Карма

Рабочий день был в самом разгаре, и очередной пациент, затянувший с лечением, нервно возлежал в стоматологическом кресле, а за окном царствовал омерзительно-холодный дождь. Капли барабанили в пластиковое окно, стекали неровными дорожками и на их место приходили тысячи новых. Тяжелые тучи затянули все небо, ветер с надрывом пробивался сквозь водный поток, и потому на улице было еще холоднее и неприглядней. Искусственное освещение кабинета высвечивало каждый уголок, не позволяя затаиваться безликим теням, но от этого складывалось ощущение какой-то нереальности происходящего, словно ты находишься в вакууме закрытого пространства. Но дело было скорее в осенней депрессии, дожде и нервозном состоянии, которое преследовало Диму со вчерашнего дня. Встреча с гаишником, а затем и его визит в клинику, где уже больше четырех лет кропотливо работал Дима, как-то незаметно ввели молодого врача в необъяснимое состояние беспрерывной задумчивости, которая была совершенно неуместна при его работе. Пациенты с беспокойством заглядывали в лицо врачу, срывающимся голосом уточняли вопросы, связанные с их полостью рта, лечением и прочие мелкие детали и только один раз, за весь день, на него посмотрели с каким-то вселенским пониманием. Женщина средних лет, запись которой приходилась на двенадцать часов дня, с каким-то необъяснимым благоговением опустилась в массивное кресло, обвела глазами часть кабинета, ненадолго задержала внимание на большом окне, а затем, ехидно прищурившись, перевела взгляд на Диму, рассматривая его лицо и руки, так часто мелькающие над столом и конкретно перед ее лицом. - Молодой человек, – неожиданно обратилась она к врачу, когда тот отвлекся, меняя инструменты. – Как вам погода? Дима сначала вздрогнул, а потом и вовсе замер, пытаясь вникнуть в заданный ему вопрос. Мало того, что сам вопрос был полной неожиданностью, так еще и смущал тот факт, что в процессе лечения женщина решила поинтересоваться его мнением относительно погоды за окном. Однако, помолчав немного и мысленно списав интерес пациентки на способ отвлечься от не совсем приятной процедуры, отозвался тихим и чуть задумчивым голосом: - Не скажу, что хорошая, но и не такая уж плохая. Вириянцева, как значилось в журнале записей, улыбнулась и едва кивнула головой, но так и не ответила, продолжив задумчиво изучать спокойное лицо врача. Уже после ее ухода, Дима так и не понял, к чему был задан тот вопрос о погоде, но ее взгляд, выражающий понимание, словно она знала, что в этот момент творится в голове Димы, еще долго преследовал молодого мужчину, сбивая его с толку и вместе с тем подбадривая, что было крайне непонятно и странно. Правда, думал Дима об этом недолго, снова погружаясь в свои мысли, большая часть которых была относительно Доронина, чья визитка аккуратно была вложена в портмоне. Руки машинально выполняли свою работу, тело двигалось на автомате, а голова давала сбои, усердно принимая новые идеи и мысли вместо того, чтобы сосредоточиться на пациентах, нуждающихся в поддержке врача. Вспоминались и крупные ладони с сильными длинными пальцами, и глаза, казалось бы, холодные и неприветливые из-за своего стального цвета, и фигура, крепкая и подтянутая, и даже голос, вибрирующий и меняющий тональность вслед блеску глаз. И это привлекало, манило и вынуждало думать, предугадывать и даже на что-то рассчитывать. А потом рабочий день подошел к концу и нужно было решать: позвонить или забыть. Небольшой прямоугольник твердой бумаги обжигал пальцы, которые, теребя, затирали покрытие еще больше, а рядом лежащий телефон отчего-то казался чужим и незнакомым. Белый халат давно был снят и повешен в шкафчик, журнал записей закрыт и убран в верхний ящик стола, а телефон продолжал мозолить глаза, как если бы молча упрекал мужчину в нерешительности. Поймав себя на этой мысли, Дима тяжело вздохнул, обнял смартфон длинными тонкими пальцами с ровно подстриженными дужками ногтей и решительно набрал номер, который был напечатан