Away

      Сквозь сон слышу дикий топот где-то в коридоре. От этого я открываю глаза и приподнимаю голову с подушки. Встаю на ноги и подхожу к двери, где снова слышу этот звук. Будто несколько человек пробегает мимо двери. Резко тяну дверь на себя, а когда выглядываю в коридор, будто бы ничего и не было. Звука нет, и скорее всего я просто до конца не проснулась.       Протираю глаза от пелены сна и поглядываю на часы, на которых только пять утра. Тихонько постанываю от того, что снова не могу долго спать. Не заправляя кровати, я иду к шкафу, из которого вытягиваю легкий свитер и джинсы. Одеваюсь в комнате, а в ванной чищу зубы и причесываю свои волосы. Мне кажется, что волосы темнеют, из-за этого городка, как бы отдают дань его сырости и серости.       Проведя все водные процедуры, я спускаюсь вниз, где игнорирую звук бьющего дождя по окнам. Натягиваю на себя любимое поло и обуваю ботинки. Выхожу из дома, закрыв за собой дверь. Решаю съездить в центр и зайти в свою кофейню, надеюсь на то, что она будет уже работать.       Еду медленно, так как опять же волнуюсь из-за влажности. Пытаюсь включить радио, но оно не работает, но зато когда подключаю телефон, то салон наполняет моя музыка, из-за чего я даже немного радуюсь. Мелочи приподнимают мое настроение в это странное утро.       Доезжаю быстро, любуясь пустым городом. За все время в пути увидела только три машины на заправке и одного человека переходящего дорогу вместе со своей собакой. Паркуюсь, и выхожу из машины. Воздух очень влажный, а холодок хватает за руки. Прячу руки в карманы и двигаюсь к кофейне. Воодушевляюсь, когда вижу включенный свет, но быстро разочаровываюсь, когда дергаю ручку двери, и она оказывается закрытой. Вижу тень внутри и вздрагиваю, когда через стекло показывается человек. Им оказывается Дэйв, в передничке и с намыленной чашкой в руках. Он приветливо машет мне и открывает дверь. — Ты рано, кофейня еще закрыта, — радушно говорит он, но пропускает меня внутрь. — У тебя будут проблемы? — спрашиваю я. Он ехидно улыбается. — Не беспокойся. Никто никому не скажет, проходи, — он идет за стойку, кладет чашку в раковину и вытирает руки об передник. — Чего так рано? — Проснулась и больше не смогла уснуть. Решила, что чашечка хорошего кофе, сможет пробудить мои мозги, — Дэйв широко улыбается. — Это ты по адресу, — он включает еще одну люстру над огромной кофе-машиной и ищет чашку побольше за прилавком. — Так ты, и здесь работаешь? — оглядываюсь по сторонам. В кофейне звенящая тишина, лишь стук чашек друг о друга выводит кофейню в более живой вид. Свет такой теплый и мягкий, что становится совершенно уютно. Дэйв разгибается с белой, огромной чашкой, с нарисованным на ней оленем. — Нравится? — я киваю. Он берет ее и подходит к кофе-машине. — Подрабатываю. Стараюсь везде преуспеть и не брать денег у родителей. — В Нью-Йорке, люди нашего возраста считают своим долгом тратить деньги родителей, — он смеется, оголяя зубы. — Не мое это. Считаю своим долгом зарабатывать сам. Чего ты хочешь? — в непонимании смотрю на него, пытаясь отгадать подтекст его вопроса, но когда он указывает на меню над кофе-машиной, до меня доходит. — На твой вкус. — Я не совсем мастер, в этом вопросе. Но сделаю тебе кое-что, — он подмигивает мне. — Не отравлюсь? — шучу я. Он снова смеется. — Так, как ты не устаешь? — Я просто гипер-активный. Успеваю учиться, работаю по сменам в продуктовом, на развозке, и в первую смену здесь. Вчера какой-то козел ушел со смены, не убрав за собой, поэтому приходится работать за него, — объясняет он. — Почему не пожалуешься? — Я просто съезжу к нему и объясню на пальцах, что так делать не стоит, — Дэйв нажимает на кнопочки на кофе-машины и приводит ее в действие. Через некоторое время в кофейня наполняется потрясающим ароматом. — Когда услышал, как дергают дверь, подумал, что это Гарри. Обычно он у нас, ранняя пташка. Приходит сюда, и требует кофе с круассанами, которые даже не привезли.       Еще несколько минут, и Дэйв ставит передо мной чашечку ароматного напитка. — Готово, — он довольный, потирает руки и смотрит на меня. — Пахнет вкусно, — отпиваю из чашки и начинаю кивать. — Вау, Дэйв, тебе нужно быть баристой.       Он счастливо улыбается и все также смотрит на меня. — У тебя пена, — он указывает пальцем на себя, а я облизываю губы, когда слышу хлопок двери. Гарри во всем черном прямо здесь. Он снимает с себя свою куртку и кидает прямо на свободный диванчик. — У меня появился конкурент? — он хмуро смотрит на меня. А затем обращается к Дэйву. — Сделай мне что-нибудь. — Что на этот раз? — спрашивает Дэйв. — Ночью снова вызывали к пациенту, псих пытался выброситься из окна первого этажа и никак не мог понять, что так с собой точно не покончит, — синяки под глазами Гарри, говорят, что он точно не спал. — Ты работаешь в больнице? — спрашиваю его я, пока Дэйв посмеивается со слов Гарри. — Нет, у меня практика в университете, дали сложных пациентов-самоубийц, за которыми нужен глаз да глаз. — Здесь и психлечебница есть? — удивленно смотрю то на Дэйва, то на Гарри. Дэйв кивает первым. — Небольшое отделение. Этот городок не такое захолустье, как ты думала. Но если бы не университет и кучи студентов, он бы наверняка им был, — Дэйв берет чашку для Гарри и направляется к машинке. — Это точно, до университета здесь еле работал и один кинотеатр, а о торговом центре, который слишком большой для этого места, не было бы и речи, - Дэйв подает чашку Гарри, а тот возмущенно смотрит на него. — А круассаны? — Ты время видел? — Дэйв указывает на часы, на которых уже шесть утра. — Вы полуночники какие-то! — Так, а что ты здесь делаешь? — Гарри бросает взгляд на Дэйва, а потом снова на меня. Пожимаю плечами и делаю глоток кофе. — Вероятно, вы все впечатлили меня рассказами про Ил-Марш, вот я, и спать теперь не могу, — объясняю я. — Мы же ничего такого и не говорили, просто то, что это местная достопримечательность. Даже на вечере в пабе никаких историй связанных с ним не было. — То есть, мне есть, что послушать про Ил-Марш? — спрашиваю я, прямо глядя на Гарри. — Много всякого есть про это место, то чем нас пугали в детстве. Но все это лишь глупости и ты не должна себя пугать ими. Наверняка твой отец много чего знает, он же вырос в этом доме. — Он уехал, в четырнадцать, а вернется только сейчас. Скорее всего, он пропустил все ваши страшилки, — Гарри хмурится. — Он ходил в местную школу, а это поверь, уже говорит о том, что он ничего не пропускал, — Дэйв, наконец, оборачивается и смотрит на нас. — О чем говорите? — спрашивает он. Гарри допивает из своей чашки и кладет на столешницу пару копеек. — Мне пора, спасибо, Дэйв, — со мной не прощается и действительно уходит. — Что с ним? — спрашивает он. Пожимаю плечами, Дэйв смотрит на мою чашку. — Тебе долить? — Да, пожалуйста, — прошу я. Дэйв мягко улыбается мне и добавляет кофе. — Сейчас подъедет выпечка, и можно будет открывать кофейню.       Ровно через пять минут, в кофейне появляется мужчина с планшетом и коробками на повозке. Он просит поставить роспись, Дэйв вытирает руки и быстро расписывается. Разгружает коробки и провожает мужчину, пока закрывая дверь. — Я могу помочь, — предлагаю я. — Отлично.       Дэйв показывает, что к чему и я быстро разбираюсь. Мы вместе распаковываем выпечку, которая еще совсем теплая и мягкая. Раскладываем товар по полочкам, и Дэйв угощает меня шоколадным круассаном, который оказывается самым вкусным круассаном в моей жизни. — Так, что ты делаешь в пятницу вечером? — между делом спрашивает он. Заправляю выбившуюся прядь за ухо. — Еще не думала, хочешь что-то предложить? — Дэйв выдает улыбку, а я понимаю, что слишком быстра. — Прости, я привыкла жить в бешеном ритме, когда жила в Нью-Йорке. — Все нормально, — уверяет он с милой улыбкой на лице. — Одно из братств в университете устраивает вечеринку без повода. — Как же знакомо, — ухмыляюсь я. — Пойдешь со мной? — спрашивает он. Мое время улыбаться. — Хорошо. — Я заеду за тобой в десять вечера? — Хорошо, — снова повторяю я.

