Темные ночи

Старая-старая зарисовка, которую лень до конца писать ---- шесть демонов. отвратительное зрелище, не так ли? будто среди них не хватает одного. того, кто смог бы их приручить. и что они все забыли в церкви. месте, где только чистые души. полная противоположность им. -ну и какого черта мы тут делаем? — гордыня как всегда недовольна, впрочем, ничего нового. -семпай, помолчите хоть раз~- как всегда перечет ей лень. впрочем как обычно. -20 минут, мусор, — чревоугодие уже сгорает от нетерпения. ему не терпится опять напиться и заесть всё куском сочного мяса. впрочем, как обычно. -врой! потерпишь и час, тупой босс! — жадность, всегда одно и тоже. впрочем, как и всегда. прошло немыслимое количество времени, когда всё же компания зашла в обитель доброты и чистоты. конечно странно видеть такую компанию тут. очень странно, с каких пор убийцы ходят в такие места? правильно, они не ходят в церковь. особенно эти грехи. -ну шизу.чан! — зависть, такая зависть. только и бегает за гневом, будто хочет что.то спросить, что уже давно тревожит её. -молчи, хотя бы тут, -на удивление гнев спокоен сегодня. хорошо что выходной. хоть один день она может отдохнуть, вот только зависть всё равно всё испортит. впрочем всё как всегда. будто почувствовав что.то, лень, зависть и жадность быстро отходят от остальных, оставляя тех в недоумении. они даже не задумываются, как они синхронно покупают по свече и встают на колени. лень слева, склонилась перед девой. зависть справа, склонилась перед кем.то. жадность, одна лишь села перед агнецом. какое милое зрелище. и всё втроем, будто по свистку, стали читать молитву, которую слышали в детстве. от бабушки, матери или отца. будто забыв о себе, грехи поют молитвы, еле слышно, почти безмолвно. будто они чисты, будто они и не грехи вовсе, будто те, кто стоят у входа и в шоке наблюдают не их.. пары, грехи. будто всё так и должно быть. лень шепотом, почти согнувшись пополам, пряча пламя свечи от взора гордыни, вымаливает у девы прощение, что они убили сегодня утром беременную девушку. будто лень боится своей гордыни, ведь она знает, что сегодня будет. впрочем ничего нового. как и зависть, она просто поет, она всегда поет, чтобы сильнее позлить гнев. она поет тихо, на последнем издыхании, стараясь не думать о тех, кого она обманула, кого предала, кого убила её информация. ведь это не важно, после этого часа, все они будут чисты. её время всегда на исходе, она всегда при смерти. впрочем, ничего нового. и только жадность молчит, говоря молитву про себя, хоть свеча уже и потухла, хоть и легкий дым плавно душит жадность, она читает, смотря в пол, боясь поднять взгляд на икону. так мило. даже чревоугодие не может оторвать взгляд от жадности. это так мило. весь час, они были неподвижны. ангелы, молящиеся за свои грехи, тихие, спокойные, ангелы., но совершенно другие на улице. так мило. -час прошел, мусор. никто не противоречит и они втроем встают, не беря в расчет, что зависть и гнев даже не с ними. они втроем выходят из этого святилища, оставляя после себя тьму, ни одна свеча не выдержала такой души. все свечи резко затухают, что вызывает противный смех гордыни и смешки гнева и чревоугодия. они не говорят ни слова, они просто уходят. конечно все знают, сегодня они встретят седьмой грех, и все будут рады. это так мило, аж тошно..