Венди? Магия? Почему всегда я?

После замечательной помывки, нас, вполне закономерно, повели в приютское общежитие дабы сплавить нас «добрым» тетенькам, что позаботятся о сиротках пока власти ищут их (сироток) «тетю» в городе. Мистган постоянно кидал мне вопросительные взгляды и то и дело хватался за свой посох, с которым он везде таскался. Я на эти его взгляды фыркала и шла чуть менее напряженно, чем он. Насильно в приюте они держать не смогут, и не потому, что мы такие супер крутые вынесем всю стражу и сбежим, а потому, что маги в этой стране имеют куда больше привилегий, чем простой народ. Пусть даже если этот маг — ребенок. Меня больше беспокоили мои вещи, которые наверняка попытаются забрать «на хранение». Знаю я это их «хранение» — оберут до нитки, а потом скажут, что так и было, и мы ведь и сказать-то ничего не сможем: ну кто поверит детям? И с Сатанахией тоже нужно что-то сделать, оставить его одного — опасно, он как никак монстр, а не домашняя собачка, пусть и очень смышленый и довольно миролюбивый, если его не трогать, монстр, а взять его с собой нам не позволят по той же причине. Но как итог, кракозябра сплавили на задний двор приюта, в будку, где когда-то жила старая сторожевая собака. Тот сперва долго сопротивлялся, но после здоровенного куска говядины даже позволил одеть на себя ошейник и привязать цепью. Хотя что-то мне подсказывает, что цепь для него не будет являться препятствием, если ему что-то потребуется дальше ее протяженности. Марусю же, под мой протест и истерику вызванную отклонением этого протеста, усадили в небольшой круглый аквариум, где, чисто теоретически, должны жить рыбки, и отправили ее в «живой уголок», где сиротливо сидела в пластмассовом ящике черепаха и в небольшой клетке подыхал от одиночества кролик. Меня и моего «брата» между тем представили местной детворе в количестве двадцати штук. Я даже была удивлена, не думала, что сирот будет столько, ведь городок по сути не особо большой да и жители мне не показались такими уж и плохими. По крайней мере мне не кажется, что кто-то мог по своей воле отдать свое дитя в приют, значит эти дети потеряли своих родных как и я. В этом мире, похоже, подобное не является такой уж и редкостью, но смотреть на них мне все равно не хочется. У всех у них в глазах столько надежды найти себе своих мам и пап, что мне, с моим эгоизмом и скепсисом, смотреть на столь светлые чувства неприятно. Я слишком хорошо представляю себе обе стороны медали подобных надежд. Пройдет еще пару годков ожидания и ребенок сломается, озлобится и, некогда чистая душа, перестанет быть такой уж чистой. Мистган тоже не особо спешил знакомится со здешними обитателями поближе, и я, в принципе, не удивлена. Он куда старше меня и многих детей здесь, да и куда умнее чем кажется, не думаю, что ему нужны случайные и не долговечные знакомства, хоть он и держится к сироткам вполне дружелюбно и приветливо, не то что я. Вещи наши, как я и предполагала, попытались забрать под известным предлогом и даже пообещали отдать, когда найдется наша «тетя» и мы покинем этот замечательный дом. На слове «замечательный» я скептически хмыкнула под недоуменный взгляд стражника. Условия проживания здесь может и неплохие, но приюты я все равно не люблю, слишком ярки были мои воспоминания о моей однокласснице, что жила в приюте до одиннадцати лет и после иногда рассказывала нам о жизни в стенах этого государственного учреждения. Именно от нее то я и узнала, что все на первых порах полны надежд, но чем старше становишься, тем меньше шансов, что тебя заберут, тем большее разочарование постигает ребенка. Саму рассказчицу из приюта забрали близкие друзья ее мамы, что воспитывала дочь до шести лет, а потом покончила жизнь самоубийством, после похорон своего отца, так как не могла нести такой груз одна на своем горбу. Рассказывала одноклассница это все таким равнодушным тоном и с такой пустотой во взгляде, что меня дрожь берет и сейчас. Так что приюты я не люблю по