My Dark Soul

У вас бывало такое состояние, когда смерть перестаёт быть чем-то неожиданным, чем-то страшным и далёким; когда ты чувствуешь, как кровь замедляет свой ход по венам, а жизнь ускользает из рук, и вас тянет в непроглядную тьму? Если нет, то вы счастливый человек, ибо не познали ещё, как близка и неизбежна смерть. Я не могу назвать себя хорошим человеком. В своей жизни я совершала множество воистину ужасных поступков. Часто от моих решений зависели человеческие жизни, как бы пафосно это не звучало. Но я отнюдь не убийца и не диктатор. Я обычный человек... По крайней мере на первый взгляд. Лишь одна вещь отличает меня от понятия "обычный" – знания. В современном мире, когда самые ожесточённые бои ведутся отнюдь не на полях сражений, а в пресловутой информационной войне, человек со знаниями – победитель. Говорят: "Тот, кто владеет информацией – владеет миром". Эта фраза долгое время была моим жизненным кредо, ведь именно благодаря информации я нынче занимаю такое высокое положение в обществе. И именно благодаря ей я сейчас лежу на полу какого-то недостроенного завода в луже собственной крови, с дыркой от пули в животе. Я смотрю на человека, а точнее - на серый силуэт, который, то ли от нервов, то ли от какой-то, непонятной мне, радости, наматывает круги вокруг моего раненого тела. Сквозь полупрозрачный мешок, наброшенный мне на голову, я не могу увидеть его лица... Хотя я вообще ничего, кроме смутного движущегося силуэта не вижу. Возможно, он ожидает моей смерти, хотя зачем тогда ждать, если можно выстрелить ещё раз, чтоб уж наверняка? Может он кого-то ждёт... Я не знаю, но мысли о нём почему-то не дают мне пасть в пучину забвения, так что я усердно стараюсь сфокусировать свой взгляд на этой призрачной фигуре. Странно, ведь перед смертью, а всё к ней неумолимо движется, люди обычно думают о родственниках и близких, которых они покидают, а я же пытаюсь понять, кто мой убийца, какие у него мотивы и за что мне такая участь. У меня нет родственников, которые будут скорбить по мне, нет близких, которые будут рыдать у моего гроба на похоронах; фактически можно считать, что я никто, ведь после себя не оставлю ничего, кроме опустошённой квартиры и пары неоплаченных счетов. Но на самом деле всё моё не радужное прошлое: все мои решения и действия ещё долго будут сотрясать этот мир и эхом проносится в жизнях тех, кого они затронули. Так кто же я? Одни называют меня шантажисткой, другие – консультанткой, я же предпочитаю термин "информатор". Вся моя работа заключается в том, чтобы находить нужную информацию и как можно выгодней её продавать. Вы даже представить не можете, в какой цене нынче чужие "грязные" секреты. Люди готовы платить десятки тысяч долларов за список любовниц конкурента и документальное ему подтверждение. Я и моя налаженная сеть занимается поиском информации по всему миру: от берегов солнечной Калифорнии, до самих Японских островов . Будь вы бомжом или хоть самим принцем Монако – мы сможем узнать о вас всё. И вот сейчас, из-за одного глупого решения я должна умереть. Судя по всему, кому-то я конкретно насолила, а поскольку таких людей в моей жизни вагон и маленькая тележка, я понятия не имею, кто заказал мою смерть. Может этот псих, который притащил меня сюда, всадил пулю в живот и наблюдает, как я корчусь от боли и есть тем загадочным мистером "Х", который пострадал от моих рук. Жаль, не могу разглядеть его лицо: как ни пытаюсь – взгляд затуманился, да и не совсем плотный мешок на голове мешает моему обзору. Но тут вдруг я слышу, как этот незнакомец подошёл ко мне. Ростом он был куда выше меня. Хотя телосложение у него и не было крупным, силы у этого парня хоть отбавляй. Он смог дотащить меня из парка, где я по привычке решила прогуляться после