на неприглядной визитке капитана Доронина. Гудки отдавали гулким эхом внутри груди, губы были непривычно прикушены, а свободная рука с силой сжимала край рабочего стола. И вовсе он не нервничал, просто было ему некомфортно и непривычно, а еще терзала мысль, что есть ли смысл звонить, считай, совершенно незнакомому человеку и договариваться с ним о встрече. А потом гудки сменились приятным тембром, который Дима вспоминал весь день, едва краснея, благо, это было никому неизвестно, а разговор обрел странно-смущающие нотки, которые молодой мужчина не мог объяснить даже себе. Нет, он не флиртовал, не искал подтекста в словах Влада, в которых на самом деле была заметна радость и предвкушение предстоящего вечера, а просто успокаивался незаметно для себя, принимая и соглашаясь с тем, что есть. Они договорились на восемь вечера, обговорили мелкие детали и распрощались как близкие друзья, что смутило не только Диму, но и Влада, и это было слышно по неожиданно возникшим ноткам легкой паники. И ведь не свидание, а так, вечер для сглаживания неприятного инцидента, пиво с футболом, как прокладывание мостов для взаимовыгодной дружбы, так и просто ничего незначащий поход в бар двух одиноких мужчин. А то, что капитан Доронин был одинок, Дима и узнал-то не специально, просто уточнил в разговоре, не будет ли против его дама сердца, если он в будний день употребит чего покрепче в компании нового знакомого. А Влад, смеясь, ответил, что нет, мол, нет у него этой самой дамы сердца, а потому он вправе заполнить свое свободное время так, как требует его мужское самолюбие. И отчего-то Диме стало приятно, что время решили провести именно с ним, не со своими коллегами или старыми и проверенными друзьями, а со стоматологом, который имел наглость нарушить правила дорожного движения. *** Погода явно была в хорошем расположении духа, о чем говорили и разогнанные по невидимым краям тучи, и большой поток людей, решивших скоротать вечер на улице, радуясь тому, как неожиданно закончился многочасовой дождь. Влад, потративший уйму времени на свой внешний вид этим вечером, тоже оказался в людской толпе, почти без усилий прокладывая себе путь к давно знакомому и, несомненно, любимому бару с простым и весьма уместным названием «Тайм-аут». До начала матча оставалось чуть больше часа, Дмитрия у входа еще не было, а ведь они договорились встретиться именно там, и потому Доронин сразу зашел внутрь заведения, выбирая подходящий для их посиделок столик. Помещение было просторным, освещение зала затемнено, а детали декора на футбольную тематику приятно радовали глаз всех собравшихся в этом приветливом месте. Влад уж и не помнил, как оказался в этом баре в первый раз, но точно мог сказать, почему заглядывал сюда не реже, чем один раз в неделю. Просто ему было уютно здесь и легко, потому что не нужно было думать о работе, о совести, которая часто капала на его и без того уставшую голову, и о том, почему справив не так давно свое тридцатилетие, он по-прежнему одинок. А в баре можно было встретиться с друзьями, отвлечься на ничего не значащие темы, попить пиво или чего покрепче, и, конечно же, посмотреть очередной матч, транслируемый по неплохой такой плазме, на которую явно не пожалели средств. Мотнув головой, Влад постарался отвлечься, чтобы в очередной раз не позубоскалить на тему, что у кого-то денег задним местом жуй, а у кого-то ровно столько, сколько хватает прожить от зарплаты до зарплаты. И это с учетом того, что «левые» заработки тоже не лежали без дела. То ремонт, то одежда, то вот такие вечера, которые были необходимы для того, чтобы расслабиться и хоть ненадолго побыть относительно счастливым человеком. Именно на этой мысли Влад и заметил входящего в бар Диму. Молодой мужчина почти сразу заметил нового знакомого, махнул тому рукой и бодро направился к столику, протягивая руку для приветствия. - Опоздал, – чуть виновато произнес Дима, снимая куртку и вешая ее на спинку свободного стула. – Далековато от моего