Подсолнух

Твиттер сначала недоумевал, потом радовался из-за «я тебя люблю» и переживал из-за их ссоры. А потом произошел взрыв — просочились слухи о том, что Дженсен Эклз найден у себя дома мертвым. И сервер тогда тоже можно было хоронить. Как и Мишу после информации, заботливо подкинутой бывшим агентом Дженсена о записке «В моей смерти виновен Миша Коллинз». Наверное, история существования фандома еще никогда не знала такой слаженности и такого единения позиций и взглядов всех его представителей. Ненавидели Мишу теперь практически все. Больше всего, конечно, давние мишахейтеры, винцестники и фанаты Дженсена. Но дэстиэлевцы несильно от них отставали, считая, что Миша разрушил все. Все просто были убиты горем. Через некоторое время стало известно, что Дженсена откачали, что он еще в реанимации, но жив. Слез стало меньше, но ненависти... О, она просто лилась сплошным потоком, и только ленивый не написал еще Мише, что он - урод. Но был человек, который ненавидел Мишу больше всех. Это он сам. Он забился в угол с бутылкой виски и телефоном с прощальной смс Дженсена, который пытался предупредить его, спасти... Ехать в больницу, возле которой быстро столпились сотни фанатов Дженсена, было просто самоубийством. Да и кто он Дженсену такой, чтобы его пустили? Убийца? Новость о том, что записка оказалась ложью, уже не могла остановить всеобщего сумасшествия. Народ немного притих только через неделю, когда стало известно, что Дженсен в сознании, передает всем приветы и извинения. Он полюбил твиттер всей душой и просиживал там теперь часами. Благо, делать в больнице было особо и нечего. Было интересно смотреть, как быстро меняются настроения фандома, читать баталии преданных миньонов, что сражались до конца с хейтерами и иногда самому подкидывать дровишек во всеобщий пожар ненависти к Коллинзу, иногда — наоборот тушить и успокаивать фанатов, с которыми стал так близок, что фолловил их и переписывался теперь с кучей народа. От миньонов же он и узнал, что Миша переживает, и вздохнул с облегчением, строча: «@mishacollins Есть палка? Тут все такое белое... Отлично подходит, чтобы смастерить флаг». Потому что на его сообщения Миша не отвечал, как и на звонки. А так, может, передаст кто... В больнице Миша не появился, да Дженсен особо и не ждал, поэтому и просился скорее домой. Там можно будет избавиться от большей части настырных поклонников. На следующий день его выписали и отправили домой... К Джареду и Женевьев. Чтобы было, кому за ним следить и в случае чего не допустить повторения инцидента. Теперь ему приходилось болтать с психологом и пить антидепрессанты, а еще ежедневно выслушивать нотации от друзей и знакомых. Ну что ж, повел себя, как придурок — вот и результат... - У меня для тебя подарок. Не знаю, правда, оценишь ли, - Джаред помялся на пороге, а потом обернулся и втолкнул в комнату Мишу с низко опущенной головой. - Поговорите. Дверь оставлю открытой. - Ну Джаред... - И не спорь. Так мне спокойнее будет. - Что я могу сделать? Задушиться подушкой? Я таблетки пью, а Миша не стал бы меня убивать при двух свидетелях в соседней комнате. Если что, мы тебе крикнем, - он фыркнул и удовлетворенно проследил, как дверь за Мишей закрылась. - Привет. Миша неуверенно подошел к нему, а потом опустился на колени у его постели и положил голову на грудь. - Прости меня. Дженсен обвил его шею руками и погладил по голове, перебирая мягкие волосы. Он чувствовал себя словно во сне — столько раз представлял себе эту встречу, ради которой все и делалось, что и теперь она не казалась реальной. - Это ты меня прости, - искренне сказал он. Что бы не сделал ему Миша, он не имел права поступать так, одержимый манией что-то доказать. - И за выходку, и за то, что натравил на тебя всех. Ты как вообще? - Ужасно. Потому что сделал это с тобой, - сломлено прошептал Миша. - А из того, что говорили фанаты, не было ничего, что я бы не думал про себя сам... Ты-то как? Поправишься? - он приподнял голову и кивнул на перевязанные бинтами руки. - Заживет. Это скорее мера предосторожности, чем необходимость. Они так боятся, что я попытаюсь вновь, и в этот раз более успешно... Прости, Миш. Ты не виноват, что я так все близко к сердцу воспринял. Ты же действительно мне ничего не обещал, - тихо сказал Дженсен, рассматривая Мишу и едва удерживаясь от того, чтобы провести по его щеке рукой или притянуть к себе, целуя в лоб. - «Прошу в моей смерти винить Мишу Коллинза», - процитировал тот псевдозаписку. - Я виноват. Все так считают, да и мы с тобой тоже, ни к чему притворяться. - Это неправда. Я ничего такого не писал и не думал. Подпишись уже на меня в твиттере и узнавай новости так, если не отвечаешь на смс, - Эклз усмехнулся и потянулся за лежащим на тумбочке телефоном, готовый в любой