Дыхание Холода

День одиннадцатый. Привкус лжи. Остаток дня, так как первую его половину я безбожно провалялась в кровати, пока Тор сторожил мое бренное и ушастое тело, я провела с какой-никакой, но пользой. Сперва – еда, чтобы пополнить запас сил. Мною было поглощено, даже не съедено, с такой скоростью пропадала пища в моем рту, примерно три сытные порции, рассчитанные на взрослого мужчину. Громовержец моей прожорливости не удивлялся, так как прекрасно знал, что иногда во мне просыпалась бездонная бочка. Потом где-то час на переваривание, а уже затем я потянула бога грома на тренировочную площадку. Думаю, можно немного размяться, так как каждая клеточка тела изнывала от бездействия, и нужно было срочно что-то с этим делать. Лучше всего для разогрева подходила рукопашка, так как желания махать железками все равно не было, к тому же, я уже почти забыла все свои навыки рукопашного боя. Да вообще обленилась! Даже фехтование забросила, расслабилась, нехорошо! Наш маленький спарринг закончился ничьей: Тор самым наглым образом поддавался, не скрывая этого. Ненавижу, когда так происходит, но сейчас, как ни странно, я отнеслась к игре в поддавки довольно спокойно. Пожалуй, я даже благодарна громовержцу за этот порыв доброй воли, ибо роняли на землю и пинали меня намного реже обычного. Однако, как не старалась, уложить аса на лопатки я так и не смогла. Он будто врос в землю! Нет, молодому эльфу не тягаться с богом в физической силе. Увы, но в выносливости асам не уступали только те из моих сородичей, чей возраст перевалил за пятьсот. Однако в отличие от асгардцев, эльфы являлись могущественными магами, и только навыки Локи были наравне с саарийцами, возможно, даже выше. Надо будет сравнить, чисто из научного интереса. Все эльфы – колдуны, и редко бывают исключения. Быть немагом среди чародеев и чародеек, словно быть изгоем. Чужой среди толпы. К тебе относятся с нисхождением, жалеют, а потом шепчутся за спиной и посмеиваются. Эльфы не святые, им не чужды лицемерие, эгоизм и ненависть… В нас хоть и преобладают благородные черты, но время меняет суть, искажает, отравляет. Мы уже совсем не те, что были раньше. Молодняк – более человечен, а старики зарываются в собственную скорлупу и не собираются из нее высовываться. Наше общество далеко от идеала. Только ни один эльф вам в этом не признается. Гордыня. Мой народ слишком высокомерен. Ничто это не изменит. Родиться без способности аккумулировать и вытягивать из окружающего пространства энергию – это не так страшно, если сравнивать с теми, кто мог колдовать, а потом потерял эту возможность. Почему? Все довольно просто. Всем молодым эльфам на одном из уроков по магической практике рассказывают печально известный случай чародейки Амелии по прозвищу Огненная Мел. Она была магом вне категорий по профилю всех четырех стихий. Единственная, кто получил ранг магистра в сто двадцать четыре года. Обычно ради этого звания эльфы тратили на постижение магического искусства и отточку навыков не меньше двух столетий, а то и больше. Достоверно неизвестно, каким образом ей удалось добиться такого ошеломительного результата в столь короткий срок, кто-то считал, что Мел не гнушалась темной магии и с помощью нее подтянула свои способности, а иные предполагали, что все ее достижения – результат кропотливых усилий и непостижимого упорства. Ей сулили верховный пост в коллегии магов, но один маленький инцидент в мановение ока лишил Амелию этого прекрасного будущего. Во время защиты Драконьего острова мощный артефакт, доверенный Огненной, дал осечку, выплеснув всю свою мощь неуправляемой волной концентрированной силы. Вследствие чего Мел не могла больше колдовать, так как черпать энергию стало для нее невозможным. Потеря способностей оказалась для нее непосильной ношей: не прошло и года, как Амелия лишилась