Глава 3.
7 августа 2012 г., 19:12
Лейтенант долго брел по пустым и бедным улицам Руконгая. Неизбежно охватывали воспоминания о своем нелегком детстве. То самое время, когда Ренджи приходилось учиться выживать, бороться против голода и холода, терпеть неудачи и поражения и воспитывать в себе волю и выдержку. Проникшись глубоко в воспоминания, он продолжал уверенно идти на север. Все было спокойно, нельзя было сказать, что северной части Руконгая угрожала какая–либо опасность. Вскоре Абараи и сам не заметил того, как ступил на холодную, покрытую снегом, землю. И чем дальше он шел, тем выше поднимался уровень снега, доходя почти до колен. Было ужасно трудно идти, ноги немели, кости болели и неприятно скрипели, а своих окоченевших пальцев лейтенант уже давно не чувствовал. Поднимаясь все выше и выше в горы, он тяжело вздыхал, пуская изо рта теплый воздух, который, смешиваясь с холодным, превращался в клубы пара. И кто бы мог подумать, что в северной части Руконгая будет так холодно? В этот момент Ренджи завидовал своим приятелям, которые, наверняка уже справившись со своим заданием, возвращались в Общество душ. Но нужно идти, нельзя так просто сдаваться и бросать свою цель. Внезапно поднялась метель. Теперь Ренджи даже не видел своего пути. Холодная вьюга распустила ему волосы, заставляя их развеваться в разные стороны и падать на лицо лейтенанта. Метель безжалостно заметала его, окутывая горячее и молодое тело, но упорный лейтенант продолжал идти, несмотря на капризы погоды. Тут от внезапного ощущения чужой реяцу, он остановился и огляделся. Никого не было. Реяцу была сильной, ее нельзя было не почувствовать. Эта сила подавляла, словно воздух потяжелел и упал на плечи молодого лейтенанта. Сквозь снежную вьюгу начали прорисовываться контуры статной фигуры. Прищурив глаза, лейтенант попытался разглядеть незнакомца.
— Кто ты? — раздался голос Абараи.
— Тебе не обязательно это знать, ты на пути к гибели, — прозвучал незнакомый и грубый голос.
— Ну, это мы еще посмотрим! — схватив рукоять своего занпакто, храбрый лейтенант выставил перед собой лезвие и, подпрыгнув вверх, прокричал, — Реви, Забимару!
Лезвие тут же удлинилось, приобретая новую форму. Абараи занес руку, чтобы попробовать задеть им это странное существо, не пожелавшее раскрывать свою сущность, но это оказалось бесполезным. В миг незнакомец, стоявший на небольшом расстоянии от лейтенанта, исчез. Метель и вьюга утихли, теперь Ренджи четко мог видеть перед собой все происходящее. Он решил быть осторожным и не нападать на столь опасного и ловкого врага в лоб. Эту странную персону он уже не видел, но все еще чувствовал его реяцу. Все стихло. Ренджи замер и уже почти не дышал, ибо боялся пропустить хоть один шорох, который, по мнению Абараи, должен был стать последним для непрошеного гостя. Ренджи широко распахнул глаза и резко повернулся, почувствовав за спиной громадную волну реяцу. Удар. Абараи смог отразить внезапную атаку. Этот тип тоже имел занпакто. От рукояти его меча отходили три лезвия, испещренные стальными шипами. Пропустив Забимару под одно из лезвий, незнакомец быстро вывернул руку и занпакто Ренджи отлетело в сторону.
— Ты хочешь знать кто я? Я арранкар. Цель моя — поглотить достаточное количество душ и восстановить силы. Часть северного Руконгая уже превратилась в руины, мне будет не трудно убить тебя и продолжить свое дело, — перед глазами лейтенанта Абараи стоял высокий молодой мужчина с белыми, как снег, длинными волосами. Глаза его, наполненные гневом, горели ярко-желтым цветом. Зубы сжались со скрежетом, и он, вонзив в плечо лейтенанта длинные острые когти, со всей силой отбросил Абараи в сторону. Отлетев на большое расстояние от такой силы, Ренджи ударился головой обо что-то твердое и упал вперед, ложась грудью на снег. Из его плеча струились тонкие алые дорожки крови, в глазах все помутнело. От сильного удара у него закружилась голова, но упираясь руками о снег, он попытался приподняться. Попытка была неудачной. Замерзшие руки не смогли поднять его.
