Hopeless Broken Omega

Улыбка Дерека ощущается хорошо. Раньше — жаром, а теперь — заботой и всепоглощающим теплом, и Стайлз следует за ней, улыбаясь в ответ. Они стоят друг от друга слишком далеко, чтобы сказать друг другу что-либо, но Стайлз знает, что они могут обсудить все позже дома. За руку тянут, и Стайлз тратит еще одну секундочку на то, чтобы увидеть, как улыбка Дерека становится шире, а затем увидеть, как он капитулирует, смеясь и опуская голову. — Я справлюсь сам! — Стайлз кричит, взмахивая руками, и шуруповерт почти выскальзывает из его руки, но он успевает его схватить крепче и помахать им Дереку. Дерек кивает, явно не веря в его слова, и Стайлз возмущенно вздыхает, когда Дерек подходит ближе к лестнице. — Я могу это сделать, правда, — он почти хнычет, и Дерек принюхивается, пытаясь распознать нотки запаха, на что Стайлз закатывает глаза, но не может сдержать улыбку. — В этой семье нет никакого доверия, ты знаешь это? — Он отворачивается, добывая из кармана клетчатой рубашки саморез и подаваясь вперед, чтобы надавить с необходимой силой. Лестница перестает шататься, и Стайлз опускает взгляд, уже зная, что Дерек там: держит лестницу, потому что слишком боится, что Стайлз упадет. Но не забирается на нее сам, потому что верит, что Стайлз справится сам. Стайлз улыбается шире, продолжая вкручивать саморез за саморезом, а затем понимает, что вывеска держится без его помощи. — Ура! Получилось! — Он неверяще смеется, и Дерек, стоя внизу, присвистывает, пробуя разглядеть новую вывеску, но не отходя от лестницы. Его рука все еще крепко удерживает ее, так что Стайлз не собирается больше задерживаться здесь. Ему тоже не терпится посмотреть. Он ловко спрыгивает с последней ступеньки, и Дерек тут же касается его поясницы, ненадолго притягивая к себе. Его запах легко касается Стайлза теплом, кутая в ощущение безопасности, и расстояние между ними становится на пару миллиметров меньше. — Собираешься отвлекать меня, альфа? — Стайлз вздергивает брови, двигаясь чуть быстрее, и Дерек следует за ним, как намагниченный. Они оборачивается вместе, и перед глазами встают одни и те же сцены: Дерек, только распробовавший вкус силы альфы и врывающийся сюда, полный ревности и желания пометить Стайлза, вернуть омегу, что еще не принадлежала ему, в свои объятья, которых было так мало и всегда будет мало. И Стайлз, такой разрушенный, сломленный и сломанный, словно цветок, на который грубые ботинки наступали слишком много раз. Дерек улыбается, смотря на новое название музыкального магазина, а затем чувствует запах сладких слез Стайлза. Он знает этот запах. Стайлз счастлив и не может сдержать эмоций. Теперь его слезы пахнут так. Нет больше боли, разрушения и нежелания жить. Только их общая долгая-долгая жизнь, и Дерек так хотел запечатлеть момент ее старта, что не справился со своей романтичной натурой и выкупил этот магазин, подарив его Стайлзу на день святого Валентина. Спустя десять лет. — Я всегда любил тебя, — Дерек проговаривает это, будто в бреду, смотря Стайлзу в глаза, и тот смущается так же, как в первый, утирая с розоватых скул слезы. Дерек чувствует, как щемит сердце от тепла и любви, бесконечных и сносящих с ног, и он притягивает Стайлза к себе, знакомо кладя ладонь на его полыхающую в родном смущении щеку, чтобы позволить Стайлзу наклониться для поцелуя. Их губы идеально подходят друг другу: Дерек знал это с первой секунды, но делал глупости, а Стайлз терпел его, и мысли Стайлза ровно зеркальные в эту секунду, потому что он глупил куда больше Дерека, а тот все спасал и подхватывал его у самого края. И вот они здесь, а поцелуй такой сладкий и обещающий так много поцелуев вслед за собой, что невозможно вздохнуть. — Я всегда буду любить тебя больше, — Стайлз шепчет это урывками, потому что Дерек пытается остановить его крошечными поцелуями, но прерывается на улыбку. — Это неправда, — Дерек рычит ему в губы, и улыбка становится совсем волчьей. — Еще какая правда! — Стайлз шлепает Дерека по плечу, смеясь, и Дерек знает, что у них есть еще вся жизнь, чтобы спорить об этом.