рассудка. Для нее было невыносимо жить без магии, к которой она так привыкла. Помнить, как приятно щекочет сформированная в заклятье энергия на самых кончиках пальцев, как сладко ломит все тело от переизбытка силы. Это отравляет разум. Однажды воспользовавшись колдовством, уже не сможешь без него. Оно как наркотик, даже такая мелочь, как бытовая магия, затягивает с головой. Со временем просто перестаешь осознавать, что делаешь многие вещи при помощи чар, словно на автомате. А уж если в твоих руках была мощь магистра, то ощущение опустошенности становится совсем нестерпимым. Начинается ломка, перестаешь контролировать эмоции. Мораль этой истории проста – не надо зацикливаться на чарах, каждый может однажды лишиться дара. Чем больше используешь магию, тем сильнее зависимость от нее. И пускай после истории Огненной Мел любой остается под впечатлением, не думаю, что что-то кардинально менялось. Это наша болезнь, наш личный сорт героина, на который мы подсажены с самого детства. Колдовство воспринимается как само собой разумеющееся, как то, что было, есть и будет. И я это прекрасно понимала, так как знала, что тоже не смогу жить полноценной жизнью, если однажды перестану быть магом. Я стараюсь не использовать чары повсеместно, но так приятно ощущать, что внутри тебя таится сила. Спать не хотелось, потому полночи я и Тор просидели в гостиной, в которой бог грома часто собирался с друзьями. Небольшое помещение без окон, раскрашенное в темную и золотистую гамму, с широкой софой, тремя креслами и столом, на котором сейчас стояла пустая ваза. Устроившись перед горящим камином, мы рассказывали друг другу различные истории. Так как громовержец и без того знал кучу всяких эльфийских историй, мне пришлось немало поломать голову, поднимая со дна памяти самые старые и почти забытые байки. Мифы, страшилки для маленьких эльфят, героические эпосы. В ответ ас рассказывал все, что узнал в Мидгарде, признаться, не ожидала, что он там нахватает столько приключений. Сразу видно, зря время не терял. До спален дойти нам не хватило сил: сон подкрался незаметно, застав врасплох. Кто где сидел, там того и сморило. Я удобно развалилась на кушетке, ткнувшись носом в мягкую, обитую красным бархатом, подушку и сладко посапывала, видя десятый сон. Где-то неподалеку на полу, распластавшись на коврике из шкуры таинственного большого зверя, всхрапывал Тор. Проснувшись от ощущения, что на меня смотрят, я встретилась с любопытным взглядом Волштагга и, не ожидав такого внезапного появления рыжебородого, свалилась со своего нагретого местечка. Не-на-ви-жу! Ненавижу, когда смотрят, как я сплю! Пялятся тут всякие, разве что не тыкают палкой, чтобы убедиться, что живая. Водрузившись обратно на софу, я стала молча испепелять всех присутствующих взглядом до тех пор, пока троица воинов не сделала вид, что они вообще мимо проходили, и не поспешили ретироваться восвояси. Запомните, любой эльф с утра страшнее дьявола. Недовольно скосившись на бога грома, к своему величайшему удивлению обнаружила, что тот и не думал просыпаться, лишь перевернулся на другой бок, лицом к потухшему камину, и продолжил дрыхнуть. Пройди мимо рычащий во все горло дракон, топающий по земле огромными лапами, и тот бы не смог вырвать Тора из коварных лап Морфея. Мне еще не доводилось будить бога грома и почему-то сейчас тоже не хотелось приобретать такой сомнительный опыт. Ас соизволил разлепить глаза только спустя час, за который я успела дважды испортить себе настроение, вспоминая о Локи. И в тот момент, когда Тор лениво потягивался, я уже точно знала, куда именно запихаю трикстеру его любимый посох. - С добрым утром, - через зевоту пробормотал бог, принимая вертикальное положение, я тихо прыснула со смеху, увидев бардак на его голове. - Как спалось? – поинтересовалась я, уже успокоившись и перебирая