Наследие

      Я словно захлебнулся воздухом. Легкие запылали огнем, а внутри всё разорвалось, захватив мое тело агонией… Но когда я сделал новый вдох и распахнул глаза, всё было по-другому. Весь привычный моему взгляду мир исчез за туманом. Это как за гранью. Вот только все здесь было иначе. Тут не было демонов, бесов, ангелов, колдунов, людей и прочих сущностей. Я здесь был один. Словно это весь мир вокруг умер, а я остался.       Сколько я продолжал лежать на асфальте, я не знал. Сейчас меня совсем не смущала эта гробовая тишина, этот туман, закрывающий всё на своем пути, и эта полутьма, что заполняла оставшееся пространство. И снег, что медленно парил откуда-то сверху, но так и не достигал меня. Всё, что я видел, завораживало меня. И я совсем не ощущал холода, хотя лежал уже довольно долго.       — Я жив! — крикнул я в тишину этого мира.       Вот только я не был жив. Я умер. Тело ещё помнило ту разрывающую боль, что была в последние минуты моей жизни. Хотелось вскочить и побежать. Я даже уже себе представил, как бегу. Как ветер развевает мои волосы. Как слезы медленно скатываются с ресниц и бегут по щекам… Я кричал. Я звал. Но меня никто и никогда не услышит. Ведь я мертв. Мертв, как все те призраки, которых я видел. Возможно, и я скоро стану таким же, ведь это место, называемое Лимб, не отпускает душу в новое тело. Мне не выбраться.       А сейчас я пытаюсь смириться со всем происходящим, поэтому не нахожу ничего лучше, чем встать на ноги и медленно пойти куда-то прочь. Вокруг все объято туманом. Особенно было странно видеть оставленные машины на дороге. А вот тут какой-то малыш бросил свой велосипед. Двери магазинов были открыты, словно приглашая войти внутрь. Вот только тьма внутри заведений настораживала меня, словно войди я, и внутри случится что-то плохое.       Но вот только плохое со мной уже случилось. Да, вот и кончена вся моя жизнь. Так хотелось всё сделать правильно. Но ничего уже нельзя было изменить. И пустынные улицы тому подтверждение. Туман преследовал меня везде, а под ногами шуршали разбросанные газетные листы. В голове не было ни одной мысли. Не хотелось вообще думать. Хотелось просто остановиться, что я, собственно, и сделал.       На глаза попалась газетная статья. Не знаю, почему я обратил на неё своё внимание. Подняв листок с асфальта, я начал читать статью. Большими буквами был написан заголовок.       — Пожар в нескольких домах в городе Данхил. Жильцы дома чудом уцелели.       Вот черт. Вот и догадывайся, правда это, или предмет моего волнения, вот и всё. Но ещё оставалась одна маленькая надежда, что Карл и Ник способны защитить наших родителей. Вот только я вряд ли это узнаю. Теперь мой удел находиться здесь, пока моя душа не распадется на отдельные частицы, и я совсем не исчезну.       Снег медленно падал вниз, создавая зимнюю атмосферу, но при этом я не чувствовал холода. Нужно идти дальше. Не хотел останавливаться. Чем дольше я шел, чем сильнее внутри образовывалась дыра. И эту пустоту не заполнить. А не меняющийся пейзаж вокруг начинал пугать. Ведь я вновь пришел на то место, с которого начал свое движение. Я ходил по кругу.       Присев на корточки, я зажал голову в тиски рук и начал медленно раскачиваться. Но недолго мне было спокойно. Какое-то странное шуршание совсем близко привлекло мое внимание. Резко поднявшись, я замечаю, что мир поглощает огромная черная тень. Развернувшись, я начинаю удирать от нее, но куда мне бежать, если мой мир — всего одна улица? Вновь оказавшись в безвыходном положении, я забегаю в первую попавшуюся открытую дверь какого-то магазина. Непроглядная тьма захватывает в свой плен. Воздуха мгновенно становится мало. Я пытаюсь вдохнуть, но такое чувство, что меня кто-то душит. Дергаюсь в сторону и чувствую резкий удар в спину, а после и в грудь. Будто кто-то сжал меня в тиски. Я резко дергаюсь вперед и распахиваю глаза.       Яркий свет ослепляет меня, заставляя прищуриться, от этого я не могу нормально сориентироваться. Чьи-то руки укладывают меня обратно на мягкую поверхность. Я чувствую запах. Это легкий аромат ванили и запах цветка медовика. Внутри всё задрожало от осознания. Так пах Адам. Я начинаю всхлипывать и приоткрываю глаза, что уже свыклись со светом. Внутри всё колотилось, и комок, подступивший к горлу, не давал мне возможности заговорить первым.       — Ну слава богу, ты пришел в себя. А то я думал, что опоздал. Думал, что потерял тебя вновь.       Лицо Довиньё было измазано в крови. Видимо, в моей… И всё казалось таким странным. Особенно эти ощущения вокруг. Тело будто мне не принадлежало и находилось где-то отдельно от моей души. Вот только если я всё же умер, то почему сейчас вижу потолок комнаты в доме моей матери? Почему ощущаю запах Адама? Почему я вновь чувствую трепет от его присутствия?       