тяжёлой рабочей недели, невзирая на мой немалый отпор. Он ничего не говорил, а просто набросил мне мешок на голову, вырвал из рук сумку и потащил меня куда-то в сторону старого промышленного района. Саму дорогу я помнила смутно, ведь из-за того, что я, как он сказал, "слишком брыкалась", этот мужик врезал мне чем-то тяжёлым по голове. Далее было недолгое забвение и резкий удар об бетонный пол. Он бросил меня , как какую-то ненужную вещь и молча, без единого слова выстрелил мне в живот. Сейчас я чувствую, что он склонился надо мной и дышит мне в затылок. Горячий воздух обжигает кожу не хуже пламени, и заставляет сердце хоть на секунду, но биться чаще от нарастающего страха. И тут я слышу, как он тихо, но отчётливо шипит мне над ухом: – Это ведь только начало, милая. Я сделаю твою жизнь сущим адом, чтоб ты знала, насколько было ей больно, когда из-за тебя и таких, как ты она погибала у меня на руках,– голос его был сиплым и тихим, будто он изо всех сил пытался его исказить, дабы я не смогла угадать его обладателя. Конечно же я не понимала, о ком он. Я даже не знала, кто он сам, и о какой девушке этот псих, судя по всему, говорит. – К–кто ... ты?– прокряхтела я, захлёбываясь собственной кровью. – Я тот, о ком ты ещё долго не забудешь, дорогая Анна Крэйн. Превратить твою жизнь в кошмар – вот моя задача. Из-за тебя и твоих дружков я потерял самого дорогого человека, а вам было плевать. Плевать!– проорал он мне прямо над ухом, сорвавшись,– для вас она – очередная жертва непродуманного идиотского плана, и плевать что у неё осталась семья, дети, родственники, которые будут скорбеть по ней. Там были десятки людей, которые полегли из-за твоей компашки. Видимо речь шла об одной из масштабных операций, которые не редко проходили с моим непосредственным участием... Хотя, чёрт, я не могу сейчас соображать нормально, мне кажется, что мой мозг просто постепенно отказывает, а все мысли занимает лишь адская боль. – Я не... Не понимаю, о чём ты?– эти слова казались мне тогда истинным подвигом, ибо челюсть, как и остальные части тела пробивал лёгкий но ощутимый озноб. – Ну конечно, не понимаешь. Для вас ведь это привычное дело – потерять очередную пешку в вашей грёбаной игре, в которой всем плевать на мелких фигур – главное добраться до цели, сколько бы людей при этом не пострадало,– он наклонился еще ближе, и мне казалось, что сейчас он вгрызётся мне в глотку – такую злость и ненависть излучал тот человек,– Из-за того дурацкого плана... Как там он назывался, "Занавес" ? Господи, об этом он как узнал? План "Занавес" – кровавая бойня, которая закончилась 23-мя трупами и 42-мя ранеными. В то время наше информагентство, как я любила его называть, занималось выискиванием информации по одной террористической группировке. Это было первое и последнее моё дело, связанное с преступниками такого масштаба. Эти люди были не просто психами, а настоящими кровавыми убийцами, на чьих руках была кровь сотен невинных граждан, погибших в многочисленных перестрелках и терактах. Работа с ними сулила не просто до неприличия большой гонорар, но и некий имидж в определённых кругах для нашей компании. Страх, что нас заметят, был, но тем ни менее мы всё-таки сунулись в тот чертов театр. Что было потом, рассказывать детально не стоит: нас разоблачили, и та массовая бойня была, наверное, самым страшным зрелищем, которое я когда–либо видела. После этого мы ушли в глубокое подполье и вышли из него лишь по окончанию следствия. Сколько же народу мы потеряли в том адском театре... Очевидно, что тот мужчина – брат или муж одной из несчастных, которая пострадала от моей ошибки. Мне уже перестало быть страшно, ведь от вспоминания того факта, что из-за меня погибло 23 человека, мне самой захотелось пустить себе