Away

      Выхожу на улицу, где противный моросит. Это очень сильно злит меня и я стала замечать, что мои волосы сами по себе начали виться и я еще не совсем поняла нравится мне, или нет. У Дэйва маленькая машинка, что-то типа спортивной, но старой. Выкрашенная в ярко-красный свет, который я замечаю даже в вечернем сумраке. Мне нравится, как яркость сочетается с этим сонным, туманным пейзажем.       Дэйв выходит из машины и широко улыбается мне. На нем футболка, сверху которой лишь джинсовка. Из-за этого меня даже знобит, потому что мне кажется, что на улице ужасно холодно. — Добрый вечер, — еще издалека говорит он. — Отлично выглядишь.       В ответ улыбаюсь, а он даже идет мне навстречу, останавливается у ворот и ждет, пока я выйду. Закрываю за собой калитку, вводя код. — Мне кажется, что ты замерзнешь, садись в машину, — командую я, делая голос, как можно веселее. — Все не так просто, другая дверь заедает и почти никогда не открывается, так что, входи через эту, — он приглашает меня внутрь машины. Я даю ему подержать свою сумочку, пока залажу внутрь.       В машине пахнет слишком сладко этим противным освежителем — никогда их не любила. Легко пролажу на сиденье рядом с водителем. Дэйв закрывает за собой дверь и отдает мне сумку. — Так, что это за вечеринка? — спрашиваю я, пока он разворачивает машину, чтобы ехать обратно. — Это даже не то, что вечеринка. Это что-то типо интеллектуального вечера. Всякие умники собираются в доме одного из братств. Разговаривают на высокие темы и попивают благородные напитки, — смеется он. — У нас есть бильярд, всякие веселые игры. Наверное, на таких вечерах ты не была в Нью-Йорке.       Мне кажется, что он думает, что мне не понравится. Ух, на самом деле мне любопытно и как-то давно я была на таком вечере. Но в то время, у меня были совершенно другие интересы, так что мне в принципе не могло понравиться такое. А сейчас, я ощущаю себя совсем по-другому. — Звучит здорово! — пытаюсь успокоить его я. — А меня впустят? Я же не студент. — Не имеет значения.       Дэйв не включает радио, и мы едем всю дорогу болтая на всякие разности. Он рассказывает мне истории связанные с учебой и его одногруппниками и мне даже хочется окунуться в этот мир. Разглядываю пейзажи за окном, замечая новые места. Все по-прежнему кажется серым и дождливым, но эта зелень и атмосфера, заставляет меня думать о том, что мне нравится этот мелкий городишко.       Когда, кажется, что мы выезжаем за город, видим лес, а затем проезжая поле, я снова замечаю здания. Студенческий городок оказывается довольно большим, что впечатляет, учитывая то, как далеко от цивилизации находится сам город. И архитектура общежитий и зданий братства, а затем самих зданий университета, кажется мне довольно милой, стиль старой Англии витает в воздухе. После нескольких зданий университета, мы выезжаем на улицу, где стоит еще три здания общежитий, а за ними, двухэтажный, большой, белый дом, у входа в который высятся колоны, а во всех окнах на первом этаже горит свет.       Дэйв паркуется прямо у здания, где расположились еще пару машин. Мимо нас проходит довольно веселая компания с пинтами пива, и я оглядываюсь на Дэйва. — Ну, некоторые позволяют себе и не совсем благородные напитки, — смеется он.       Он выходит первым, а затем пропускает меня. Такое ощущение, что мы въехали в низину, потому что кажется, что воздух здесь еще более сырой и холодный. Так и хочется укрыться внутри теплого здания. — Пошли скорее, — говорит Дэйв, тянет меня за собой к дорожке, которая тянется к дверям.       Он не звонит, и мы входим внутрь сами. Он помогает мне снять с себя поло, а сам вешает джинсовку на крючок в стене. Какой-то большой парень подходит к нам, держа в руках стакан для виски. Он кажется таким угрюмым, но когда открывает рот мое впечатление о нем тут же уходит. Голос у него такой веселый, а улыбка ослепительнее любой другой. — Привет, — протягивает он и жмет руку Дэйву, а затем и мою. — Тебя я раньше не видел. — Она недавно приехала в наш город, Арья — Ник, Ник — Арья, — представляет он нас друг другу. Ник улыбается еще шире, хотя я думала, что это нереально. Мне нравится, что Дэйв не говорит моей фамилии.       