убеждению, хотя и понимаю, что это довольно глупо. Но вернемся к нашим вещам. Мы с Мистганом вцепились в свои манатки мертвой хваткой и наотрез отказывались их кому-либо отдавать. Я даже для убедительности своих намерений устроила истерику продолжительностью в минут десять и с выбросом магии. Стражник проникся, прониклись и работники приюта, прониклось и то кресло, которое я совершенно случайно привела в нерабочее состояние своей выходкой. ЭдоЖерар мне после аплодировал стоя, а дети, что застали такое представление, восхищенно-возбужденно просили меня научить какому-нибудь магическому приему. Зато вещи наши остались при нас. Так что цель оправдывает средства…и последствия. После всего этого нас накормили гречневой кашей с сосисками и сладким чаем и отправили спать. Кровати нам выделили, надо сказать, довольно удобные, или это мне после всех моих ночевок на голой земле так показалось? Но не суть, ибо вырубилась я почти сразу как легла. На следующий день, если точнее, то утро, нас накормили манкой с комочками и кучей масла, а на закусь киселем, и отправили играть. Возможно, в своем мире к этому завтраку я бы и не притронулась, но мне настолько осточертели ягоды, что любая другая еда для меня самая вкусная, Мистган мой вкус поддерживал, но ел с куда меньшим аппетитом, чем я, оно и понятно, вряд ли он жрал одну только землянику на обед и ужин. Так что со стола мы вышли вроде как сытыми, но играть с другими детьми нас обоих не особо тянуло, так что с моего божественного пинка мы отправились за покупками, предварительно сообщив о своих намерениях нянечке и дождавшись, когда к нам наведается стражник в роли провожатого. Отнекиваться от такой опеки я и не думала: кем бы я себя не считала, мы с Мистганом как не посмотри — дети, всерьез детей никто не воспринимает, так что вряд ли нам бы что-то продали. Так что сейчас мы дружным трио топаем на местный рынок. От приюта, что находился на окраине города, до рынка, что ожидаемо расположился в центре, идти было довольно прилично, так что стражник любезно предложил поработать мои личным такси, после того как мы уже пятый раз останавливались возле ближайшей лавочки посидеть отдохнуть, ввиду того, что мне мало того, что приходилось бежать за своими спутниками, так как шаги у них ого-го какие широкие, так еще и расстояние приходилось преодолевать не маленькое. Как итог, мои вещи несет Мистган, а саму меня на спине тащит наш провожатый. Любо дорого смотреть просто. Интересно, почему я сразу до этого не додумалась? Но тем не менее идти мы стали куда быстрее и до рынка добрались к десяти часам дня. На рынке в это время уже сновали туда-сюда люди, продавцы уже выложили свой товар на прилавки, так что здесь было очень даже оживленно. Я, с высоты роста стражника, выискивала среди множества разных товаров нужный нам прилавок с детской одеждой и между делом поглядывала на своего «брата», проверяя не потерялся ли он в толпе и не стырили ли у него наши вещи. Парень никуда не терялся и за вещами следил, так что вскоре я с удовольствием рассматривала товары на прилавках. И чего тут только не было, начиная от вездесущих продуктовых лавок, заканчивая магическими артефактами и книгами о различной магии. На последнее у меня откровенно говоря текли слюнки, но, так как читать я не умела, купить что-то из таких книг мне не удалось, а жаль. Но наконец мы дошли до ряда, где продавались детская обувь и детские вещи, здесь народ был преимущественно со своими чадами, так что я с интересом рассматривала как мамы одевают своих сыночков и дочек. Глядя на подобную идиллию в сердце предательски защемило и я вспомнила своих мам и пап. Иона, наверное, тоже бы так меня водила по рынку выискивая понравившуюся ей вещь для меня, а Айро ходил бы рядом и улыбаясь наблюдал как на меня в очередной раз пытались натянуть кружевное платьице. Моя родная первая мама же платья любила тоже, но в меру и скорее всего пыталась втиснуть меня в «те симпотичненькие брючки» с кучей