волосы за неимением расчески или гребня пальцам, пытаясь хоть как-то их распутать. - Мне снилось, что на нас напали етуны в фартуках…, - неуверенно произнес воин и еще более смущенно добавил. – Вооруженные скалками. У меня едет крыша? - Ой, не знаю, - давясь смехом, я плавно сползла на пол, хватаясь за живот. Не будь я уверена, что Тора с нами тогда не было, подумала бы, что он видел, как Локи кормил Войта. – Ты главное Лофту об этом не говори. - Да я и не собирался! – несколько воинственно заявил Царь, вставая на ноги и отряхиваясь. В воздухе повисло неловкое молчание. Так или иначе, разговоры заходили о трикстере. Тор неуверенно мялся на месте, он не хотел наступать на больное, но чем больше мы пытались избегать темы нашего лжеца, тем сложнее было вести непринужденное общение. Внеочередной закон подлости: чем больше хочешь о чем-то не думать, тем настойчивее эти мысли лезут в голову. Нравится мне это или нет, но забыть о Локи, даже на время, я не смогу. Хотела любви? Получай вместе с дополнительным бонусом под таинственным названием "потеря покоя". Прошли сутки, а етун так и не вернулся. Может что-то случилось? Лофт никогда еще не отсутствовал так долго. Может он столкнулся с чем-то, что даже ему не под силу? Вдруг его схватили?! Ранили? Столько вариантов объяснений затянувшегося отсутствия трикстера, что запутаться можно! Вот поэтому я и говорила, что мне нужно знать подробности. Бурная фантазия рисовала самые ужасные картины, которые, в принципе, не могли произойти, как, на пример, та, в которой Лофта пытались сварить в котелке оголодавшие тролли, посыпая бедолагу специями. Нужно что-то делать с этими скачками настроения. Переживания за Локи и желание его придушить порядком уже достали, не давая нормально заниматься своими делами. Даже аппетит пропал. Отодвинув от себя тарелку с запеканкой, я направилась в конюшню, сообщив Тору, что буду ждать его там. По плану у нас была намечена небольшая конная прогулка. И меня не волновало, что у громовержца могли быть царские дела, раз уж стал нянькой, так пусть исполняет сию обязанность до конца! Так что моя совесть осталась чиста, если бы она у меня еще была, конечно. Мой четвероногий друг встретил меня радостным ржаньем, а потом одарил заслуженным карательным тычком носа прямо в лоб, чтобы больше не смела надолго его оставлять. Я, конечно же, извинилась перед Ардо, ласково поглаживая его по шее, но, считая, что я еще недостаточно раскаялась, конь продолжил осыпать меня подзатыльниками и даже один раз куснул за ухо. От разгневанного животного меня спас Тор, вошедший в конюшню с корзинкой яблок. Ни одна лошадь не устоит перед таким угощением и простит все обиды. Взяв один из краснобоких плодов, покрутив его в руке, я отметила, что мне очень нравится его цвет. Насыщенный алый с темными крапинками. На миг представилось, как пальцы сжимают яблоко, впиваются в мякоть, давят ее с такой же легкость, как если бы это был отварной картофель. От давления из плода сочится темно-багровая, почти черная, кровь, она стекает по руке, и падает тяжелыми каплями на землю. Несколько раз моргнув и помотав головой, отогнала от себя эту живописную картину и отдала яблоко Ардо на съедение. Обе лошади уже успели ополовинить содержимое корзины. За это время ас оседлал своего скакуна, проверил все ремешки, убедился, что все держится крепко, но так, чтобы животному нигде не давило и не мешало. - Сегодня как-то прохладно, - я взобралась на спину присевшего Ардо и глянула на Царя. - Да вроде бы так же тепло, как и обычно, - Тор пожал плечами, он уже восседал на белом коне. Слегка ударив по бокам животного пятками, бог направил его на улицу. - Ну ладно, - вздох, мы с Ардо последовали за богом грома, оставив опустевшую корзинку одиноко стоять посреди конюшни. Хотя сегодня и был погожий денек, как обычно, солнечный, меня