Мы вместе идем в большую гостиную, где намного больше людей, чем я ожидала. Кто-то сидит на диванах и в креслах, разговаривая. Другие столпились, у каких-то игр и еще одна группа у мини-бара и бильярдного стола. Улавливаю ноты ненавязчивой мелодии, которая витает в воздухе. Делаю вывод, что здесь довольно мило и мне даже нравится. — Будешь что-нибудь? — спрашивает Дэйв, указывая на бар. — Ох, не сегодня. У меня таблетки по расписанию, — не хочу вдаваться в подробности, но Дэйв как-то по-свойски смотрит на меня, и не задает никаких вопросов. — Ладно, мне за руль, так что нам хватит по безалкогольному мохито, да? — на это я киваю.       Получив свои стаканы, мы направляемся к группке людей, сидящей на диванах. Для нас тоже хватает места и Дэйв представляет меня людям, на что они приветливо улыбаются и без каких-либо вопросов принимают меня за свою. Удивляюсь, когда вижу знакомое лицо — Рокси из паба. Она машет мне рукой и подзывает к себе. При другом свете, замечаю, что ее волосы отдают темно-бордовым. Дэйв отпускает меня, положив на мое место мою сумку, чтобы я смогла сесть, когда вернусь. — Ты вместе с Дэйвом? — спрашивает она, когда я подхожу к ней и мы вместе садимся на широкий подоконник. — Да, он позвал меня. — Ты Гарри не видела? Он сказал, что придет, но его все еще нет, — озадаченно говорит она. — Мы не так хорошо общаемся, чтобы он отчитывался передо мной, — шучу я. — Кажется, он недолюбливает меня. — Не обращай внимания. Выбор его профессии заставляет его быть мрачным и грубым все время. Он выплескивает на остальных все негативные эмоции, которые получает на практике, — Рокси даже закатывает глаза и мне она начинает нравиться еще больше. Люди здесь такие свойские. — Ты тоже учишься? — спрашиваю я. Она кивает и отпивает из бокала. — Да, изучаю историю искусств. Ты видела мои граффити на заброшенном здании около пожарной каланчи? — спрашивает она. — К сожалению, я многое не видела здесь, — пожимаю плечами. — Наверстаешь. Я когда приехала поступать, думала, что это ужасный город, но на самом деле, все не так плохо, — говорит она.       Вскоре к нам подходит Дэйв, и мы вместе ведем беседу дальше. Разговариваем о всяком, как в машине. И могу с точностью сказать, что мне этого так не хватало. Обычного вечера в приятной компании людей. Я надеюсь, что смогу сдружиться еще больше с ними, чтобы заполнить свое одиночество здесь, пока не уеду, когда наступит момент.       Резко Дэйв отходит в сторону, чтобы поговорить по телефону, а когда подходит обратно, то на его лице такая тревожность. — Мне срочно нужно ехать, но ты можешь остаться здесь, а потом я заеду за тобой. — Я могу поехать с тобой? — он кивает, и мы так быстро уходим, что я не успеваю попрощаться с Рокси.       Мне кажется, что мы едем через весь городок, прежде чем фары машины Дэйва замечают огромный внедорожник, у которого стоит длинная фигура, на руках которой, кто-то лежит.       Дэйв тормозит машину, еле успев завернуть. Он выскакивает из нее и летит как угорелый к фигуре, которым оказывается Гарри. Я не спешу выйти из машины, потому что Дэйв забирает что-то, что оказывается мелкой собакой. Они быстро группируются и укладывают ее в большой багажник машины Гарри, а затем, каждый снова садится за руль. Первым выезжает Дэйв, а за ним Гарри. — Что случилось? — спрашиваю я, глядя на сосредоточенного Дэйва. — Гарри не заметил собаку на своем пути, — только и произносит он. Решаю замолчать и не мешать ему думать.       