карманов, которые нравились бы и мне и ей, но были на размер меньше чем требуется. Все таки я скучаю по своей семье. И я так предалась мыслям, что даже не заметила, когда меня поставили на землю и предоставили возможность выбирать. Мистган тут же направился к крепким льняным брюкам цвета жухлой листвы, а я к юбкам, потому как нормальных штанов для девочек не было, так что для начала подберу себе юбки, а потом валю к своему «брату» и буду подбирать себе брюки из мужского гардероба. К майкам у меня особых претензий не было, так что свитера, топики и тому подобное подбирать я буду в самую последнюю очередь. Продавец усиленно приседал на уши нашему сопровождающему, чье имя я так и не удосужилась узнать, решив, видимо, что он наш родитель. Так что сейчас этот бедняга с каменным лицо выслушивал по качество вон той юбочки и цену вон той футболки, которая «наверняка будет превосходно сидеть на вашем сыне». Я тихонько похихикивая показывала ему которую вещь я бы хотела примерить и тот с все тем же каменным лицом просящим кирпича просил продавца дать мой размер это самой вещи. Мистган со своей одеждой справлялся сам. Как итог из одежды я приобрела себе нижнее белье, пару цветных футболок из хлопчатобумажной ткани, один светло-голубой топ на бретельках, одно шерстяное вязанное платье с рукавом три четверти, одни бриджи из неизвестного мне плотного материала, одни льняные брюки, одни синие шорты, двое юбок клеш, трое чулок, двое гольф и симпатичное красное платьице в белый горошек, что сейчас красуется на мне, также я приобрела себе беленькую панаму на резинке и теперь довольная иду покупать себе обувь. Мой голубоглазый татуированный друг приобрел себе только одну серую футболку, комплект нижнего белья и те самые брюки, что присмотрел с самого начала, но он острой нехватки в нормальной одежды в отличии от меня не испытывал так что его выбор вполне понятен мне. Но как итог, мы оба были довольны обновами. Наш сопровождающий же выглядел как выжатый лимон, что неудивительно ведь продавцы пытались всучить свой товар ему, а не нам. И сейчас мы идем, а вернее я иду, мужская часть нашей компании тащится, в сторону обуви… Когда суровый на вид стражник издал протяжный стон от того, что продавцы обуви повели себя как и торговцы одеждой, я не удержавшись хихикнула в кулачок и продолжила рассматривать товар. Но на радость нашего провожатого, с обувью мы долго не возились ибо нуждалась в ней только я одна. Так что сейчас я довольно вышагиваю в удобных босоножках и с кроссовками, что засунуты в коробку, в руках. Все остальные мои пакеты тащил все тот же страдалец в форме. План на день почти выполнен, осталось только выкинуть мои старые шмотки и запастись провиантом. Думаю уже сегодня мы покинем этот городок.

***

— Нам нужен план, — вздохнув произнесла я закончив складывать все свои вещи в рюкзак. Свое старое шмотье я благоразумно выкинула при этом не испытав ни капли сожаления. Мой старенький темно-зеленый друг, к слову, был мною еще вчера постиран и высушен, так что теперь носить его было сплошное удовольствие, особенно осознавая, что внутри него лежат мои шмотки и шампунь, последнее меня как-то радует больше всего. — Какой план? — Мистган посмотрел на меня недоуменным взглядом. Его вещи, кстати, мы тоже перебрали и заново сложили. Короче говоря к дальнейшему путешествию мы подготовились почти основательно. «Почти», потому что еды в дорогу нам купить так и не удалось. При провожатом ее не купишь — вызовешь ненужные вопросы и подозрения, а с территории приюта незаметно свалить не удастся — следят за нами даже не скрываясь. И чего им неймется интересно? Ах, да, «тетка» то наша все еще не нашлась хотя объявление с нашими рожами на стенды объявлений уже вывешены, вот нас и начинают подозревать, хотя явно сами еще понять не могут в чем именно. Нет, пора валить с этого города пока есть возможность. — План как нам незаметно сгонять на рынок и купить провианта в дорогу. А так же как потом свалить из этого