Гостиная факультета Гриффиндор

      Марлин сидела в гостиной. В этом году она сдавала СОВ и заметно нервничала. Хотя половина экзаменов осталась позади, ей нужно было сдать еще трансфигурацию и чары.       Яркие солнечные лучи светили сквозь окно. В гостиной было многолюдно: такие же пятикурсники, как и Марлин, шумно обсуждали прошедший экзамен, семикурсники судорожно готовились к предстоящему, а остальные весело переговаривались между собой, собираясь на улицу в такой теплый день.       МакКиннон ждала мародеров, чтобы сходить с ними в Хогсмид и купить сливочного пива по случаю уже сданных ею экзаменов, но мальчишек, как ласково называла их гриффиндока, еще не было. Скорее всего они считали, что у Марлин еще идет экзамен и гуляли где-нибудь в окрестностях замка.       Девушка задумалась. Еще год и все ее друзья закончат школу, и она останется совсем одна. Хотя, может быть, когда мародеры покинут Хогвартс, девчонки перестанут считать Марлин своим врагом. Но это будут точно не ее однокурсницы.       МакКиннон подошла к окну.       «Может пока сходить к Хагриду? А мальчишки найдут меня потом. У них же есть карта».       Девушка уже собиралась уходить, когда в гостиную залетела Эванс. — Лили, стой. Ты не видела мародеров? — Можешь поискать их у озера. Они прекрасно развлекаются, подвешивая за ноги слизеринцев! Ты услышишь их, как только выйдешь на улицу! — в голосе девушки зазвучали слезы, хотя она и пыталась их скрыть за своим недовольством. — Что-то случилось? — Марлин заметила перемену в настроении подруги. — Ничего. Просто Поттер решил, что ему все можно и все должны целовать землю, по которой он ходит! — Эванс еще раз посмотрела на МакКиннон и пошла в сторону женских спален.       «Ну он и получит от меня!» — подумала Марлин.       Гриффиндорка сразу же забыла о Хагриде и направилась прямиком к озеру, чтобы узнать у Ремуса, что же произошло на самом деле.       Была глубокая ночь, Лили сидела на диване. Девушка никак не могла заснуть и, взяв книгу, спустилась в гостиную. С каждым ударом сердца в ее голове проносились слова Северуса: «Мне не нужна помощь от паршивых грязнокровок!». Гриффиндорка закрыла лицо руками. Весь день она прорыдала в своей спальне и ей казалось, что слез больше нет, только тоска по другу и желание, чтобы этого дня никогда не существовало.       «Паршивая грязнокровка!»       «Нет, только не плачь», — она попыталась успокоиться, но у нее ничего не получалось. Девушка прекрасно знала, что их дружба рано или поздно должна была закончиться, что Северус стал бы Пожирателем и «защищал» магический мир от таких, как она, — маглорожденных. Но сейчас ей было невыносимо больно. Невыносимо больно от того, что ее лучший друг вот так смог все разрушить.       Эванс посмотрела в окно. Теплую июньскую ночь украшала почти полная луна, освещающая Запретный лес и хижину Хагрида. Лунный свет казался невероятно теплым и уютным, захотелось открыть окно и полететь, расправив крылья, как птица. Улететь от всех проблем.       На минуту Лили задумалась о Ремусе. Еще на пятом курсе Северус рассказал ей, что Люпин — оборотень. Сначала гриффиндорка не поверила другу, но потом сама стала замечать, что его исчезновения совпадают с полнолунием. Эванс еще раз посмотрела на луну и вздохнула. Для нее этот большой серебряный диск был лишь неотъемлемой частью ночного неба, а для Ремуса — страшным проклятьем.       Лили открыла книгу, которая оказалась учебником по зельеварению, и попыталась сосредоточиться на Рябиновом отваре. Минут пять гриффиндорка смотрела на страницу учебника, пока со злостью не захлопнула его и не бросила с силой в камин. Страницы книги вспыхнули и загорелись ярким пламенем.       «Паршивая грязнокровка!»       По ее щекам потекли горячие слезы, оставляющие влажные дорожки на щеках.       Поттер бесшумно вошел в гостиную, убирая карту в карман пижамных брюк. Увидя в спальне, что Лили Эванс сейчас не спит, парень решил узнать в чем дело. Он услышал слабые всхлипывания и осторожно направился к дивану. На полпути он остановился, чтобы еще раз взглянуть на знакомый силуэт. Темно-рыжие волосы выделялись на фоне ярких бликов огня, превращая девушку в сказочную фею. — Привет, — Джеймс аккуратно потрепал Лили по плечу.       Девушка вздрогнула и, быстро вытерев слезы, повернулась к нему лицом: — Чего тебе? Ты меня испугал! — гриффиндорка хотела добавить что-то еще, но у нее уже не было сил и желания ругаться с кем-то. — Я просто увидел, что ты сидишь здесь, и решил узнать, что случилось. Можно сесть?       Эванс кивнула. — Я хотел извиниться… За то, что произошло. — Ничего, ты не виноват. — Но если бы я тогда не начал, Нюн…то есть Снейп не обозвал бы тебя. — Рано или поздно он все равно сделал бы что-нибудь. Не со мной, нет, с кем-нибудь другим. Он станет Пожирателем после школы, а все его друзья уже Пожиратели. — Не думай сейчас об этом, — Поттер придвинулся к Лили.       Повисло молчание, нарушаемое только треском поленьев в камине и шумом ветра за окном. — Джеймс, я хотела извиниться. Я столько всего наговорила про тебя Марлин… — Я знаю, — парень тепло улыбнулся, а Эванс покраснела. — Как ты можешь так спокойно об этом говорить? Ведь я только и делала… — Я просто не умею обижаться. Особенно на тебя.       Лили зевнула и облокотилась на Поттера: -Ничего? — гриффиндорка не знала, зачем она это делает, ведь можно было просто пойти в свою спальню, но сейчас с ним девушке было так спокойно и уютно. Хотелось остановить время, чтобы этот момент длился вечность.       Джеймс кивнул и привычным жестом взлохматил свои волосы.       Они еще долго говорили обо всем и ни о чем конкретном и так и уснули. Вместе. На старом диване около камина.