Мы проезжаем центр снова, затем сворачиваем на улицу и заезжаем на парковку рядом с домом, на котором мелькает вывеска «ветлечебница». Свет в ней не горит, но когда Дэйв тормозит и выбегает из машины, становится ясно, что у него есть ключ. Наверняка, он и здесь подрабатывает. Я выхожу следом, замечаю Гарри, который стоит у открытого багажника своей машины. Никогда не видела никого настолько взвинченного. Он кажется таким бледным, даже зеленоватым. — Неси ее сюда, — кричит Дэйв, открывая дверь. Гарри продолжает стоять истуканом и смотреть внутрь багажника. — Черт побери, Гарри!       Наконец, Гарри приходит в себя и аккуратно берет на руки собаку, которая подскуливает, но лежит смирно, будто понимает, что происходит. Я иду за ними и закрываю за собой дверь в доме.       Собака оказывается на специальном столе, где уже семенит Дэйв. Он так серьезен, как же люди вмиг могут становиться совсем другими. — Посмотрим, что можно сделать, — говорит он, беря в руки прибор.       Я подхожу ближе к столу, разглядывая темно-коричневые пятна на собаке. На ней нет ошейника, скорее всего, просто дворняга. Поднимаю взгляд на Гарри, который кусает губы и держит руки скрещенными на груди. В воздухе пахнет напряжением. — Арья, включи лампу, — указывает мне Дэйв. Я поднимаю руку и нажимаю на кнопку, стол освещает яркий луч операционной лампы.       Только сейчас, Гарри, видимо, заметил меня и бросил быстрый взгляд, по которому я не смогла прочитать совершенно ничего. Дэйв продолжает работать, надев на себя очки, он нависает над собакой.       Все это время, Гарри стоит на месте, не сводя глаз с собаки. Замечаю, сильную дрожь его рук, но он становится еще напряженнее и прячет руки в карманы своего плаща.       Проходит еще некоторое время и Дэйв сам вытягивается, чтобы выключить лампу и снимаем с себя перчатки. Гарри тут же оживляется. — Что? — спрашивает он. Дэйв делает глубокий вдох и качает головой. — Ничего не получится, — произносит он. — Так что, езжай домой, отдохни. — Ты серьезно? — голос Гарри меняется и становится таким грубым. — Возьми с собой Арью, отвези ее домой, ладно? — просит он. — Я могу остаться, - встреваю я. — Нет, лучше не смотреть на это, — не успеваю договорить, как он прерывает меня. — Да что ты за ветеринар такой, что ничего не можешь сделать? — кричит Гарри и выходит из комнаты, не бросая взгляд на собаку. — Он ищет виноватых в других, — говорит Дэйв. — Я, правда, не могу ничего сделать. — Я знаю, — тихо говорю я. Аккуратно дотрагиваюсь рукой до головы собаки и легко чешу ей за ушком. Не знаю, нужно ли ей это сейчас. — Скарстен! — слышится дикий ор с улицы. — Езжай, — просит Дэйв.       Выхожу из ветлечебницы, и вижу Гарри у машины, который когда видит меня заходит в машину и громко, с остервенением хлопает дверцей. Быстро двигаюсь и когда закрываю дверцу за собой, Гарри сразу давит на газ. Не сбавляя, он с визгом разворачивается и выезжает на дорогу. — Что ты за врач такой, который не может справиться со своими эмоциями? — тихо говорю я, не глядя на самого парня.       Краем глаза замечаю, как тот бросил на меня взгляд и снова уставился на дорогу. Гарри не Дэйв, он включает радио.       Только позже до меня доходит осознание, что я неправа. Он просто переживает за собаку, а эмоции — это нормально, даже для врача. Он же не может просто ходить со спокойным лицом, когда сбил собаку и знает, что виновен сам.       Решаю извиниться, когда подъезжаем к поместью. — Прости, я не должна была… — не успев договорить, замечаю странное.       На втором этаже дома, в одной из комнат, горит свет. Гарри тоже это видит и когда останавливается у ворот, поворачивает голову ко мне. — Твой отец приехал? — спрашивает он. — Нет, в доме никого не должно быть, — говорю я, все, также глядя на огни. Как непривычно.       