Victus

Тихой поступью ночь вступила в свои владения. Где-то в горах Шотландии, в древнем замке школы чародейства и волшебства Хогвартс, студенты готовились ко сну: кто-то уже давно спал, а кто-то собирал вещи, ведь завтра наступали долгожданные Рождественские каникулы, и многие студенты уезжали домой. А на Астрономической башне, в тиши ночи, стоял невысокий темноволосый юноша и с улыбкой читал письмо, которое совсем недавно принес его фамильяр. Изучив послание, он вынул из конверта маленькое, ничем не примечательное колечко и надел его на свой мизинец. - Спасибо! - в ночь прошептал юноша и с легкой улыбкой прикоснулся губами к кольцу. * * * Ред сидел с закрытыми глазами, откинувшись на спинку дивана в Хогвартс-экспрессе. Напротив него расположились Северус Снейп и Нарцисса Блэк, а Люциус Малфой находился где-то в поезде и с блеском, в общем, как и обычно, исполнял роль Старосты. Совсем недавно прибегала Лили Эванс и поздравила всех с наступающими праздниками. Лили и Северус, наконец, начали нормально общаться, но, как заметил Ред, прежнюю теплоту и доверие они так и не смогли восстановить. Также заходили гриффиндорцы в лице Джеймса, Сириуса и Люпина. Они, как и Северус, делали вид, что друг друга не знают, но и такие взаимоотношения друзей устраивали Редклифа. Немного поговорив о предстоящих праздниках и о планах вообще, ребята покинули слизеринцев. И в купе, наконец, наступила уютная тишина. Говорить совсем не хотелось, все были напряжены, хотя и старались не показывать этого. Они думали о Рождестве, а точнее, о предстоящей встрече с Лордом. Цисси, в принципе, не о чем было волноваться, но девушка очень привязалась к Реду, да и к Северусу с Люциусом, и она сильно переживала за будущего супруга и своих друзей. Ред из-под опущенных ресниц наблюдал за Нарциссой. Девушка увлеченно читала какую-то книгу о ритуальной магии и иногда бросала на него со Снейпом заинтересованные взгляды. Цисси всем своим существом чувствовала, что отношения между Северусом и Редом как-то изменились, но с вопросами не лезла, зная, что если ей нужно будет это знать, Ред потом все расскажет сам. Закрыв глаза, Редклиф лишь неслышно хмыкнул. Благодаря своему новому дару, он легко читал все чувства подруги. Ему даже стало любопытно, как долго она сможет молчать и не задавать вопросов? Немного повернув голову, и так же, не открывая полностью глаз, Ред стал наблюдать за Северусом. Тот читал какой-то фолиант о зельях, изредка хмуря брови, а иногда беззвучно чему-то усмехаясь. На юноше была простая черная рубашка и классические брюки, мантия висела рядом на крючке. Волосы молодого человека были стянуты в хвост, оставляя лицо открытым, что делало его намного приятнее и добрее. Реду нравилось наблюдать за своим любовником, при одном лишь взгляде на него память сразу же подсовывала картинки их последней ночи. По телу пробегали мурашки, а в области паха моментально становилось тесно. Ред настолько глубоко ушел в свои фантазии, что даже не заметил, как объект его столь пристального внимания уже отложил книгу и, откинув голову на спинку сидения, в ответ, не отрываясь, смотрит прямо на него. Юноша тут же спохватился и, закрыв глаза, отвернулся к окну, а его лицо залила краска смущения. Северус лишь коварно ухмыльнулся, по-видимому, оставшись довольным столь бурной реакцией. Поезд, покачиваясь, бежал к Лондону. За окном мелькали заснеженные пейзажи. Ред сосредоточенно разглядывал белые леса и поля, лишь изредка бросая мимолетные взгляды на Северуса, который, в свою очередь, не сводил внимательного взгляда с Реда. Цисси, уже несколько минут наблюдающая за переглядываниями двоих парней, решила ненадолго оставить друзей одних. - Пойду прогуляюсь, - с хитрой улыбкой промолвила девушка и вышла из купе. Как только за Нарциссой закрылась дверь, Северус тут же бросил на нее запирающие и заглушающие заклятия и пересел к Реду. Быстрым движением он положил свою ладонь на затылок Редклифа и притянул того в глубокий поцелуй. Они целовались, как сумасшедшие, и Ред даже не заметил, когда с него успела исчезнуть рубашка, а его брюки уже