пулю в голову. Но это было скорее наваждение, ведь по сути виноватой себя я не считала. Тогда этот проект немного ускользнул из–под моего надзора. Им руководил один молодой парень, по имени Дэн Харви – в прошлом ЦРУ-шник, а сейчас – один из лучших моих информаторов, точнее был им, ибо он числился в списке погибших в тот день. Именно он и придумал "Занавес". Остаётся только вопрос: откуда этот мужик вообще узнал о проекте, о нашей организации и обо мне в частности. Я умираю, так может быть задать напоследок этот вопрос? – От... Куда... Ты зна-знаешь об этом , – кровь обжигала полость рта стальным привкусом, заставляя меня проглатывать слова и стараться не захлебнуться, выговаривая фразу целиком. – Откуда? От одной милой организации, которая и наняла вас тогда. Они называют себя Мучениками или Martyres. Мне кажется, что тогда моё и без того слабое сердце пропустило удар. "Мученики" – это натуральные мазохисты, которые руководствовались одним им известным кодексом и славились не только излишней жестокостью, но и неимоверной влиятельностью. Раньше они были для меня страшным сном, но когда представители этой организации предложили мне сотрудничество, было сложно отказаться. Новый уровень репутации, да и просто невообразимый доход с операции сыграли своё, и я согласилась. Сейчас, видимо, пришёл час расплаты за былые грехи, как сказал бы какой-то бульварный писака. Я так понимаю, в покое меня эти психи не оставят, как в принципе и всю мою организацию. Даже если, что маловероятно, я сейчас не умру, моя жизнь превратится в сплошное бегство от банды влиятельных психов, которые меня из–под земли достанут. Ну а пока я, пожалуй, сосредоточусь на кое-чём более важном на данный момент – я умираю, и, кажется, мне уже мало что поможет. – Знаешь, пожалуй, оставлю тебя наедине с тягостными мыслями. Думаю, что перед концом у тебя есть право побыть одной и подумать об ошибках прошлого, – мужчина резко поднялся и направился в сторону, как я поняла, выхода.– Смотри, не замёрзни тут, а то похоже дело к ночи, и скоро сюда подтянутся бомжи и прочие ошибки общества. Думаю, для них умирающая окоченевшая девка – не лучшая компания. Может, станешь их поздним ужином,– прокричал он, постепенно отдаляясь от меня, пока звук его шагов не стих. Я не могла пошевелить телом, которое вот-вот покинет моя грешная душа, а мысли мои окончательно охватила паника. Где-то на задворках сознания маячил образ тех психов из Мучеников, которые тогда наверняка потешались над моей тяжёлой и долгой кончиной, хотя, честно говоря, я все–таки думала, что они поизобретательней будут в выборе пути моего устранения... Далее я почувствовала, что кровь постепенно покидает моё тело, и боль перерастает в нечто ужаснее – пустоту. Может, я все ещё надеялась, что смогу каким-то образом выжить, что мне, как и всяким везунчикам, выпадет второй шанс, и уж тогда я знаю, куда мне нужно будет отправиться. Я слышала о нём только слухи и невнятные расплывчатые факты, но из всего обилия мутной и неточной информации я поняла одно: он – самый опасный человек в Британии, да и во всей Европе, как гласили некоторые сведения. Надеюсь, он сможет мне помочь, ведь, говорят, он ценит такие важные кадры, как я. Жаль, у меня были лишь его фамилия, и предположительное место проживания . Мориарти – Лондон, Великобритания. Чуть позже, отвлекая от мыслей о будущем, которого у меня нет, меня пробил озноб. Тело содрогалось от боли, и я поняла, что потеряла слишком много крови за то время, что тут валяюсь. Плевать, кто тот псих, который выстрелил в меня, плевать, что, в принципе, это заслужила, плевать на тех Мучеников, я не хочу умирать... В глазах у меня резко потемнело, и я уже не могла контролировать моё тело, которое обмякло на бетонном полу.