Выхожу из машины и спешу к калитке, где ввожу пароль. Этому должно быть логическое объяснение, но я не могла включить свет, так как не захожу в другие комнаты, кроме своей. — Ты пойдешь туда? — слышу хлопок двери и Гарри, который двигается ко мне. — Да, мне ведь нужно разобраться, — отвечаю я. Наконец устройство пикает, и я вхожу во двор. — А если кто-то пробрался в дом? — Гарри все также идет по пятам. — Никто не мог, сработала бы сигнализация, и пришло бы оповещение, — уверенно говорю я. — Я пойду с тобой, на всякий случай, — говорит Гарри, обгоняя меня и забирая ключ из моих рук. — Ты уверена, что все калитки были закрыты? — Думаю, да. — Думаешь? — недовольно переспрашивает Гарри. Пожимаю плечами.       Гарри открывает дверь и заходит первым. Ступает очень тихо и оглядывается в холле. — Может, ты останешься здесь? — спрашивает он. Отрицательно качаю головой.       Он подходит к лестнице и делает пару шагов вверх, прислушивается, и еще пару шагов. Когда мы доходим до конца лестницы и сворачиваем в сторону комнаты со светом, по-прежнему не слышим ни единого звука. В доме мертвая тишина. Гарри делает несколько больших, уверенных шагов вперед и резко открывает дверь в комнату. Никого. Пусто. Только люстра горит и все. На всякий случай, я открываю большой шкаф, но там по-прежнему лишь пустые коробки. — Надо обойти весь дом, — говорит Гарри. Подпрыгиваю, когда мне приходит оповещение о том, что пора принять таблетки. Роюсь в сумке и выдавливаю две себе в руку. Гарри только молча наблюдает до тех пор, пока я не проглатываю их.       Обойдя весь дом, мы не обнаруживаем кого-то или что-то. Гарри спускается вниз, на кухню, где я завариваю себе чай с мятой. — Пусто, ты просто забыла выключить свет, — говорит он. — Я не вхожу в те комнаты, — уверенно говорю я. Гарри только пожимает плечами.       Резко я снова слышу дикий топот наверху, как утром. Поднимаю голову вверх, и топот как раз пропадает. — Ты слышал? — спрашиваю я, указывая рукой наверх. — Слышал что? — он хмурится. — Ты сейчас серьезно? — я выхожу в холл и всматриваюсь вверх, но там темно и пусто. — Что ты слышала? — спрашивает Гарри, следуя за мной. — Показалось, — вру я, пожимая плечами. Гарри все также хмурится, глядя на меня. — Тебе нужна помощь? — снова спрашивает он. — А тебе? — он качает головой. — Ты была с Дэйвом в братстве? — киваю. — Ну и, каковы впечатления?       Жестом предлагаю ему чай, на что он кивает. Снимает с себя плащ, оказавшись в черной кофте с длинным рукавом, полностью обтягивающей. — Все очень милые, думаю, это из-за того, что Дэйв не сказал, кто я, — предполагаю я, заливая кипятком чай Гарри. — Думаешь, люди узнавая, что ты из Скарстенов, начинают относиться к тебе по-другому? — киваю. — Нет, это не так. Просто вы одни из основателей этого города, и никто давным-давно, не видел вас здесь. — У меня вдобавок и другое ощущение, связанное с этим домом, — добавляю я. Гарри усаживается на высокий стул, за островком, в центре кухни. — И какое ощущение? — Плохое. Будто люди слыша о том, что я живу в Ил-Марш, начинают опасаться меня, — подаю Гарри чашку с блюдцем. — Это просто старые истории. У таких домов, куча своих легенд, пусть и не всегда правдивых, — сажусь напротив Гарри.       Прошу рассказать что-нибудь, чего я не знаю и узнаю, что во время войны, здесь укрывались дети и старики. Об этом мне никто не говорил.       Проходит около часа нашей беседы, когда Гарри оглядывается на часы — час ночи. Он отодвигает чашку и встает со стула. — Уже поздно, нужно ехать, — говорит он.       Провожаю его в холл, где он надевает на себя плащ и снова превращается в какого-то угрюмого парня. Видимо, вспомнил о собаке. — Доброй ночи, — желает он мне и уходит.       Я проверяю закрыта ли дверь на террасу и со спокойной душой поднимаюсь наверх, чтобы лечь спать. Получаю смс от Дэйва, и у нас выходит некая беседа. Он спрашивает как я и понравился ли мне вечер. Ни слова о собаке, что хорошо и спрашивает, не был ли груб Гарри. Удивительно, но нет. Он тоже желает мне добрых снов, и я выключаю телефон.