дома, но место вроде ничего. - Ты хоть не за рулем? – уточнил Доронин, с интересом наблюдая за осматривающимся по сторонам мужчиной. - Нет, конечно, – отозвался Дима, отвечая капитану таким же заинтересованным взглядом. – У меня же планы на вечер, какая там машина… - А в твои планы, случайно, нарушения не входят? – не удержался Влад от вопроса и только после осознал, как двусмысленно прозвучали его слова. - Может и входят, но явно не те, которые связаны с дорожными правилами, – не остался в долгу врач, мысленно ликуя при виде смущенного румянца на мужественном лице. - Паяц! – хмыкнул Влад, поднимаясь со своего места. – Пиво какое будешь? - Светлое, остальное на твой вкус, – отозвался Дима, провожая взглядом широкую спину. И пока капитан отсутствовал, Дима задумчиво оглядывался по сторонам, отмечая и уютную обстановку, что было крайне непривычно для простого бара, и легкую музыку, играющую фоном, и, что еще более странное – улыбчивый персонал. Но здесь было хорошо вне всяких сомнений, располагающе и приветливо, а потому вечер должен был пройти очень даже неплохо. Влад вернулся с двумя запотевшими бокалами пива, поставил их на стол, а сам уселся на свое место, машинально сгребая темные пряди пятерней. И только Дима собирался открыть рот и сказать, что не мешало бы чего взять к пиву похрустеть, как к их столику подошла милая девушка в униформе, тут же начав расставлять на столе тарелки с чипсами-орешками-сухариками и копчеными куриными крылышками. Оценив вкус Доронина, Дима едва заметно хмыкнул и поднял свой бокал. - Ну, за встречу! – произнес он, соприкасаясь с бокалом Влада своим. - Слушай, – отпив, Влад чуть склонился над столом и уже тише продолжил: – А почему зубной? - Ну, а почему бы и нет? Вон как вчера удачно познакомились, – хмыкнул Дима. – А ты? Почему вдруг такая профессия? И так, к слову, совсем ты не похож на гаишника. Влад не обиделся на подобное обращение, только хмыкнул, осознав, что это было своеобразной местью за зубного. Поэтому, сделав еще глоток холодного пива, закинув в рот пару кубиков сухариков и выпятив нижнюю губу вперед, словно раздумывая над ответом, Доронин наконец-то признался: - Дурак потому что! - Что, все так плохо? – не сдержался Дима, чувствуя не совсем уместное любопытство. А любопытно было. Например, почему такой мужчина, как Доронин, работает в сфере, которая ему явно не подходила. По крайней мере, так думал именно Дима, рассматривая крепкую, хорошо сложенную фигуру, отмечая уверенный и прямой взгляд, и в который раз подвисая на звуках голоса Влада. Уж больно хорош был мужик, чтобы проживать день за днем на такой работе, где большинство тебя и за человека не считает, а все потому, что в действительности эти самые блюстители ничем не отличались от стервятников, заслужив себе подобную славу далеко не просто так, а за вполне определенные и не всегда уместные поступки. А Доронин казался совершенно другим. Спокойным, каким-то отстраненным и, вообще, никак не похожим на тех, кого Дима и сам не особо-то и любил. - Родители в свое время настояли. Отец хотел, чтобы я пошел по его стопам, – как-то уж слишком тяжело вздохнул капитан, снова прикладываясь к бокалу с пивом. – А я только позже понял, что не мое это, совсем не мое. Дима неосознанно повторил вздох и, подперев подбородок кулаком, уже другими глазами посмотрел на мужчину. Что-то было в нем далекое от всего этого, так, словно Влад все еще находился в поисках самого себя. Отчетливо сквозила грусть и, возможно, даже досада, но глаза по-прежнему смотрели без пелены ненависти или чего похожего на злость и обиду. И Диме вдруг показалось, что он понимает этого человека, по крайней мере, готов его выслушать и как-то поддержать, стараясь при этом не задеть мужское самолюбие давно уже состоявшегося мужчины. А Влад неожиданно проникся атмосферой, уловил настрой в необычных глазах, которые пленили его еще в первую встречу, и, незаметно даже для самого себя, подался вперед, начав рассказ издалека. Матч