города незамеченными, — терпеливо произнесла я пересчитывая свои оставшиеся деньги. За свою одежду Мистган платил сам, да и за билет на источники он отдал, не уверенна что полную сумму, но учитывая то, что я вообще не планировала брать у него за это его кровные…короче говоря еще на пару подобных городов нам хватит. — В любом случае идти за продуктами придется тебе, — продолжила я пряча свое сокровище в потайной карман рюкзака, но заметив недоуменный взгляд моего «брата» тут же пояснила, — прежде всего я слишком маленькая и мне вряд ли что-то продадут, плюс ко всему я много не унесу. Так, какие есть предложения? — Можно притворится, что мне плохо. Они скорее всего дадут мне какое-нибудь лекарство и отправят спать. Потом я сделаю вид, что пошел спать, а сам незаметно пролезу через забор и сбегаю на рынок, а ты засунешь под мое одеяло подушки, будто бы я и правда сплю, так чтобы не возникло подозрений если кто-нибудь решит заглянуть проверить меня, — план конечно прост и банален до безобразия, но может сработать. Вряд ли они ожидают от нас побега. — Ладно. Но если тебя вдруг поймают, скажешь, что сбегал на рынок чтобы тайно купить сестре подарок на день рождение. Если поймают с продуктами наври про все тот же день рожденья. Типа ты хотел порадовать сестру вкусностями. И еще, бери те продукты, которые долго хранятся и плохо портятся. И спичек набери по больше. Можешь мяса взять немного, первое время можно жарить его на костре. Но лучше просто возьми картошки и чего-нибудь из быстрозаваримой пищи. — Тогда я пошел жаловаться на самочувствие? — Погоди. Я тут вспомнила, что после обеда детей всегда отправляют спать. Можно не заморачиваться и сбегать на рынок во время послеобеденного сна. Заодно и покушаешь, а то на голодный желудок многого не унесешь. Только я все равно останусь тут, дабы если что прикрыть тебя, — иногда я чувствую себя просто гением. Вот как к примеру сейчас. Зачем напрягаться, когда можно сделать все куда более простым способом? Главное, чтобы Мистган успел за те два часа, когда все спят, вернутся назад, хотя если что скажу, что ему нездоровится. Если попытаются ему помочь, скажу что я магическую мед помощь уже ему оказала, теперь ему нужен сон. Ну или еще как-нибудь сымпровизирую. — Ладно. Тогда после обеда и сбегаю. К слову, ты не забыла покормить свою жабу? — АхТыжМатьТвоюЗаНогу! — Я почему-то так и подумал…

***

У меня было стойкое чувство, что с нашим планом что-то не так, но понять что именно мне не удавалось. Дошло до меня только после обеда, когда мальчиков направили в один корпус, а девочек в другой. Мы с Мистганом обменялись взглядами и синхронно вздохнули, о такой мелочи как гендерное распределение мы и не подумали. Теперь я никак не смогу его прикрыть если вдруг нянечкам приспичит проверить их подопечных — я банально не узнаю об этой проверке. — Не волнуйся, все получится. Я сам себя прикрою, — прошептал мне мой «брат» и, что-то просигнализировав мне непонятными жестами аки заправский шпиён*, направился в сторону своего корпуса. Я же погрозив ему кулаком для порядка свернула в свою сторону. Если у него не получится, то это еще ладно, а вот если его поймают при побеге, или того хуже, при возвращении… Он вряд ли сможет отбрехаться, а я уж и подавно. Боже, дай мне новую нервную систему. — Венди-чан, тебе нехорошо? — бл*ть, я настолько задумалась о своем, что тупо встала возле своей кровати и зависла тем самым привлекая к себе ненужное внимание. Ладно, придется выпутываться. Но все-таки иногда я поражаюсь своей тупости. — Я просто вспомнила, что не кормила сегодня Сатану. Он наверное голодный там сидит, — и делаем невинное выражение лица. Вот так, молодец. Теперь постарайся не заржать над охреневшим выражением лица нянечки, что аж воздухом подавилась после моей фразы. Ох, как же я люблю выносить мозг людям. — Сатану? — Ну, мою собачку. Он же там на цепи в будке сидит, — не ржать, Венди, не ржать. Я знаю, что выражение лица этой несчастной бесценно, но