— Я должен встать, ну давай же, что за черт?! — Абараи понимал, что удар оказался достаточно сильным и мог лишить его сознания, но сквозь мутно видящие глаза он старался отыскать лежавший где-то на снегу Забимару. Почему его духовная сила так ослабла в этой зоне? Дрожавшие и упиравшиеся в холодную землю руки не могли сдерживать его. Ренджи от бессилия упал на землю и, лишь приподняв голову, все еще надеялся отыскать глазами Забимару. Неожиданно раздался знакомый и холодный голос.
— Цвети, Сэнбонзакура.
Не может быть, но неужели это капитан Кучики? Нет, его голос Абараи никогда бы не спутал ни с каким-либо другим. Это точно капитан! Удивленно распахнув глаза, лейтенант поднял голову. Буквально в нескольких метрах от арранкара стоял Бьякуя и держал перед собой рукоять занпакто, а его лезвие рассыпалось на бесчисленное множество розовых лепестков. Легкой волной они развеялись вокруг обладателя занпакто и тут же, словно тысячи кинжалов, устремились в сторону врага, обволакивая его со всех сторон. Мгновение… И острые лезвия разрезали арранкара на мелкие кусочки, не оставив после него ничего. Сэнбонзакура снова восстановилась и соединилась с рукоятью. Но Ренджи широко распахнул глаза, зрачки его сузились до размера булавочной головки и вздрогнули. На лице лейтенанта шестого отряда можно было прочитать долю глубочайшего потрясения, ведь… Следов смерти арранкара не было. Как? Неужели он смог сбежать от шикая капитана Кучики? Бьякуя же, напротив, оставался спокойным и невозмутимым. Ни один мускул не дрогнул на лице капитана. Он как будто предвидел этот исход. Но если даже так, то почему капитан не использовал банкай сразу? Капитан не использовал банкай потому что арранкар, разрушив большое количество духовных частиц Руконгая, ослабил здесь силу синигами. Но Абараи и подумать не мог, что на капитана это тоже подействует. Позади Бьякуи появился обезумевший арранкар и замахнулся на него мечом. Сюмпо! И капитан оказался на другом месте. Гнев на лице и скрежет в зубах. Снова обезумевшее рычание и снова удар! Свист в воздухе, скрежет клинков. Толчок, и они снова далеко друг от друга. Арранкар за доли секунды преодолел расстояние и занес лезвие над головой капитана. Кучики отбил его атаку и, скользнув по его мечу лезвием Сэнбонзакуры, использовал мгновенный шаг, атакуя с двух открытых сторон. Очутившись слева от него, он занес руку и тут же появился с правой стороны, повторяя то же самое движение. Раздался скрежет клинков. Арранкар с легкостью отбил удары капитана Кучики. Снова же ничто не помешало спокойствию и сосредоточенности капитана. Оказавшись позади беловолосого парня, Кучики использовал технику «Сэнка» — сюмпо, которое совмещало в себе два быстрых удара по жизненно важным точкам. Арранкар, отвлеченный первым, не смог отразить последующий удар. Капитан Кучики отлично все спланировал. Но тут послышался жуткий и безумный смех.
— Вы что, думаете, что возьмете меня своими дешевыми трюками, капитан? Это все на что вы способны? — Вскинув руку, он очутился на высоте от земли и слился со своим занпакто, приобретая истинную форму, похожую на огромного белого феникса. Над головой раздался протяжный крик. Паря в небе, арранкар продолжал смотреть свысока и смеяться. Оружие превратилось в тонкие острые перья, которые слились за его спиной, образовав подобие раскидистых крыльев. Тут же Кучики оказался на равной высоте перед арранкаром. Теперь он стоял напротив темного существа и, протянув перед собой руку с занпакто, произнес спокойным голосом:
— Полагал, что я ничего не пойму? Твое ограничение на реяцу прекращает действовать, пока я над землёй, — в этот момент Абараи замер, не смея дышать — Бан-кай... Цвети, Сэнбонзакура Кагеёши, — меч, упав свысока, погрузился в землю, и затем оттуда начали подниматься клинки, которые тут же рассыпались на огромное количество маленьких лезвий. Вскинув перед собой руки, Бьякуя начал управлять ими, как волнами, которые атаковали арранкара и отбивали его удары. Капитан Кучики недолго пользовался этой техникой. Теперь он решил покончить с этим и использовать «Гокэй». Все лезвия клинков заключили арранкара в огромную сферу, которая парализовала его. И одним лишь взглядом обладателя их, лезвия вонзились в арранкара. С бешеным и болезненно громким криком он рассыпался в черный пепел. Яркая вспышка оказалась последней для аранкара. Нависла давящая тишина. Капитан спокойно стоял, держа в руках Сэнбозакуру, и смотрел вперед, устремив невидящий, чем-то похожий на задумчивый, взгляд. Около минуты Кучики, не двигаясь, находился в этой позе, паря в воздухе так же спиной к Ренджи, который от волнения загребал в ладони мягкий снег и сжимал его в комок. Лейтенант лежал у скалы и, подняв голову, тревожно смотрел на застывшего капитана. Но тут Абараи заметил то, как капитан теряет равновесие и, не в силах больше держаться, начинает падать вниз.
