Карма

Утро было пасмурным, небо затянуто свинцовыми тучами, грозящими вылить на людей в ближайшее время ледяной поток крупных капель, а ветер безжалостно срывал с деревьев последние листья, отправляя их в недолгий полет. А все потому, что осень. Холодная, совсем неприветливая и совершенно безрадостная. Так думал Дима, когда садился в свою машину, быстрее закрывая за собой дверь, чтобы лишние секунды не провести в объятиях холодного ветра. Машину свою Дима любил, оттого и не торопился трогаться с места, проникаясь атмосферой и запахом все еще не прогретого салона, ласково оглаживая при этом руль в кожаном чехле. Минивэн был хорош: большой, вместительный и многофункциональный. Сзади, на месте багажника, можно было закрепить еще три сидения, передние же имели возможность крутиться влево и вправо, да и сам автомобиль был удобен как для города, так и для поездок на природу или каких путешествий. Но время отнюдь не было резиновым, и потому пришлось вырваться из потока мыслей и кратковременного уюта, дабы поскорее добраться до работы, где, по всей видимости, ему предстояло провести сегодня весь долгий и мучительный день. Нет, Дима любил свою работу, но визгливый будильник, намечающийся дождь и новость о том, что его ждут дополнительные часы, радости не прибавляли совсем. Плавно выехав со двора, молодой мужчина ловко влился в поток других машин, перестроился на свой ряд и уже быстрее поехал в центр города, забивая голову планами на поздний вечер. Наверное, именно его настроение и желание поскорее закончить этот день, пускай и было еще только раннее утро, и не совсем уместные мысли за рулем, привели к тому, что Дима задумался, машинально включил другую передачу и поехал еще быстрее как раз на том отрезке дороги, где недалеко от нее, в кустиках, а точнее их подобии, цивилизованно ныкался автомобиль ДПС. И ведь именно ныкался, зараза такая! Вот уж кто любители отсиживать свой зад в любую погоду в самых неожиданных местах. Дима печально вздохнул, посильнее сжал длинными пальцами руль и затормозил, аккуратно съезжая на край дороги. Только слепой бы не заметил резкого взмаха полосатой палочки, так нервирующей взгляд любого водителя. И главное, успел же этот блюститель порядка выскочить из кустов и тормознуть не кого-нибудь, а именно его, Диму, спешащего на работу. Пару минут, и вот уже к нему шествуют, наверняка мысленно прикидывая, сколько можно содрать с очередного дурня, по глупости не заметившего временный пост. Зато был замечен внешний вид, разительно отличающийся от того, который был привычен каждому человеку. Начать бы хотя бы с того, что подходил к Диминой машине не шароподобный дяденька с засаленной головой, отталкивающим лицом и просто омерзительной аурой гаишника, а самый что ни на есть ухоженный мужчина средних лет. Прикрыв глаза и собираясь с духом, Дима вздрогнул, когда крупный кулак постучал по стеклу аккурат рядом с его бледным лицом. Опустив преграду, Дима без резких движений поднял взгляд и ненадолго замер, проникаясь совершенно непривычной внешностью для человека, который представлялся не иначе, как жирный и противный мужлан. - Доброе утро! Капитан Доронин, ваши документы, пожалуйста. И голосом тоже проникся Дима, на автомате доставая портмоне, где хранились документы на машину. Капитан неторопливо принял заламинированные карточки, опустил на них взгляд, вчитываясь в данные и цепляясь за имя и фамилию. - Нарушаем, – утвердительно произнес Доронин и перевел едва прищуренный взгляд на водителя. – Вы превысили скорость в неположенном месте – это раз, и шторки на окнах – это два. Будем смотреть дальше или пока остановимся на этом? - Остановимся, – подавленно произнес Дима, отводя взгляд от больно уж привлекательного лица, на котором хищно блестели серые, почти стальные глаза. - Ну, с превышением скорости все понятно, – как-то уж подозрительно спокойно начал гаишник, растягивая слова и делая небольшие паузы, – а сколько нужно времени, чтобы снять шторки? Полдня хватит? - Пять минут, – чуть бодрее отозвался Дима, понимая, в какую степь клонит блюститель дорожного порядка. - Очень хорошо, – хмыкнул капитан и, чуть отстранившись и глянув в сторону служебной машины, склонился над открытым окном, перед этим отметив об отсутствии видеорегистратора. – Очень торопимся? - Очень, поэтому готов ускорить взаимовыгодный процесс, – протянул Дима, заметно, но без резких движений опуская руку на кошелек, лежащий рядом с сумкой на соседнем сидении. - Какое, однако, хорошее начало дня, – не скрывая ехидной улыбки, капитан склонился еще ниже и тихо, ну совершенно неприличным голосом, напоминающем томную вибрацию, добавил: – Одна. - А может… - Две. - Ну, одна, так одна, – произнес Дима, доставая из кошелька нужную сумму и осторожно передавая ее в протянутую руку. *** Минивэн аккуратно припарковался на служебной стоянке и затих. Дима обвел