давно уже перевалил за половину, а двое мужчин как-то неосознанно увлеклись разговором, совсем забыв о том, что пришли они сюда расслабиться и посмотреть футбол. И вместе с разговором, который только разгорался и никак не стремился к концу, улетучивалось и пиво, все больше и больше распаляя собеседников на откровенные темы, которые уже и отдаленно не были связаны с работой. Диму так и распирало задать какой-нибудь провокационный вопрос, а Влад, совсем захмелевший, готов был в этом состоянии не только на ответ, но и на встречный допрос. И постепенно разговор зашел так далеко, что Дима, не сдержавшись, все-таки решил рискнуть и испытать судьбу. А все потому, что нравился ему Доронин, не только внешне, но и внутренне, излучая такую дикую смесь феромонов, что впору было взвыть, сетуя на то, что только ему могло посчастливится запасть на самого, что ни на есть натурального мужчину. - Слушай, а ты далеко живешь? – начав издалека, спросил Дима. - Не-а, через одну улицу, – ответил капитан, отставляя недопитый бокал и откидываясь на спинку стула. – Все, больше не могу! - И я не могу, – ляпнул Дима, правда, относилось это не к пиву, а к его враз проснувшемуся аппетиту далеко не гастрономического характера. – А домой еще чесать через половину города. - В чем проблема? Переночуешь у меня, – как ни в чем не бывало предложил Влад, засовывая деньги в папочку, лежащую на столе, и поднимаясь со своего места. – Давай, потопали уже. Дима скептически осмотрел улыбающегося капитана, поднялся следом и тихо уточнил: - Точно? Я не доставлю проблем? - Кому? – не сразу понял Влад, наблюдая за тем, как Дима натягивал на себя куртку. – Я даже рад буду компании, а то мне уже порядком осточертела эта квартира… кошку, что ли, завести? - Заведи, – хмыкнул Дима, следуя на выход. Завести можно и кошку, и кактус, и кого-нибудь, кто вполне мог скрасить очевидное одиночество. Но Дима решил оставить подобные мысли при себе, как никак, а лезть на рожон прямо сейчас он был еще не готов. На улице давно стемнело, холодный ветер прошибал насквозь и Влад, спрятав руки в карманы куртки, подозрительно тихо произнес: - Пойдем, тут недалеко. Как придем, сделаю нам горячий чай. - Я бы от кофе не отказался, – уткнувшись взглядом в дорогу, отозвался Дима. - Завтра ж на работу или не нужно? – поравнявшись с ним, Влад вдруг легонько толкнул Диму вбок и улыбнулся. - Не нужно, – ответив на улыбку, мужчина отвел взгляд. – Завтра выходной. - Повезло тебе, – вздохнул Доронин. – Тоже хочу выходной. - Так возьми, – фыркнул Дима, снова мысленно думая совершенно о другом. *** Квартира Влада оказалась небольшой двушкой, но достаточно уютной и обжитой, хотя Дима представлял себе все немного иначе. Было заметно, что ремонт в некоторых частях был сделан совсем недавно, но везде прослеживался характер своего хозяина. Не было ярких стен или сюрреалистических светильников, зато все было аккуратным, светлым и простым. А Дима любил, когда все было именно так, просто и ненавязчиво, со вкусом и любовью, потому что и сам делал все с таким же отношением. Разувшись и скинув куртку, осмотревшись и вернувшись на кухню, где Влад заваривал чай и сугубо по-мужски нарезал ломтями бутерброды, Дима машинально потянулся ему помогать. И как-то ненавязчиво все это получалось, без суетливости и лишних столкновений рук. А потом Дима неожиданно замер, набрался храбрости и первый дернул на себя Влада, прижимая того ягодицами к разделочному столу. Слишком соблазнительно было стоять на одной кухне, делать что-то вместе и при этом испытывать ощущение полного покоя и удовлетворения. - Даже если ты меня ударишь после, я совершенно не буду сожалеть о том, что сделал, – произнес Дима, облизав пересохшие губы. - А что ты сделал? – хмуро спросил Влад, чувствуя себя неловко, оказавшись зажатым между столом и другим мужчиной. - Не сделал, только собираюсь, – хмыкнул Дима, подаваясь вперед и легонько целуя капитана в чуть приоткрытые губы. – Ты только сильно не бей…