были расстегнуты. Он потерялся в ощущениях, ему казалось, что руки и губы Северуса были повсюду, во всех местах одновременно. Он лежал с закрытыми глазами и позволял своему любовнику изучать его тело. - Сев… пожалуйста… - не выдержал парень. - Ммм…Что? – раздался где-то в районе паха чарующий, бархатный голос слизеринца. - Скажи мне! Что ты хочешь? Ред открыл глаза и опустил взгляд на любовника. От открывшейся картины он застонал в голос: Северус полулежал у него в ногах и, не торопясь, как будто изучая, проводил своим языком в области паха Реда. Юноша не смог вытерпеть сладкой пытки и выгнулся ему навстречу, почувствовал пальцы на своем горящем от нетерпения члене и не сдержал благодарного стона, когда тот оказался наконец в такой спасительной влаге, а именно во рту Северуса. Реду хватило лишь пары минут, и с глубоким стоном он излился в такой гостеприимный рот своего партнера. Северус, не давая Редклифу прийти в себя, негромко прошептал заклинание смазки. Секунда - глаза в глаза - и Снейп одним толчком вошел в Реда, который вскрикнул от резкой боли, и в уголках его глаз появились слезы. - Прости, мой хороший… Потерпи, сейчас все пройдет, - шептал Северус между поцелуями, пытаясь отвлечь партнера, жалея о своей несдержанности и стараясь не двигаться, давая Реду привыкнуть к ощущениям. Через несколько мгновений тот сам подался навстречу Северусу, показывая, что он готов, и Снейп не спеша толкнулся внутрь Реда. Немного поменяв угол вхождения и услышав в ответ вскрик удовольствия, Северус, наконец, отпустил себя, и началась страстная и обжигающаяся гонка. Два сплетенных тела двигались в унисон, в купе раздавались тяжелые вздохи и потрясающие стоны. Юноши были так увлечены друг другом, что даже не заметили, как по купе прошлась волна магии, и запирающее заклятие спало с дверей. * * * Люциус Малфой весь день был на взводе. Его раздражало все и вся, начиная с того, что уже несколько дней он видел, как переглядываются Северус с Редом. О! Он прекрасно знал, что это за взгляды! Когда он напрямую спросил об этом своего партнера, то Сев впервые ушел от ответа. И это было больно! В голову закралось дурное предчувствие. Еще никогда Северус ему не врал о своих похождениях в постели, и раз он решил умолчать об этом, значит, это всерьез, и мальчишка Редклиф действительно чем-то зацепил будущего зельевара. Малфоя захлестывали противоречивые эмоции, еще ни разу он так не ревновал своего партнера к кому-либо. Но ситуацию осложняло понимание того, что он сам никак не мог забыть о той единственной ночи, проведенной с зеленоглазым чудом, о той страсти, что поглотила его, и о магической силе, которой так легко делился этот удивительный человечек. И он совсем не хотел терять Северуса. Сев был его, а Малфои никогда не делятся своим. Задумавшись, Люциус мог честно признаться себе: он любил этого саркастичного и иногда нелюдимого юношу. Да и Реда он все еще мечтал заполучить. Если кто-либо скажет, что он эгоист, то Люциус даже спорить с этим не станет. И сегодня выдался отличный шанс находиться в одном замкнутом пространстве и с любимым, и с Редом, да к тому же еще и с будущей супругой, с которой все же стоит быть друзьями. Так нет, ему нужно было обходить весь этот драконовый поезд и следить за порядком. Юноше также не давал покоя будущий Рождественский бал в Малфой-Мэноре. Как-никак все должно было происходить в его доме, и он как хозяин несет ответственность за своих гостей. Он прекрасно знал, что Северус еще не решился на метку, и Лорд будет говорить с ним об этом. Люциус боялся этого разговора, хотя понимал, что Северус слишком умен и слишком… слизеринец, чтобы подставляться. С ним все будет хорошо, но то же Круцио еще никому не приносило пользы. А также его безумно волновал вопрос Редклифа: зачем Лорд так хочет видеть этого парня? Что будет, если Ред чем-то не угодит милорду? С такими мыслями молодой человек, оставив вместо себя Крэбба и Гойла, подошел к своему купе. Он попытался открыть дверь, но ему это не удалось. Витиевато выругавшись себе под нос, Люциус с каким-то остервенением принялся снимать