недовольным взглядом лобовое стекло, которое начали украшать крупные капли дождя, и со злостью подумал о том самом гаишнике, содравшем с него целую тысячу. Вот засранец! Но с другой стороны, сумма по нынешним меркам была небольшой, записи он избежал да и на работу успел к положенному часу. Хрен с ним, плюнул Дима и не спеша выбрался из авто, трусцой добираясь до главного входа двухэтажного здания. И пока один стремился выкинуть из головы утренний инцидент, второй насвистывал незамысловатый мотив какой-то попсовой песенки, которую уж больно часто крутили по радио. Правда насвистывал недолго, ибо все хорошее имеет свойство заканчиваться и заканчиваться весьма неожиданно, а иногда и очень болезненно. Вот как раз таки последнее и коснулось капитана Доронина, когда тот отпускал очередную машину. То ли злой рок, то ли совпадение, а может, и вовсе наплевательское к себе отношение, но зубная боль пришла резко и неопровержимо, заставив бравого блюстителя скорчиться в страшных муках и зажмурить глаза от дергающей боли в верхнем ряду беленьких зубов. Терпел Влад долго, ровно до того самого момента, пока очередная болезненная волна не приблизила его к дикому животному, желающему во что бы то ни стало промычать, простонать и, в конце концов, прокричать о том, как он ненавидит ту херню, которая так настойчиво долбила ему в казалось бы совершенно здоровом рту. Ан нет, оказалось, что где-то все-таки было не особо-то и здорово, а потому, нравится ему или нет, но отправиться к чудовищу в белом халате нужно безоговорочно. В итоге было решено скинуть все на своего напарника, который реагировал на все в этой жизни одним только состоянием, близким к мифическому существу, именуемым себя сомнамбулой. Козлов, он же рогатый, он же… Ну, в общем напарник среагировал спокойно, обещал в случае чего отмазать и без интереса отправил Доронина на все четыре стороны, совершенно не беспокоясь о нем или о последних рабочих часах, которые ему предстояло провести теперь уже в гордом одиночестве. В городскую поликлинику без талончика было не попасть, зато в платную клинику, находящуюся почти в самом центре, можно было запросто, плати только денежку и чеши в указанный милой девушкой-администратором кабинет. Влад так и сделал, сначала позвонил по номеру, который был у него не пойми откуда записан, а затем, узнав о свободном времени врача, договорился, чтобы его записали, и он обязательно будет, ибо нечеловеческая боль пересиливала уже все, и плевать ему было на то, что платно, и платно относительно много. Добравшись до клиники, капитан Доронин гордо расправил свои широкие плечи, превозмогая дергающую боль, чуть прикрыл глаза и решительно подступился к высокой стойке, за которой сидела, видимо, именно та девушка, с которой он беседовал по телефону часом ранее, о чем ему сказал легкий и мелодичный голос. Администратор лично проводила его до предпоследнего кабинета в конце длинного коридора, мягко подтолкнула в спину, мол, все хорошо, врач свободен, можете пройти, а затем посеменила обратно к своему рабочему месту. Тяжело вздохнув, Влад мельком скользнул по едва приметной табличке, гласящей «Константинов Д. А.», подумал о том, что больно уж знакома ему эта фамилия, хотя мало ли в жизни бывает совпадений, и, медленно опустив широкую ладонь на ручку, решительно распахнул дверь, делая первый шаг в обитель того самого чудовища в белом халате, которого бесстрашный капитан Доронин боялся с самого детства. И каково же его было искреннее удивление, когда к нему обернулся врач, прожигая знакомым взглядом светло-карих, почти желтых глаз. Вот тебе и совпадение, мать его! Тот самый, тот самый Константинов, чью машину он сегодня остановил и чьи печальные глаза молили его отпустить, сейчас смотрел на него с узнаванием и все больше расцветающей на тонких губах ехидной и чуточку самодовольной улыбкой. - Какая встреча! – мягко произнес Дима, даже не пытаясь скрыть довольную улыбку победителя. Ну надо же было такому случиться, что в этот, казалось бы, серый и безумно тяжелый день, уже не обещающий ничего хорошего, к нему заглянет сам капитан Доронин, гаишник, шикарный мужик среди стада упитанных ДПСников, и тот самый вымогатель, раскрутивший его на одну тысячу. - Да уж, незабываемая встреча, – прохрипел Влад, чувствуя себя человеком перед казнью. - Зубки, значит, будем лечить? – продолжая ворковать, Дима рукой указал на кресло и сам прошел к своему месту, усаживаясь поудобнее. – Да вы присаживайтесь, меня бояться не нужно. Сказав это, Дима отметил и сероватый оттенок лица гаишника, и сурово сжатые губы, и кулаки, которые в этот момент прятали красивые крупные пальцы, замеченные еще этим холодным утром. - Слушай, – начал неожиданно Влад, понимая, что нужно как-то спасать свою бренную тушку, которая вот-вот окажется в загребущих лапах чудо… доктора в белом халате. – Давай только без