***

      Мне не хватает здесь друга. Единственное, чего я была бы не против, это того, чтобы Саманта, моя подруга, была здесь. Сейчас я бы не думала одна, что мне надеть на себя и как я буду выглядеть. Часовые пояса меня раздражают. Я причесываю свои каштановые, прямые волосы и заплетаю их в высокий хвост, чтобы их длина мне не мешала. Я даже не знаю, стоит ли мне краситься, потому что не делала этого так давно, что наверняка забыла как. Решаю подчеркнуть свои серо-голубые глаза золотистыми тенями и одним слоем туши. Этого должно хватить.       На ноутбук приходит оповещение о новом письме в моей почте. Помечено, как от психолога. Кусаю губу, я совсем забыла о нем. Это он разрешил мне уехать обратно в Великобританию, а потом уже в это родовое поместье. Это он думал, что так будет лучше. В очередной раз он напоминает мне о моих таблетках и о том, чтобы я не забывала взвешиваться. Не дай Бог у меня снова начнется расстройство, и я снова начну терять волосы и килограммы, я должна буду вернуться обратно. У меня не осквернились впечатления о Нью-Йорке, после кончины моей мамы, просто это место, где я поняла, что все будет идти не так, как хочется мне. И мои родители не будут делать так, как надо мне всю жизнь.       Страшно вспомнить какой я была раньше, а какой стала сейчас. Я встряхиваю головой, отгоняя ужасные воспоминания, послушно взвешиваюсь, а в сумку кидаю таблетки. Отвечаю своему врачу и тут же получаю смс от Дэйва, что он уже ждет меня.