из того дерьма, в котором я почти утонула, а Ник поверил мне. Они те, кому я могу доверять. Ну, а ты, — она вновь посмотрела на Тессу, и уголки губ рыжей дернулись вверх, — как бонусное приложение к Бартону. Ты же тоже Бартон.       — Ну спасибо, — хмыкнула Тесса, понимая, что Вдова шутит.       — Уезжай, — Наташа сложила руки на груди. — Сейчас же. Клинт встретит тебя в аэропорту, я прикрою вас. Обоих.       — Клинт…       — Я справлюсь, — рявкнула Наташа. — Вы провалите всю операцию, не зная, что там с этим парнем, а я из-за вас помирать сегодня не настроена, — она кивнула на дверь. — Уходи. Ваша задача вернуться через полутора суток. Я все подготовлю.       Тихо поблагодарив шпионку, Тесса схватила свою небольшую спортивную сумку, в которой всегда было собрано все необходимое, и открыла входную дверь. Напоследок Бартон обернулась на темный силуэт точеной фигуры Черной Вдовы, стоящей у окна к ней спиной со сложенными руками.       Любой человек может пойти по неверному пути, просто однажды шагнув не туда или поверив не тому. Наташа Романова была ярчайшим примером, когда хороший человек несколько раз ошибся, но в итоге, с чьей-то помощью или без, встал на верный путь. Во всяком случае, Тесса Бартон очень хотела верить, что Щ.И.Т. — это верный путь для них обеих, и Ник — тот, кто убережет темные стороны этих двух девушек.       Наташа закрыла глаза, когда хлопнула входная дверь. В тот момент ее мысли были примерно такими же. Клинт Бартон стал для нее тем, кто мог быть палачом для Черной Вдовы. Но вместо этого он спас почти истлевшую душу Наташи Романовой…