то и дело пробирало до костей даже самым слабым дуновением ветра. Заметив, что меня периодически трясет, громовержец снял с плеч багровый плащ и накрыл меня им. - Простудишься еще, - произнес воин тихо и потер ладонью поросшую щетиной щеку. - Эльфы не болеют, - я надежно закуталась в ткань, да так, что торчать осталась только голова. Теперь мне было немного теплее, и уже больше не тянуло стучать зубами каждые две минуты. - А как же…, - начал было ас, в его глазах плясали озорные искорки, ему-то смешно, а мне не очень. После случая, одним январским вечером, когда по вине этого оболтуса мы оба провалились под лед и окунулись в ледяные воды реки, а потом еще несколько часов отбивались от нечисти, вернувшись, домой я несколько дней провалялась с жаром. Признаться, эльфы все же иногда тоже болели, для этого всего-то нужно сильно ослабить иммунитет и измотать себя до состояния близкое к трупу. - Это было давно и неправда, - оборвала его я, слишком сильно потянув Ардо за гриву, конь обиженно всхрапнул и встал, как вкопанный. - Прости, мой хороший, - я, извиняясь, погладила животное по боку и наклонилась вперед, наугад чмокнув куда-то в шею. Сначала покружили немного по саду, а потом направились в сторону леса, решив прогуляться до давно приглянувшейся Тору речки. Место там удобное и красивое, главное, чтобы ас не вздумал рыбачить, так как сей процесс в его исполнении всегда выглядел одинаково – ударить молнией в воду, а потом выловить все, что всплывет брюхом кверху. Важно в этот момент уйти подальше от реки, мало ли, заденет еще. -…Этот смертный, Старк, он не верит, что у моего отца есть восьминогий конь!.. – возмущался громовержец, жалуясь уже добрых пятнадцать минут на кого-то там из Мстителей. Как я не пыталась, а причину их взаимной нелюбви, понять так и не могла, даже старая подруга психология оказалась в данном случае бесполезной. Создавалось такое ощущение, что эти двое спорили просто так, приняв данную установку поведения сразу же после знакомства. А еще говорят, что у женщин странная логика. - Знаешь, я бы тоже не поверила, - я отклонилась чуть-чуть вправо, чтобы не получить веткой по лицу. - Почему!? – бог грома, весь аж насупился от недовольства, старательно изворачивая шею в мою сторону. - Уж чего я повидала за свою жизнь, но коня с двумя лишними парами ног точно не встречала, - мы шли уже знакомой мне узкой тропинкой, петляющей меж густых деревьев, немного дальше она делала петлю, опоясывая собой небольшой холм, а потом снова ныряла в чащу. - Но ты же видела цербера! - У него три головы, а ног, как и положено, четыре штуки, - саркастичным тоном выдала я, начиная понимать, что весь разговор лишен хоть какого-нибудь смысла. – И вообще, что за бред? Каким образом, начав говорить о Старке, мы перешли к трехглавым псам?! – не выдержала я всей абсурдности данного диалога. - В пылу спора проще всего переключиться с одного на другое, - философским тоном парировал Тор с таким видом, будто изобрел водку, и не меньше. - Даже не спрашиваю, откуда ты набрался таких мыслей, - не по нраву мне, когда кто-то отбирал у меня право поумничать. Уж рядом с Локи такой возможности у меня точно не было. - Так леди Кристалл говорила, - проигнорировав меня, мечтательно выдал воин и потянул за узду, заставив коня свернуть с тропы вправо. - Это еще кто такая? – я уже не удивлялась, что от привычной асгардской манеры речи у Тора почти уже ничего не осталось. Тут не только моя заслуга с разными сленговыми словечками, но и влияние мидгардцев налицо. - Она храбрый воин, агент ЩИТа, а еще ей поручили быть моим стражем. - Что?! – совсем опешила я, пропустив ветку, которая от души хлестнула меня по лицу. – Твою…! - Осторожнее! – запоздало предостерег громовержец, глянув через плечо. – Ну, как же это на смертный манер? Слово еще такое… оратор… нет, не