ты должна мужественно терпеть. Настоящие тролли троллят своих жертв с лицом просящим кирпича. Давай, Венди, я верю в тебя! — Так его зовут Сатана? — нет бл*ть, Бобик. Нет, я сейчас точно что-нибудь сморожу. Ее лицо можно просто фотографировать и показывать всем как лицо самого величайшего тормоза во Вселенной. И какого фига у нее такое тупое, и между тем, снисходительное выражение лица? Даже я такою рожу изобразить не смогу. — Сатанахия. Его зовут Сатанахия, — Венди, держись! Если ты сейчас нахамишь ей, то лучше от этого не станет ни тебе, ни ей, ни Мистгану, который должен сейчас продумывать как ему лучше выбраться из стен приюта. — Ах, да, конечно. Твою собачку мы уже покормили, не беспокойся. Ты очень ответственная девочка, Венди, молодец, что заботишся о своих питомцах, но сейчас ложись спать и ни о чем не беспокойся, — Господи, если ты меня слышишь, убери эту женщину от меня. Я терпеть не могу, когда со мной общаются как с младенцем. «Ути-пути, Венди-чан беспокоится о своей собачке», фу, аж блевать тянет. Так, ладно, сейчас я просто стяну с себя платье повешу его на спинку прикроватного стула и лягу в кровать. Может быть я даже усну и тогда моя расшатанная нервная система придет в относительный порядок, и когда я проснусь мы с Мистганом распихаем по нашим рюкзакам провизию и свалим из этого города. Да, именно так. Порою мое самоубеждение работает просто превосходно.

***

На удивление у моего татуированного попутчика все получилось. Я даже похлопала ему стоя. Не долго, ибо нужно было быстренько попрятать все продукты в сумки дабы никто ничего не заметил. Зато теперь у нас все готово и уже ночью мы свалим из этого города, но сейчас мне нужно отыскать Сатанахию, которого мне разрешили спустить с цепи дабы тот развеялся. Развеялся, блин. Как только я отцепила цепь от ошейника, так тот сразу же смылся в пристройках приюта и я и мой «брат», что любезно согласился мне помочь, вот уже минут десять не можем его найти. — Сатана! Сатана, ты где? Иди сюда, адское ты создание! — Знаешь, всё-таки ты дала своим питомцам довольно странные имена, — правда? И вот не надо делать такое задумчивое лицо. Как по мне нормальные имена. Эксклюзивные. А Сатаной я зову своего кракозябра чисто из-за лени. — Просто Сатанахия слишком долго выкрикивать. — Иногда я тебя совсем тебя не понимаю… — Я тоже, - что? Я действительно иногда себя не понимаю. Вот как к примеру сейчас я понять не могу какого фига я ору на весь приют имя моего питомца, если все равно знаю, что эта самовлюбленная кракозябра отзовется только тогда, когда ему этого захочется. — Ладно, давай просто посидим и обдумаем план нашего побега из этого города. — А разве мы не можем просто взять и уйти? - ага, а кто нас таких перспективных малявок-магов отпустит? Особенно после всей той лапши, что мы им навешали. Тут только побег и остается. Судя по всему весь мой скепсис у меня на лице был написан, ибо вздохнул эдоЖерар слишком уж тяжело. — Ладно. Тогда может проделаем тот же трюк, что и с побегом на рынок? Когда все улягутся спать мы тоже сделаем вид, что спим, а потом подменим себя подушками, а потом просто сбежим. — А с охраной, что делать будем? Ее же наверняка выставят на ночь. — Прокрадемся как-нибудь. Если что, то их может отвлечь Сатанахия. Они ему вроде как не особо понравились, — чувак, иногда я просто поражаюсь твоей гениальности. И почему такой план мне в голову не пришел? Ведь все гениальное просто. Старею я похоже, старею. — Отлично. Тогда ждем ночи и валим отсюдова. Иногда ты все-таки прямо поражаешь меня. — Я сочту это за комплимент. И да, вон то случаем не Сатанахия? — Что? А ну иди сюда, дьявольское отродье! Я тебя вот уже полчаса ищу! Иногда иметь в друзьях внимательных людей весьма полезно. Хотелось бы еще иметь у себя в друзьях какого-нибудь животнолюба, что может заставить эгоистичного кракозябра вернутся обратно и позволить себя посадить на цепь. А то уж больно царапины потом болят после его когтей и зубов.