Адам медленно проводит тыльной стороной ладони по моему лицу и тут же оборачивается на чьи-то шаги.       — Картер, — шепчет моя мать, так же как и Адам, склоняясь над моим лицом, — мальчик мой. Боже, я думала, что потеряла тебя. Я так испугалась. А еще и этот пожар совсем недавно. Это как страшный сон.       — Ма-ма.       Я пытаюсь пошевелиться, но дикая боль пронзает всё тело, заставляя зашипеть. Но я чувствую себя. Я вернулся. Боже, я вновь жив. Хочется кричать от счастья.       — Тебе нельзя двигаться какое-то время. Ты такое пережил... Я не знаю, как ты смог выжить, — запричитала женщина, утирая свои слезы.       От ее слов мне становится больно. Ведь я действительно умер. Если весь мир вокруг меня — ложь, я должен выяснить. Ведь я не мог выжить. Я умер. Умер, упав с крыши. Никто не способен вернуть мертвеца с того света. Если Адам находится в подлунном мире, то почему тут моя мать? Неужели это лишь в моей голове? Я запутался. И так хотелось верить, что я выжил. Но все обстоятельства против этого. Да и факты тоже.       — Мам, оставь нас.       — Да, конечно. Отдыхай, — целует женщина меня в лоб и уходит, оставляя нас с Адамом наедине.       — Как тебе удалось вырваться из сна? — медленно хриплю я.       — Твои слова меня разбудили. И если бы ты не позвал меня, я бы, наверное, умер, — лег Адам со мной рядом.       Молодой человек накрыл мою ладонь своей и слегка сжал. Я ощущал тепло его ладони. Сердце наконец-то успокоилось и я мог нормально дышать.       — Мы умерли? — задал я свой вопрос.       — Нет, детка. Мы живее всех живых.       — Но как так? Я же с крыши упал. Я чувствовал свою смерть. Я был в Лимбе. Был там и думал, что уже не выберусь.       — Я вновь вытянул тебя оттуда.       — Я все равно не верю, что все это правда… Адам, как тебе это удалось?       Парень повернул голову в мою сторону, и мы встретились глазами.       — Когда я смог очнуться, я понял, что один. Тогда-то я и сбежал. Но, выбежав на улицу, я увидел тебя. Ты себе не представляешь, что я чувствовал, когда увидел тебя всего в крови. Я не чувствовал твоего сердца. Ты умирал. Угасал у меня на руках. Я не мог потерять тебя вновь. И тогда я решил, что верну тебя, чего бы мне этого не стоило.       Колдун замолчал, давая мне время переварить полученную информацию. Но я всё равно не верил.       — Ты видел его? — интересуюсь я.       — Другого тебя?       — Да. Того, кто взрослее и опытнее меня. Того, кто на меня сейчас совсем не похож.       — Да, видел… после того как волк приволок меня в замок, меня заперли в подвале. А после пришел он. Сначала, когда он снял балахон, я обрадовался, что ты пришел, а после я понял, что это не ты. Он другой. Он пустой и холодный… Не думал, что он отпустит меня живым, и очень был удивлен, когда вдруг услышал в той темноте твой голос, что как маяк засветил вокруг.       — Кто он? И кто после всего этого я? Адам, что происходит? Неужели эта та самая правда, что скрывалась под красным бархатом? Ну, тогда и мой дед всё знал. Он знал, что у меня есть близнец. Ну, или это я — частичка этого колдуна. Ведь всё же он старше.       — Если верить тому, что я видел и слышал в замке кардинала... Он тот самый, кого вернул Тео из тьмы, когда Картэл погиб. Он тот, кто сильнее всего рода. И он очень зол. Зол, что его сила теперь ему не принадлежит. Зол, что часть его вырвали. И твой дед, видимо, пытался всё скрыть, а когда смерть была близка, он оставил тебе подсказки. Он не мог уйти и оставить тебя в неведении.       — Это всё равно жестоко, чувствую себя преданным… Он так орал, когда я умирал… Я ему нужен. И ты ему нужен. Но зачем?       — Видимо, хочет вернуть свою силу, что принадлежит тебе.       — Мне?       — Да. Идем.       Адам поднялся и помог подняться мне. Превозмогая боль, я начал медленно делать свои первые шаги. Первые шаги после смерти. Да, жутко звучит. Это как те самые первые шаги ребенка, которые он забывает. Довиньё поддерживает меня, не давая упасть. Сейчас я ощущал себя иначе. Я чувствовал, что и парень изменился. Он стал немного другим. Взрослее, что ли.       — Ты только не пугайся… Я понял, что когда Тео вернул Картэла, он изменился. И Тео это понял. Понял, что любимого больше нет и будет. Тогда Тео и вырвал кусочек из его души и отпустил, надеясь, что он спасется. Никто бы и не подумал, что эта маленькая крошка залетит в ведьму и та забеременеет. Ты рос и менялся. Время шло… Картер, когда ты умер, и твое сердце не билось, твое тело начало преобразовываться, а потом моё заклинание дало толчок.       