то, - задумчиво бубнил ас, потирая подбородок указательным и большим пальцами. - Может куратор? – предположила я, мысленно поражаясь тому, что бог грома вообще знаком с таким словом, как оратор, для него это, если говорить откровенно, слишком мудреное словечко. - Точно! – бог грома ликующе ударил кулаком по раскрытой ладони и весело улыбнулся. – Именно это я и имел в виду. - Тогда понятно, - задумчиво покивала я, да, куратор действительно чем-то похож на стража по направленности деятельности. – Видимо, она сильная женщина, раз ей поручили присматривать за таким шалопаем, как ты. Зря я это сказала: уловив свою любимую тему, Тор начал трещать без умолку, расписывая все подряд, что хоть мало-мальски было связано с таинственной леди Кристалл. Иногда меня не покидало чувство, что эта женщина была симпатична богу грома. Хотя для него это нормально, мой друг был еще тем охотником за юными девицами. И все же… смертная, серьезно? В груди сладко кольнуло, сердце пропустило удар, а к щекам прилила кровь. Такие ощущения я испытывала, когда трикстер увлеченно покусывал мое ухо. Так трепетно, то едва касаясь зубами, то сильно надавливая, впиваясь клыками, заставляя меня задыхаться от удовольствия, смешанного со сладкой болью. Резко развернув Ардо обратно, я заставила его мчаться во весь опор в сторону дворца. Не слыша оклика бога, я прильнула к шее коня, не в силах совладать с легким возбуждением. Трикстер вернулся. Сотворенная мною связь иногда позволяла ощутить Лофта. Об этой особенности заклятья я узнала относительно недавно, в тот вечер, когда мы вернулись с озера. Тогда мне показалось, что в грудной клетке у меня стучало два сердца, и порой одно из них билось чаще другого, случайно коснувшись груди трикстера, я поняла, что это у него участилось сердцебиение. Впоследствии, обдумывая этот интересный феномен, я пришла к выводу, что мои догадки верны. Ощущение двойного сердца, чувства и образы мыслей Локи, которые периодически накатывали на меня, когда его эмоции почти выходили из-под контроля, все это теперь легко объяснялось связью. Бог лжи так же знал об этом свойстве чар, не сомневаюсь, и, скорее всего, ему это не нравилось, потому-то он и пытался держаться отстраненно, словно глыба льда, внутри которой были надежно закованы самые яркие и пылкие чувства. Я хочу его увидеть, убедиться, что цел и невредим. Хочу посмотреть в глаза, взяв за руку. И только потом изо всех сил ударить кулаком в живот. Без лишних слов. И эти желания заставляли меня позабыть обо всем, даже о Торе. Эгоистка, подумала мельком. Но ничего не могу поделать с этим. Лжец царственно занял трон моей души. Не останавливая Ардо, спрыгнул с его спины, едва удержала равновесие, вцепившись зачем-то обеими руками в плащ бога грома. Под обиженное ржанье вороного жеребца кинулась вглубь дворца. Пробежать галерею, потом в коридор, увешенный старыми портретами. Один лестничный пролет вверх, влево, снова коридор, на этот раз с голыми стенами. И вот они заветные четыре двери. Моя спальня и комнаты братьев. Рука легко коснулась холодной позолоченной ручки, толкнула ее вперед. Сердце забилось чаще, щеки уже вовсю пылали. Но в апартаментах трикстера никого не оказалось. Удивленная, я перешагнула порог, огляделась, подозревая, что принц просто спрятался, с него станется – трикстер. Но ни души. Проверила дверь в лабораторию – заперта. Где же он может быть? Дворец огромен, в нем тысячи комнат и залов, бесчисленное количество коридоров, и поди тут разыщи одного единственного бога лжи и коварства. Он мог быть где угодно! Все равно, что искать иголку в стоге сена. Но в ту минуту, когда я потеряла всякую надежду, сердце снова кольнуло. Опустив взгляд, увидела маленькую, едва видимую искорку. Показалось? Попыталась взять ее в руку, но таинственный огонек прошел сквозь пальцы, качнулся