Страсти Елены

Елена ухмыльнулась. - Сначала догони, фейра, - вдруг прошипела она. За ней появилось огромное овальное зеркало – Елена, не отрывая взгляда от лица Белой Королевы, спиной ухнула в его чёрную глубину и – пропала. Выкрикнув на ходу: «Василиса, жди здесь!» - Белая Королева стремительно последовала за Мортиновой.

Н. Щерба «Часограмма»

Раз! – и очередной эфер слетел со стрелы Мортиновой. Два! – и эта мерзкая фея снова отражает опасный удар. Три – Елена не уступит и не сдастся, не в этот раз, дорогая Лисса… Юные феи воспринимали развернувшееся на их глазах сражение как мастер-класс для нерадивых учеников – неважно, правда, что этот бой давно вышел за рамки учебного. Феи и фиры постарше видели в нём поединок двух самых сильных часодеек Эфлары, каждая из которых ежегодно пыталась доказать всем, что именно она должна обладать славой искусной повелительницы часов, и никто другой. И лишь немногие понимали сущность происходившего поединка. Он являлся давней женской борьбой за множество вещей: личное превосходство, общественное положение, а главное, за сердце мужчины, безумно любимого каждой из них… Обе дамы неоднократно слышали из его уст признания в любви, клятвы в вечной верности и обещания быть рядом каждую минуту и даже секунду. Но Лисса и Елена прекрасно понимали, что вечно так продолжаться не может – статус любимой женщины Нортона Огнева получит только одна. И Елене безумно хотелось стать единственной обладательницей сердца Огнева. Конечно, Мортинова не забыла про Ниру – мать двоих сопляков Нортона. Но она никогда не брала её в расчёт, поскольку во временной параллели Ниры Огнев всегда предпочитал отдыхать от тревог и забот его истинной жизни. А причиной всех трудностей, толкающей его к глупой кукле, была Белая Королева, в этом Мортинова не сомневалась. И поэтому она ненавидела Белку – выскочку, вечно путающуюся у нее под ногами. Даже дочь нормальную она родить не смогла: такая же проблемная, как и мамочка. Просто копия по линии жизни, чудеса часовой архитектуры! Нира хоть детей приличных родила, и поэтому Елена может простить ее и оставить в покое… «Но ты, Лисса… - с шумом выдохнула бывшая директриса Светлочаса, быстро убирая лезущие в глаза прядки волос, которые выпали из некогда идеальной причёски. – Ты должна была рано или поздно ответить и понести наказание за все свои выходки, слышишь? Я припомню тебе всё, лживая Королева!» И тут злоба Мортиновой достигла своего апогея: её новый эфер оказался столь мощным, что долетел до защитной линии, проведённой Лиссой. Он заставил особо рьяных слуг её величества, которые попытались прийти ей на помощь, отшатнуться, утирая глаза после ослепительной вспышки. Лисса нахмурилась. - Я бы попросила тебя не вмешивать в наш конфликт моих подданных. Они совершенно не при чём и не должны пострадать из-за нас, - Королева произнесла эти слова с ледяной вежливостью, проверяя целостность охранного барьера. - Боишься, что сейчас раскроется твой обман и Королева предстанет перед честным народцем во всей красе? – хохотнула Мортинова, довольная своим замечанием. – А я вот с удовольствием помогу восторжествовать справедливости! Умри, умри! – бешено закричала она, снова направляя свою стрелу в грудь соперницы. - Что с тобой, Елена? – невинно поинтересовалась Лисса, ловко парируя очередной мощный выпад. – В последнее время ты совсем разучилась скрывать свои эмоции. Раньше ты была сдержаннее в своих оскорблениях и пожеланиях! - В случае с тобой я всегда говорила окружающим именно то, что считала нужным, и мне было плевать на приличия и иные условности, - поспешила заверить её любовница Огнева. - Даже Нортону? - Особенно ему! – взвизгнула Елена, уже не скрывая годами копившуюся и разъедающую её душу злобу. – Это Нортон сказал мне твоё числовое имя, Лисса! Он знал, как я тебя ненавижу… Знал, что я смогу сделать то, на что сам он так и не решился… Зачасовать тебя! Госпожа Мортинова с нескрываемым наслаждением смотрела на хрупкую и постепенно бледнеющую фигуру своей презренной и уже бывшей соперницы. «Всё кончено… Даже не верится: я так долго ждала этого момента, что сразу не могу поверить в случившееся… - с грустью отметила про себя Елена. – Дряной Эфларус, почему ты погибла некстати? Я даже толком обрадоваться твоей смерти не могу: поглумиться вволю над твоим телом гнусные феи не позволят, к сожалению. Мерзкая Королева, у тебя даже умереть спокойно не получилось! Как жила красиво, но сложно, так и покинула этот мир со спецэффектами!» - заключила Мортинова, наблюдая за летящими во все стороны драгоценными камнями, которые больше никогда не покажут истинное настроение своей хозяйки. Кстати, о камнях… - Смотрите все! Ваша Королева – ненастоящая фея! Её дар, взятый взаймы у Астрагора, пропадает! Обманщица! – торжествующе воскликнула она, упиваясь своей победой. Пускай эти крылатые уродцы знают, кого боготворили и опекали все эти годы! Как же Елене хотелось во всей красе увидеть реакцию слуг Лиссы: Нортон любил повторять, что когда правда станет известной, феи растерзают на части Королеву, поскольку не смогут простить ей многолетнюю ложь. Только ради этого Мортинова с удовольствием бы оживила Лиссу, а потом снова убила бы её, но более жестоким и изощрённым способом… Впрочем, хватит мечтать о несбыточном: краем глаза Елена заметила сжимающееся кольцо из стражи во главе с толстухой Дэлш. О нет, Елена не доставит этим феям и особенно их противным отродьям, - Мортинова метнула взор на заплаканное и растерянное лицо Василисы, сидящей у тела матери, - удовольствия быть пойманной. Не выйдет – и Елена, резко повернувшись вокруг своей оси, ушла в быстро сотворённый ею временной переход, чтобы без лишних свидетелей отметить самое важное событие в своей жизни – уничтожение главного и единственного врага женского рода…