момент подтвердить свои слова. - И это было бы слишком жестоко. Я понимал, что тебе этого не простят. - Дженсен, да они меня на костре сжечь готовы, писал ты это или нет! - Держи, - Дженсен протянул ему телефон. - Зачем? - Я тебя простил. А те, кто так считает — нет. Напиши что хочешь от моего лица. Я подтвержу потом, когда меня отсюда выпустят, - он махнул рукой на свою импровизированную тюрьму. Миша покачал головой и вернул ему телефон. - Нет. Я к тебе пришел не за прощением и не за избавлением от клейма врага народа. Но мне правда очень жаль. И никогда, Дженс, слышишь, никогда так больше не делай! Мне плевать на фанатов, но я бы жить не смог зная, что ты... ты... - его голос сорвался, передавая всю боль, что Миша испытывал. - Пожалуйста. Ты обещаешь мне? Что бы ни случилось. Дженсен погладил его по плечу и слабо улыбнулся. Черт, да. Все это стоило того — он и вправду дорог Мише. И тот хороший человек. Это было не зря, только вот привязать его к себе все равно не выйдет, да и не станет Дженсен держать его угрозами... - Не буду. Обещаю. - А вообще я тут чтобы... Попрощаться. Видишь, все-таки сделал для тебя исключение? - Миша усмехнулся и забрался к нему на кровать, устраиваясь рядом. - Даже толком не знаю, как это делается-то. Скажешь мне что-нибудь? - Удачи тебе, Миш, - прошептал Дженсен и крепко обнял его, прижимая к себе. - Спасибо. Они полежали так несколько минут в спокойной тишине. Потом Миша отстранился и слез, свешивая ноги с кровати. - Ты заслуживаешь лучшего. - Лучшего, чем что? Чем прощаться с любимым человеком, который даже не объясняет причины ухода? Или лучшего, чем кто? Чем ты? Лучшего нет, - в его голосе звучала обреченность, но он смирился. Миша обернулся к нему со слезами на глазах. - Я люблю тебя, очень люблю, не думай, что причина в том, что это не так, - быстро пробормотал Миша и наклонился, целуя его в губы. - Просто судьба у нас такая. Прощай, Дженсен. Дженсен, совершенно ошалевший и шокированный состоянием Миши, его словами и поступком, даже не успел ничего ответить, как тот уже вылетел из комнаты. Посмотрев ему вслед пустыми глазами, Дженсен схватился руками за голову и застонал. В таком состоянии его и нашел через минуту Джаред. - Что такое? Что он тебе сказал? Он тебя обидел? Угрожал? Дженсен! - Да нет, что ты. Он сказал, что любит меня. Поцеловал. И попрощался, - сбивчиво прошептал Дженсен, все еще не веря своим ушам и глазам. - Ты можешь уйти? - Я? Я могу уйти. Очень быстро. Я могу убежать, догнать этого засранца и вернуть сюда. О, да, это именно то, что я могу и сейчас сделаю. - Не надо, - Дженсен схватил его за руку. - Нет, правда, не надо. Он... насовсем попрощался. - И что это значит? Теперь у меня будут два друга-суицидника? Эклз усмехнулся и покачал головой. Джаред, похоже, не отстанет. А какая теперь разница Мише, кто еще узнает об его отъезде? - Нет, он решил переехать. Видимо, сейчас в аэропорт поедет. И не спрашивай меня, какого черта, я сам это десятки раз узнать пытался. - Тогда собирайся, - решительно сказал Джаред. - Куда? - В аэропорт. Рейс знаешь? - Нет... - Тогда нужно быстрее, поедем за ним. Нет уж. Я вам не позволю просто так разъехаться, поняли? Влюбленные по уши идиоты, ой, не могу, два взрослых мужика, а ведут себя как подростки... Мишео и Дженнета, блин... - ворчал Падалеки, собираясь. - Так, карточка, ключи... Паспорт! Паспорт взял? Ах, да, он же у меня... Виза, надеюсь, есть, а то мало ли, куда он собрался... Ну, готов? Дженсен утвердительно кивнул, застегнув куртку. Как же ему повезло с друзьями... Миша и вправду поехал в аэропорт. Джаред, используя не пойми когда приобретенные навыки слежки и преследования, ехал следом окольными путями. - Что ты предлагаешь мне ему сказать? - Ой, Миша, какая встреча! Ты тоже летишь в Польшу? Ну надо же, как совпало, еще и места рядом! - изобразив его голос, воскликнул Падалеки. - Билет сейчас купишь и в самолете его привстретишь. Когда взлетите, он никуда уже не денется. Отличный план, а? - Гениальный, - фыркнул Дженсен. - Спасибо, что пытаешься помочь. - Любовь стоит того, чтобы за нее бороться. Что тебя останавливает? - Меня? Ничего. Только если это и вправду любовь. Может быть, Миша так сказал как раз потому что уезжает.... - Если любовь — это не то, что между тобой и Мишей, то что же это вообще такое? И всем остальным парам не остается ни единого шанса. - Но мы же даже не пара, - пробормотал Дженсен. - Черт, это я в Мишу без памяти влюблен или ты? Если ты сдаешься, то может, мне попытать счастья? Уж я-то не отступлюсь! Дженсен... Он ведь может не вернуться. И ты никогда себе этого не простишь, поверь. А я не хочу видеть твою несчастную одинокую старость. Дженсен глубоко вздохнул, чувствуя, как его наполняет уверенность и желание бороться до конца.