и резво поплыл прочь, миновав стену так, будто ее и не было. Еще одна особенность связи? Скорее всего. На автомате поправив спадающий плащ, я кинулась следом, выбежала обратно в коридор, воровато огляделась, потеряла? Нет, вон он, весело летит туда, откуда я пришла. И снова начался короткий забег по золотым залам и коридорам вотчины богов. Собственные шаги гулом отдавались в ушах, а сердце билось неровно. Я должна увидеть Локи, как можно скорее. У этой необходимости не было логических объяснений и причин. По крайней мере, я их не видела. Моя "путеводная звезда" привела к одной из небольших гостевых комнат. Я ее помню, именно здесь, обитали Тор и Локи в те редкие часы, когда хотели обсудить что-то важное или устроить тест-драйв новых изобретений трикстера, которые он почти все проверял на брате, пользуясь его душевной добротой. В комнате не было ни диванов, ни кресел, даже столы со стульями отсутствовали. Только большой постоянно дышащий жаром камин, несколько пушистых шкур на каменном полу и много, очень много подушек. Всегда было интересно наблюдать, как Тор разваливался на них, подпирая голову рукой, и следил за действиями етуна, а тот, сидя в позе лотоса, держал книгу в одной руке, а другой чертил руны в воздухе, сверяясь с древним текстом. Иногда бог лжи устраивал маленький мастер-класс по алхимии, обложившись разными склянками и плошками, да мешочками с травами. Огонек не подвел, мой ненаглядный и, правда, находился в гостиной, лежа спиной на шкуре, чуть раскинув руки в стороны. Черные, как смоль, волосы выбились из прически и небрежно падали ему на лицо и пол. Он шумно выдыхал воздух, иногда вздрагивая. Черный камзол распахнут, почти снят, рубашка расстегнута, обнажая бледный живот и грудь. Пламя в камине озорно потрескивало, отражаясь отблесками в пряжках ремней и броне етуна. Но этот звук никоем образом не мог заглушить тихие постанывания девушки, которая недвусмысленно поднималась и опускалась, восседая на моем принце. Ее лицо с выражением страсти и удовольствия сильно раскраснелось. Волнистые золотистые волосы некрасиво прилипли к щекам, спутанными волнами падали на плечи и грудь. На ней было красивое платье, золотистое, подстать шевелюре, с оранжевыми нотками, тонкая ткань, двойная юбка с красным узором лоз. Упавшая с одного плеча лямка обнажала нежно-розовую кожу. Одной рукой девушка упиралась в торс Локи, царапая его длинными ногтями, второй ласкала собственную шею и грудь. Я часто заморгала, держась за ручку двери, сжимая ее так сильно, что костяшки пальцев побелели. Входя, я не ожидала увидеть подобное представление, которое полностью сбило меня с толку. В голове была зияющая пустота, ни одной мысли, даже самой маленькой. Хотя одна все же была: "что за черт!?" Прикрыв дверь, я сделала несколько глубоких вздохов, пытаясь заставить мозг работать. Показалось, небось. Снова заглянула в комнату. Нет, не показалось. Ничего почти не изменилось. Девица все так же сладко постанывала, продолжая свою бурную деятельность, лишь Лофт запрокинул голову и внимательно смотрел на меня. В его зеленых глазах не было ни удивления, ни испуга, что его застукали на месте преступления. Ничего. Только ледяное спокойствие, граничащее с равнодушием. Этот взгляд безжалостно добил, окончательно выбив из колеи. Что обычно делает женщина, застав своего мужчину с другой? Сдергивают наглую девицу за волосы, выпихивают на лестничную площадку, а потом устраивают разнос изменнику? Кажется так, примерно. Лично я никогда не была свидетелем подобных разборок, а в кино запросто могут наврать с три короба. У меня не возникло подобных позывов, скандалить совсем не хотелось, честно. Потому я молча закрыла дверь, плотнее закуталась в плащ и пошла прочь, позволяя ногам выбирать дорогу. Сначала в голове по-прежнему был вакуум, но чем дальше я