Я посмотрел на Адама. Молодой человек как-то странно вздохнул.       — Толчок для чего?       — Для этого, — приоткрыл колдун дверь в доме моей матери и пропустил меня в гостиную. Все предметы летали в воздухе, словно так и должно было быть. — Это произошло после того, как твое сердце вновь забилось. Все предметы воспарили вверх и больше не опускались. Они словно поменяли плоскость. Словно для них такое положение стало нормой.       Цветы в горшках, стулья, телевизор, вещи личного пользования. Всё это парило по дому. Это было так странно. Последний раз, когда я это видел, Лео приобрел новый уровень силы. Но как, я маг четвертого уровня, мог такое сотворить? Это просто невозможно. Моя сила не такая. Мой удел — видеть будущее и призраков, а вот заставлять предметы летать явно не мое.       — Ты бред несешь, я не могу быть... — лишь слегка махнул я рукой, и вдруг предметы резко упали вниз, возвращаясь на свои привычные места. — Виноватым… Твою мать.       Я часто задышал. А сердце забилось очень быстро. Черт, черт, черт. Да как так?       — Это я и хотел тебе объяснить… А, и ещё одно. — Адам медленно потянул меня в ванную комнату. Вот только зачем? — Только не волнуйся. Я сам еще не привык, но, видимо, это навсегда. Наверное, это тоже было скрыто…       Парень подвел меня к зеркалу. Вот только себя я там не увидел. В зеркале отражался Адам и какой-то неизвестный мне человек. Этот человек был настолько прекрасен, что и словами невозможно описать. Не было ни одного изъяна на его ровном лице. Кожа, казалось, сияла великолепием. Глаза, как два магических изумруда, сияли так ярко, что их свет мог пленить любого. А хрусталик глаза имел неровные края. Он словно заходил своей тенью радужку. Хотя, может, мне просто так казалось. Белоснежные волосы этого неземного существа ниспадали с плеч, теряясь внизу, там, где зеркало уже не могло их отразить.       — Кто это? — прошептал я, не понимая, почему у отражения губы тоже шевелятся. Я сделал шаг вперед, стараясь рассмотреть его получше. И он тоже сделал шаг ко мне, словно хотел быть рассмотренным мной.       Я медленно провожу ладонью по ледяной поверхности, и белокурый делает тоже самое.       — Картер, — тихо шепчет Адам, — это ты, Картер…       Я дергаюсь назад, и создание в зеркале тоже дергается от меня. Резко развернувшись к Адаму, я кричу в панике:       — Нет! Ты лжешь… Это не я… Я же знаю, как я выгляжу…       Всё вокруг меня мгновенно наполнялось искрами. Адама прижало к стене. Я был разгневан его ложью. В отражении зеркала меня не было. Там был кто-то другой. Тот, кого я прежде не видел. Так что Довиньё стоит наказать за ложь. Но стоило мне поднять руку вверх, как я резко отступаю, столкнувшись спиной с зеркальной поверхностью. На моей кисти были звезды. Маленькие и большие, они создавали на моей руке видимость браслета. Я кручу свою же руку и не понимаю, что происходит.       — Что это? Что это? А-а-а!       Зеркало заскрипело и лопнуло. Осколки разлетелись в разные стороны и замерли в пространстве, словно им это кто-то приказал. И этим кем-то был я сам. Я управлял ими.       — Когда я перенес твое окровавленное тело в дом твоей матери, все были тут. Карл, Ник, их родители. Мы все пытались помочь тебе. И когда я думал, что все уже кончено, я произнес заклинание прямо в твои губы, которые поцеловал. Я словно вдохнул в тебя новую жизнь. Ты распахнул свои новые глаза и вмиг изменился. Ты бы видел шок всех вокруг, когда они увидели то, что увидел я… Вот только они не осознали то, что успел осознать я. Ты прошел Инициацию, Картер. Толчком для нее послужила твоя смерть. Теперь ты на много ступеней выше всех тут собравшихся. И самый сильный маг этого города.       — Что было потом? — опустился я на кафель и прижал колени к своей груди. Дрожь наполнила всё тело. А боли словно и не было. Будто я сам её выдумал и тут же излечился.       — Ты уснул. Ты спал почти два дня… А про летающие вещи, твою внешность, твою силу и собранные звезды можно сказать только одно: ты проснулся, Картэл. Это то, каким ты был на самом деле. То, каким тебя видел Тео. То, каким тебя видел я.       Адам опустился на колени и взял мое лицо в свои руки. В его глазах читалась уверенность и сила. Он знал, что говорил, и четко в это верил. Он верил в нас. В нашу судьбу.       — Мы предопределены судьбой. Мы были рождены, чтобы вновь быть вместе. Мы — части одного целого.       И Довиньё обнимает меня, закрывая от всего мира, что сейчас казался таким другим. И мне придется постигать его заново. Заново учиться жить. Заново постигать, кто друг, а кто враг, и сражаться с ними по-новому. Больше ничего не будет как раньше. Моя жизнь изменилась навсегда.