заклятие. Благо, он сразу же узнал его: одно из любимейших запирающих заклинаний Сева. Через несколько минут ему наконец удалось открыть дверь, и парень уже был готов высказать своему любовнику все, что он думает о нем и его предках, как слова просто застряли в горле. Картина, которую он застал, ошеломила его и лишила дара речи. Нет, он не раз был свидетелем столь живописного зрелища, но еще никогда Люциус не чувствовал себя так отвратительно. Все недавние мысли накатили на него одной волной: и злость на Сева за его молчание, и ревность к Реду, и то, что парень никак не подпускал его к себе, и Лорд со своим заданием, и беспокойство за друзей. Он одним махом захлопнул дверь и наложил на нее еще больше запирающих заклинаний. В воздухе повисло вполне ощутимое напряжение от готовой неконтролируемо выплеснуться магии блондина. В купе поднялся ветер, и один из любовников, наконец, увидел его. Северус поднял взгляд на Малфоя и моментально понял, что Люциус не просто взбешен, а уже еле сдерживает в себе магию. Замедлив движения в зеленоглазом юноше, который пока так ничего и не заметил, Снейп снова мысленно обругал себя за то, что ничего не рассказал Люциусу, и сейчас он просто чувствовал всю боль своего партнера. Время как будто застыло: Северус так и продолжал смотреть в глаза Малфоя и понимал, что если сейчас не случится чудо, то их многолетняя связь подойдет к концу. От этой мысли его хорошенько тряхнуло, чем он, наконец, привлек внимание Редклифа. Ред открыл глаза и вопросительно посмотрел на Северуса, и только увидев, что все внимание того направленно в сторону двери, обернулся сам. В первое мгновение он испытал шок, такого Малфоя он еще никогда не видел. Даже тогда, во время последней битвы, когда этот надменный блондин был изрядно потрепан и, казалось, был обречен, он не выглядел настолько уязвимым. Сейчас Ред смотрел на молодого человека, который как будто потерял самое дорогое, что у него было, и эта неожиданная мысль заставила Реда опустить свои мысленные щиты. От нахлынувших чувств, эмоций, мыслей и магии у парня резко перехватило дыхание, он одним движением оттолкнул от себя Сева, и тот, не ожидая этого, полетел на пол. Если бы кто-нибудь вошел сейчас в купе, он бы застал потрясающую картину: в дверях купе стоит блондин, у которого на лице написаны все муки ада, на полу валяется темноволосый парень со спущенными штанами, но с до сих пор стоящим членом, а на диване, скорчившись, лежит молодой человек и, задыхаясь, хватает ртом воздух. Ред действительно был не в состоянии дышать от боли. Все эмоции переплелись в его сознании, он уже не мог отличить, где чувства Люца, а где Сева. Юноша попытался снова закрыться, но у него ничего не получилось, и с губ сорвался болезненный стон. Первым в себя пришел Северус: вскочив и застегнув штаны, он склонился над Редом и сразу же понял, что что-то не так: - Ред? - позвал он его. Но парень не отвечал, лишь мечась по дивану и издавая звуки боли. - Что с ним? - Северус не понимал, что случилось, и вообще, чувствовал себя глупо. С немой мольбой он посмотрел на Люциуса. - Помоги мне! - попросил он. Но Малфой стоял, не двигаясь, и только сейчас Северус увидел, что его глаза как будто заволокла пелена. Снейп стремительно подошел к блондину и отвесил ему громкую пощечину. Он интуитивно понимал, что в состоянии Реда виноват Люциус. От удара Малфой вздрогнул, и его взгляд наконец приобрел осмысленность: - Ты с ума сошел? - прошипел он, громко втягивая в себя воздух и сжимая кулаки. - Люц, не до твоих истерик сейчас! Помоги мне! - жестко приказал Северус. - Ах, простите, что помешал! - издевающимся тоном протянул блондин. Снейп уже было хотел ответить, но их прервал полный муки стон. Парни тут же обернулись к Редклифу. Тот лежал в позе эмбриона, обхватив голову руками, он был смертельно бледен и постанывал от боли. - Что с ним? - голос у Люциуса дрожал. - Не знаю. Держи его, а я волью в него зелье, - сказав это, Северус метнулся к своей мантии и вытащил из потайного кармана пару пузырьков с зельями. Люциус немного с опаской подошел к метавшемуся юноше. Он