мести за утренний случай, а? Я тебя чисто по-мужски прошу. - Да какая месть, о чем ты! – Дима и сам не понял, как легко поддался на неофициальный тон. – Здесь я врач и мне важно здоровье моих пациентов, а все свои личные претензии я оставляю за дверью этого кабинета. - Успокоил! – не сдержав шумного выдоха, Влад неуверенно улыбнулся и подошел ближе, устраиваясь в стоматологическом кресле. Дима хмыкнул, натянул на лицо маску, подогнал лампы ближе к лицу капитана и, натянув перчатки, протер их и тут же склонился ниже, говоря привычную фразу: - Что беспокоит? - Сверху зуб стрельнуло, справа, – глухо отозвался Влад, открывая рот и неосознанно заглядывая в светлые глаза врача. - Шире, – произнес Дима, рассматривая фронт работы. – Не смертельно. Раскололась старая пломба, поэтому и болит. Надо ставить новую. - Надо так надо, – проворчал капитан уже сейчас представляя сверление машинки, от которой по позвоночнику расползались неприятные мурашки. - Надо, но не сейчас, – отстранившись и принявшись подготавливать все к процедуре, Дима произнес: – Сейчас заложу лекарство, а через неделю будем уже ставить пломбу. Доронин только угукнуть успел, как ему в рот снова залезли длинные пальцы, обтянутые белыми перчатками. Было не то, что больно, но неприятно. Спасало капитана только одно – и то к его большому удивлению – светло-карие глаза врача. И пока тот делал свою работу, что-то там колупая, чистя, обмывая и задувая, Влад беззастенчиво пялился на открытую часть лица молодого мужчины, снова и снова возвращаясь к таким необычным, но бесспорно красивым глазам. Этот Константинов сам по себе был привлекателен, было что-то такое в нем, что цепляло взгляд. То ли темно-русые пряди, едва заметно выглядывающие из-под белой шапочки, то ли прямые и тонкие брови, а может, и все те же глаза, но мнение у Доронина сложилось однозначное: хорош мужик, ничего не скажешь! Влад обозленным на меньшинства не был, однако за собой никогда не замечал тяги к своему же полу. А тут как обухом по голове! Вот вроде встретились утром, да и то при не совсем приятных обстоятельствах, и потом уже здесь, в кабинете, а желание рассмотреть, узнать поближе да получше так и перло из Доронина, забивая ему голову разными и не совсем понятными даже ему самому мыслями. Влад вообще был человеком простым, без каких-либо видимых замашек и буйных тараканов, а то, что руку грел в рабочее время, так поди ж ты, с нынешним окладом проживи! Вот и приходилось зарабатывать не совсем честным путем, который иногда был честен по отношению ко всяким там Константиновым, ведь видно же было, что спешит мужик, что нарушил не специально, да и шторки эти. Может, и не знал он, что нельзя их туда вешать! В общем, к концу закладывания лекарства Доронин решил для себя, что надо как-то извиниться перед теперь уже знакомым, да и раззнакомиться поближе. Ну, а что? Всяко лучше иметь личного стоматолога, чем добавить в свою карму еще один очевидный грешок. Поэтому, когда Дима закончил и стянул с лица маску, окидывая чуть уставшими глазами рабочий столик с инструментами, Влад тихо, но четко спросил: - Футбол любишь? Дима подозрительно скосился на капитана, в который раз залипая на суровом, но красивом лице, и осторожно произнес: - Ну, люблю. - А пиво под футбол? – продолжая полулежать в кресле, допытывался Влад. - И это тоже, – кивнул Дима, наблюдая за тем, как легко поднимается Доронин, разминает свои необъятные плечи и зачем-то лезет в задний карман форменных брюк. - Вот, это мой номер. Наберешь мне завтра, договоримся что и как и сходим вместе на футбол, – вроде бы уверенно, но по-прежнему тихо произнес Влад. - То есть в бар? – уже вовсю веселясь, уточнил Дима, устраивая руки на груди и продолжая сидеть на своем месте, смотря на капитана снизу вверх. - То есть, да. И это, сколько буду должен? - Одну! – фыркнул Дима, а затем, не сдержавшись, рассмеялся громко, заражая и Доронина, подхватившего довольный смех врача. - А может? – отсмеявшись, спросил Влад. - Все может, – невпопад ответил Дима, вдруг замолкая и пристально смотря на нового знакомого. – А деньги ты мне отдашь? - А кто нарушил, м? – вдруг игриво спросил Доронин, снова прищуривая свои серые глаза. – То-то же! Так что не дуйся, в следующий раз умнее будешь, а завтра я угощаю. - Договорились! – Дима расслабился, бодро подскочил со своего места и протянул руку для пожатия. – Завтра наберу! - Буду ждать, – улыбнулся Влад, пожимая теплую ладонь. Рукопожатие закончилось легким касанием пальцев, смешливыми взглядами и вздохом облегчения. Правда, один вздохнул, уже находясь за дверью и спешно шагая к кассе, думая о предстоящем походе в бар в компании зубного, а второй – по-прежнему стоя посреди кабинета и рассматривая чуть затертую визитку с номером. Хрен поймешь, что за день! Но одно понятно было для обоих: знакомство стоит продолжать. Карма, не иначе.