уходила от злополучной комнаты, тем яснее становился разум. Для начала нужно опустить эмоции, которые попытались взять надо мной верх, а потом пораскинуть мозгами, расставить все по полочкам. Это не изменит произошедшего, но поможет мне справиться с этим. Как говорил преподаватель по конфликтологии? Прежде, чем вступать в конфликт, решите для себя, а нужно ли вам это, так ли обоснованы ваши доводы, получите ли вы желаемое или наоборот потеряете то, что у вас есть? Несомненно, любой конфликт должен быть разрешен, но агрессивная позиция не поможет вам достичь желаемого результата, так как разрешение конфликта заключается в выгоде обеих сторон, а не одной из них. Как-то так, даже если и наврала, то общий смысл ясен – не действовать импульсивно, сначала – подумать. Постепенно мысли стали смелее, они робко выползали из мрака сознания, начиная сплетаться в цепочки суждений, помогая расставить все по местам. Что у нас есть? Локи часто уходил куда-то, ничего не сказав. Ни разу я не видела, как он уходил. Как вариант, может он и не покидал Асгард? Возможно ли, что все это время он бегал к той девице? Для чего она ему вообще? Что ни говорите, но Лофт не был из тех, кто бегал за каждой юбкой. Он утолял потребности мужского организма, но лишь тогда, когда нужно, чтобы лишний раз не отвлекаться от своей работы. Увы, но на первом месте у трикстера всегда были знания, женщины, хм, наверное, на третьем, может на четвертом. У меня слишком мало фактов. Нет мотивов. Точнее есть, но их столько, что не понять, какой из них имеет место быть. Нет, определенно, мне не стало легче, ничего не прояснилось! У меня только и были таинственные дела Лофта и эта пошлятина в гостиной. И связаны ли друг с другом эти события, я не знала. В чем я была уверена, так это в нарастающей боли на уровне солнечного сплетения. Толи это сердце туда отдает, толи качающий кровь комок от переживаний съехал вниз. Снова что-то душит, грудную клетку как тисками сдавило. У меня не было сил противостоять этому коктейлю из душевной и физической боли. Разум не справлялся с таким накалом чувств, душа не хотела ни в чем разбираться, ее не волновали причины. Какой в них смысл, когда предательство уже свершилось? Его мотивы ничего не изменят, они не подействуют на манер обезболивающего. Прикусив нижнюю губу, ухватилась за золотую колонну, пальцы цеплялись за рельефный рисунок, но металл был слишком гладким. Я медленно сползла на пол, задыхаясь и утопая в складкой кроваво-красной ткани. Нет ничего необычного в измене, она сплошь и рядом, я живу не во времена Древних, когда возлюбленные были преданы друг другу и душой и сердцем. Обман – это часть жизни любого существа. Нет того, кто хоть бы раз не осквернил свои уста ложью. Нет таких. Современное общество далеко от идеала, и я это знала, и не верила в любовь до гроба, если только капельку, в детстве. Так почему же сейчас так больно? Почему хочется выть? Эти проклятые эмоции! Они не дают покоя, они душат, причиняют невыносимую боль, которую не сравнить даже с тем, когда разом ломают все кости. Разум взрывался от какого-то бреда. Образы, отблески пламени в фиалкового цвета глазах, чуть приоткрытые тонкие бледные губы. Багровый свет огня на бледной и холодной коже. Золотистые кудри. Томные вздохи, складывающиеся в одно единственное слово: Локи. Прекрати! Хватит! Не хочу это видеть, не хочу слышать! Убирайся прочь из моей головы! Оставь меня в покое, лжец! Я не слышала собственного крика, вырвавшегося из горла, пальцы впились в лицо, глаза расширились до предела. Все просто, до смешного просто! Всего-то нужно позволить Ему проснуться. Он знает лекарство от сердечных мук. Я тихо засмеялась, как-то нервно, почти безумно, ощущая, как тело ломает в трансформации, как кожа покрывается белой шерстью. Безумный Волк проснется и поглотит всю мою боль.