уже обуздал свою злость, привычка сдерживать свои эмоции помогла ему в этом. Он немного приподнял Реда, отнял его руки от головы и облокотил его себе на грудь, тем самым давая возможность Северусу влить в полураскрывшиеся губы обезболивающее. Люциус задумался: почему же он так остро отреагировал? Да, ситуация неприятная, но он же Малфой! А Малфои никогда не теряют лицо и, тем более, не выступают в роли Отелло. Пока юноша размышлял, их подопечный, наконец, успокоился и с осторожностью открыл глаза. Взгляд зеленых глаз был до сих пор немного затуманен недавней болью, и Люциус уже было хотел отстраниться и уступить место Северусу, но ему помешали. Ред вцепился в его мантию обеими руками и не желал отпускать. В купе воцарилась тишина, и только взгляды метались от одного лица к другому: Ред не сводил своих колдовских глаз с Люциуса, а тот тем временем непонимающе смотрел на Северуса, на что Снейп лишь пожал плечами. Наконец, что-то решив, Ред решительно притянул к себе блондина и завладел его губами. Поцелуй не был нежным, он был каким-то поглощающим, как будто парень сам себе хотел что-то доказать. Поначалу Люциус опешил и никак не отвечал на поцелуй, и только когда почувствовал, что Ред отстраняется, пришел в себя. Он сам впился в губы парня и вложил в этот отчаянный поцелуй все свои чувства: боль от утраты Северуса, желание владеть им, Редом, и колоссальную надежду на то, что его не оставят, а позволят остаться с уже любимыми людьми. Юноши целовались, позабыв про все на свете, но долго им не дали наслаждаться, Северус оттянул блондина за волосы и страстно припал к столь желанным губам. Люциус таял под натиском двух пар рук, он не видел, какими заговорщицкими улыбками обменялись два брюнета, а молодые люди без слов поняли друг друга и решили заставить его стонать и умолять в своих объятиях. Они в четыре руки, не переставая, ласкали тело блондина, постепенно раздевая его. Ред встал с дивана, а Северус уложил на него Люциуса и склонился над его пахом, одним движением вбирая в рот его уже вставший член, чем добился от Люциуса потрясающего вскрика. Пока Северус был занят членом блондина, Ред, не торопясь, изучал губами шею и грудь Люциуса. Через некоторое время, подготовив Малфоя для вторжения, Северус потянул к нему Реда. Юноша неуверенно посмотрел в глаза блондина, как бы спрашивая разрешения, на что Люциус, закусив губу, сам закинул свои ноги на бедра Реду, раскрываясь перед ним и показывая, насколько доверяет ему сейчас. Реда била дрожь, по виску скатилась капля пота. Он безумно нервничал и боялся навредить Люциусу. Видя метания парня, Северус встал сзади Редклифа и обнял его: - Не бойся, я помогу. Все будет хорошо, малыш. Давай доставим удовольствие нашему надменному старосте, - шептал он на ухо Реду, при этом лаская спину и плечи парня. Ред, не торопясь, вошел в бледное тело и застонал в голос, это было просто потрясающе. Все его ощущения обострились, он чувствовал, что и как ему нужно сделать, чтобы доставить Люциусу неземное удовольствие. А сзади, немного наклонив его, одним рывком, как и прежде, в него вошел Северус. На минуту любовники остановились. Их пронзила вспышка магии, и все вокруг них завертелось и закрутилось. У всех троих затуманился разум, и они задвигались в одном ритме. Это было похоже на борьбу: они издавали крики и стоны наслаждения, их близость была обильной и бурной, как трое изголодавшихся животных, они пытались насытиться друг другом, захваченные испепеляющим порывом страсти. Они сгорали в ней, то высоко взлетая и паря над землей, то погружаясь в бездну ада, то приближаясь к блаженному краю пропасти, то отходя от нее и вновь начиная этот путь, закончившийся, наконец, апофеозом и взрывом в едином, слитном заключительном аккорде… Три крика огласили купе, и на какой-то момент юноши потеряли сознание и не увидели, как вокруг них снова заструилась магия, и весь поезд тряхнуло от ее потоков. Они не слышали обеспокоенных криков студентов, они не чувствовали, как остановился поезд, и ничего не понимающий машинист пытался узнать, что же случилось. Три потока