— Капитан! — Послышался отчаянный крик лейтенанта, который, встав, со всех ног побежал к падающему вниз капитану. Но тяжелые ноги было очень трудно передвигать, и Ренджи опоздал. Когда он добежал, то на белой земле, покрытой мягким снегом, лежал капитан Кучики. Его глаза были закрыты, лицо побледнело. Из полуоткрытых губ не издавалось ни единого звука, а из его груди вытекала алыми струями кровь. Поднялся ветер. Кружась, снежинки ложились на волосы и лицо капитана. Некоторые из них белым кружевом сплелись с черными, длинными ресницами, будто украшая их.
— Капитан Кучики! — Абараи упал на колени и крепко сжал руку капитана в своих ладонях. — Капитан! Очнитесь! — Ничего подобного Ренджи раньше не делал. С такой ситуацией он столкнулся впервые. Эмоции охватили разум, и лейтенант долго еще не мог сообразить что ему делать? Он лишь надеялся на то, что с капитаном все будет хорошо. Для Абараи было сейчас все равно, как бы капитан отреагировал на то, что он так сжимает руку и пытается привести в чувства. В этот момент он готов был стерпеть всё, лишь бы Бьякуя поскорее очнулся и сказал хоть что-то. Лейтенант с надеждой и отчаянием в глазах продолжал смотреть на своего капитана, сжимая его за тонкие пальцы. «Что же произошло во время битвы? Почему капитан пострадал? Что этот ублюдок сделал?» — глаза Ренджи опустились на грудь капитана, где сквозь одежды стали появляться пятна крови. Приглядевшись, он заметил глубоко вонзившееся в грудь капитана острое перо арранкара. Во время последних секунд жизни, арранкар сумел задеть крылом капитана.
— Потерпите, капитан, — схватившись за кончик стального пера, Абараи резко вытащил его из груди Бьякуи. Тот в свою очередь дернулся от боли, но не издал ни звука. Снег всё сильнее и настойчивее продолжал покрывать и без того белоснежную землю. Вскоре снова начала подниматься метель, заметая все на своем пути. Абараи и капитану Кучики нельзя было оставаться здесь. Нужно было найти какое–нибудь убежище. Лейтенант понимал, что шансов найти среди этой пустоты хоть какое-то место для привала почти не оставалось. Но он не отступал. Лейтенант осторожно поднял капитана с испачканной земли на свои замерзшие и сильные руки. Капитан был довольно легким для Ренджи. Высохшие губы Кучики посинели, а лицо стало еще бледнее. Лейтенант, держа на руках беспомощного капитана, плотно прижал его к себе. Теперь холодное и тонкое тело Кучики плотно прилегало к телу Абараи. Ренджи направился вперед. Ноги совсем отяжелели и отказывали двигаться. Волоча их за собой, лейтенант проваливался в глубокие сугробы, падал от бессилия. Холод ломил его, но он ни за что не отпускал из рук капитана. Каждый шаг давался с большой трудностью, но нельзя было сдаваться, ведь на кону стояла не только его жизнь, но и жизнь Бьякуи. Нужно было как можно скорей найти убежище и позаботиться о нем. Прищурив глаза, Абараи разглядел небольшую каменную пещеру. Осталось совсем немного. Шаг за шагом, и лейтенант продвигался к убежищу. Вскоре он дошел до той самой пещеры. Абараи был больше чем уверен, что будь он один, то не смог бы даже подняться, не смог бы совершить и шага. «Капитан… Вы подоспели вовремя», — подумал Абараи, подбираясь к пещере и чувствуя, как позади него остался тяжелый путь, который был уже преодолен.
