Гостиная факультета Гриффиндор

— Убейте меня, — Сириус со стоном рухнул на диван. — Я так больше не могу! Бродяга отодвинул от себя длинный свиток, наполовину исписанный большим широким почерком, и, размяв спину, подошел к окну, за которым поблескивал бледный месяц. — Учебный год только начался, Бродяга, — сочувственно проговорил Ремус, неотрывно глядя в учебник по травологии, а Алиса что-то промычала в ответ, держа перо в зубах. — Да ладно вам, — вздохнула Лили, — завтра же суббота. Можно отдохнуть. — Ты сама-то в это веришь?! — Блэк неаккуратно плюхнулся на диван, и стопка книг рухнула на пол. Прошел всего месяц с начала учебы, но с первых же дней семикурсникам задавали так много, что уроки приходилось делать часов по пять. Казалось, учителя играли в игру «Кто больше задал, тот и победил» и каждую неделю подводили итоги, подсчитывая отобранные баллы за несделанное домашнее задание. И совершенно бесполезно было объяснять, что написать четырехстраничное эссе на тему «Разнообразие болотных лягушек» за один вечер, при наличии других заданий, просто невозможно. У мародеров совсем не оставалось времени на шутки, что несказанно обрадовало профессора МакГонагал. Правда в первую неделю они подлили слизеринцам Зелье рыгания и потом целый день наслаждались мучениями студентов, старающихся не раскрывать рта. Но теперь, приходя в гостиную после занятий, гриффиндорцы садились к камину и доставали учебники, длинные свитки пергамента, чернильницы и перья, а Люпин, раньше всех справлявшийся в домашней работой, помогал остальным. Позже к ним присоединялись Лили и Алиса, приходившие после дополнительной травологии или проверки самостоятельных для профессора МакГонагал. Девушки садились ближе к камину и доставали свои книги. Так компания сидела до позднего вечера, скрипя перьями и изредка обмениваясь общими фразами и терминами из учебников. Это стало уже традицией и, когда Лили чем-то случайно отравилась, в чем Джеймс сильно сомневался, подозревая во всем слизеринцев, и была вынуждена провести два дня в Больничном крыле, никто не смог сосредоточиться на домашней работе без привычного ворчания старосты, а Поттер так и вообще просидел с ней всю ночь. Ближе к одиннадцати приходила Марлин, и перья вместе с исписанными пергаментами убирались обратно в сумки, а учебники закидывались под диван. Все усаживались на поудобнее и обсуждали последние новости. Блэк как-то в шутку сравнил МакКиннон со спасательным кругом, который вытаскивал их из Мерлиного дерьма. Вот и сейчас с приходом светловолосой шестикурсницы компания сразу оживилась, зашерстели пергаменты и перья, а Джеймс даже умудрился разбить свою чернильницу, которую Эванс с легкостью восстановила. — Что бы я без тебя делал? — весело проговорил Поттер и потянулся ее поцеловать. — Нам, кажется, уже пора, — неожиданно проговорил Питер и резко встал с кресла, —, а то Дырявый котел закроется. За парнем потянулись и остальные мародеры. — Может будут какие-то пожелания, — весело спросил Ремус. — Не скучайте, дамы, — Сириус послал гриффиндоркам воздушный поцелуй и вытолкал друга из гостиной. Девушки пересели на ковер и, облокотившись на диван, вытянули ноги поближе к камину. Лили вытащила из своей сумки старый альбом и начала плавно водить карандашом по пожелтевшей бумаге. При мародерах она не любила рисовать, те все время лезли ей через плечо, а подруги просто сидели, занимаясь своими делами. Иногда полезно просто помолчать, сидеть рядом с друзьями и наслаждаться тем, что они сейчас рядом с тобой, и им необязательно рассказывать что-то, потому что они и так все о тебе знают. — Как вы думаете, что будет, когда мы закончим Хогвартс? — спросила Алиса. — Мне вот еще год здесь учиться. Не знаю, как буду без вас, — грустно улыбнулась МакКиннон. — Не переживай, мы же будем видеться на каникулах, а еще у тебя не будет свободного времени, посмотри, сколько нам задают! — Лили, а ты что об этом думаешь? Лили! — А? — Эванс встрепенулась, ее очень взволновал вопрос Алисы. — Я думаю, что для тебя следующий год пройдет незаметно. Я вот совсем не представляю, что больше не приеду первого сентября сюда. — А я знаю, как все будет, — продолжила Марлин. — Вы начнете носить лимонные халаты*, а я стану суперпопулярным игроком в квиддич! Ну, а наши парни — мракоборцами, им же вечно не хватает приключений. — Кому тут не хватает приключений? — раздался веселый голос прямо за спиной шестикурсницы. — Блэк, я как раз говорила, что вы все время ищите приключений на свою задницу. — Что верно, то верно, Бродяга, — поддержал Марлин Поттер. Парни раздали всем по небольшой бутылочке сливочного пива и пакетику с тыквенным печеньем. Вот уже минут пятнадцать парни спорили о командах по квиддичу, а девушки обсуждали предстоящий поход в Хогсмид. Это продлилось бы еще долго, если бы Ремус не заснул в кресле и не решено было бы отправляться по своим спальням. — Вы идите, а я еще немного посижу, — бросила Марлин подругам. Те согласно кивнули и пошли к спальням. — Я посижу с тобой, все равно неохота слушать, как храпит Хвост, — и Сириус с театральным видом завалился прямо на девушку. — Это совсем необязательно. — Если хочешь меня прогнать, то сама ночуй в нашей спальне! Я не шучу, иногда мне кажется, что это не Питер, а Хогвартс-экспресс спит в кровати! — парень попытался изобразить звук поезда. — Нет, лежать на мне совсем не обязательно, Блэк! — А если хочу защекотать тебя до смерти? - И, не дожидаясь ответа, Сириус прижал Марлин к дивану еще больше и начал щекотать ее. МакКиннон пыталась вырваться, звонко смеясь, она извивалась и била семикурсника по спине и рукам. — Ну все, Сириус, не надо больше, — сквозь смех выдавливала гриффиндорка. — Я больше не могу. Блэк резко остановился и посмотрел на Марлин. Светлые волосы растрепались, мантия съехала набок, а глаза горели озорными искорками. Он быстро наклонился к ней и поцеловал. Сириус только слегка коснулся ее губ, словно проверяя, оттолкнет она его или нет, а потом вдруг притянул к себе и поцеловал еще раз.

***

Последний год обучения в Хогвартсе заканчивался, экзамены сданы, оценки получены. Завтра все выпускники разъедутся по домам и вступят во взрослую жизнь. Мародеры стояли около окна и наблюдали за фейерверком, гремевшим над Запретным лесом. Все четверо думали о чем-то своем, но каждый был уверен, что, несмотря на разгоравшуюся войну, они останутся вместе до самого конца.