магии, такой разной, но такой желанной, скрутились в одну спираль, чтобы на веки веков больше никогда не расставаться. Диван под юношами превратился в большую кровать, которая заняла все пространство в купе, и молодые люди, так и не приходя в себя, уснули в объятиях друг друга. * * * Люциус проснулся и попытался потянуться, все тело было расслабленно, и он на удивление хорошо себя чувствовал. В нем просто искрилась сила. Полежав с минуту и прислушавшись к себе, он понял, что впервые в жизни он ощущал себя целым. Однажды он уже испытывал подобное чувство, когда они с Севом впервые догадались, что они «Зачарованные маги», но тогда это было лишь отголоском магии, сейчас же ощущение целостности бурлило в нем мощным потоком, и он осознал, что они нашли своего третьего партнера. От этой мысли он улыбнулся и открыл глаза. И тут же наткнулся на внимательный взгляд черных глаз. - Привет… - замялся он. Ему стало стыдно за недавнюю вспышку эмоций. - Привет, - ухмыльнулся темноволосый слизеринец, как будто прочтя его мысли, а затем потянулся и поцеловал его. - Прости, - тихо, в самые губы, выдохнул Северус. И не надо было уточнять, за что этот гордый маг сейчас просит прощения, Люц его сразу понял. Он посмотрел направо, где, уткнувшись ему в плечо, посапывало зеленоглазое чудо. Лишь от взгляда на юношу в душе блондина просыпалась доселе неизвестная ему нежность, и хотелось улыбаться во весь рот. Вдоволь налюбовавшись Редом, Люциус снова посмотрел на Сева: - Ты почувствовал? - задал он вопрос. - Да, - черные глаза Северуса заискрились, как будто в них было спрятано множество звезд. Он протянул руку и схватил блондина за запястье, где совсем недавно был еще не завершенный знак «троих», который сейчас проявился полностью. - Это - чудо… - все так же тихо закончил он и снова поцеловал блондина. Но вскоре сам прервал поцелуй и начал вставать. - Скоро прибываем. Уже несколько раз приходила Нарцисса, но она - девушка, на удивление, умная и не стала нам докучать, - уже чуть громче, в свойственной себе манере заговорил Северус. - А что с Редом? Будем его будить? - немного озабоченно спросил Малфой, понимая, что парень уже должен был проснуться от звука их голосов. - Нет, пусть еще поспит. Я так и не понял, почему у него случился тот приступ, да еще и это… столько потрясений за один раз. Он выглядит уставшим, разбудим его, когда будем подъезжать, - с ласковой улыбкой сказал Северус. - Мы ему будем все объяснять? - спросил Люциус одеваясь. - Не знаю… я думаю, пока не стоит. Надо сначала узнать, почему ему было плохо. Реда разбудили перед самым Лондоном, и когда он проснулся, то купе уже приобрело свой первоначальный вид. Он был полностью одет, его голова лежала на коленях блондина, и тот ласково перебирал темные пряди волос. В купе также обнаружилась и Цисси, которая смотрела на него с понимающей улыбкой, от которой парень ужасно смутился и попытался скрыть лицо, натянув на голову мантию Люциуса, чем вызвал смех всех присутствующих. Когда четверо слизеринцев с отсутствующими лицами и холодными глазами выходили из поезда, то никто бы не сказал, что эти молодые люди могут весело и задорно смеяться, шутить и даже (не приведи Мерлин!) смущаться. Они держались гордо и надменно, именно так и должны были вести себя потомки древних чистокровных родов. Уже ближе к ночи, добравшись до Малфой-Мэнора и тихо поужинав (благо отсутствовал Абраксас Малфой, чему Ред был очень рад), ребята проводили Нарциссу до спальни и пожелали ей спокойной ночи. После чего заперлись в комнате наследника Малфоев и всю ночь экспериментировали, изучая и открываясь себе и друг другу с новых сторон. Лишь под утро любовники разбрелись по своим спальням, так и не обсудив того, что случилось в поезде. Ред не рассказал, потому что пока не хотел открывать тайну своего дара. Хотя он уже доверял этим двоим, но что-то его еще сдерживало. А Люциус с Северусом, обсудив все, решили пока не говорить о «Зачарованных магах», дабы не пугать свое зеленоглазое чудо. Они хотели дать ему возможность привыкнуть и узнать себя, а уж после этого открывать все секреты.